Хватит лгать!

      По коридору раздавалось приглушённое эхо от стройных каблуков, что уверенно направлялись навстречу своей цели. Девушка, что надела их сегодня, проходила двери одну за другой, погружённая в свои мысли. Она гордо вскинула свой тонкий носик вверх, красуясь перед серыми стенами, ведь помимо них здесь не было больше никого. Эта рефлекторная походка была изучена ей уже очень давно, и отучаться от неё не было ни времени, ни желания.       Тёмно-синие глаза дамы зацепились за массивную дубовую дверь, над которой включалась и выключалась одинокая лампа. Она разбавляла тишину в этом месте, но добавляла в общую обстановку нотку ужаса, страха, как в хоррор фильмах. В этом коридоре не было даже окон, поэтому единственным освещением являлась именно почти перегоревшая лампа. Заменить её никто не спешил, поэтому работающие здесь люди, замученные кипами бумаг и отчётов, уже просто забили на это, сосредотачиваясь на собственных проблемах.       Девушка стремительно, но оттого не менее элегантно, направилась к двери с явным намерением туда зайти. Каблуки стучали всё громче, в её голове промелькнула даже шальная мысль о том, что те могут сломаться. Но воспоминание о том, как та покупает их в лимитированном салоне во Франции успокоили её. Одинокая лампа освещала недалёкий путь дамы, но как бы той не хотелось работать дольше, испортившееся оборудование выключалось, даруя темноту. Но из щелей двери шёл свет, из-за которого было видно хоть пол, чтобы не споткнуться. Она положила свою нежную ладонь на прохладную ручку и потянула её, после чего коридор осветило приглушённое сияние из этой комнаты.       Она поймала на себе множество удивлённых взглядов из разных частей помещения, что не помешало ей пройти в его середину и с надменностью, на которую была способна только девушка, уставиться на скромного молодого человека, что являлся здесь главой. Тот незамедлительно поднялся с кресла и склонил свою голову, приветствуя гостью, которую дожидался уже больше часа.  — Варвара, — произнёс работяга, ладонью ища на своём заваленном бумагами столе очки, после нахождения которых тот сразу нацепил их себе на нос. Он выглядел испуганным, но тщательно старался скрыть этот факт расправленными плечами и информацией. — Мы рады приветствовать вас…  — Отставить детский лепет, — резко прервала его девушка, свысока глядя на своего подчинённого. Высокий голос разнёсся по просторам узкой комнаты, заставляя присутствующих в ней поёжиться. — Вы выполнили моё поручение?       Молодой человек со страхом в глазах обратился взглядом куда-то за спину Вари. Он наткнулся на такие же заполненные ужасом глаза, но работник, ими владеющий, мгновенно кивнул, уставившись на девушку. Местная глава вновь смотрел на неё и тут же начал докладывать, чувствуя, как та начинает терять терпение. Она не любила растягивать и расписывать, требовала чёткости и должности, только факты и ничего, кроме них.  — Да. Как вы и говорили, мы посылали Антона. И не раз, причём, даже за тот день, — он говорил тихо, умолял свой голос не дрожать, чтобы не упасть в глазах своей начальницы. Странная искра пробежала между ними, Варвара нахмурила брови, продолжая испепелять молодого человека взглядом. — Согласно вашим инструкциям, мы прописали конкретный список дешёвых вещей, которые однако нельзя купить близко отсюда.  — И что с результатом?  — Он не принял возражений, даже наоборот, с радостью согласился помочь, — работник нервно сглотнул, чувствуя, как его руки начинает бить дрожь. Сердце выбивало стремительную дробь, наверняка его стук был слышен всем присутствующим. — Только Попов уцепился за ним. Возражать мы не могли, это может выглядеть подозрительно, но разделять их таким образом — не вариант.       Молодой человек опустил глаза в пол, так как больше не мог воспринимать требовательный взгляд Варвары. Наверное, это бред, но, смотря на человека, она глядела тому в душу, проникала в самые сокровенные уголки сознания, буквально заставляла выдавать ей нужную информацию. Пока никто из тех, кого он знал, не мог выдержать этот метающий искрами взгляд.       Он теребил в своих толстых пальцах край рукава от рубашки, испачканного обычной синей ручкой. От ткани почти отлетела пуговица, придётся закатывать рукав до локтя. Низ деловых брюк был весь в воде, что неудивительно, ведь сегодня утром был дождь. Ботинки промокли насквозь, поэтому законно сушились в углу на годовалой давности газете. Мысли, навязчиво приходившие в голову, мало помогали молодому человеку отвлечься от тянущего ощущения в груди, что прямо сейчас на него смотрят. Он продолжал терпеливо ожидать, надеясь, что сегодня начальница будет ласковей, нежели в предыдущие дни.       