Истинные чувства

Джейн.

Двое из семи. Смысл этого «послания» был не совсем понятен Джейн. Она прокручивала в голове события прошедших дней, и, казалось, не нашла ответа, как вдруг вспомнила странное поведение Оливера Тёрнера, и его не менее странные слова: — Это всех ждёт, поверь… Каждого ждёт… Могло ли это быть связано с надписью на стене? Вероятно, да. Но кто же тогда стал тем самым «вторым»? И не его ли это кровь?.. Ощутив новый приступ тошноты, Браун судорожно сглотнула и повернула голову на Драко: тот в это время невербально вызвал патронуса, который стремительно скрылся через пол – вероятно, пунктом назначения был Северус Снейп. Вдруг Малфой дёрнул девушку за руку, заставляя её встать лицом к нему, тем самым отвернувшись от окровавленной стены. Слизеринец слегка прищурился и наклонил голову вбок, смотря прямо в глаза Джейн. Она же, в свою очередь, чувствовала себя крайне некомфортно и спешно отвела взгляд – конечно, ведь буквально пять минут назад он терпеть её не мог, а теперь они держатся за ручки посередине второго этажа. — Ты утверждаешь, что веришь мне? — голос Драко был настолько серьёзным, будто он прямо сейчас отвечает на вопрос по Зельеварению. Девушка, наконец, решилась посмотреть ему в лицо – оно было искажено какой-то непонятной эмоцией – что-то между страхом и осознанием. Браун слегка поморщилась. — Да, верю, — стараясь сделать тон голоса как можно более ровным и спокойным, проговорила она. — Тогда ты должна поверить каждому слову, которое я тебе сейчас скажу. Поверить и не рассказывать ни-ко-му, — последнее слово он произнёс гораздо громче и буквально по слогам. В ответ Джейн коротко кивнула, после чего Малфой резко отпустил её ладонь, которую с каждым словом сжимал всё сильнее. И он рассказал ей всё. Про разговор со Снейпом, про метку и Пожирателя. Конечно, услышанное не на шутку возмутило девушку – мало того, что Драко утверждал, будто где-то поблизости орудует бывший приспешник Тёмного Лорда, так вдобавок подозрения легли на профессора Брантли – человека, к которому Джейн испытывала искреннюю симпатию. Навязчивые мысли стремительно проникали в голову, заставляя кровь пульсировать в висках. — Зачем ты всё это мне говоришь? Чтобы что? Разве это не входит в список «строжайших секретов Пожирателей»? — ядовито съязвила она, чуть сощурив глаза. В ответ Малфой успел лишь закатить глаза, как вдруг рядом послышался хлопок трансгрессии. Снейп. Поначалу Браун не поняла, почему вокруг не появился чёрный дым, а потом вспомнила, что на учителей запреты на перемещения не распространяются. — Полагаю, мисс Браун, раз вы всё ещё здесь, значит, мистер Малфой уже успел всё рассказать? — лицо Северуса было как всегда непроницаемым, словно каменная маска, и девушка невольно сжалась под холодом его взгляда. Поняв, что она молчит уже несколько секунд, а от неё всё ещё ожидают ответа, Джейн прочистила горло и негромко проговорила: — Да, профессор… Я никому ничего не расскажу, клянусь! — слизеринка затараторила под конец фразы, чуть поднимая ладони кверху. Окинув взглядом стоящих перед ней мужчин, она вдруг поняла, насколько ей некомфортно. Хотелось просто сжаться в комок и забиться в угол от всего, что происходило вокруг. Снейп и Малфой несколько секунд смотрели друг другу в глаза, будто мысленно переговариваясь, а затем подошли к стене, изучая кровавую надпись. Прошло несколько минут, в течение которых декан Слизерина шептал что-то на латыни вместе с Драко, затем собрал всё ещё капающую кровь в заранее, как оказалось, подготовленный пузырёк и одним взмахом палочки