Истинные чувства

Джейн.

Вечером следующего дня Джейн отпустили из лазарета, взяв с неё обещание, что она непременно будет принимать сваренное специально для неё восстанавливающее зелье два раза в день. Мадам Помфри восхищённо вздыхала, говоря о том, как же быстро затянулась столь серьёзная рана, нанесённая зачарованным осколком. Браун твердила, что это заслуга прекрасных зелий и мазей, хотя сама понимала, что они дали бы такой эффект отнюдь не через день. Ещё дважды профессор Брантли повторял процедуру лечения, заглядывая к девушке утром и в обед. Как оказалось, тёмная магия может быть полезна, если её направить в нужное русло. Слизеринка с удивлением отметила, что с каждой минутой, проведённой с мужчиной, ей всё легче воспринимать его с новой стороны. Между ними протянулась прочная нить. Возможно, девушка даже решится рассказать матери обо всём: ведь теперь и она, и Гораций держались друг за друга, стараясь восстановить пробел длиною в восемнадцать лет. Браун вернулась в подземелья уже ночью, проигнорировав просьбу Драко послать патронуса или хотя бы написать сообщение, когда её отпустят. Парень наверняка уже спал после очередного напряжённого дня со Снейпом, и будить его никак не хотелось. Не застав никого в гостиной, она поднялась в спальню, где её уже ждала Дафна, которая буквально прыгала на месте от радости. Стоило девушке ступить на порог, как Гринграсс, наплевав на раздражённые возгласы соседок, врезалась в подругу с объятиями. — Тебя не было всего пару дней, а я уже чуть не умерла со скуки, — восторженным шёпотом проговорила слизеринка, проходя вместе с Джейн к её кровати. — Как твоя нога? — Всё хорошо, порез практически затянулся, — осторожно проговорила Браун, осматриваясь по сторонам в поисках чёрной макушки. Вокруг кровати прошлась волна защитной магии. — Где Паркинсон? — О, она уехала вчера утром, — поморщилась Дафна, перекидывая светлые волосы через плечо. — Точнее, её увезли… Даже не проси, я не стану рассказывать. Малфой справится с этим куда лучше, да и знает он всё в более ярких подробностях. — Ох уж эти скользкие слизеринцы, — рассмеялась Браун, уворачиваясь от подушки, которая полетела прямо в её голову. — Сама не лучше, — шутливо надувая губы, ответила Гринграсс, хватаясь за вторую подушку: на этот раз ей удалось попасть прямо в голову. Всё-таки, Дафна была хорошей подругой. С ней всегда можно было отвлечься от насущных проблем и просто побыть собой, почувствовать лёгкость. Наверно, когда на пятом курсе их поставили в пару для приготовления зелья, это был знак: с того самого момента между девушками будто возникла связь: они словно стали родственными душами. Раньше Джейн не думала, что может чувствовать подобное с кем-то, кроме Селены. — Ты не говорила Драко, что я завтра иду на занятия? — закончив смеяться, спросила девушка. В ответ подруга покачала головой и заговорщически улыбнулась: очевидно, предвкушала реакцию Малфоя. — Тогда дай, пожалуйста, конспект по Заклинаниям. — Флитвик пожалел нас в прошлый раз, и мы целый урок просто размахивали палочками. Было забавно наблюдать, как когтевранцы упорно стараются выводить руну Силентиум, когда все наши уже давно умеют это делать, — с насмешкой проговорила блондинка, а затем протяжно зевнула. Браун же на секунду лишилась дара речи. Мерлин, почему всё происходит именно так... — Что с тобой? — У нас теперь Заклинания с Когтевраном? Пресвятой Салазар… — вымученно проговорила Джейн, откидываясь назад. — Завтра у меня будет точно не доброе утро. — Боюсь, Драко и на метр не подпустит твоего бывшего к тебе. Но если что, я рядом: начнут бить кулаком в грудь, сразу прыгай мне за спину, — воодушевлённо проговорила девушка, вставая с кровати и в очередной раз зевая. — Добрых снов, Ди. Не забывай пить эти свои зелья, иначе Помфри упечёт тебя ещё на несколько дней, и я сойду с ума. — Обязательно, — улыбнулась Браун, демонстративно перекладывая пузырьки из сумки на прикроватную тумбочку. — Добрых снов, Даф. Сняв защитные чары, Джейн устроилась под одеялом и закрыла глаза. Завтрашний день обещал быть слишком насыщенным, потому ей нужны были силы. Постепенно погружаясь в сон, девушка ощущала знакомое густое тепло, разливающееся по всему телу: завтра она сможет почти целый день провести с Драко.