Истинные чувства

Драко.

Это было похоже на девятый круг ада. С того момента, как Джейн призналась в своих чувствах, Драко не мог найти себе места. Он думал. Постоянно. Каждую секунду. Мысли начинали давить на голову и периодически душить. В нём боролись две стороны: одна была преисполнена желанием прекратить этот цирк и, наконец, признать, что чувства девушки взаимны, а другая взывала к здравому смыслу. Для всех Браун продолжала быть полукровкой, а это означало, что его непременно осудят. Она намеренно избегала его всю неделю. Это было заметно. А он не искал встречи с ней. Так было легче принять решение, которое, казалось, было одним из самых сложных за всю его жизнь. Даже Забини заметил, что его друг слишком много думает в последнее время. Малфой прекрасно понимал, что в конечном итоге все узнают о чистоте крови девушки, и ему не придётся выслушивать проклятья от отца и других родственников. Но что-то постоянно его останавливало. Всё-таки, у Драко никогда не было настоящих отношений – Пэнси лишь помогала снимать напряжение. Весы были уравновешены. Всего одна капля в любую чашу – и решение будет принято. И эта капля упала. В пятницу за обедом слизеринец проходил мимо стола Когтеврана, и услышал, как знакомый мерзкий голос произносит имя и фамилию, услышав которые Малфой сразу же коснулся палочки, проговаривая заклинание. Драко до сих пор поражало то, что Джекоб не оказывает никакого сопротивления Легилименции. Но причины его не особо волновали, ведь это было только на руку. Особенно в свете последних событий. То, что увидел Малфой в мыслях Фурмана, заставило его до хруста сжать челюсть: когтевранец в красках представлял, как на балу подойдёт к Джейн, сделает несколько комплиментов её внешнему виду, а затем пригласит на медленный танец. Он будет обнимать её за талию и гладить по спине, а затем чуть наклонится, чтобы… Досматривать эту отвратительную фантазию не было никакого желания. Слизеринец буквально бегом покинул Большой зал, чтобы не размазать щенка по столу прямо на месте. Он нёсся к выходу из школы, буквально пылая от злости и ещё одного, очень болезненного чувства, заставляющего сердце сжиматься. Твою мать, он ревновал. Твёрдо приняв решение прекратить их взаимные страдания и старательно подавив в себе желание вернуться и отрезать Сектумсемпрой вторую руку Фурмана, которой он собирался гладить спину Джейн, Драко вышел за ворота Хогвартса, чтобы трансгрессировать. Ему срочно нужна была рубашка пепельно-розового цвета.

⊹──⊱✠⊰──⊹

До начала бала оставалось десять минут, а Малфой и Снейп только выходили из подземелий, на ходу поправляя костюмы. Ситуация накалялась – Пожиратель сейчас будет несколько часов находиться в непосредственной близости от них, а это означает, что они должны непременно узнать, кто он. Именно поэтому за два часа до начала Драко и Северус разрабатывали план действий на все возможные случаи, а также практиковались в беспалочковой магии. Зайдя вслед за Северусом в небольшую комнату, примыкающую к Большому залу, Драко не сразу увидел Джейн и даже подумал, что она не пришла. Но вот Грейнджер и Уизли отошли чуть в сторону, и он увидел её. Увидел, и лишился дара речи. Первое, что он отметил – каблуки всё равно не сделали Браун выше: она всё ещё могла затеряться среди находящихся в помещении людей. Второе – она была невероятно красива. Настолько, что захватывало дух. На ватных ногах он подошёл к девушке, чувствуя, что уголки губ сами ползут вверх. Она смотрела на него сквозь ажурную маску, и в её шоколадных глазах читалось удивление. — Ты прекрасно выглядишь, Джейн, — это было единственное, что смог выдавить Малфой, с трудом вспомнив, как вообще говорить. Блядскийбоже, она просто великолепна. Восхитительна. Идеальна. Он не уставал мысленно восхищаться ею, целуя тыльную сторону горячей и нежной руки. Вокруг слышались откровенно удивлённые возгласы и вздохи. Затылком Драко почувствовал оценивающий взгляд крёстного. Девушка вцепилась пальцами в его предплечье, начиная дышать чуть чаще. Волнуется, наверно. В зале заиграла торжественная музыка, отчего на секунду хватка Браун стала практически железной, а после она резко дёрнула руку. Малфой