очистил стену и пол от страшного послания. Что, простите? Только что он уничтожил надпись, которая могла стать уликой, указывающей на злоумышленника, да и вообще, её даже не видел Дамблдор! Столь явное проявление самоуправства, пусть и со стороны декана, несказанно возмутило девушку, и она сделала шаг вперёд, чуть расправляя плечи. — Почему вы уничтожили её? Вы хотите, чтобы никто не узнал о произошедшем? В Хогвартсе пропал ещё один человек, а надпись могла помочь найти и его, и похитителя, а вы… Вы… — на глазах Джейн вдруг навернулись слёзы, а в груди появился уже знакомый липкий ком. Страх. Страх окутал её, проникая в каждую клеточку тела. И никак нельзя было понять, что пугает сильнее – исчезновения студентов и возможная связь этого с Пожирателем, или то, что два бывших Пожирателя сейчас стоят прямо напротив неё. — Джейн, тише, всё хорошо… — чуть ли не промурлыкал Драко, делая шаг вперёд. Конечно, девушка понимала, что шарахаться от него на глазах у Снейпа будет глупо - показаться истеричкой, которая себя не контролирует, в глазах декана она просто не могла. — Я сообщу обо всём директору, и мы предпримем все необходимые действия, — Северус еле заметно кивнул Малфою, отчего у Браун создалось чёткое ощущение того, что от неё явно что-то скрывают. — На этом ваше патрулирование окончено, отправляйтесь в гостиную, немедленно. Снейп ещё несколько мгновений смотрел в глаза Драко, а затем резко развернулся и стремительным шагом направился вглубь коридора. Через несколько секунд послышался хлопок трансгрессии где-то за углом. Стоило звуку дойти до Джейн, как она буквально тут же развернулась и собиралась чуть ли не бежать к подземельям, но её планам помешал Малфой, перегородивший путь. — Отвечаю на твой вопрос. Всё это я тебе рассказал потому, что ты уже слишком многое узнала и увидела, — он слегка поджал губы, смотря прямо в глаза девушке. Видимо решив, что его ответ нуждается в пояснении, он тяжело выдохнул и продолжил, начиная загибать пальцы. — Случай в Хогсмиде, внезапное появление Тёрнера, случайная демонстрация моей метки и, наконец, сегодняшний случай. Должен признать, я крайне удивлён, что ты не разболтала ничего своей мерзкой подружке… — Следи за языком, Малфой… — Браун скрестила руки на груди, одаривая Драко убийственным взглядом. Как бы он не симпатизировал ей, говорить подобное про Селену не мог никто. — Прошу прощения, — слизеринец поднял ладони вверх и ослепительно улыбнулся. Джейн несколько секунд разглядывала улыбку на его лице, будто перед ней было что-то прекрасное. Да, определённо… Чёрт. Мерзавец Малфой опять это сделал. Что ж, он хотя бы извинился. Наконец, Драко и Джейн зашли в гостиную. По пути они лишь изредка переговаривались, да и то только на тему учёбы. На этот раз они шли рядом, что немного напрягало девушку. Она то и дело пыталась ускорить или замедлить шаг – без толку, Малфой всё равно подстраивался под неё. Браун уже направилась к лестнице, как вдруг её окликнул слизеринец. По имени. Снова вспомнил, как её зовут? Она повернулась и уставилась на него: в полумраке гостиной он был слово яркий луч света, смотрящий прямо ей в глаза. Джейн сглотнула, вновь ощущая, как внутри грудной клетки расползается густое тепло. — Всё будет хорошо, поняла? — он улыбнулся уголком губ, запуская руку в свои платиновые волосы. — Добрых снов. Драко развернулся и быстрым шагом поднялся к себе. Девушка ещё пару минут стояла посередине гостиной, улыбаясь, словно идиотка. Кажется, подобное уже случалось… Что же, красавица, поздравляю – ты влюбилась в главного засранца школы.