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Приняв утреннее зелье, Браун совершенно лишилась аппетита: наверно, это входило в список побочных действий. Убедившись, что Малфой уже не наведается в ванну, девушка решила принять быстрый душ. Вода немного сняла напряжение. Посмотревшись в слегка запотевшее зеркало, Джейн вдруг заметила, что её глаза блеснули красным. Приблизившись вплотную к зеркальной поверхности и протерев её ладонью, она лишь встретилась с тёмно-карей радужкой. Показалось. По дороге на четвёртый этаж Браун морально готовилась к совместному уроку с Когтевраном. Конечно, слизеринка была готова пресекать все попытки Джейкоба вернуть их отношения, но когда-то она любила этого человека, и, всё-таки, его чувства и эмоции для неё что-то значили… Мерлин, почему всё так сложно? Джейн зашла в кабинет одной из последних. При виде неё все присутствующие начали перешёптываться, а некоторые и вовсе замолчали, искоса глядя то на Браун, то на Паркинсон. Очевидно, они искали какие-то внешние травмы. Девушка непроизвольно сжалась, ощущая себя крайне некомфортно: ещё бы, её изучало около сорока пар глаз. — А что это у нас за всеобщий интерес? Один начал, остальные подхватили? Паршивое стадо… — такой нужный голос прозвучал с верхнего ряда стороны Слизерина. Малфой быстро спустился вниз, подошёл к девушке и приобнял за плечи. — Уткнулись в свои учебники! Внутри зародилось какое-то новое для Джейн чувство: держа Драко за руку, она ощущала, что способна практически на всё. Они поднимались на верхние ряды, а добрая половина класса так и продолжала в упор смотреть на них. Вся эта ситуация начала нехило давить на девушку. Встретившись взглядом с Дафной, которая еле заметно кивнула, а затем крепче сжав ладонь парня, Браун кашлем прочистила горло. — Вам уши заложило? — она не узнала свой голос. Он был громким, чётким и даже властным. Джейн всегда замечала за слизеринцами подобный тон. Подняв глаза на Малфоя, она встретилась с его широкой улыбкой и одобряющим взглядом. Они сели на самый последний ряд, возвышаясь над остальными. Чуть поодаль сидели Дафна и Блейз. Блондинка, забросив ноги на колени мулата, шутливо целовала его в щеку, пока тот старался не опрокинуть чернильницу и написать хотя бы слово на пергаменте. Оглядев класс, Браун довольно хмыкнула: все головы когтевранцев были опущены. Все, кроме одной. Она встретилась с голубыми глазами всего на секунду, но и этого хватило сполна. Джейкоб смотрел на неё с непониманием и примесью ужаса. По коже пробежались мурашки, ей стало не по себе: должно быть, сейчас она произвела впечатление типичной слизеринки, на подобии Паркинсон… — О чём задумалась? — шёпотом проговорил Малфой, накрывая коленку девушки своей ладонью и чуть сжимая её. По телу прошёл электрический разряд, заставляющий вернуться из мыслей в реальность. Джейн огляделась: профессор Флитвик уже был на месте и что-то монотонно вещал. Надо же, раньше она не была настолько рассеянной, чтобы пропустить начало урока. — Я просто не выспалась, — как можно ровнее проговорила девушка, записывая тему занятия. Для пущей уверенности она подняла голову, встречаясь с изучающим взглядом Драко. Он слегка прищурился, оглядывая её с ног до головы. — Что-то не так? — От тебя исходит такое количество тёмной магии, что даже мне не по себе, — мрачно проговорил он, поднимая подол юбки Браун чуть выше, чтобы открыть уже практически полностью затянувшийся порез. Его руки были напряжены. — Помфри явно не практикует подобное лечение, да и ты ни разу не прибегала к ней… Кто тебя травит, Джейн? Вопрос застал девушку врасплох. У неё было всего пару минут, пока они разучивают новую руну: стоит немного промедлить, и Малфой заподозрит неладное. Первым делом, Браун сразу решила, что не станет говорить Драко о том, что Гораций бывший Пожиратель: ведь тогда он моментально перекинет все подозрения на него. Мужчина был не виноват. Только не он – Джейн доверяла ему. Врать тоже было нельзя: парень читает её как открытую книгу. Девушка не могла вот так плюнуть в душу тому, кого любила всем сердцем. Сложив в