Алонофобия и её последствия

Чего Нуар точно не ожидал — это того, что Ледибаг, вывернувшись из его рук, схватит йо-йо и обмотает напарника леской с ног до головы. Кот уже не раз и не два оказывался связан Ледибаг так, что не вырваться, но ещё ни разу его напарница не была не в себе. К тому же, учитывая ситуацию, впивающаяся в тело леска ощущалась несколько… иначе, нежели во время боёв с акумами или ночных патрулей. — Вот, так намного лучше, — одобрительно кивнула Ледибаг, растирая подрагивающие пальцы. — Намного. Она опустилась рядом с ним, — Адриан на мгновение перепугался, что ей стало плохо, — и принялась водить ладонями по паховой зоне. — Ты… ты что делаешь? — хрипло спросил Адриан. — Ищу застёжку. Она должна быть… о, вот она. О том, что костюм в теории можно снять, Адриан и сам знал: приходилось оголяться после некоторых боёв, чтобы вытаскивать из тела стекло, фурнитуру или мелкий острый мусор. Но вот о ширинке Нуар даже не подозревал. Не было раньше случая убедиться в том, что костюм приспособлен даже для секса… В конце концов, в туалет во время синхронизации никогда не хотелось, так для чего ещё нужна в таком случае ширинка? Ледибаг действовала быстро и уверенно: расстегнула крошечную молнию до упора и запустила руку в красной перчатке Нуару под костюм. Нежно сжала член в ладони, перебрала пальчиками по стволу и вытащила орган из-под защиты одежды. Адриан задохнулся ещё в тот момент, когда Ледибаг обнаружила молнию. Он всё ещё не разобрался в собственных чувствах от раскрытия личности напарницы, а тут такое. Ещё хуже стало когда Ледибаг приблизилась к Коту и одним движением вобрала член в рот практически до основания. Глаза у девушки были прикрыты и удовлетворённо блестели. Одной рукой Ледибаг удерживала йо-йо, контролируя леску и не давая завалиться парню на спину; другой гладила ногу Кота, щекоча пальцами то бедро, то икру. Адриан зажмурился и прикусил губу. Ледибаг снизу развлекалась: то сосала его член, будто хотела вынуть из Кота душу, то облизывала как леденец, то принимала глубоко в глотку и сглатывала, создавая восхитительное давление. И, несмотря на то, что этот минет не был для Адриана, — да и для Кота, — первым, он всё равно был уверен, что запомнит его на все свои девять жизней. Почувствовав, как Кот дёрнул бёдрами навстречу её рту, Ледибаг отстранилась, выпустила член изо рта, и довольно улыбнулась. — Нравится? Конечно, всем нравится Ледибаг, а тебе особенно, верно, мой котёнок? Ты долго об этом думал, да? Представлял, как я это делаю, когда дрочил себе? Адриан кивнул, смотря на самое прекрасное зрелище в мире: как Ледибаг покрывает его член лёгкими влажными поцелуями, как трётся об него щекой и довольно прикрывает глаза, тщательно вылизывая головку. Он был практически счастлив… только вот изнутри его грызло ощущение неправильности. Нет, в глазах Ледибаг горел такой сильный огонь похоти, что в нём можно было спалить даже магму. Однако Кот знал: всё это желание вызвано наркотиком, а не искренним возбуждением. В пустой, неудовлетворённой голове снова зажужжали мысли. Если Ледибаг помочь ничем не может, значит, придётся Коту взять всё в свои лапы… хотя, эти самые лапы примотаны леской Ледибаг к телу так, что не пошевелиться. Свободен, вообще-то, был только рот… и член. Но второй точно никак не помог бы Нуару вырулить из ситуации, так что придётся поработать, так сказать, орально. Усмехнувшись пришедшему каламбуру, Кот осторожно позвал: — Миледи?.. Ледибаг, собравшаяся было снова принять член в рот, подняла