⊹──⊱✠⊰──⊹

— Профессор Брантли, я задержусь? — Джейн подошла к преподавательскому столу после урока, снимая с плеча сумку. — Конечно, милая! — Гораций буквально просиял, как и всегда. – Чаю? С утра уже вся школа знала о случившимся. Конечно, настолько, насколько было позволено – среди учеников даже не шло речи о надписи, которую двое слизеринцев обнаружили ночью. В связи с тем были введены парочку новых правил – по крайне мере, пока не найдётся пропавший ученик: во-первых, отбой теперь ровно в девять вечера, во-вторых, на все занятия ученики должны были ходить группой, по курсам. На это раз пропала третьекурсница с Пуффендуя, Кэтрин Маршал. Как все не пытались связать её с Оливером Тёрнером – безрезультатно, их совершенно ничего не объединяло. Джейн помнила о том, что у пятикурсника после исчезновения пропали всякие черты, отвечающие за радость. Но девушка никак не могла вспомнить, было ли в пуффендуйке что-то особенное. Всё-таки, они ни разу не общались. Все были не на шутку напуганы, поэтому старались соблюдать новый порядок. Однако Браун решила, что рядом с профессором Брантли ей ничего не грозит, да и к тому же, он проводит её на следующее занятие. Надо сказать, что Драко совсем не понравилась инициатива девушки – стоило ей подойти к столу профессора, как она услышала сзади тяжёлый вздох, а повернувшись, увидела выходящего из кабинета Малфоя, выражение лица которого буквально означало: ну и дура, я за тобой потом не побегу. — Профессор, скажите, что вы думаете насчёт всех этих исчезновений? — озадачено проговорила Джейн, делая глоток восхитительного чёрного чая с лимоном и имбирём. — Во внеурочное время называй меня просто Гораций, договорились? — мужчина тепло улыбнулся, смотря на девушку. Она кивнула в ответ. — Видишь ли, всё это, конечно, ужасно, но я думаю, решение обязательно найдётся. Что касается причины… Я считаю, это дело рук учеников. Либо кто-то не совсем удачно шутит, либо мы имеем дело с отклонениями в психике. По секрету скажу тебе, профессора считают, будто это сговор учеников. Запираются в Выручай-комнате, а оттуда, сама знаешь, куда угодно.. Слова Брантли, и правда, имели место быть. Ведь действительно, комната не просматривалась на карте Мародёров, а использовать, например, исчезающий шкаф мог каждый. Почему-то, после этого разговора Джейн стало намного легче. Навязчивые мысли отошли на второй план, позволив просто и беззаботно проводить время с Горацием. Ещё какое-то время они обсуждали исчезновения, и вдруг мужчина спросил: — Джейн, милая, скажи… Твоя мама училась в Хогвартсе? — он отложил в сторону кусочек пирога и закинул ногу на колено. Его лицо выражало искренний интерес. — Да, она волшебница, в отличие от отца. Училась на Слизерине… Вы с ней знакомы? — девушка не могла припомнить, чтобы мама рассказывала о профессоре, когда речь о нём заходила в телефонном разговоре. — Я всё пытался понять, кого ты мне напоминаешь, а потом пересмотрел свой выпускной альбом, — Брантли улыбнулся, поправляя очки. — Мы с Викторией были очень хорошими друзьями в школьные годы, и даже несколько лет после, — он помолчал несколько секунд, словно погружаясь в воспоминания, а затем перевёл взгляд на часы. — Нам пора провожать тебя на Травологию, дорогая! И действительно: тем же вечером Джейн позвонила маме, и та, наконец, вспомнила Горация. Девушку смутило лишь то, с какой неохотой женщина рассказывала о старом школьном приятеле. Всем произошедшим Браун незамедлительно решила поделиться с лучшей подругой – как раз, кстати, они договорились встретиться во дворе школы в восемь вечера. Девушки беззаботно болтали, сидя на широких ступеньках, постелив на них махровый плед. Конечно, о словах Драко пришлось умолчать, и копилка секретов от Селены продолжала пополняться. В такие моменты пословица: «Всё тайное рано или поздно становится явным» пугала ещё сильнее. Сильнее всего подруг огорчало то, что возможна отмена завтрашнего похода в Хогсмид, который все так ждали. Они уже заранее планировали подыскивать платье на предстоящий бал в честь Хэллоуина, и в который раз разочарованно вздыхали, как вдруг между ними появилась тень в остроконечной шляпе с пером. — Юные леди, отбой через десять минут! На вашем месте, я бы поторопилась, — неожиданно добродушно проговорила Макгонагалл, указывая в сторону лестниц. — Не спешите вешать нос – поход в Хогсмид состоится. Пропавшая ученица вернулась. Джейн и Селена многозначительно переглянулись.