голове более-менее складную версию произошедшего, она последний раз вычертила в воздухе руну и произнесла заклинание. Лежавшее перед ней ещё местами зелёное яблоко тут же стало ярко красным. — Профессор Брантли предложил помощь, — уверенно проговорила Джейн, вертя в руках созревшее яблоко. Рёбра дрожали. — Он несколько лет работал мракоборцем, ему часто приходилось прибегать к ускоренному лечению, порой и таким способом… Драко что-то шепнул, и по телу девушки прошлась волна сканирующего заклинания. И откуда он столько умеет? На этот раз заклинание не задержалось на бедре, что заставило Малфоя немного расслабиться. Бросив на него взгляд, буквально означающий: вот видишь, всё нормально, слизеринка собралась приступить к следующему заклинанию, как вдруг холодные пальцы сомкнулись на её подбородке, резко поворачивая голову. — Чтобы больше никакой тёмной магии, поняла? — прошептал он, вглядываясь в глаза. Его большой палец скользнул с подбородка на нижнюю губу Джейн, обводя по контуру. У неё перехватило дыхание, а вокруг стало чертовски жарко. — Не слышу ответа. Возможности говорить не было. Сладкая пелена с головой накрыла Браун, заставляя окружающий мир сконцентрироваться в серых глазах ровно напротив неё. Вместо ответа она коснулась кончиком языка пальца Драко, вбирая его в себя и слегка посасывая, что заставило огоньки в глазах парня вспыхнуть с новой силой. — Хочешь поиграть? — еле слышно спросил он, придавая голосу невыносимо сладкий тон. Браун коротко кивнула и улыбнулась, переворачивая страницу учебника и делая новую запись на пергаменте. — Что ж, мы обязательно это сделаем… Успокоиться и восстановить дыхание девушке удалось только через несколько минут. Вполуха слушая профессора Флитвика, Джейн решила оглядеть сторону Когтеврана. Большинство из них усердно писали и размахивали палочками, и лишь некоторые переговаривались между собой: в основном те, кто сидел на самых верхних рядах. Слизеринка намеренно не смотрела на Джейкоба: ей слишком не хотелось увидеть в его глазах осуждение. Но вот, переводя взгляд на профессора, она мельком увидела быстрый жест рукой. Такой до боли знакомый. Большой палец правой руки Фурман по очереди соединял с остальными пальцами: ещё на пятом курсе они придумали этот знак, который означал, что им нужно было срочно поговорить. Данный жест нужно было повторять до тех пор, пока на него не последует такой же ответ. Девушка замерла, даже на секунду прекратив дышать. Стоило ли говорить с Джейкобом? Ведь тема их разговора была очевидна, и поднимать её совсем не хотелось. Виски сдавило приступом мигрени, а рука непроизвольно сжалась в кулак. Когтевранец всё продолжал сверлить Джейн взглядом, ожидая ответа. — Что ему от тебя нужно? — бесцветно спросил Драко, не отрывая головы от пергамента. И как он только всегда всё замечает?.. Наверно, это ещё одно умение, свойственное бывшим Пожирателям. — Он хочет поговорить после урока, — стараясь сделать голос как можно более ровным, проговорила Браун. Вдох-выдох. — Вроде как, это срочно. — Ну, раз срочно, то почему нет? — после небольшой паузы проговорил Малфой, улыбаясь уголком губ. По телу прошлась волна облегчения. — Тем более, прямо перед уроком я популярно объяснил, чью девушку он хватал за талию на балу, — слизеринец самодовольно облизнул нижнюю губу, искоса глядя в сторону девушки. Видимо, выражение её лица говорило само за себя: Драко тут же усмехнулся, заверяя Джейн, что всё было в рамках разумного, и они просто поговорили, как взрослые и серьёзные люди. Верилось с трудом. Однако Браун льстила ревность со стороны парня: подумать только, Малфой способен не только на сарказм и оскорбления. — Повтори-ка ещё раз, кто я? — прошептала слизеринка, проводя кончиком пера по нижней губе. — Моя девушка, — мягко проговорил он, шумно сглатывая. По позвоночнику прошлись мурашки от его бархатного голоса. — И ключевое слово здесь - моя. Уже знакомая густая теплота разлилась в груди, заполняя собой каждую клеточку тела. Довольно улыбнувшись, Джейн подняла голову, повторяя аналогичный жест рукой, посылая его Джейкобу. Тот еле заметно кивнул и принялся усердно писать, больше не поднимая головы до конца занятия.