окинул взглядом её лицо: явный испуг. Очевидно, она вспомнила про метку. Смешная. Сконцентрировавшись, Драко мысленно произнёс заклинание, ожидая, пока Джейн впустит его в свою голову. Подняв вопросительный взгляд на слизеринца, она всё же позволила ему проникнуть в мысли. Не нервничай, я рядом. Держись настолько крепко, насколько нужно – ты не приносишь дискомфорт. Эти слова сейчас были ей нужны. К тому же, он действительно не чувствовал никакого дискомфорта. Было довольно забавно наблюдать, как на лице Браун одна за другой мелькают эмоции. После короткого диалога, в котором девушка спрашивала про палочку, пары, наконец, двинулись вперёд. Зал наполнился аплодисментами и восхищёнными вздохами, стоило старостам появиться в дверях. Ещё пару минут – и вот они кружатся в уже выученном наизусть танце. Малфой не отрывал взгляда от своей спутницы, улыбаясь так широко и искренне, что, казалось, сейчас сведёт челюсть. Джейн отвечала тем же. Он касался её пылающей кожи своими холодными руками и ощущал, что вот-вот начнёт плавиться. По всему телу разливалась теплота, приносящая эйфорию. Неожиданно он заметил перемену в лице девушки: она перестала улыбаться и потупила взгляд. Решив немедленно узнать причину столь резкой перемены настроения, он мысленно произнес заклинание, но, к своему удивлению, получил жёсткий отказ. Так и быть, с этим разберёмся позже. Ещё несколько кругов, и вот все пары уже стоят в ряд, совершая поклон. Драко даже расстроился: танец закончился слишком быстро. Он потерял возможность её касаться. А хотелось ещё. И ещё. Поднявшись на импровизированную сцену, Малфой и Браун встали по обе стороны от Снейпа. Драко оглядел зал, встречаясь с одобряющими глазами друзей. Забини и Монтегю одновременно подмигнули, заставляя слизеринца усмехнуться. Настала его очередь произносить речь. Малфой шагнул чуть вперёд, лёгким кашлем прочищая горло. Начав говорить, он ощутил, как в его спину впился взгляд шоколадных глаз. Слава Салазару, его часть была короткой – парочка благодарственных слов и уточнение про палочки. Последней была Джейн. Шагнув чуть ближе к краю сцены, она с расстановкой заговорила. Точно нельзя было сказать, но, кажется, на её лице была широкая улыбка. Драко скользил взглядом по открытым участком её спины, параллельно, в очередной раз, поражаясь бархатности голоса. Он в зале. Голос Северуса прозвучал во время речи Браун. Секундное промедление, и Малфой взял себя в руки, ощущая, как метка на руке нещадно загорелась. Первым делом он наложил на Джейн защитное заклинание, после чего та сразу напряглась. — Чуть что… — еле различимо проговорил Снейп, не сумев проникнуть в голову к крестнику, пока тот колдовал. В ответ Драко коротко кивнул. Аплодисменты заполнили помещение, вперемешку с ними заиграла оглушающая музыка. Танцпол заполнился студентами. Краем глаза Малфой увидел, что Джейн стремительно покидает сцену, направляясь к столикам, у которых ей махали Томпсон и Поттер. Сладкая парочка. Аж тошнит. Слизеринец догнал девушку, опуская свою ладонь ей на плечо. Однако она не отреагировала – лишь дёрнула рукой, сбрасывая ладонь Драко. Тогда и была достигнута точка кипения: кровь застучала в висках. Очевидно, что Браун что-то придумала в своей голове, из-за чего и игнорирует Малфоя. Но какого хрена? Он что, должен бегать за ней, просить поговорить? Хера с два. Сама придумала что-то – сама пусть и разбирается. Неразборчиво выругавшись, Драко промчался мимо Джейн, направляясь к столу Слизерина. Сев между Блейзом и Пэнси, он залпом опрокинул два бокала пунша, смешанного с огневиски. Прошло пару минут, и злость понемногу начала отступать. — Малыш, не хочешь потанцевать? — тошнотворно сладко проговорила Паркинсон, придвигаясь ближе к слизеринцу. — Нет, — коротко, сухо. Даже Забини услышав это, в удивлении изогнул бровь. — Потанцуй с Тэо, он явно не против. В ответ на его слова Теодор подмигнул девушке, а та в свою очередь надула губы, протягивая руку за стаканом. Поразительно – после всего, что Драко ей наговорил, она продолжала на что-то надеяться. Намеренно игнорируя слова Паркинсон, и её попытки на телесный контакт, Малфой целиком погрузился в разговор