Взгляд Варвары стал более мягким, она опустила глаза вниз, явно что-то обдумывая. Девушка скрестила руки под грудью и медленно переступала с одной ноги на другую, распутывая тугой комок своих мыслей. Её хмурое прежде лицо расслабилось, казалось, она на секунду выпала из этой реальности и разгребала проблемы. Но маркетологи слишком хорошо её знали, что облегчённо вздыхать раньше времени. Такое поведение было похоже на затишье перед бурей, что очень подходит с характером Варвары.  — Значит так, — неожиданно, даже грубее, чем обычно, произнесла она, ловя на себе всё ещё напуганные, но сосредоточенные взгляды. — Команды отбой я вам не даю. Продолжаете посылать Шастуна за всякими безделицами, если это возможно, то ежедневно, — та на секунду замолчала, будто что-то обдумывая. Варя поджала губы, но потом вновь направила свой всё такой же уверенный взгляд на главу маркетологов. — Проблему с хвостом я решу, он, как милый, будет бегать по магазинам один. Делаете всё, от вас зависящее, и мы в расчёте, — она развернулась в сторону двери и хотела покинуть помещение, но её окликнули.  — Варвара, стойте! — резко выкрикнул молодой человек, поправляя на носу очки. Его коллеги уставились на него непонимающим взглядом, они, вероятно, уже успели почувствовать сладкий привкус свободы на языке в связи с уходом жестокой начальницы. Она остановилась, но не повернула голову в его сторону. — Мы же уже посылали Шастуна чуть ли не за карандашами, которые можно купить в киоске в паре шагов отсюда. Может, всё-таки что-то изменим?       Девушка медленно сжала ладони в кулаки, но всё ещё стояла спиной к коллективу. Она явно начинала злиться, отчего у маркетологов сузились зрачки.  — Это уже не мои проблемы, — спокойным тоном ответила та, чуть склонив голову в их сторону. — Кто из нас маркетолог? Вы должны обладать хоть каким-нибудь воображением, раз вас приняли в такое элитное место, — она перевела взгляд на бейджик главы. — Денис. Не смейте меня подводить. Поверьте, это вам дорого обойдётся. Всё, выполняйте, — она резко дёрнула ручку двери и вышла в коридор, громко её захлопнув. Работники синхронно вздрогнули.       Поняв, что скрывать свои эмоции больше не нужно, Варвара скривила в отвращении губы, свела брови к переносице и с раздражением выдохнула, стараясь делать это как можно тише. Её покрытые гель-лаком острые ногти впились в нежную кожу на ладони и оставили там следы в виде полумесяцев. Быстро успокоиться уже точно не получится, переполнявшие её ненависть и злость не исчезнут, по крайней мере, сегодня, поэтому нужно как можно скорее вернуться домой, а ещё лучше, в бар, чтобы выпить.       Варвара направилась в сторону выхода из тёмного коридора, в котором так и продолжала мерзко мигать лампочка, но тут же остановилась. В кармане её тонкой и дорогой юбки ощутимо завибрировал телефон, выводя в звук неизвестную девушке песню на французском, из которой она могла разобрать только слово merci. На абонентах у неё обычно стояла мелодия, встроенная в систему мобильника и так, но этот абонент был особым. Чтобы незамедлительно принимать его вызовы, она специально поставила узнаваемую песню, и в этот раз прекрасно осознавала, кто ей звонит. Она мгновенно вытащила гаджет из кармана и приняла звонок, даже не смотря на подписанное имя.  — Да? — тихим голосом проговорила девушка, тут же забыв про недавнюю раздражительность. Не дай Бог, чтобы кто-то из маркетологов услышал этот разговор.  — Варвара? — в трубке послышался грубый мужской голос, явно принадлежавший человеку довольно почтительного возраста. — Ты сейчас можешь говорить?  — Да, да, конечно, — она потёрла переносицу пальцами, чтобы прийти в себя. Девушка крепко прижала телефон к своему уху, чтобы максимально чётко воспринять докладываемую информацию. — Я абсолютно свободна, говорите.       Голос на другом конце линии тяжко вздохнул, очевидно, тоже подготавливая себя к разговору.  — Ты слышала, что этот… как его… Шашнун… Шастун слёг в больницу? — мужчина был гораздо неуверенней, нежели в прошлых беседах по телефону и наяву. Может, он пьяный? Было бы неудивительно, ведь с его зарплатой тот мог позволить себе любой цены коньяк или что-нибудь ещё.  — Конечно, слышала, — тут же ответила Варвара, оборачиваясь к дубовой двери. Не подслушивают ли её те работяги? — А причём здесь он?  — Насколько я помню, именно о нём ты мне рассказывала в прошлый раз, — уже более чётко произнёс грубый голос, взяв себя в руки. — Ты говорила, что испытываешь к нему крайнюю неприязнь, у которой есть обоснованная причина, состоящая в том, что он нахамил тебе, и не раз.  — … Да, всё верно, — а вот нежный голос девушки звучал уже не так уверенно, как в разговоре с маркетологами. В последнюю встречу они сильно напились, и беспечная девушка, руководствуясь нахлынувшими ревностью и завистью, открыто наврала мужчине, надеясь, что тот забудет. Но он, вопреки ожиданиям, обладал феноменальной памятью. Для своих-то лет.  — Я понимаю, что ты — человек порядочный, и что ни за что на свете не стала бы искать выгоду в чужом горе… Но ответь мне честно, — последняя фраза прозвучала очень жёстко, будто приказ, отдаваемый генералом. — В глубине своей души ты этому радуешься?       