глаза на Кота и медленно, пошло облизнулась. Кончик языка при этом мазнул по головке, вызывая откровенную дрожь во всём теле Нуара. — Да, котёнок? Ты хочешь чего-то другого? Адриан медленно кивнул, и Ледибаг поднялась. Она улыбалась, её глаза горели, а свободная ладонь легла на член Нуара, медленно тот поглаживая. Вверх, вниз, пальцем по головке, нажать на одну из венок, оттянуть кожицу, легонько сдавить и почти сразу же отпустить. Если бы не ситуация, Адриан бы кончил от одного только осознания того, что его член в руке у Ледибаг. От её гладких ладоней, ощущения волшебного костюма, предвкушающей улыбки напротив… — Чего ты хочешь, Адриан? Но он не мог. Потому что ко всему этому добавлялись ещё зрачки-колодцы и бессмысленный взгляд. Да Ледибаг даже не могла определиться, с кем она занимается сексом: с Котом или всё-таки с Адрианом! Хотя на Агресте был полный комплект из ушей, хвоста и когтистых перчаток. Поэтому, выдавив слабую улыбку, Адриан сказал максимально мягко: — Я хочу быть с Маринетт, миледи. Это возможно? Губы Ледибаг сложились в удивленное «О!» В глазах мелькнула капелька осмысленности, а затем героиня скомандовала отмену трансформации. Кот переглянулся с вылетевшей красной квами, и едва заметно кивнул той. Глаза Тикки были подёрнуты дымкой дурмана так же, как у Маринетт, но быстро прояснялись. Ну да, никакой человеческий наркотик не будет в полной мере действовать на волшебное существо. Маринетт всё ещё держала Кота за член, что несколько нервировало Нуара, учитывая, что он собирался сделать. — Прости, Принцесса, это ради твоего же блага. — Ты о чём?.. Леска йо-йо пропала вместе с отменой трансформации, так что теперь Кот не был ничем связан. К тому же, он был быстрее и сильнее Маринетт, и она не ожидала подвоха. Он дёрнулся вперёд, заваливая Маринетт на кресло и прижимаясь сверху. Голову Дюпэн-Чэн он поддерживал своей ладонью, чтобы не стукнуть о спинку. Как он и думал, ему пришлось несладко: девушка сжала его член в руке отнюдь не нежно, и вместо возбуждения Нуара прошило болью. К счастью, это не помешало ему максимально осторожно сдёрнуть с Маринетт одну из серёжек и быстро засунуть её в свой костюм. Славьтесь, карманы! Потом отдаст, когда всё это закончится. Маринетт, кажется, даже не поняла, что именно произошло. Она снова принялась дрочить член, что всё ещё зажимала в ладони, и к собственному ужасу Адриан ощутил, что его возбуждение от боли только усилилось. Маринетт закинула свободную руку ему на шею и робко улыбнулась. Её глаза блестели как две стекляшки. — Котик, только будь осторожнее, хорошо? Я всё ещё девочка. Адриан моргнул. Потом ещё раз. — Что?.. — У меня конечно был парень, — продолжала Маринетт. — Только мы так далеко не заходили. Ну, был петтинг, мы трогали друг друга, оральный секс… но я так и не смогла расслабиться настолько, чтобы позволить ему лишить меня. Хотя я хороша в минете, правда? Она потянулась к Коту за поцелуем, и Нуар не стал отстраняться. Пока Маринетт покусывала, вылизывала и посасывала его губы, Адриан напряжённо вспоминал все подробности отношений Луки и Маринетт. Они встречались… года два вроде, верно? Выглядели вполне влюблёнными и довольными, прежде чем внезапно просто разойтись. Это у них произошло так же легко и непринуждённо, как и начало их отношений. Будто бы они были двумя линиями на графике, которые сначала сплелись, а потом без проблем разъединились. И что, серьёзно? Маринетт не могла расслабиться рядом с Куффеном? Да он даже на Адриана действовал сильнее любого