⊹──⊱✠⊰──⊹

В сотый раз предупредив Джейн, что он находится прямо за дверью и ему не составит труда чуть что в считанные секунды зайти в кабинет и размазать Джейкоба по преподавательскому столу, Драко быстрым шагом вылетел из класса, напоследок пронзая Фурмана холодным взглядом. Ох уж эти парни… Воцарилась тишина. Браун стояла, присев на край стола первого ряда, и смотрела в пол, перебирая между пальцами край юбки. Воздух наполнялся концентрированным напряжением, которое росло с каждой секундой. Послышались тяжёлые шаги: когтевранец медленно подошёл к девушке, останавливаясь прямо перед ней. Тихий шёпот, и помещение было защищено, хлопнула дверь. Салазар… — Скажи, почему эти змеи уже третий день копаются в моей голове? — тихо начал парень, скрещивая руки на груди. Джейн подняла голову и встретилась с изучающим взглядом голубых глаз. Ей стало не по себе. — Они пытаются понять, что с тобой произошло, пытаются помочь, — уверенно проговорила девушка, чуть приподнимая подбородок. Главное не дать ему почувствовать, что она знает больше, чем остальные. Браун чётко понимала, что когтевранцу нужно было явно не это. В кабинете становилось всё душнее, хотелось уйти, прямо сейчас. Но вот, спустя пару минут, Фурман заговорил. Тон его голоса заставил девушку замереть на месте: — Джейн, знаешь, я правда очень рад, что у тебя с Малфоем всё хорошо, тебе комфортно, и … — Джейкоб запнулся, делая ещё шаг вперёд. Расстояние между ними сократилось в половину. Его голос становился всё жёстче с каждым словом. — Но скажи, неужели ты так быстро забыла то, что было между нами? Или этот ублюдок постарался? Я слышал, он неплохо владеет Обливейтом… — Замолчи! Ты ничуть не изменился, Джейкоб! Как ты мог вообще подумать, будто… — крикнула Браун, перебивая слова парня. В висках стучала кровь, заглушая звуки вокруг. В следующую секунду в правой руке Фурмана оказалась палочка, которую он рывком приставил ко лбу девушки, в то время как левой преградил путь к отступлению. Моментально среагировав, Джейн толкнула когтевранца в грудь, но особого результата это не принесло: он продолжал нависать над ней, пронзая маниакальным взглядом. Когда в руке, наконец, оказалось палочка, было уже поздно: — Я покажу тебе… Легилименс! Водоворот воспоминаний затянул Браун, не давай покинуть себя: поразительно, с какой силой он удерживал её в своих воспоминаниях. Вот перед ней декабрь пятого курса: тот самый день, когда Джейкоб подкараулил Джейн в совятне, пока та отправляла письмо матери. — Ты будешь моей девушкой? — он держал её за руку, смотря прямо в глаза. — Да… Слизеринка кричала, пытаясь выбраться – без толку. Картинки сменяли одна другую: первый поцелуй на берегу Чёрного озера, свидания в Хогсмиде, совместные занятия, на которых они сидели вместе за последней партой, держась за руки. После – совместно проведённое лето в поместье его родителей, где они встречали вдвоём рассветы и закаты на крыше. Затем картинки становились мрачнее: середина и конец шестого курса, война. Последнее, что она увидела: красные и зелёные вспышки, пронзающие всё вокруг. Где-то вдалеке крик, смутно напоминающий её собственный. Вокруг много крови, ею заполнен каждый сантиметр. На земле лежит Фурман, его левая рука отсечена… — Хватит! С оглушающим криком Джейн вынырнула из воспоминаний, падая на пол. Голова адски болела, а грудная клетка разрывалась от рыданий. Фальшь, это всё сплошная фальшь. Девушка начала вставать, ощущая, как горячая рука поддерживает её за талию. И её буквально ошпарило этим прикосновением, прожгло до самых костей. — Не прикасайся ко мне! Больше никогда, ты меня понял? — надрывисто кричала она, хватая сумку и направляясь к выходу, попутно снимая все чары с помещения. Джейкоб не пытался её остановить: лишь мрачно смотрел в след, осознавая, что совершил огромную ошибку, попытавшись навязать Джейн свои мысли и желания. Браун вылетела из кабинета и прислонилась спиной к холодной каменной стене коридора. Она всегда знала, что Фурман обладает особой способностью влиять на её эмоции