с Блейзом, иногда мысленно произнося исцеляющее заклинание – метка адски горела. Через несколько минут на стул между Асторией и Дафной устало рухнула Джейн, забирая себе всё внимание слизеринца. Продолжая говорить с Забини, он внимательно вслушивался в диалог девушки с сёстрами Гринграсс. Она даже согласилась идти на вечеринку, а затем попросила Нотта принести ей бокал. В это время Драко уже допивал десятый. Да, он считал. Чтобы хоть немного отвлечься от навязчивых мыслей, от которых не помогал алкоголь. Со сцены объявили, что через несколько минут начнётся медленный танец. Не успел Малфой в очередной раз пресечь просьбы Пэнси потанцевать с ней, как воздух сотряс ещё более мерзкий голос, от которого в голове тут же появлялись тошнотворные картинки, которые он уже видел утром. — Джейн, отлично выглядишь, — на ходу произнёс когтевранец, отвратительно медленно целуя тыльную сторону руки Браун. Прямо туда, где буквально полчаса назад касались губы Драко. — Почему не танцуешь? Слизеринец резко отодвинул от себя бокал, чтобы он не треснул в его ладони от давления. Послышался звон – бокал упал со стола, разбиваясь. Наплевать. — Просто захотелось немного отдохнуть, — она натянуто улыбнулась, оправляя подол платья, закрывая тем самым ноги. Объявили о начале медленного танца. Твою мать. Мозг отключился. Малфой резко привстал, выходя из-за стола. — Позволь пригласить тебя… — Джейн, идём? — становясь между ними и накрывая своей рукой её, произнёс Драко. — Извини, Фурман. Найди себе свободную девушку, — он постарался вложить в голос достаточно яда. Она виновато улыбнулась Джейкобу, в то время как тот буквально вскипал от злости. Оказавшись на танцполе, уже заполненном медленно качающимися парами, слизеринец привлёк к себе девушку, ощущая наполняющее его удовлетворение. — Что за цирк? — нетерпеливо произнесла Браун, обвивая руками шею Малфоя. От её касаний по телу прошлись электрические разряды. Его руки чуть поглаживали спину и талию девушки, подпитывая фантазии. — Ты думаешь, я бы позволил этому щенку танцевать с тобой? — с улыбкой проговорил Драко, касаясь губами её угольно-чёрных волос. От них пахло шоколадом. Чёртово помешательство. Она ничего не ответила. Лишь положила голову на грудь парня, продолжая покачиваться в такт музыке и медленно перебирать между пальцев волосы на его затылке. При этом её тело явно было напряжено: это очень сильно чувствовалось. Вероятно, она о чём-то думает. И тут он вспомнил о своём решении. Сейчас было самое подходящее время, чтобы окончательно разобраться с этим. Медленно выдохнув и немного прочистив горло, он чуть наклонил голову, нежно касаясь губами уха Джейн. — Послушай, Джейн, — тихо проговорил он, ощущая, как дыхание Браун сбивается. — Сейчас мы снова выглядим так, будто мы вместе… — пауза. Тут они оба забыли, как дышать. — Как будто любим друг друга… И знаешь, что? — Что? — голос девушки дрогнул, выдавая её эмоциональное состояние. Вероятно, она решила, что он снова собирается разбить её надежды. — Я уже устал скрывать, что это на самом деле так, — с расстановкой проговорил Драко, поднимая лицо девушки на себя. — Теперь я рядом. Кажется, Джейн не слышала последних слов. Она смотрела на лицо Малфоя, и в её глазах отражалось непонимание. Браун явно отказывалась верить в правдивость его слов. Что ж, доказательства последуют немедленно. Предвкушая реакцию окружающих, слизеринец накрыл губы девушки своими. Они целовались посреди танцпола, буквально на глазах всей школы, медленно покачиваясь в такт музыке. Поцелуй был не таким, как раньше: на этот раз Драко старался сделать его как можно нежнее, медленно сминая губы девушки и обводя языком их контур, иногда чуть вбирая нижнюю губу в себя. Браун гладила руками его затылок и шею, а он с каждой секундой всё сильнее чувствовал такой желанный вкус ванили и ягод. Малфой одной рукой прижимал слизеринку к себе, а второй нежно поглаживал линию её подбородка и щеки. Где-то вдалеке послышались слова, вроде: смотри, он её целует. Малфой целует Браун! Услышав их, парень улыбнулся. Ещё несколько секунд, и он мягко разорвал поцелуй, встречаясь глазами с девушкой. Её взгляд был