Варя на секунду задумалась, прикрыв при этом глаза. Она проникала в самые удалённые уголки своего сознания, чтобы отыскать ответ на этот вопрос. Копалась в воспоминаниях, пыталась воспроизвести свои эмоции, когда услышала по телевизору об аварии, произошедшей с известным комиком. И её медленно начало наполнять удовлетворение. Она вспомнила, как уголки её губ растянулись в ухмылке во время просмотра тех новостей. Чувствовала, как преград перед её целью становится меньше. Это не могло не радовать.       Но ещё большое удовлетворение девушка ощутила только тогда, когда смогла привести Арсения в свой дом. Когда просто, как по щелчку пальцев, заставила того ей отдаться. Конечно, об этой части её многоходовочного плана мужчина на другом конце линии не знал, но даже сейчас, размышляя об этом, её губы предательски расплылись в улыбке. Она знала, что нужно ответить.  — Да.       Мужской голос хмыкнул, явно ожидая такого ответа собеседницы. Она не могла видеть, но тот тоже улыбался, при этом показывая свои преимущественно золотые зубы. И уже далеко не все тридцать два. Он сощурил глаза и терпеливо ожидал, когда Варвара снова заговорит. А, зная её буйный характер, сомневаться в этом не приходилось.       Улыбка неожиданно пропала с лица девушки. Прежняя радость как будто испарилась из её сердца, даруя суровую реальность, что била по самолюбию уже далеко не в первый раз. Она вспомнила, как буквально несколькими часами ранее смотрела воодушевлённые сториз этого Антона из больницы, как Арсений, её Арсений, и остальные импровизаторы собрались вместе, что говорит о том, что Шастуна скоро выписывают. Нельзя было описать, как для Вари это было прискорбно.         — Прошло очень много времени, скоро он уже выйдет из больницы, — омрачённым голосом пролепетала Варвара, опуская взгляд вниз.              Мужчина на другом конце линии захихикал, а через мгновение и вовсе рассмеялся так громко, как наверное, не делал никогда. Огорчённая девушка в смятении приподняла одну бровь, пытаясь понять, отчего такой важный человек развеселился. Жгущая и с каждым моментом растущая в груди ненависть смешивалась с искренним недоумением, даруя новый спектр чувств, которые Варя никогда не ощущала.         — Я сказала что-то смешное? — с гневными нотками в голосе произнесла девушка.         — Да, Варвара, очень смешное, — прерывая свой довольно громкий гогот, ответил мужчина. Он снова захохотал, даруя волю своим эмоциям, отчего она становилась всё злее.              За узорчатой дубовой дверью послышались шорохи, будто кто-то подобрался поближе к ней. Работники могли просто выйти в туалет, за едой и так далее, а могли специально приблизиться, чтобы подслушать разговор своей начальницы. Та резко обернулась, смиряя ту бдительным взглядом, будто ища маленькие дырки, через которые можно было что-нибудь услышать. Словно почуяв внезапную слежку, все шумы тут же прекратились.       Поняв, что дальнейшее общение здесь может привести к крайне нежелательным последствиям, девушка тихо, стараясь не издавать звука от своих тонких шпилек, начала удаляться в сторону лестницы. Голос из трубки продолжал смеяться, но уже начал потихоньку успокаиваться, делая глубокие и продолжительные вдохи. Варвара держала телефон всё так же близко к уху, боясь пропустить что-нибудь ценное, важное. Ведь по-другому в диалогах с этим мужчиной и не бывает.         — Послушай, милая Варя, у меня для тебя есть наипрекраснейшая новость, — она чувствовала, что мужчина всё ещё улыбался, однако его голос приобрёл более деловой тон.         — Какая же? — с нетерпением произнесла она, надеясь получить скорый ответ. Вся эта клоунада уже её измотала.              Однако он не желал спешить. После заданного вопроса тот ещё долго крутил трубку стационарного телефона в своих толстых пальцах, на каждом из которых было по кольцу. Толстый металл обволакивал их нижнюю часть полностью, а в середине украшения виднелся драгоценный камень — рубин. Рубины были на всех пальцах, кроме безымянного на правой руке, это кольцо покрыто напылением из изумруда.         — Я могу сделать так, чтобы Шастун больше не попадался тебе на глаза, — улыбка исчезла, оставалось только чёрствые убеждения, в которых их владелец, казалось, не сомневался. — Навсегда.              Варвара приподняла брови, крайне удивлённая таким заявлением.         — Но как? Его же знают люди по всей России, и мы работаем фактически под одной крышей.              Мужской голос тут же выдал свою идею, что начала крутиться у него в голове ещё с их последней встречи.         — Ты иногда забываешь, с кем говоришь Варвара, — он сделал небольшую паузу, а затем продолжил. — Даже малой части моего бюджета хватит, чтобы выгнать этого парнишку с ТНТ. Если тебе хочется, с громким скандалом.