и настроение, но сегодня он переступил всякие границы. Твёрдо решив больше никогда не давать ему шанс на исправление, она выдохнула, стёрла с лица уже практически засохшие слёзы и направилась вперёд по коридору: за углом слышались громкие голоса, сочетание которых уже не на шутку пугало. — Да что ты можешь знать о моём состоянии, Малфой? — ядовито произнесла Пэнси, разворачиваясь спиной к Драко и стремительно направляясь к стайке однокурсниц, уже ожидающих её. — Паркинсон, тебе ещё не надоело врать? Удивлён, как твои подруги ещё не захлебнулись в твоей лжи за столько лет, — буквально выплюнул он, растягивая губы в усмешке. В следующую секунду он заметил Джейн, по одному взгляду которой было ясно: одним мы просто поговорили, тут не обойдётся. Приобняв слизеринку за плечи, Малфой принялся расспрашивать у неё о разговоре с Фурманом. Старательно избегая рассказа об его ужасной выходке, Браун как можно увереннее поведала события прошедших пятнадцати минут. Они свернули к лестницам, продолжая переговариваться, но никто из них так и не заметил, что за всем происходящем внимательно наблюдал профессор Брантли. Он стоял у окна, провожая взглядом Пэнси, в то время как его губы чуть заметно шевелились, а из кончика палочки появился практически прозрачный дым, тонкой струйкой направляющийся за стайкой семикурсниц Слизерина.

⊹──⊱✠⊰──⊹

К пятнице Джейн окончательно избавилась от навязчивой боли в бедре и вошла в учебный ритм. Каждое утро, просыпаясь и выходя в гостиную, она несколько секунд пребывала в шоке: Драко ждал её в кресле, встречая ослепительной улыбкой. Кажется, она никогда к этому не привыкнет – рядом с Малфоем её сердце начинало качать кровь с бешеной скоростью, а в животе словно просыпался рой бабочек. С ним было всё по-другому, привычные вещи принимали совсем другой оттенок. Занятия, обеды в большом зале, прогулки в Хогсмиде… Душа будто наполнялась до самых краёв чем-то тёплым и лёгким. Чем-то, что имело вполне конкретное название – счастье. Казалось, всё вокруг будто озарилось солнцем: девушку окружали друзья, любимый человек и даже отец. С каждым днём Джейн и Гораций становились всё ближе, проводя время за разговорами и прогулками. Они рассказали друг другу всё, что не успели пережить вместе и даже больше: Брантли с помощью Омута памяти показал ей самые яркие моменты своих школьных лет и фрагменты работы в министерстве. В один из вечеров, за чаем, Браун призналась мужчине, что до сих пор не определилась со своим будущем, ведь выбор между колдомедициной и авроратом для неё был крайне непростым. После продолжительного разговора и нескольких тестов, которые обычно проводились при поступлениях на соответствующие должности, Гораций с плохо скрываемой гордостью и блеском в глазах сообщил, что у Джейн есть все шансы стать превосходным колдомедиком. — Ты сегодня прямо-таки светишься, милая, — задумчиво произнёс профессор, проверяя последнюю тетрадь. Девушка поражалась его работоспособности: пять стопок тетрадей, тридцать пергаментов и всё это за полтора часа. — Знаешь, я как будто, наконец, нашла недостающую частичку своей души, — воодушевлённо отозвалась слизеринка, левитируя проверенные работы в шкаф. — И поэтому я решила, может мы… Попробуем ещё раз? Мужчина всё понял и просиял в ответ на просьбу, подходя к девушке сбоку и произнося заклинание. Над головой Джейн тут же появилось облако дыма, которое стало постепенно светлеть. Неужели сейчас всё получится? Вот появился цветок ванили, который медленно падал вниз, прямо на ярко-зелёное яблоко. Как только они соприкоснулись, изображение растворилось, а силуэты приняли новый вид: две руки, одна, явно принадлежащая Браун, тянулась навстречу второй. Драко. Сердце застучало чаще, стоило только рукам соприкоснуться и сплестись воедино. В ту же секунду по руке парня заструилась чёрная полоса, постепенно принимающая очертания змеи, которая, извиваясь вокруг их сцепленных ладоней, надёжно скрепила их. Навсегда. Дым исчез, осыпаясь золотистыми искрами на плечи. Ещё несколько секунд