расфокусированным, как, впрочем, и его. Драко тепло улыбался, немного прищурив глаза, ощущая себя, мать твою, счастливым. Музыка сменилась, из-за чего количество людей заметно прибавилось. Как и количество удивлённых, даже шокированных взглядов. Но на них было плевать. Сейчас не существовало никого, кроме них двоих. — Хочешь пунша? — Малфой подставил свою руку, и Браун, как на автомате, сжала его предплечье, недоверчиво смотря ему в глаза. Смешная. — Нормального, в смысле, — с улыбкой произнёс он. Девушка растерянно кивнула, не выпуская его руки. По пути к столу, слизеринец поймал одобряющий взгляд Блейза и Дафны, а после, удивлённый взгляд Снейпа. Это только прибавило настроения. Дойдя до фонтанчика, Драко отсалютовал бокалом крёстному, улыбаясь. Тот поступил также. Он давно не чувствовал себя настолько счастливым. Мама была бы рада за него.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Остаток вечера Малфой провёл за столом, разговаривая с друзьями, и лишь изредка поднимаясь, чтобы отогнать от Джейн Фурмана. Щенок так и норовил подкрасться к ней, протягивая свои отвратительные руки. Но вдруг ему стало интересно – что же он ей скажет? Дождавшись момента, когда Джейкоб подойдёт к девушке, Драко шепнул заклинание, снова беспрепятственно проникая в его голову. — … да и, в конце концов, что ты в нём нашла? В этом отвратительном Пожирателе… Мы с тобой были… — … нет никаких «мы», Джейкоб! … Не смей называть его этим отвратительным словом, ты понял меня? — Позволь только… — он не договорил, протягивая обе руки вперёд. Его взгляд на секунду помутился, ухудшая видимость. Кончиками пальцев правой руки он коснулся её щеки, а левую положил на талию. Девушку передёрнуло - очевидно, от прикосновения железного протеза. — Я не оставлю всё так… Кровь в очередной раз закипела в венах, стоило этому ублюдку коснуться Джейн. Малфой уже собирался вмешаться, как вдруг в их перебранку влезла Томпсон, уводя Браун в сторону. Слизеринец был ей даже благодарен. Потеряв контроль над разумом когтевранца, он вынужден был найти его глазами, дабы убедиться, что он не пошёл за ними. На удивление, он направлялся к выходу из зала, смешавшись с потоком учеников и нескольких учителей. Вдруг по всему телу пронеслась невесомая волна облегчения – метка перестала гореть. Драко тут же нашёл глазами Северуса, который еле заметно кивнул, подтверждая, что его боль тоже ослабла. Это означало, что Пожиратель только что удалился на достаточное расстояние. Подозрения насчёт Фурмана опять возросли, чем Малфой поспешил поделиться со Снейпом.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Драко уже около получаса сидел на кожаном диване в Выручай-комнате, слушая рассказы Блейза о том, как все вокруг обсуждали случай с поцелуем. Малфоя это лишь забавляло – ему всегда было плевать на чужие эмоции и высказывания, хоть они и тешили его самолюбие. Забини действительно постарался – комната походила на средних размеров ночной клуб, в каком они бывали, когда устраивали алко-марафоны в Лондоне. Стены и мебель исполнены в тёмно-зелёных тонах, а по всему помещению разливалась приглушённая светомузыка. Массивный бар, оформленный под тёмное дерево, был окружён частью слизеринцев, а другая часть распределилась по танцполу и лаунж-зоне, в которой располагались длинные кожаные диваны и стеклянные столики. Народу было достаточно – с пятого по седьмой курс почти все. Даже несколько младшекурсников, очевидно пришедших с братьями или сёстрами постарше. Обстановка была приятной, музыка не раздражала. Люди, на удивление, тоже. Вот только Драко не покидало поганое предчувствие. Такое последний раз было у него перед тем, как Паркинсон напала на Джейн. И это, блять, напрягало. Он уже в сотый раз пожалел, что отпустил её вместе с Дафной и Асторией. Идиот. В очередной раз осмотревшись, он заметил, как дверь Выручай-комнаты открылась, и в проёме показались белоснежные волосы старшей Гринграсс. Приготовившись выдохнуть от облегчения, он встал с дивана, бросив Блейзу короткое: я сейчас, и направился к выходу. К его сожалению – или, даже, ужасу – Джейн с ними не оказалось. Сердце пропустило удар, а удушающее чувство продолжило разрастаться. Он