Хватит лгать!

      По полому и довольно узкому пространству в палате раздался громкий звук закрытой двери, отчего хлипкая прикроватная тумбочка чуть съехала. Её небольшие потёртые колёсики развернулись в разные стороны, после чего та остановилась. Имея небольшой вес, она двигалась даже от слабого дуновения ветра из открытого окна, который впервые за последние дни был довольно тёплый. Весна наконец вернулась в их город, и теперь числа на календаре оправдывали себя хорошей погодой. Его лечащий врач, видимо, больше ценил выписку Шастуна, раз с такой силой показательно вышел из палаты.       Свой маленький календарь на тонкой картонке, который любезно предоставила Наталья, Антон сразу же выкинул. После сбора всех актёров Импровизации, после такой домашней и тёплой встречи он улыбался весь вечер. Как приятно было тогда осознавать, что всё ещё есть люди, готовые в любое время простить и поддержать. Коллеги помогли ему отвлечься, и Шастун на удивление начал поправляться. Заживающие раны говорили сами за себя, и скоро парень смог беспрепятственно носиться по этажам, чтобы хоть как-то разбавить скучные больничные будни. Врачам всё больше и больше не нравился энтузиазм пациента, поэтому стоило огромному шраму на левой руке приобрести адекватный и более менее здоровый вид, как трудяги от мира медицины решили выписать давно надоевшего им Антона.       Все вещи, которые все кто угодно успели прислать ему за этот ужасный период, были заботливо уложены в дешёвые пакеты из Пятёрочки, они терпеливо ожидали, когда их хозяин с превеликой гордостью вынесет их из больницы. В их законном месте под кроватью совсем недавно помыла уборщица, поэтому мучиться от пыли им больше не придётся. Шастун гордо восседал на больничной койке и даже не пытался скрыть своей радости. Его лицо сияло, больная щека, с которой во время аварии содралась кожа, уже зажила и почти не отличалась от своего предыдущего вида. На ней даже образовалась щетина. Хоть и желание вернуться домой возрастало с каждой секундой, парень продолжал ожидать, пока время возвращаться наконец не наступит.       Жизнь определённо начинала налаживаться, в этом сомневаться точно не приходилось. После всеобщего сбора неизменного актёрского состава Импровизации прошла уже неделя, и в её течение Антона не покидало хорошее настроение. Он снова обрёл надежду на лучшее, на то, что всё сможет вернуться на круги своя. Эта авария изрядно потрепала ему нервы, силы на восстановление ещё были, и парень надеялся потратить их во благо. У него есть Арсений, а он уж точно поможет тому вернуться к нормальной жизни успешного комика.       Вышеупомянутый Попов изъявил желание сопровождать Шастуна в его счастливом выпуске из этой лечащей тюрьмы. Он припёрся в больницу за час до открытия и наворачивал круги, пока не очень радушный охранник всё же не впустил его в здание. Дима и Серёжа должны будут ждать на улице, предварительно приехав туда в автомобиле, в котором все вместе они и должны уехать наконец домой.         — Похоже, эти недоврачи ужасно рады тому, что ты наконец покидаешь их расхвалённую больницу, — Арсений зашёл в палату и, в отличие от здешних медиков, тихо прикрыл за собой дверь. Он встал напротив Шастуна, скрестил руки и еле сдерживал навязчивую улыбку, тоже радуясь скорой выпиской. — Что ты натворил, раз весь персонал не только хмурит лицо в твою сторону, но и стараются поскорее тебя выселить?         — Без понятия, — Антон пожал плечами и устремил свой метающий искрами счастья взгляд в не менее радостные глаза напротив себя. — Может, я им просто надоел со своими постоянными гостями, — он шире растянул свою потрясающую улыбку, которая буквально почти доходила до ушей. — Так уж сложилось, что наша общественность не любит популярных людей.         — А ты, значит, популярный, — Попов склонил голову в сторону и сощурил глаза, продолжая загадочно улыбаться. Он еле сдерживал себя, чтобы не начать хихикать, что у него очень неплохо получалось.         — Выходит, да, — Шастун полностью повторил порядок движений Арсения, даже почти смог повторить его взгляд, почти испепеляющий, но ужасно радостный.              Игру в гляделки прерывать никто не собирался. Две пары насмешливых глаз смотрели друг на друга, соревновались в том, кто дольше продержится. Парни моргали максимально быстро, ведь каждая секунда без лицезрения чужого взгляда равнялась поражению. Нужно фиксировать каждую искру, каждый уголок радужки, чтобы ничего не пропустить. Антон хохотнул и посмотрел себе под ноги, не в силах больше продолжать бороться против профессионального актёра. Тот безоговорочно забрал себе победу, не оставив ни единого шанса своему оппоненту.         — Как скоро мы сможем наконец уехать отсюда? — Шастун вновь обратил взгляд на такие же уверенные глаза Арсения без намёка на соревнование. — Развлечений здесь никаких нет, а несколько часов подряд тупо сидеть мне, если честно, уже надоело, — он поднялся с кровати и направился в сторону окна, так как оттуда подул более прохладный поток воздуха, нежели раньше. Простывать ему сейчас врачи не рекомендовали, поэтому о мороженном и фруктовом льде на время придётся забыть.         — Я без понятия, — произнёс Попов, прислонившись спиной к стене. Он тоже уже давно успел заскучать, но умудрялся не показывать это всем, включая Шастуна. — Вроде бы за тобой кто-то из персонала должен зайти, какую-то хрень-бумажку дадут, и в принципе ты свободен.         — Понятно, — парень остался стоять у окна, развернувшись к Арсению спиной. Он подпёр голову руками и с интересом разглядывал прибольничную парковку, на которой не было ни единого автомобиля. Там вообще не было движения. Всё застыло, будто бы это картина, нарисованная с помощью самых реалистичных красок. — Не помнишь случаем, забрал ли Серый тогда карты? Хоть по идее и нельзя играть, тогда это было хорошее развлечение.         — Забрал, точно помню, — уверенно ответил мужчина. — Мы ещё по обратной дороге пытались склеить порванного туза всем, что только нашли в бардачке. Короче, карту мы похоронили, — Арсений вспоминал каждое событие, происходившее в тот день. — Ровно как и колоду. Димка тогда не до конца протрезвел и случайно пустил её по ветру, когда мы почти приехали к его дому. Только дама червей осталась.              Антон не ответил, но громко выдохнул, демонстрируя глубочайшее сожаление. Никто, даже сами врачи не знают, когда конкретно они смогут отпустить его. Есть ли гарантия, что это сделают обязательно сегодня? Привязанность к дому тяготила ему сердце, очень трудно оставаться здесь, зная, что ты мог быть в родной квартире ещё несколько часов назад. Узнать наконец, как там Люк, пройтись ладонью по его мягкой шерсти… Хоть в одном из недавних видеозвонков Дима уже показывал Шастуну, что с его котом ничего не случилось, когда приезжал его кормить, но общение вживую наверняка принесёт больше положительных эмоций.         — Ладно, переоденусь пока что, — Антон развернулся и отошёл от окна, попутно развязывая узлы на своей больничной рубашке. Он присел на корточки и аккуратно достал из стоящего рядом пакета чёрную футболку, после чего кинул её на заправленную койку.              Арсений внимательно следил за каждым движением парня. Наблюдал, как его тонкие длинные пальцы пытаются поддеть замысловатый бантик, чтобы снять надоевшую и пропахшую зелёнкой одежду. Антон выпрямился во весь рост и нахмурился, пытаясь развязать очередной узел. Единственное, что делают хорошо в этой больнице. Парень повернулся к окну, чтобы лучше видеть свои действия, но прогресс не двигался. Попов уже хотел подойти к нему, чтобы помочь, но последние ленточки разъединились, и Шастун тут же стащил с себя неудобную тунику.       