седативного! — Принцесса, — пробормотал Адриан в очередной поцелуй, — может, не надо? — Но я тебя хочу. На кресле было чертовски неудобно, поэтому Кот отодвинулся от Маринетт. Девушка разочарованно застонала, садясь более ровно и пытаясь дотянуться до Нуара, чтобы урвать новый поцелуй. — Маринетт, — тихо сказал Кот, — надо раздеться. Давай. То, с какой радостью Дюпэн-Чэн кивнула и принялась стаскивать с себя водолазку, было хуже, чем нож прямо в сердце. Однако Кот продолжал говорить спокойным, ровным голосом, пытаясь показать отстранённость, которой не было и в помине: — Молодец. Теперь помоги мне, бельё тоже надо снять. Пока девушка возилась с застёжками на лифчике, Нуар стянул с её ног джинсы и носки. Крючки на белье никак не поддавались, так что Адриану удалось ещё и себя в порядок привести. Застегнув ширинку, он ощутил некоторое облегчение. В основном, конечно, моральное, потому что член пульсировал просто убийственно. По крайней мере, теперь Адриан был уверен: он сам не сделает ничего, о чём бы пожалел потом. Нет, он хотел Маринетт. До безумия. Тем более теперь, когда его бы не уничтожала изнутри мысль о том, что он изменяет его прекрасной леди вместе с не менее прекрасной Маринетт. Вот только он бы сам себе не простил бы, если бы он воспользовался ситуацией, как какой-то… как какой-то Дюпре. Он встал и отошёл от Маринетт на несколько шагов. Дюпэн-Чэн тоже вскочила из кресла, — Коту пришлось поддержать её, иначе бы девушка упала, — и сняла с себя трусики, оставаясь совершенно нагой. — Отлично, — размеренно продолжал Кот, стараясь не обращать внимание на изгибы девичьего тела. — Теперь идём. — Конечно. Она качнулась вперёд, и Коту пришлось поддерживать Маринетт. Девушка впилась пальцами в его предплечье, при этом прижимаясь к руке Нуара грудью. Сцепив зубы, он медленно двинулся в сторону выхода. Маринетт, хлопая глазами, недоумённо огляделась, а после нахмурилась. — Глупый Кот, кровать в другой стороне. Адриан закатил глаза и, не раздумывая больше, подхватил девушку на руки. Надо было сразу… но ему тоже было нужно время, чтобы хоть немного собраться. Он максимально бережно донёс Маринетт до ванной комнаты, и там отпустил. Ноги девушку совершенно не держали, так что Кот продолжал удерживать её одной рукой. Другой он пытался настроить комфортную температуру воды в душе. Маринетт тёрлась об него. В какой-то момент она схватила Кота за свободную ладонь и потянула к себе. Адриан, слишком увлечённый настройкой воды, даже не понял, что она собирается делать, а потому чуть не травмировал девушку. В свою защиту он мог бы сказать, что даже не подумал бы, что она попробует мастурбировать его рукой. — Маринетт, когти! — испуганно рявкнул Кот, максимально выгибая ладонь и отводя пальцы от половых губ. — Да-а, когти-и… Маринетт облизнулась и принялась покачивать бёдрами, усиливая трение. Она скользила промежностью по ладони Нуара, вцепившись в его запястье с невиданной для молодой девушки силой. Вырывать руку было слишком рискованно: когти Нуара действительно были крайне острыми, и Кот банально боялся травмировать находящуюся не в себе девушку резким движением. — Да что ты будешь делать, — ругнулся Кот, пытаясь отстранить девушку от себя. — Марин. Марин! Бесполезно; Маринетт только ускорилась, руками направляя ладонь Кота. Нуар с тоской подумал о том, что секс-игрушкой он пока не был, и ещё сильнее выгнул пальцы. Он просто панически боялся задеть Маринетт когтями, тем более в таком нежном месте. И так оставил на ней свои следы: по пять точек-проколов на каждой из ягодиц. Слишком сильно вцепился в бёдра Маринетт, когда поддерживал её на весу. — О, Господи, — хныкала Маринетт, закатывая глаза. — Боже, Котик, как же хорошо… Если честно, Адриан бы никогда не подумал, что Маринетт из «разговаривающих». Сам-то он принадлежал к «молчунам», и во время занятий любовью мог только стонать или рычать. А вот Дюпэн-Чэн, кажется, действительно не могла просто заткнуться и не возбуждать Кота своими комментариями ещё больше: — Как же я хочу, чтобы ты в меня вставил, Котик, это… твой костюм такой холодный, почему он такой холодный? Я хочу, чтобы было горячо, но холод тоже подойдёт… боже, поцелуй меня уже! Нуар неловко развернулся и слепо ткнулся губами в лицо Маринетт. Попал в щёку, но уже через секунду Дюпэн-Чэн повернула голову и втянула Кота в глубокий, влажный поцелуй. Оргазма она достигла всего через несколько фрикций. Тело Маринетт замерло, а затем она выгнулась навстречу Коту, широко раскрывая глаза и рот. Её язык, до этого увлечённо скользящий по зубам Нуара, расслабился и замер. Кот разорвал поцелуй, отстранился и осторожно выдернул свою руку из захвата. Пока Маринетт пребывала в кратковременной прострации, он затащил девушку в ванную, залез следом сам, задёрнул шторку и схватил душ. Маринетт даже не отреагировала, когда Нуар её намочил, и Кот успокоено выдохнул: не прогадал с температурой. — Маринетт, как ты себя чувствуешь? Дюпэн-Чэн практически висела на Коте; ноги её совершенно не держали. Нуар поливал их двоих из душа, не заботясь о том, чтобы беречься от воды. Пускай потом Плагг ему закатит истерику из-за нелюбви к водным процедурам, сейчас это было не так важно. Хоть какого-то ответа кроме тихого мычания он не добился. От воды, — или от оргазма? — Маринетт стало немного легче. По крайней мере, её лицо вернуло нормальный цвет, а румянец прекратил выглядеть болезненно. Да и не пыталась она снова залезть ему под костюм. Кот поливал их водой до тех пор, пока кожа Маринетт не раскраснелась от тепла. Девушка всё это время задумчиво открывала рот, как рыбка, и ловила тонкие струйки языком. Она не сопротивлялась, когда Нуар выключил воду, вылез из ванной и вытащил её следом. Только слегка поморщилась, когда он принялся вытирать её жёстким полотенцем. Адриан завернул Маринетт в то самое полотенце, и снова поднял на руки. Дюпэн-Чэн уронила голову ему на плечо и болезненно поморщилась. — Что-то болит? — обеспокоенно спросил Кот. — Голова. — Сейчас поспишь, и всё пройдёт. Она выпрямилась как могла, открыла глаза, — зрачки были меньше, чем раньше, но всё ещё излишне расширенными, — и нежно улыбнулась. Подняла руку, коснулась мокрой ладошкой лица Нуара и погладила его щёку большим пальцем. — Я люблю тебя, Адриан. Ты самый горячий парень в мире! Её взгляд потерял фокус, когда она подняла глаза чуть выше его лица, к чёрным кошачьим ушам. — И тебя я тоже люблю, Кот. Знаешь, ты тоже горячий. Может, даже горячее Адриана… Нуар вышел из ванной и направился в спальню. Ему хотелось всего две вещи: уложить девушку спать и наконец подрочить. Он лишь надеялся, что о втором Дюпэн-Чэн никогда не узнает и не вспомнит, потому что собирался мастурбировать в её ванной. — Хотя, знаешь, — продолжала Маринетт, болтая ногами, — я знаю, кто горячее вас двоих. Адриан, Кот… Котодриан! Затем она счастливо рассмеялась и начала повторять, как какую-то считалочку: «Адриан, Кот, Котодриан. Адриан, Кот, Котодриан!» Нуар на это только вздохнул и закатил глаза. Кажется, у них будет долгая ночь.