оглядел помещение – Паркинсон нигде не было. Сука. — Где Джейн? — перекрикивая музыку, спросил Малфой, преграждая сёстрам путь. Кровь била по вискам. — Мы собрались раньше, и ушли без неё, — протараторила Дафна, явно испугавшись резкого появления слизеринца. — Она скоро придёт, не беспоко… — Мать твою, Гринграсс… — перебивая девушку, крикнул Драко, направляясь к двери. За спиной остались попытки оправдания со стороны Дафны и её сестры. Выйдя в коридор, он посмотрел на время – палочки вернутся через пять минут. Услышав знакомый противный смех за углом, он чуть ли не бегом двинулся вперёд. Его буквально оглушал стук собственного сердца. Завернув, он увидел Пэнси и Миллисенту, яростно вытирающих руки салфетками. Слизеринки громко смеялись и чуть пошатывались. Завидев Малфоя, они быстро спрятали всё в карманы и утихли. Твою мать. Драко подлетел к Паркинсон, хватая её за плечо и пронзая убийственным взглядом. Салазар, пускай я ошибаюсь. — Малыш, что ты делаешь? — девушка дёрнула рукой, вырываясь из хватки парня. Подойдя к Булстроуд, она начала вместе с ней маленькими шагами отступать назад, к Выручай-комнате. — Где ты была? — прошипел Малфой, снова подходя ближе. Ответа не последовало – лишь глупое хлопанье ресницами. — Отвечай! — Мы с Мил идём из гостиной, — с порцией яда начала Паркинсон, явно немного осмелев. В то время как её подруга молчала, испуганно поглядывая на Драко. — А с каких пор тебя волнует, где я и что я? — С тех самых, как ты начала творить невообразимую хуйню, Паркинсон! — голос всё же сорвался на крик. Тугой узел волнения окончательно сдавил грудь. — Выворачивайте карманы. Обе. Живо. Пэнси даже не шелохнулась, скрестив руки и переступив с ноги на ногу. На её лице читалось удовлетворение. Увидев это, Малфой резко выдохнул, переводя взгляд на Булстроуд. Та смотрела на подругу, которая еле заметно покачала головой. Что ж, времени, чтобы уговаривать или угрожать, не было. Мысленно произнеся Акцио, он заставил салфетки упасть на пол прямо перед ним. Непонимающие возгласы девушек он уже не слышал – уши пронзил оглушающий звон, переходящий в шум. Салфетки были пропитаны засохшей кровью. — Ты за это заплатишь, — прошептал Драко, смотря в пустоту между слизеринками. В ответ Паркинсон лишь закатила глаза и потащила за собой вглубь коридора перепуганную Миллисенту. Малфой буквально бегом направился к лестницам, сдерживая крик. Тупая сука. Она поплатится, непременно. Он бежал по этажам, заглядывая во все открытые двери – пусто. В кармане появилась палочка, на которую Драко даже не обратил внимания. — Джейн! — он кричал, срывая голос, абсолютно наплевав на Филча и правила школы. Седьмой, шестой, пятый этажи – совершенно пусто. Слизеринец застал лишь одну парочку с Когтеврана, решившую уединиться в заброшенном кабинете по Истории магии. Конечно, их следовало выгнать и снять баллы, но сейчас было совершенно не до этого, поэтому он просто ушёл, хлопнув дверью. Сердце грозилось раздробить грудную клетку, а руки то и дело сводило судорогой, заставляя сжатые в кулаки руки резко дёргаться. — Джейн! — крик эхом отражался от стен, наполняя весь коридор четвёртого этажа. — Джейн! — Драко, она в моём туалете! — из стены вылетела Миртл, явно сильно напуганная. — Иди скорее, там много крови! Весь мой туалет в её крови! Бросив короткое: спасибо, я твой должник, и ещё раз поразившись тому, что Миртл волновало скорее состояние её туалета, чем состояние живого человека, Малфой побежал на третий этаж, по пути вспоминая все лечебные заклинания, какие знал. Чёртова Паркинсон. Перед дверью он на секунду остановился, переводя дух и концентрируясь: лечебным заклинаниям нужен трезвый ум. Однако зайдя в помещение, Драко быстро потерял всю концентрацию, пройдя пару шагов и резко прекратив двигаться и даже дышать, словно его приложили Петрификусом. Прислонившись спиной к стене, Джейн сидела в луже собственной крови, перемешанной с осколками зеркала, один из которых торчал из её левого бедра. Кровь всё ещё била из него тонкой струйкой. Трясущимися окровавленными пальцами Браун держала палочку, и еле слышно что-то шептала. Безрезультатно: из кончика древка лишь сыпались белые