Мужчина чуть приоткрыл рот, когда увидел изуродованную огромными шрамами спину Антона. Самый большой проходил от плеча прямиком к талии, разошедшаяся кожа не соединилась с аварии, хоть рядом и виднелись следы от нитки, которой его зашивали и которую совсем недавно сняли. Если это — конечный результат, то страшно подумать, что было в начале на этом месте. Были и другие толстые шрамы, но все они успели затянуться за время, что Шастун провёл здесь. Он стал заметно худощавее, чем раньше, однако даже этот факт не портил его общий вид, остававшийся всё ещё привлекательным. Очень привлекательным. Арсений сделал шаг в его сторону. Затем ещё и ещё один, пока не оказался почти вплотную с ним.         — Что, хочешь трахнуть? — парень услышал резкие шаги, направленные к нему, и не мог не догадаться, что стоит за ними. Он развернулся и посмотрел прямо в глаза Попову, попутно хватая с кровати футболку.         — Может, что-то большее? — тихо ответил мужчина, устремив к нему ответный взгляд. Он чуть подался вперёд, намереваясь прикоснуться своими губами к чужим. Антон не тянулся в ответ, но и не отстранялся, что уже означало маленькую победу. Осталось всего пара миллиметров…         — Антон, вам пора… Ой, извините, я не вовремя, — дверь в палату удивительным образом оказалась открыта, и из-за неё выглядывала Наталья. Она дико стыдилась за увиденную картину, особенно если учесть, что её пациент был полуголый. Ничего страшного, его выпишут буквально через минуты, поэтому больше попадать в неловкие ситуации не придётся. Парни устремили свои взгляды на неё, поэтому девушка отвернулась и произнесла. — Собирайтесь, я сопровожу вас к выходу, — после чего удалилась.         — Ну наконец-то, — радостно крикнул Шастун, одним движением напяливая на себя футболку. Он насмешливо посмотрел на Арсения, после чего подошёл ближе к выходу. Мужчина приподнял брови от такой наглости. — Пойдём. Димка с Серым, наверное, уже на месте.              Мгновение, и парни в сопровождении девушки шли к главному выходу из здания. Судя по счастливому лицу Антона, он еле сдерживал себя, чтобы не начать прыгать от радости. Как у него обычно бывает, если тот в хорошем настроении, то оно шло у него буквально из груди. Шастун сиял. Словно звезда, только загоревшаяся на небе. И запретить ему никто не мог.       Знакомый коридор приближался с каждым шагом, шум людей из регистратуры отражался по его стенам, отчего становился ещё громче. Ну конечно, сегодня будний день, да ещё близко к обеду, сейчас очереди будут длиннее остальных. И это для парней было не очень круто, ведь именно там они должны были получить нужную бумажку, которая позволит наконец покинуть это место из кошмаров. Но другого выхода нет, если придётся ждать, то поменять это не удастся.       Наталья подошла к, вероятно, своей знакомой, и начала с ней какой-то диалог, суть которого для Антона и Арсения оставалась неизвестной, ведь они стояли в нескольких метрах от неё. Она сказала им просто подождать в сторонке, пока та попытается как можно скорее заполучить нужную справку. Шастун аккуратно прислонился к стене и прикрыл глаза, надеясь получить «билет в обычную жизнь» как можно скорее. Попов стоял рядом с ним и без интереса разглядывал густую толпу, чтобы хоть чем-то себя занять. Громкие, нелогичные люди… Куда же они все так спешат? Разнообразные лица сливались друг с другом, запомнить или узнать кого-нибудь здесь было невозможно.         — Антон! — высокий женский голос окликнул парня сзади, они развернулись на него, и Арсений тут же сделал шаг назад от неожиданности. Варя. Что она здесь делает?              