Джейн стояла неподвижно, будто не веря в правдивость произошедшего, а затем широко улыбнулась и врезалась с объятиями в Горация, который был не менее воодушевлён. Обняв девушку в ответ, он шумно выдохнул, не прекращая улыбаться. — Получилось! — восторженно воскликнула слизеринка, поднимая голову на профессора. — Конечно, ведь это было дело времени, — тепло проговорил он, слегка поглаживая её по затылку. — Теперь истинные чувства, преобладающие в твоём сердце, тебе наверняка известны, моё сокровище. Моё сокровище. Брантли очень часто стал называть девушку так. Она точно знала, что в этом прозвище был заложен какой-то смысл, понятный только самому мужчине. Но почему-то, когда с его губ срывалось это сочетание слов, становилось немного не по себе…

⊹──⊱✠⊰──⊹

— Не забывай, что мои ноги короче твоих! — возмущённо крикнула Джейн вслед Драко. — Куда ты так летишь? — Скоро узнаешь, — явно с улыбкой проговорил он, чуть замедляя шаг. Это было первое дежурство, на котором Малфой и Браун не молчали. Практически два часа они без перерыва говорили: о детстве, о младших курсах, да вообще обо всём. Слизеринец внимательно слушал все истории девушки, и она с удивлением замечала, что ему действительно интересно. Просто поразительный диссонанс: ещё год назад они бросались друг в друга оскорблениями, а сейчас патрулируют школу, держась за руки. Джейн даже поделилась с Драко своими переживаниями по поводу матери. Она не сомневалась, что парень, в конце концов, понравится Виктории, но пока что была не готова на такой шаг. Малфой же настаивал на знакомстве, потому как у него очень серьёзные намерения. Поняв, что спорить с ним бесполезно, Джейн согласилась на самый адекватный вариант: визит на Рождество. Всё-таки, до него ещё два месяца, а за это время вполне можно аккуратно подготовить маму. По дороге в гостиную Драко вдруг резко свернул налево, в заброшенное крыло первого этажа. Значительно прибавив шаг, он с заговорщической улыбкой поглядывал на девушку, пока она усердно семенила за ним. Часы показывали половину двенадцатого, а они с каждым шагом удалялись от подземелий, где её ждало несделанное домашнее задание по Истории магии и Травологии… Через несколько минут слизеринцы остановились у массивной двери, которую украшал узор с морской тематикой: гребни волн с бурлящей пеной, капли, витиеватые водоросли. До Браун медленно дошло, что перед ними вход в бассейн, про который она однажды слышала, ещё на четвёртом курсе: тогда они с Селеной попытались сюда попасть, но подобрать пароль так и не смогли. С блеском в глазах Малфой шепнул пароль, и дверь со скрипом открылась, как бы приглашая зайти. В нос ударил запах лёгкой сырости. Несомненно, здесь было очень красиво и атмосферно: отражение воды на стенах, лунный свет и лёгкий запах роз. Джейн не совсем понимала, что задумал Драко, но стоило ей повернуть голову, как всё стало понятно: он медленно расстёгивал рубашку, направляясь к спуску в бассейн. Через минуту практически вся его одежда оказалась на полу, рядом с узким бортиком. Девушка не могла отвести глаза, ведь прежде она никогда не видела его таким: взгляд скользил по широким плечам, пластинам грудных мышц, рельефному торсу и переходил всё ниже. Её кожа пылала, а внизу живота начинал заворачиваться тугой узел. Мерлин… — Планируешь плавать в одежде? — Малфой облизнул губы и буквально прыгнул в воду, вызывая за собой фонтан брызг, разлетевшихся по всему помещению. Вода была практически прозрачной, поэтому Браун видела, как парень стремительно проплыл по дну бассейна, появляясь у бортика, рядом с которым стояла она. Зачесав мокрые волосы назад, он чуть склонил голову набок, протягивая руку к щиколотке девушки. Почувствовав холодное касание, она с визгом отскочила, чем вызвала его смех. — Я разве говорила, что буду плавать? — с наигранным непониманием спросила Джейн, неспешно снимая туфли и гольфы. Аккуратно опустившись на кафельный пол и присев на край бортика, девушка опустила ноги в воду, отмечая, что она немного прохладная. В это время Драко