искры. Прежде чем кинуться к ней, Малфой быстро огляделся: следы крови на одной из кабинок, на стене у входа и практически по всему полу. — Я здесь, всё хорошо, — шёпотом повторял он, словно мантру, опустившись на колени рядом с ней. Он оглядел девушку: разбитая губа и нос, бледные губы, синяки и глубокие царапины по всему телу, торчащий из ноги осколок. И это только то, что было на открытых участках. Сука. Браун смотрела на него тусклыми шоколадными глазами, из которых медленно капали слёзы. — Д… Драко, - она улыбнулась, и палочка выпала из её рук, покатившись по окровавленному кафелю. — Это выглядит намного хуже, чем есть на самом деле, правда. Он промолчал, доставая палочку из кармана. Для человека, потерявшего около двух литров крови, она держалась бесподобно. Произнеся все лечебные заклинания, какие только знал, Драко оторвал часть рукава своей рубашки, перетягивая ногу Джейн выше раны. Заклинания справились только с внешними повреждениями, вылечив их практически полностью. На бедре же была задета артерия, что требовало нормальной медицинской помощи. Взмахнув палочкой, Малфой очистил помещение от основной массы крови, а после аккуратно поднял Браун на руки, прекрасно понимая, что сама она дойти до Больничного крыла явно не в состоянии. — Ты пришёл… — Джейн снова улыбнулась, чуть приоткрывая глаза и убирая волосы с лица. — Я уже начала думать, что составлю компанию Миртл. — Ты даже не представляешь, какую глупость только что произнесла, — сквозь зубы проговорил Драко, открывая ногой дверь. Он старался смотреть вперёд – ведь при одном взгляде на Браун у него резко сжималось сердце. По дороге до Больничного крыла они молчали. Гробовую тишину коридора нарушало только частое и тяжелое дыхание девушки. Но Малфой практически его не слышал: в голове гремело нечто иное. Всё из-за тебя. Он не отрицал своей вины. Однако решил, что предастся самоуничижению после – сейчас было важно помочь Джейн. Ещё пара минут, и он толкнул массивную дверь лазарета. Тут же послышался задавленный крик мадам Помфри и ещё нескольких медсестёр, дежуривших в ночную смену. — Что с ней? — торопливо произнесла Помфри, помогая укладывать слизеринку на стол посреди помещения. Малфой наблюдал, как она неестественно обмякает на его руках, теряя сознание. — Задета артерия, она потеряла много крови, — он кивнул на ногу девушки, а затем заметил, что все присутствующие медсёстры смотрят на выглядывающую из оторванного рукава Тёмную метку. Ну да, сейчас же это самое важное. — Может, займёмся человеком, потерявшим два литра крови? — процедил Драко, придавая рукаву прежний вид с помощью заклинания. — Или вас больше интересует моя рука? О, тогда я с удовольствием вам покажу! — Извините, мистер Малфой… — покраснев, произнесла Поппи, склоняясь над Джейн. Прошло несколько минут. Драко всё-таки отправили за двери, хотя он яро пытался доказать, что может быть полезен. В двери вихрем влетел Снейп, а за ним – Брантли. Уж его он здесь точно не ожидал увидеть. Мужчины попытались зайти в сам лазарет – безрезультатно. — Это Паркинсон? — Северус мерил шагами помещение, изредка поглядывая на дверь. В ответ Малфой лишь кивнул, чем вызвал тяжёлый вздох со стороны Горация. — Неугомонная… Время всё шло. Драко в красках продумывал, как отомстить Пэнси, изредка поглядывая на Брантли. Его присутствие напрягало. Он сидел у стены, смотря в пустоту стеклянными глазами и потирая переносицу, будто готовился к чему-то страшному. Наконец, слизеринец не выдержал, касаясь пальцами палочки. — Что он здесь делает? — Малфой явно прервал поток мыслей Снейпа, потому как встретил небольшое сопротивление. — Я встретил его на подходе к Больничному крылу. Он сказал, что обязан быть рядом с Джейн. Углубляться мне не хотелось, но ты можешь попробовать, — после этих слов Северус закрыл сознание, бросая на Драко раздражённый взгляд. Он не любил столь спонтанные вторжения. Вся эта ситуация казалась очень подозрительной. Действительно, Джейн и Гораций порядком сблизились, но неужели настолько, что он готов пожертвовать сном, сидя в обществе людей, которые ему не особенно рады? Да и как Брантли вообще узнал о произошедшем? — Профессор