Шастун открыл глаза и отпрянул от стены, с интересом рассматривая стоящую перед ним девушку. Она загадочно улыбалась и смотрела прямо на него, казалось, следя за каждым его действием. От неё шёл непонятный холод, что пробирал до костей и заставил парня дрогнуть. Тёмно-синие радужки были заполнены спокойствием, их владелица явно уверена в себе и в том, что она делает. К сожалению, тем Антон сейчас похвастаться не мог.         — Как я вижу, вы уже выписываетесь, — пока парень собирался с мыслями, она начала разговор. — Очень рада, что с вами всё в порядке, — прочитать её эмоции было невозможно, слишком хорошо та научилась их скрывать.         — Спасибо, а… кто вы, позвольте спросить? — Антон даже не старался скрыть удивление, всё равно бы не получилось, поэтому его брови медленно поползли вверх, делая его общий вид весьма специфичным. — Просто я…         — Какого чёрта ты тут забыла? — Арсений резко прервал беседу, делая пару огромных шагов, чтобы оказаться прямиком рядом с девушкой. Та ничуть не изменилась в лице, даже не убрала улыбку, которая из загадочной превратилась в насмешливую.         — Пришла навестить Антона, — тем же тоном ответила Варвара, чувствуя на себе полный непонимания взгляд Шастуна. Он попеременно смотрел то на неё, то на Арсения, пытаясь расслышать обрывки их фраз в большом шуме в регистратуре. Людей становилось всё больше, поэтому, даже находясь вплотную с каким-либо человеком, не факт, что получится разобрать что-то им сказанное. — За одно и познакомиться. Он ведь меня не знает.              Очевидно, что Попов не расслышал, что за предложение прозвучало в конце, ведь давать ответ тот не спешил. Его взгляд периодически обращался к регистратуре, всего лишь на долю секунды, но это определённо давало большую информацию. Девушка читала Арсения как открытую книгу, а ведь она пришла сюда намного раньше и видела, как те дожидаются оттуда бумаг некоторое время. Очевидно, что он буквально молился, чтобы их принесли поскорей, тогда от Вари наконец можно будет просто уйти. Пусть уходят, цель всё равно далеко не в них.         — Не говори так грубо, Арсений. В конце концов, пришла я не к тебе, а к твоему Антону, — пока Шастун безуспешно пытался понять, а вернее услышать, суть их разговора, до Попова всё дошло, о чём свидетельствуют его нахмуренные брови. — Наш разговор не имеет смысла для тебя, у тебя не осталось ходов. В то время как у меня есть главный козырь, — она стала говорить на тон тише. — Ведь ты не хочешь, чтобы он, — она кинула взгляд на недоумевающего парня. -… знал лишнее?              Последняя фраза поставила Попова в тупик, отчего тот не смог сразу выдать ответ. Шастун приподнял одну бровь и вопросительно смотрел на него, одни его глаза выдавали: «Ты знаешь её?». Дальнейшее участие в этих распрях могло не закончиться ничем хорошим, Варя действительно могла выдать Антону то, что он не должен знать. У них только всё начало налаживаться, почему боги опять послали ему эту ужасную женщину?         — Нам пора домой, Антон, — выхода не было, ожидать дальше было слишком опасно, поэтому срочно нужно капитулироваться, и прежде, чем Шастун успел возразить, Арсений взял его под руку и повёл в сторону выхода. Лучше он потом сбегает за этой справкой, чем сейчас провалится. Варя усмехнулась.       Враг бежит — враг повержен  — Стойте, подождите! — рядом с ней оказалась молодая девушка, машущая парням рукой с какой-то бумажкой. Они даже не обернулись и поспешили выйти, после чего та плюнула в сторону и начала удаляться в неизвестном направлении. Она очень заинтересовала Варвару. Девушка направилась в ту же сторону неспешными шагами, намереваясь получить нужную ей информацию. Если нужно, за деньги.