Драко.

Вокруг творилась какая-то чертовщина, и больше всего раздражало то, что ты не в силах помочь. Ещё ночью Малфой и Снейп условились держать друг друга в курсе событий. Конечно, речь не шла о Джейн – она и так слишком много знала и видела. Но Драко действительно считал правильным решением рассказать ей всё. Так было спокойнее для него и безопаснее для неё. Чёртова полукровка слишком глубоко засела под кожу. Её не получалось смыть ни одним заклинанием. Слизеринца волновало всё, что происходило с ней или около неё. Пусть даже это волнение выглядело нездоровым, делать было нечего – легче принять своих демонов, чем отчаянно бороться. Особенно, если твой демон был таким невыносимо желанным. Именно поэтому он не был в восторге от столь тёплого отношения Браун к профессору Брантли. Как и Снейп, Малфой продолжал его подозревать, несмотря на полное отсутствие улик, указывающих на него. Чертовщина. Драко лежал в своей постели, перечитывая конспект по ненавистной Защите, как вдруг рядом появился патронус Снейпа – лань. Он перевёл взгляд на часы – десять вечера. Придётся трансгрессировать. Выглянув из-за шторки и убедившись, что никому и дела нет, что он там делает, Малфой отложил тетрадь и закрыл глаза. Чёрный дым окутал его. Слизеринец оказался в больничном крыле. Его взгляд упал на Северуса, стоявшего возле одной из кроватей, на которой лежала бледная девочка. Драко бесшумно прошёл вперёд и узнал её – Кэтрин Маршал. Выглядела она, мягко говоря, измучено, совсем не как Тёрнер после своего появления – бледная кожа, растрёпанные волосы и чуть разбитая губа. Девочка, видимо спала, потому что никак не отреагировала на появление нового человека в помещении. — История повторилась. Она совершенно ничего не помнит, начиная со вчерашнего вечера, — Снейп тяжело выдохнул, поворачиваясь к Малфою. Его лицо выглядело крайне обеспокоенным – оно и понятно. — Где её нашли? Почему она такая потрёпанная? — немного требовательным тоном спросил Драко, опускаясь на стул у стены. Ему было не совсем понятно, почему Северус медлит с рассказом. — Дамблдор заметил её появление на седьмом этаже по карте Мародёров. Конечно, мы предположили, что она вышла из Выручай-комнаты, но первое, что она помнит – коридор именно седьмого этажа, — декан сделал паузу, поправляя полы своей раскидистой мантии. — Видимо, в отличие от Тёрнера, Маршал оказывала сопротивление. Этим и объясняется её внешний вид и столь долгое отсутствие… Но это лишь предположения, Драко, не воспринимай это как окончательный вердикт. — Тестирование проводили? — слизеринец нахмурился, переводя взгляд на спящую пуффендуйку. Внутри закипала непонятная злость на неизвестного человека. Вернее, не человека, а чудовища – иначе и сказать было нельзя. — Здесь оказалось проще. После короткой беседы мы и без теста поняли, что изменилось – Маршал постоянно либо уходила от ответа, либо и вовсе лгала в очевидных вопросах. Видишь ли, Кэтрин всегда отличалась искренностью и честностью, это отмечали все профессора… — Снейп потёр переносицу пальцами, словно его мучала сильнейшая мигрень. Он всегда делал так, если знал что-то, о чём другим знать не следовало. И обычно, правда была не особенно радужной. — Чья кровь была на стене? Девчонки? — Малфою было непонятно, почему мужчина сам не рассказывает всё, что ему известно. — Нет… — несколько мгновений тишины. Тяжёлый голос продолжил. — Это кровь пса. Очень маловероятно, что это ритуальная кровь. Скорее, просто как средство для написания послания – первое, что попалось под руку. — Я же вижу, что ты знаешь что-то ещё. Иначе, зачем пришлось дёргать меня после отбоя? — голос Драко выражал нетерпение. Он резко встал и подошёл чуть ближе к Северусу, предварительно оглядевшись по сторонам – никого. — Скажи. — Лишь однажды я видел упоминание об исчезновении черт характера… — он медлил, будто старался подобрать правильные слова. — Существует зелье, действие которого подобно Империусу, только гораздо, гораздо мощнее… Дальнейшие пояснения были не нужны. Драко прекрасно понимал, что это значит – вероятно, Пожиратель использует учеников Хогвартса, чтобы приготовить зелье, которое поможет ему обрести всеобщий контроль. Злость внутри продолжала расти с неистовой силой. Слизеринец ещё раз убедился в неграмотности работы Министерства – как они могли упустить его? А если упустили несколько человек? Чёрная метка на руке адски загорелась, будто кожу только что подожгли. Малфой перевёл взгляд на Снейпа и закатал рукав рубашки. Тот поступил аналогично. Угольно-чёрные змеи на их руках еле заметно извивались в черепе. Кэтрин издала слабый стон и резко откинула руку в сторону, из-за чего ночная рубашка, застёгнутая до половины, слегка разошлась в области груди. Даже такой тихий звук в тишине показался ужасно громким, и привлёк внимание присутствующих. Драко окинул взглядом девочку, и вдруг заметил небольшую неровность чуть выше левой груди. Подойдя ближе и нагнувшись, он понял, что это было крохотное, почти неразличимое отверстие, вокруг которого расползлась краснота. — Ты видел это? — он кивнул в сторону раны, заставляя декана подойти ближе. Тот около минуты рассматривал увиденное, слегка касаясь кончиком пальца кожи Маршал. — Вероятно, столь серьёзное заклинание, извлекающее частички души, оставляет и внешние последствия. Необходимо будет осмотреть Тёрнера… — голос Снейпа был до ужаса холодным. Помедлив несколько секунд, он направился к выходу из больничного крыла, по пути снимая заглушающее и запирающее заклинания. Слизеринец последовал за ним.

⊹──⊱✠⊰──⊹

В гостиную Драко вернулся уже глубокой ночью. Несколько часов он и Северус провели за изучением книг по зельям, судорожно стараясь найти хоть одно, которое требует таких ингредиентов, как черты характера и чувства. Безрезультатно. Сошлись в итоге на том, что это, должно быть, авторское зелье. Малфою часто приходилось врать. Можно сказать, он был в этом мастером. Сегодня случилась ещё одна ситуация, в которой его умение пригодилось как нельзя кстати: Снейп спросил, знает ли слизеринец о том, с кем из учеников тесно общается Гораций Брантли. И он солгал. Ответил, что понятия не имеет. Почему он не рассказал ему о постоянных похождениях Джейн к Брантли? А если она что-то знает и скрывает? Нет. Такого не могло быть, ведь он доверял ей. Слепо доверял её словам, эмоциям. Нет, Браун не может ничего скрывать. Только не она. Драко собирался тихо пройти в спальню и, наконец, отдохнуть, как вдруг взгляд зацепился за силуэт в кресле, слегка освещённый зеленоватым пламенем камина. Короткие волосы, чуть широкие плечи, округлые формы... Паркинсон. Решив сделать вид, что не заметил, Малфой стремительно двинулся к лестнице, начав шёпотом произносить отвлекающее заклинание. — Не разыгрывай представление. Нам нужно поговорить, — буквально прошипела Пэнси, вставая с кресла и направляя шарик Люмоса, соскочивший с конца палочки, в сторону Драко. Понимая, что разговора уже не избежать, он сглотнул подступившую ко рту желчь и тяжело опустился на диван. — Выкладывай, только быстро, — процедил слизеринец, откидываясь назад и закидывая ногу на колено. — Что у тебя с Браун? — тихо проговорила девушка и села рядом. — Если это и есть вся тема разговора, то я, пожалуй, тебя оставлю, — Малфой начал медленно вставать, но Паркинсон схватила его за локоть. — Драко, ты же понимаешь, что так нельзя! Мы, чистокровные, должны держаться вместе! Так хотел твой отец и так хочу я, понимаешь? — она начала буквально кричать, где-то сверху, из