Брантли… — медленно начал Малфой, поднимаясь со своего места и делая несколько шагов вперёд, присаживаясь рядом с преподавателем. — Простите мою бестактность, но почему вы здесь? — Всё в порядке, — Гораций вяло улыбнулся, из-за чего его лицо покрылось мелкими морщинками. — Видишь ли, дело в том, что мы с мисс Браун довольно сильно сблизились, как учитель и ученик, и… Речь оборвала открывшаяся дверь. Все взгляды резко обратились в сторону мадам Помфри, которая с озабоченным видом прошла к ожидающим. — Мисс Браун потеряла слишком много крови… С таким объёмом не справилось крововосполняющее зелье, — она помедлила, окидывая усталым взглядом присутствующих. У Драко сжалось сердце. — Ей требуется переливание крови. После этих слов Брантли и Малфой одновременно вскочили со своих мест, показывая тем самым, что они готовы помочь. О чём речь: если Джейн нужна была кровь, Драко отдаст ей столько, сколько понадобится. Даже если понадобится вся, до последней капли. Но почему Гораций снова готов на жертвы? — Боюсь, всё не так просто… — Поппи на секунду зажмурилась, будто вспоминая что-то. — У девушки четвёртая отрицательная группа крови, и ей требуется только идентичная, либо кровь родственника первого порядка… Брантли сделал шаг вперёд, тяжело выдыхая и чуть расправляя плечи. Драко и Северус непонимающе переглянулись. — Я отец Джейн Браун. Мадам Помфри что-то проговорила себе под нос и кивнула в сторону лазарета, явно не ожидая такого поворота событий. Когда дверь со стуком закрылась, в помещении воцарилась звенящая тишина.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Всё окончательно встало на свои места. После того, как Малфой и Снейп отошли от секундного шока, они трансгрессировали в школьный архив, где чёрным по белому значилось: Джейн Виктория Браун, чистокровная волшебница. Дочь Виктории Изабеллы Браун и Горация Николаса Брантли, чистокровных волшебников. Это объясняло всё: поведение Брантли, их сближение с Джейн, а также отсутствие реакции на фамильное кольцо. Драко до сих пор складывал всё в голове, в то время как они со Снейпом возвращались из архива. Как декан, Северус был обязан сообщить матери Джейн о случившемся, поэтому им пришлось вместе обдумывать содержание письма, которое отправится с утренней совой. Конечно, нельзя было писать о драке между ученицами. На этом настоял Драко, и Снейп всё же к нему прислушался, прекрасно зная характер Виктории – ещё в школьные годы она была чрезмерно впечатлительна. Сочинив вполне складную истории о том, как Браун, узнав, что младшекурсники ночью решили пробраться в теплицы, вызвалась их остановить, и, подходя к тепличной зоне, споткнулась о слишком сильно разросшийся плющ и упала, прокатившись по каменной тропике, из-за чего и получила некоторые травмы, мужчины отправились обратно в лазарет. На лестнице, подходя к Больничному крылу, Малфой услышал шаги, которые, как оказалось, принадлежали Фурману. Он медленно шёл к массивным дверям, положив правую руку на грудь и озираясь по сторонам. Драко почувствовал, как тугой узел неприязни в груди снова натягивается. — Мистер Фурман, что вы здесь делаете? — Северус пошёл чуть быстрее, догоняя когтевранца. — Возвращайтесь в башню, немедленно. Я снимаю с вас десять очков. Реакции на слова декана не последовало. Джейкоб лишь развернулся, посмотрев вперёд пустыми глазами и протяжно произнёс: — Мне нужно увидеть Джейн… Малфой не выдержал. Кинувшись вперёд, он рывком откинул Фурмана к стене, хватаясь за ворот его рубашки. Кровь моментально вскипела в венах, стоило его противным губам произнести имя девушки. — Не многого ли ты хочешь, щенок? — процедил сквозь зубы слизеринец, всматриваясь в ненавистное лицо. Тишина. — Отвечай, я с тобой разговариваю! — Мистер Малфой… — Снейп положил руку на плечо Драко, чуть оттягивая того назад, в то время как Джейкоб так и продолжал смотреть вперёд непонимающим взглядом. Выругавшись, Малфой рывком отпустил ворот когтевранца, оглядывая его с ног до головы. Неожиданно взгляд зацепился за выглядывающую из-под расстёгнутой рубашки неровность с левой стороны груди, которая была подозрительно похожа на… — Фурман, расстегни рубашку, — резко проговорил