Хватит лгать!

      Белый цвет. Кто же знал, что за несколько дней его продолжительного созерцания он может так надоесть. Жаловаться было некому: денег на ремонт сюда никто не выделит, да и навряд ли врачи одобрят перекраску больницы в какой-нибудь красный. Противный запах лекарств был повсюду, он стал таким же привычным, как ежедневные недосыпы и постоянный стресс, который выжег собою все остальные эмоции. Реанимационное отделение стало Арсению как дом родной — здесь он проводил большую часть времени, уезжая только вечером, когда больница закрывалась. Чтобы на следующий день вернуться и ровно в восемь часов утра стоять как штык перед дверьми заведения.       Благо, что скорая приехала быстро, и Антона удалось спасти. Он живой, казалось бы, это самое главное… Но Арсений не мог так просто успокоиться. Парень находился в критическом состоянии, поэтому должен быть под постоянным присмотром врачей. Это напрягало. Антон пока не мог сам дышать, это Попов услышал от одного из хирургов. Простой процесс, которому все научились в раннем детстве, теперь был для него практически невозможным. Шастун зависел от машины, аппарата ИВЛ. Он не приходил в себя. И врачи говорят, что навряд ли придёт.       Весь мир Арсения рухнул после этой злосчастной аварии. Антон — смысл его жизни, который сейчас висел на волоске. А они ведь только помирились… Только начали нормальную жизнь, так почему всё пошло не так? Водитель вину признал, суд ведёт следствие, только не может закончиться, так как единственный свидетель не даёт показаний. Арсений не может съездить в этот проклятый отдел, даже для того, чтобы закончить мотания по делу об аварии. Ему на это всё равно. Он боялся оставить Антона одного, даже пусть и под присмотром специалистов.       Об инциденте практически сразу узнал и весь состав Импровизации, что неудивительно, авария произошла у них под носом. Пару раз приезжал Дима, интересовался, как проходит лечение Антона. К нему присоединились Серёга и Павел, позже стала навещать Оксана, и этой группой они дружно справлялись о здоровье Шастуна. Арсений неизменно отвечал, что прогресс есть, и что через какой-то месяц Антон будет как новенький, хотя сам был не уверен в своих словах. Состояние довольно тяжёлое, нужен постоянный контроль, а врачей в отечественный больницах и так мало, поэтому вскоре это учреждение обязательно откажется дальше восстанавливать парня. Поэтому нужно будет либо искать новую больницу здесь, либо лететь в заграницу и уже надеяться на иностранных врачей.       Арсений не терял надежды, что Шастун обязательно очнётся. Он не должен умирать, нет, он же ещё столько не сделал в этой жизни. Он же ещё такой молодой… Актёрский состав Импровизации не должен измениться. Этот проект изначально и планировали, как шоу с «вечными» актёрами и ведущим, к которым будут приходить лишь разные гости. Если Антон всё же умрёт… то Арсений уйдёт из Импровизации. Он не сможет видеть то, как на место Шастуна, его Шастуна, приходит кто-то другой. Пусть ищут замену и ему. С него страданий уже достаточно.  — Всё никак не можешь отлипнуть от своего парня? — рядом прошелестел высокий женский голос, обладательница которого присела рядом с Поповым. Тот обернулся. Рядом с ним сидела Варя.  — Ты? Какого хрена ты тут забыла? — Арсений был крайне обескуражен таким поведением его старой знакомой.  — Ну что ты сразу так грубо? Я пришла навестить Антона, так как узнала, что его сбила машина. Врёт и даже не краснеет.  — К нему нельзя. Пускают только врачей, и то, чтобы проверить состояние или сменить кого-то, — Арсений отвернулся, дабы не созерцать лицо самого ненавистного ему человека.  — Я смотрю, тебе это не особо мешает, — сказала девушка, явно имея в виду ежедневные посиделки Попова перед дверью палаты.  — Послушай, у меня нет настроения вести с тобой беседы. Навестила Антона? Прекрасно. Уходи или сиди молча, пока я добрый, — злость и ненависть отражались в каждом слове Арсения. Варя, казалось, даже не заметила его выходки, продолжая беседу.  — Хорошо, перейду сразу к делу. Я считаю, что тебе пора завязывать с бесконечным караулом возле палаты Антона. Тебе надо развеяться.  — Чем я занимаюсь, тебя не должно касаться, — перебил Варвару Арсений. Она наконец выдала своё предложение.  — Может, вместо бесконечного и бессмысленного просидания штанов в больнице ты сходишь куда-нибудь?       Попов поднялся и посмотрел прямо девушке в глаза.  — Я могу сходить. В соседнее отделение, например. Дальше нет. В чём смысл твоего предложения?  — В том, что тебе нужно отвлечься. А я прослежу за этим. В конце концов могу даже молчать, чтобы не напрягать тебя своим присутствием, — Арсений задумался — Что сказал бы Антон, глядя на то, как ты себя запустил? — в груди что-то болезненно сжалось после этих слов. На больное давит       Что-то в голове щёлкнуло, заставило согласиться. Он выдохнул. Была не была.  — Ладно. Но только недолго! И ты действительно будешь молчать по дороге.       Девушка загадочно улыбнулась, начиная движение в сторону выхода.  — Принято

***

      Варя действительно всю дорогу молчала, но при этом уверенно шла впереди Попова и своеобразно вела его. Она знала, что в таком состоянии им будет легко управлять. Арсений погрузился в свои мысли, не обращая внимания на окружающий мир, и, чтобы не потеряться, послушно шёл за девушкой. Это обстоятельство сыграло ей на руку.       Ветер впился в нежную кожу лица девушки, заставляя ту прикрыть глаза. Он приподнял густые русые волосы Вари, прямо как в фильмах, делая ту ещё более привлекательной. Она чуть улыбнулась, осознав этот факт. Подумать только уговорить Попова было так легко. Словно отобрать конфетку у ребёнка. Опустошённый от трагедии, произошедшей с любимым человеком, тот совсем не воспротивился, а стоило запеть песню об «А что подумает Антон?», тот стал плюшевым мишкой, которого легко можно перетащить в другую комнату.       Варвара являлась девушкой довольно приличного роста, чтобы сравняться с Арсением ей не хватало парочки сантиметров. Шагая впереди него, она фактически полностью закрывала того от ветра, который довольно похолодал, нежели в предыдущие дни. Он опустил глаза вниз и нахмурил брови, явно не желая проводить время в такой компании. Тоска сдавливала ему грудь, и если Варя шла, широко расправив плечи, красуясь перед всеми прохожими, то он чуть ссутулился, засунув руки в карманы.       Каблуки девушки начали стучать по неровному асфальту громче, когда к ней пришло осознание того, что скоро всё свершится. Присутствовало небольшое волнение от осознания того, что Попов мог ей и отказать, но оно никак не могло затмить ту радость от близкого свершения такого желанного замысла. Она уже давно знала, что и как будет говорить Арсению, поэтому вероятность удачи была крайне высока.       Через тридцать минут унылой ходьбы Варвара привела Арсения на место, которое было помечено красным в её идеальном плане. Тот, словно послушный пёс, верно следовал за ней, но осознавать, куда эта девушка его ведёт, времени не нашёл. Сейчас же было слишком поздно. Они остановились у одинокого подъезда, которые в отличие от среднестатистических, был ухожен. Он сверкал, словно начищенное зеркало. Попов остановился, недоумевающе смотря на неё.  — Ну и где мы? — недовольное всем и вся настроение вернулось, он снова заговорил этим ужасным тоном.  — Мы у меня во дворе, — просто пояснила девушка, ладонью указывая на огромное здание. — Это — мой дом.  — Я тебя поздравляю, но зачем ты привела сюда меня? — Арсений приподнял одну бровь и внимательно следил за реакцией, пытаясь уловить ту крупицу, что могла выдать Варвару с потрохами. Но та была чиста.  — Чтобы привести тебя в порядок. Судя по внешнему виду, ты не ел уже дня три, — мысленно Арсений удивился. Как она смогла так точно определить начало его голодовки? Девушка приняла нежный вид, будто бы являлась его матерью и страстно хотела помочь. Последние остатки измученного разума пытались докричаться да Попова, предостеречь его от необдуманных поступков. Он их послушал.  — Нет. Я не пойду никуда.       Варя ожидала такой реакции. Ни один мускул не дрогнул на её лице, взгляд остался всё таким же нежным и заботливым, ничто не выдавало его притворности.  — Знаешь, я не руководствуюсь резкими эмоциями и рассуждениями, — начала она. — В конце концов, мы работаем под одной крышей. Так позволь мне, как взволнованной коллеге, хотя бы накормить тебя.       Арсений действительно себя запустил, страшно представить, как он сейчас выглядел. Ему бы не помешало восстановиться и отдохнуть. Если бы на месте Вари был Антон, то тот выбрал бы другую тактику. Он просто бы усадил Попова за стол, сел сам, поставил бы что-нибудь поесть и сказал: «Я не встану из-за стола, пока ты не проглотишь всё». Арсений вздохнул. Голодный желудок и исхудавшее тело говорили громче разума.  — Ладно, — он вновь пошёл вслед за девушкой, которая уже вошла в огромное здание. Птичка попала в силки. Теперь, милый Арсений, ты никуда от меня не денешься       Квартира Варвары оказалась достаточно красивой и просторной, Попов сделал бы на этом акцент, если бы не испытывал к ней негативные эмоции. Все комнаты были соединены в одну, дверей видно очень мало. Панорамные окна, низкие потолки, всё это было довольно чудесно и привлекательно, но Арсения не интересовало от слова совсем.       Он приметил взглядом кухню и уже начал движение в её сторону, как путь ему преградила Варя. Она схватила Попова за запястья и мягко прижала к стене, смотря на него снизу вверх. Реакция не заставила себя ждать, тот сразу же дёрнулся, пытаясь освободиться из мягкого плена, но ослабшие руки здесь были бессильны. Арсений просто застыл на месте, меряя девушку недоумевающим взглядом. Она начала расстёгивать пуговицы на его рубашке.  — Что ты делаешь? — задал очевидный вопрос Попов. — Ты же собиралась меня кормить.  — Но ты ведь не хочешь есть, — Варя ответила утверждением, которое было абсолютно верным. — Ты ведь даже не способен лишний раз попить воды.       Арсений молчал, ожидая следующих действий. Он слишком поздно всё понял.  — Я готова дать тебе то, чего ты хочешь от Антона, — девушка пальцем провела по теперь выделявшейся скуле Арсения.         — Нет… Я не могу, ведь Антон… Хватит, — Попов хотел резко оторвать Варвару от себя, но вместо этого только мягко толкнул её.         — Соглашайся.       Все силы резко покинули организм Арсения, ровно как и идеи, что делать дальше. Мозг отказывался думать, а тело — выполнять команды, конечности не слушались, Он тяжело дышал, пытаясь придумать хоть что-то. Попов не хотел проигрывать. Взглянул на девушку, стоящую перед ним. Она улыбалась, обнажая идеально ровные и белые зубы, словно только от стоматолога. Варя уже успела снять свитер, в котором гуляла сегодня весь день, оставшись в одном лифчике. Сопротивляться не было сил. Ровно как и желания. Арсений сдался.       Тело мужчины размякло, расслабилось, как тот смирился с неизбежным. Сейчас девушка физически сильней его, она просто прижала того к стене, выровнявшись с ним в росте. Она покрывала поцелуями небольшую щетину, что успела отрасти за период с момента аварии. Её руки гуляли по оголённому торсу Арсения, которые ещё секунду назад разорвали рубашку и выкинули её в неизвестную сторону. Он прикрыл глаза и лишь тихо вздыхал, пытаясь не слишком пафосно реагировать на возбуждающие действия. Но резкий и приятный поцелуй в шею всё же заставил того негромко простонать.       