спальни девушек, послышались недовольные голоса. Слизеринец шепнул заглушающее заклинание и вдруг в голове щёлкнуло: Джейн могла всё это слышать. Внутри снова вскипела бешеная ненависть. — Мне поебать что хочет отец, и тем более, что хочешь ты, — отчеканил Драко, будто хотел, чтобы каждое слово поглубже врезалось в память Паркинсон. Осталось там навсегда. — Скажи спасибо, что тебе сошла с рук твоя омерзительная выходка. Если я ещё хоть раз замечу любые действия подобного характера в отношении меня или моих друзей – ты пожалеешь, что родилась, Пэнси, поверь. Они молчали около минуты. Он остывал, а она сдерживала слёзы. На удивление, Малфой впервые не жалел ни об одном сказанном слове. Наоборот, ему хотелось добавить – в ярких красках показать слизеринке, что она натворила. Но, кажется, сегодня с неё хватит. — Мы можем хотя бы дружить? — всхлипнула Паркинсон, поднимая глаза вверх. Драко знал, что означает этот тон – она надеется, что они снова помирятся. Да, не раз их ссоры бывали подобны этой. Но не сейчас. И больше никогда. — Да. Если тебя успокоит, сейчас у меня никого нет. Я по горло сыт отношениями, — слизеринец решил, что так Пэнси быстрее оставит его в покое. И был прав – после этих слов она чуть просияла и даже улыбнулась. Пожелав добрых снов, она встала с дивана и легонько скользнула по плечу Малфоя пальцами. Тот с трудом сдержал желание сбросить её руку и сделал вид, что не заметил. Слизеринка ушла в спальню, а он ещё какое-то время сидел на диване, прокручивая в голове события прошедшего дня. Постепенно мысли смешивались, а глаза закрывались. Тело вдруг стало невыносимо тяжёлым, и не в силах дойти до кровати, Драко лёг на бок и погрузился в сон, стоило его голове коснуться маленькой диванной подушки.

Джейн.

Джейн и Селена гуляли по магазинам Хогсмида, присматривая себе наряд на бал. Разнообразие платьев, костюмов и аксессуаров поражало, как и цены на них. Глаза действительно разбегались, но девушки смогли найти то, что подходило им больше всего. В одном из магазинов Селена нашла себе поразительное платье в пол нежно-голубого цвета, которое к низу было расшито серебром, оставляя за собой искрящийся шлейф. Полупрозрачные рукава переходили в мерцающее кружево, заканчивающееся на середине предплечья, в меру глубокое декольте и небольшой вырез на спине подчёркивали стройную фигуру девушки. Томпсон действительно выглядела в этом платье волшебно, как бы странно это не звучало. Образ дополняла серебряная маска в стразах и нежно-голубые туфли на шпильках. Джейн же не купила платье в этот день, хотя ей и понравились несколько вариантов. Один из них – пепельно-розовое платье чуть ниже колена спереди, сзади – струящийся шлейф. По всему платью будто искрились огоньки. По линии декольте строчка из сверкающих камней, которые в несколько рядов переходили на плечи и спускались вниз по руке, заменяя рукава. К образу девушка подобрала нежно-розовую маску и туфли на высоком каблуке в тон платья. В своих нарядах подруги смотрелись весьма гармонично – так и задумывалось изначально, их образы должны были перекликаться, делая их единым целым. Браун стояла у зеркала, разглядывая себя со всех сторон, как вдруг почувствовала пристальный взгляд со стороны окна. Но стоило ей повернуться, и она, конечно, никого там не увидела - успела лишь заметить чьи-то белоснежные волосы, но не предала этому значения. Отложив платье и внеся предоплату, слизеринка увлекла за собой к выходу Томпсон, уже засмотревшуюся на очередную пару туфель. — Ди, я совсем забыла тебе сказать… — Селена неожиданно перебила Джейн, которая что-то увлечённо вещала, активно жестикулируя. — Мы с Гарри договорились встретиться у Визжащей Хижины в четыре часа, а уже без десяти! Он хотел о чём-то