парень, сжимая кулаки. — Драко, что на тебя нашло, — шёпотом начал Северус, обеспокоенно поглядывая на крестника. На удивление, Джейкоб без возмущений начал расстёгивать пуговицы, обнажая испещрённую шрамами грудь. Но важно было совсем другое – в левой части груди, ровно над сердцем, располагалось небольшое отверстие, вокруг которого расползалась краснота. Такой же шрам, как у всех пропавших. — Куда вы отправились после бала, мистер Фурман? — вкрадчиво начал декан, понимая, что перед ними очередная жертва Пожирателя. Понимая, что они снова не смогли ему помешать. — Я пошёл в башню, а после узнал, что произошло с Джейн, и сразу же направился в Больничное крыло, чтобы… — он говорил медленно, чуть растягивая слова. — Спасибо, достаточно, — Снейп повернул голову в сторону Малфоя и еле заметно кивнул. Он всё понял. Коснувшись своих палочек, мужчины одновременно произнесли заклинание, проникая в голову когтевранца. Они снова не встретили сопротивления, что удивило только Северуса. Для Драко такие махинации были не в новинку. … Воспоминания были расплывчатыми и даже слегка туманными. Джейкоб быстрым шагом вышел из Большого зала вместе с группой профессоров и учеников, направляясь к лестницам. Поднявшись к переходу между седьмым и восьмым этажом, он остановился, оглядываясь по сторонам. Пусто. На лице появляется лёгкая полуулыбка. Он взглянул на часы: пол-одиннадцатого. Вдруг сзади послышались размеренные шаги, на которые когтевранец даже не обернулся. Он знал, кто позади него. Но не хотел думать о его имени. Не мог. Внутри появилась смесь волнения и страха. По мере того, как шаги приближались, Фурман непроизвольно начал сжимать и разжимать кулак на правой руке. Он хотел повернуться, но вовремя опомнился. В голове гулко пронеслось: нельзя оборачиваться, нельзя смотреть. Шаги затихли прямо за его спиной. По позвоночнику пробежались мурашки, а в затылок врезался пронизывающий взгляд. Нельзя оборачиваться, нельзя смотреть. Всё вокруг погрузилось в тишину, нарушаемую лишь громким дыханием Джейкоба. Не думать. — Меня радует твоя пунктуальность, — проговорил до неузнаваемости искажённый голос прямо над ухом. — И твоя смелость. Когтевранец улыбнулся в ответ. Да, он был смелым. Он был готов. Готов на всё, чтобы осуществить своё самое заветное желание – быть с той, которую нагло отобрали. Он готов на всё – даже пожертвовать частью своей души. Ведь такие чувства, как ненависть и даже гнев, были ему совсем ни к чему. Фурман закрыл глаза, после чего снова послышались шаги: человек встал прямо перед ним. В левую часть груди грубо уткнулся холодный кончик палочки. Секунда. Вторая. Неразборчивый шёпот, затем – адская боль. Она на мгновение пронзила всё тело, а затем сконцентрировалась в районе сердца и головы. Густые струи магической боли стремились вытянуть из него всё, что должны были. Без остатка. Сколько это продолжалось – Джейкоб не знал. Может несколько минут, а может и секунд. Он был рад одному: ему удалось не издать ни звука. Сознание начинало мутнеть от нескончаемой пытки, но вместе с этим отчётливо чувствовалась какая-то ранее неведомая лёгкость. Будто тяжелый груз, наконец, упал с плеч. — Теперь ты свободен от своего гнева, Джейкоб Фурман … На этом воспоминания оборвались. Дальше - когтевранец натыкается в коридоре на кричащую Миртл, которая и сообщает ему о том, что произошло с Джейн. Как ни пытались Драко и Северус найти воспоминания о человеке, который скрывался за искажённым голосом – безрезультатно. Пожиратель очистил сознание Джейкоба, оставив только этот фрагмент, наверняка предугадав, что они его увидят. Он просто издевался. И что же в итоге? Снейп и Малфой не ошиблись: Фурман действительно был в сговоре с Пожирателем, и наверняка помогал ему. Взамен же тот пообещал помочь парню быть с Браун, если он согласится отдать своё самое сильное на данный момент чувство: гнев и ненависть по отношению к Драко. Однако обмена не состоялось: когтевранцем просто воспользовались, напоследок подчистив все воспоминания. Сработано было действительно недурно. Теперь всё расследование находится в тупике, а Пожиратель ещё на шаг приблизился к своей ужасной цели. Пятеро из семи.