резко нырнул под воду, и, воспользовавшись тем, что её колени немного разведены, появился прямо между них, не давая сомкнуть ноги. Лицо слизеринки моментально вспыхнуло, а чуть спавшее возбуждение нахлынуло с новой силой. Малфой, сладко улыбаясь, начал покрывать бедро и колено девушки поцелуями, рукой поглаживая вторую ногу под водой. Из груди вырвался короткий стон, который эхом отразился от кафельных стен, вызывая у парня улыбку. Его поцелуи становились всё более настойчивыми и переходили на внутреннюю сторону бедра, распространяя по телу электрический ток. Игнорировать это желание было больше невозможно. Быть рядом с ним, чувствовать каждый миллиметр его тела, хотеть его. Кровь бешено стучала в ушах. Джейн аккуратно оттолкнула от себя Драко и погрузилась до талии в воду. Температура воды её совершенно не заботила, ведь она сама буквально горела. Малфой подхватил девушку и усадил на свои бёдра, рывком прижав её к стене бортика. Он сминал её губы, вылизывая языком дёсна и окончательно лишая рассудка. Слизеринец вдавился в неё бёдрами, имитируя толчки. Всплески воды смешались с протяжными стонами. Голова кружилась, перед глазами плыло, и чтобы удержаться, девушка цеплялась за влажную спину и плечи. Послышался звук разрываемой рубашки, прохладная вода коснулась тела, но лишь на секунду: Драко оторвался от губ Джейн, припадая к её груди. Его горячий язык запорхал вокруг напряжённого соска, в то время как вторая рука опустилась в воду, проникая под юбку. Решив не медлить, он оттянул кружево между её бёдер, проникая в горячую влагу пальцами. Стон Браун эхом отдавался от стен. Она подмахивала тазом навстречу его пальцам, насаживаясь всё глубже. Салазар, как же хорошо. Тело окончательно погрузилось в истому, а мысли неслись в какую-то пропасть. Весь мир сейчас находился в одном человеке. Малфой всё сильнее вдавливался в неё пахом и всё быстрее ласкал пальцами чувствительный бугорок. — Драко, пожалуйста… — сквозь стоны произнесла Джейн, опуская руки под воду и прикасаясь к туго оттянутой ткани его трусов. — Ты уверена, принцесса? — шёпотом выдохнул он прямо в её полураскрытые губы, пальцами переместившись ниже, начав аккуратно разводить пальцы внутри. — Да, Драко… Девушка вздрагивает и на секунду открывает глаза, встречаясь с затуманенным взглядом Малфоя. Между ними больше не было разделяющей ткани, лишь невыносимый жар, контрастирующий с прохладной водой. Резкий толчок – и он внутри, заполняя её практически полностью. На мгновение тело пронзила острая боль, заставившая каждую клеточку мелко дрожать. Где-то далеко она слышала голос Драко, но не могла различить слова, потому пришлось лишь сдавленно кивнуть. Её губы накрыл влажный поцелуй, а горячая рука зарылась в волосы, мягко сжимая их. Слизеринец начал медленно двигаться, прижимаясь к Джейн всем телом. Боль постепенно отступала, а на её место приходило сладкое удовольствие, нарастающее внизу живота с каждым толчком. Она подмахивала бёдрами, снова и снова отвечала на жаркий поцелуй. Стоны и хриплое рычание перемешивались с всплесками воды, которая выходила за края бортиков. Браун всё сильнее подавалась вперёд, задыхаясь от пьянящего возбуждения. Вдруг Драко резко обхватил её лицо руками, заставляя посмотреть прямо в расплавленный свинец его глаз. Во взгляде читалось то, чего раньше она никогда не видела: превосходная смесь агонии и чистого удовлетворения. Парень с улыбкой принялся оставлять горячие поцелуи на шеи и груди, иногда чередуя их с укусами, вызывая тем самым ещё более глубокие стоны. — Моя, — выдохнул Малфой где-то возле уха девушки, ещё больше наращивая темп. Они как никогда близко. Кожа к коже. — Только моя… Слова отпечатались в сознании, заставляя сердце Джейн буквально выпрыгивать из груди, ломая на пути грудную клетку. Тугой узел внизу живота начал стремительно разрастаться, спускаясь всё ниже. Она слышала хриплое рычание Драко, ощущала, как его пальцы сжимают её талию. Всплески воды захлёстывали практически до головы. — Драко, я… Каждый нерв в теле накалился