Попов полностью потерял над собой контроль. Стоящей перед ним девушке удалось переманить того на свою сторону, отчего на щеках появился еле заметный румянец. В нетерпении тот завёл руки ей за спину, аккуратно расстёгивая замок у лифчика. Нижнее бельё упало на пол, Варя откинула его в сторону мягким пинком. Она чувствовала, как Арсений тоже начал её поглаживать, отчего тоже тихо стонала в перерывах между поцелуями. Оставив множество следов на ключице своего трофея, она вновь вернулась к губам и улыбнулась, чувствуя, как Попов начал ей отвечать.       Большие ладони мужчины легли на округлые бёдра Варвары, чуть их сжимая. Она отпрянула от него, когда почувствовала, что не может больше медлить. Внизу живота сильно тянуло, лоно девушки требовало ласки и страсти. Когда она последний раз занималась сексом? Подобные ощущения та испытывала только в первый раз, а в остальные настоящее удовольствие наступало лишь в процессе. Она нетерпеливо спустила трусы мужчины, ощущая, что тот тоже её хочет. Вскоре бельё упало и с её ног.       Не желая больше ждать, та сразу насела на твёрдый член Арсения, издав при этом громкий стон. Тот закатил глаза и шумно выдохнул, сдерживать себя он больше не сможет. Варвара обвила руки вокруг его шеи, осознавая, что они ей больше не понадобятся. Животный инстинкт завладел обоими и, неожиданно для девушки, Попов сам толкнулся в неё, вызывая ещё один стон. Та начал активнее двигать бёдрами, запрокинув голову вверх и чувствуя, как удовольствие волнами расплывается по её изголодавшемуся телу.       Варя насаживалась всё дальше и дальше, вызывая всё более громкую реакцию. С обоих уже струился пот, но никто не обращал на того внимания, продолжая свои действия. Она обхватила талию мужчины ногами, когда почувствовала, что тот сам начал держать её. Правда только одной рукой. Вторая зацепилась за разметавшиеся волосы, чуть оттягивая их назад. Девушка осознала, что тот хочет взять инициативу в свои руки, что естественно было недопустимо. Она прижала его плечо к стене, и вырваться из этого «захвата» не получилось бы. Сейчас она находилась в более выгодном положении, чем он. Пусть знает, кто тут главный.       Они толкались навстречу друг другу сильнее с каждым разом. Арсений двигался всё жёстче, вовсе не жалея Варю. Небольшой дискомфорт был последователем этих действий, но его глушил подступающий оргазм, что нарастал с каждой секундой. Девушка прикусила губу и тут же вскрикнула, ощутив новый сильный толчок. Стонать громче уже не получалось, наверняка соседи уже услышали, как хорошо она проводит время. Ну и пусть. Ей было всё равно на них.       Арсений крепко схватился за бёдра Вари и насадил ту на себя, вызывая последний, самый продолжительный стон. Та тут же опустила голову к нему на плечо, опаляя ключицу жарким дыханием, что никак не могла успокоить. Сам он тоже кончил через секунду и ослабил хватку, после чего девушка поставила ноги на пол. В отличие от Попова, она ощущала большой прилив сил и огромное удовольствие. Мужчина же чувствовал огромный упадок сил, поэтому еле сдерживал себя, чтобы не съехать по стенке.       Варвара развернулась, натягивая на себя нижнее бельё и взглядом ища свитер, который закинула непонятно куда. Решающая стадия её плана свершилась, от этого она не могла перестать улыбаться. Сколько времени потребовалось, чтобы переманить Арсения на свою сторону, и вот теперь он в её собственном доме, совсем беззащитен, словно ребёнок. Осталось лишь последнее: избавиться от назойливой мухи в виде Антона, и тогда план можно приводить в его следующую, но не менее приятную, завершающую стадию.