поговорить… Я быстро с этим разберусь и вернусь к тебе. Встретимся в Мётлах, хорошо? Девушка с улыбкой кивнула, после чего подруга быстро поцеловала её в щеку и стремительно зашагала в обратную сторону. Что ж, судя по румянцу и столь сильному нетерпению, они там собирались явно не говорить. Мысль о том, что у Томпсон наконец-то наладилась личная жизнь согрела изнутри, несмотря на промозглый осенний ветер. До таверны оставалось буквально несколько шагов, а сидеть там в одиночестве Джейн совсем не хотелось, поэтому, уверенно развернувшись, она направилась в другую сторону, собираясь зайти в книжный магазин, а после вернуться. Запах книг всегда казался слизеринке особенно притягательным. Проведя в лавке около двадцати минут и купив давно желанную книгу о магических кристаллах, Браун, полная энтузиазма, вышла на улицу. За время её пребывания в магазине успели набежать тучи и затянуть всё небо, из-за чего вокруг ощутимо потемнело. Начинал капать дождь, и девушка решила сократить дорогу до Мётел через жилые дома. Проходя последний переулок, она вдруг ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Снова не придав этому особого значения, Джейн вытащила из кармана телефон, чтобы позвонить Селене. — Джейн! — окликнул её мужской голос где-то сзади, и она повернулась. В нескольких шагах от неё стоял Джейкоб, силуэт которого был еле различим в полумраке. Обрадовавшись, что не придётся идти до таверны в одиночестве, она помахала ему рукой, подзывая к себе. Стоило когтевранцу выйти под свет фонаря и подойти к девушке, её радость словно рукой сняло. В руке Фурман держал бутылку огневиски, а на его щеках уже пылал хмельной румянец. Раньше Браун всего раз видела друга пьяным – на пятом курсе, во время празднования дня рождения. И тогда, к счастью, вокруг были другие мальчики, которые смогли усмирить его пыл, когда тот начал распускать руки. Но сейчас они были совершенно одни. В плохо освещённом переулке. — Привет, красавица. Я так скучал… — Джейкоб потянулся, чтобы обнять подругу, и бутылка выпала из его рук, разбившись с оглушительным звоном, заставляя Джейн отпрыгнуть в сторону. Мобильник выпал из её рук, упав прямо рядом с ногой когтевранца. Тот продолжал двигаться вперёд, оттесняя девушку к стене, и, будто специально, наступил прямо на экран телефона. Послышался хруст. Твою мать. — Джейк, я тоже рада тебя видеть, но мне нужно идти… Поболтаем потом, ладно? — Браун не успела увернуться, и массивные руки отрезали ей путь к отступлению, оказавшись на стене по обе стороны от неё. — Что, торопишься к своему белобрысому дружку? Записалась в подружки Пожирателей? — буквально прорычал Фурман, наклоняясь ближе. В лицо ударил едкий запах перегара. — Он не мой дружок… Дай мне пройти, сейчас же! — девушка повысила голос и толкнула парня в грудь, однако тот даже не шелохнулся. Видимо, протест не на шутку возмутил Джейкоба, разжёг в нём не совсем хороший огонь. Он схватил Джейн за горло, отчего та начала хрипеть, вырываясь с новой силой. Когтевранец оскалился, в его глазах вспыхнула какая-то нездоровая искра. — Кому ты врёшь, я знаю тебя, как облупленную… Небось уже раздвинула перед ним ноги, не устояла при мысли о денежках его отца? — в его голосе слышалась насмешка. Он всё ещё продолжал сжимать пальцы, отчего в глазах потемнело. — Отдала ему то, что должно было достаться мне, а? В следующее мгновение рука исчезла с горла девушки, послышался толчок и удар о стену. Судорожно хватая ртом воздух, Браун сползла вниз, нащупывая палочку. С трудом открыв глаза, она увидела лежавшего на земле Джейкоба и нависающего над ним человека в чёрном пальто. — Ты пожалеешь о каждом произнесённом тобой слове, урод… — произнёс такой до боли знакомый и нужный голос. Малфой. Ещё несколько вспышек заклинаний, крики. Джейн окончательно пришла в себя и поднялась на ноги. В этот момент Фурман уже скрылся за углом. Сам или с помощью слизеринца – узнавать не хотелось. Девушка подошла к своему спасителю – если так вообще можно было выразиться. Мышцы на лице Драко чуть подрагивали, глаза горели, а аккуратно уложенные платиновые волосы слегка растрепались. — Спасибо, я… — она не успела договорить, как сильные и тёплые руки сгребли её в объятия. Несколько секунд слушая частое дыхание и постепенно успокаивающееся сердцебиение, Браун вдруг почувствовала себя необычайно спокойно. В груди снова разлилось густое тепло, которое согрело всё тело. — Не за что. Будь осторожна, договорились? — Малфой отстранился и тепло улыбнулся, хотя было видно, что ему стоит больших усилий сейчас держать себя в руках. Джейн кивнула, не подобрав подходящих слов. А они были и не нужны. — Что вы здесь делаете? Селена. Голос подруги заставил вздрогнуть. Она стояла в конце переулка, скрестив руки на груди. На лице читалось явное недовольство, а глаза бегали вокруг, оценивая ситуацию. Что ж, в этот раз скрыть ничего не получится. Они сидели в «Трёх Метлах». Томпсон и Браун рядом друг с другом, Малфой – напротив. На удивление, всё то время, что они находились втроём, Драко ни разу не попытался задеть Селену. Как, впрочем, и она его. Джейн рассказала всё произошедшее в самых ярких подробностях, умолчав, пожалуй, только о некоторых словах Джейкоба. Девушка не могла понять одного – зачем слизеринец сидит тут, с ними? За всё время он не произнёс ни слова, а просто смотрел перед собой, изредка делая глотки сливочного пива из достаточно массивной кружки. Ему явно что-то нужно. — То есть, этот кретин ещё и раздавил твой мобильник? — не прекращала возмущаться гриффиндорка, сжимая руку подруги. Слава Мерлину, она хотя бы не побежала к Фурману с разборками, как только рассказ был окончен. Ещё какое-то время Драко сидел и смотрел в пустоту, а после резко встал, будто вспомнил о неотложных делах. — Мне пора. Приятного вечера… — он чуть помедлил, переводя взгляд на Томпсон. — Вам обеим, — Малфой ослепительно улыбнулся и проследовал к выходу из таверны быстрым шагом. — Между вами что-то есть? — еле дождавшись ухода слизеринца, выпалила Селена. На её лице мелькали будто сотни эмоций сразу. Нельзя было понять, какие преобладают: положительные или отрицательные. — Ради Годрика, Сел!..

⊹──⊱✠⊰──⊹

В замок девушки вернулись только к половине десятого. К счастью, отбой снова был в прежнее время, и они не нарушили тысяча и одно школьное правило. Джейн пожелала добрых снов подруге и лениво проследовала в ванну, предвкушая, как погрузится в расслабляющую горячую воду и смоет с себя всё произошедшее в том злосчастном переулке. Зайдя в помещение и наложив парочку заглушающих и запирающих заклинаний, она подошла к зеркалу, чтобы смыть макияж. Вдруг внимание привлекла маленькая тёмно-зелёная коробка, перевязанная серебряной лентой, лежавшая на краю раковины. Внутри появилось какое-то непонятное волнение. Слегка дрожащими руками Браун развернула упаковку и обнаружила там мобильный телефон. Он был очень похож на её прошлый - разве что, модель поновее. Гадать особо не пришлось: о том, что телефон разбит, знали только два человека. Девушка увидела, что коробка была уже открыта. Интересно. Она нажала на кнопку включения и зашла в сообщения. Вверху экрана загорелась надпись, заставившая сердце пропустить удар: Одно непрочитанное сообщение от контакта «Мой Драко». О, Мерлин, он себе льстит. Или, нет… Сделав выдох, будто собираясь с мыслями, Джейн открыла сообщение. В этот момент по рукам и ногам будто пробежал электрический заряд. Ты была невероятно красива в том розовом платье. Как, впрочем, и без него…