до предела, высвобождая оглушительный оргазм. Браун будто разорвалась на мелкие частички, и, чтобы не утонуть, остервенело цеплялась за плечи парня, оставляя на коже протяжные следы. Её мышцы бешено пульсировали вокруг члена Малфоя, который смотрел на неё пьяными и удовлетворёнными глазами. Ещё несколько сильных толчков, и он утонул вместе с ней, хрипло рыча. Несколько минут они так и стояли, прижавшись друг к другу, пытаясь отдышаться. Внутри кипел целый океан эмоций, заставлявший растягивать чуть припухшие от поцелуев губы в улыбке. С ума сойти… Драко аккуратно провёл кончиками пальцев по щеке девушке, оставляя невесомый поцелуй где-то в районе уха. За дверью послышался грохот, а затем чей-то озлобленный голос, который угрожал прямо сейчас привести сюда Дамблдора. Ну, конечно, это был Филч. Он усиленно барабанил кулаком в дверь, продолжая выкрикивать угрозы. Джейн перевела взгляд на Малфоя, который вдруг резко упал навзничь, погружаясь в воду и появляясь у противоположного бортика. — И что мы будем делать? — поинтересовалась девушка, аккуратно вылезая из воды. Ответа не последовало, и тогда, повернувшись, она наткнулась на жадный взгляд, блуждающий по её полуобнаженному телу. — Ты такая красивая… — Драко, Филч за дверью! Пропустив короткий смешок, он вылез из бассейна, а затем взмахом палочки высушил всю одежду. Немного хуже обстояли дела с рубашкой Джейн – она была порвана на две части и до сих пор находилась на поверхности воды. Вот тут и пригодились уроки Трансфигурации и бытовая магия. Закончив с одеждой и окончательно отдышавшись, Браун коснулась низа живота палочкой. По телу пробежал приятный холодок, приносящий облегчение. Внутри всё ещё разливалось густое тепло, так и шептавшее на ухо: теперь всё хорошо. Ему хотелось верить. Драко вырос за спиной, обвивая руками талию девушку. Его губы коснулись уха, язык очертил мочку, а горячее дыхание ошпарило кожу. По телу пробежали мурашки, внизу живота снова начинал завязываться узел. Салазар, что он делает со мной… Влажный воздух сотряс шумный вздох. — Есть только один способ уйти незамеченными… — медленно проворковал он, рисуя кончиками пальцев узоры сквозь рубашку. — Но, помнится, ты запретила мне проворачивать подобное в твоём присутствии. Ну конечно, речь шла об этой его привилегии бывших Пожирателей. Джейн передёрнуло, стоило ей вспомнить ощущения от последней подобной практики. Но, с другой стороны, выбирать особо не приходилось: либо потерпеть несколько минут, либо краснеть перед Снейпом и Дамблдором до конца учебного года. — Разрешаю, но это последний раз, ты понял? — на выдохе произнесла она, поворачиваясь к Малфою лицом. Тот коротко кивнул и уже расплылся в улыбке, его глаза хитро сверкнули. Напоследок вдохнув приятный влажный воздух, буквально пропитанный чем-то горячим и интимным, Браун вцепилась в плечи Драко, пока тот сосредоточенно прикрыл глаза. Чёрный дым окутал их, отрывая от земли. Внутренности на секунду рухнули вниз, заставляя крепче сжать руки на ткани рубашки. Ох уж эти фокусы Пожирателей… Ноги коснулись пола, и на этот раз девушке всё же удалось удержать равновесие. В гостиной уже давно никого не было, стояла практически звенящая тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием зеленоватого пламени камина. Слизеринка перевела взгляд на Малфоя, платиновые волосы которого ярко выделялись в темноте. — Добрых снов, моя отважная нарушительница правил, — он ослепительно улыбнулся, а затем коротко, но на удивление нежно коснулся губами щеки девушки, пальцами очертив линию подбородка. По коже снова пробежали мурашки. Кажется, за сегодняшний день были побиты все рекорды по их количеству. — Добрых снов, Драко… Джейн поднималась по лестнице в спальню, будучи уверенной, что все соседки давно спят – на часах практически два часа ночи. Прислушавшись и облегчённо выдохнув, она открыла дверь спальни, наощупь прошла до своей кровати и откинула шторку. Перед ней предстала копна белоснежных волос и блеск нетерпеливых глаз. Дафна. — Теперь ты не отвертишься, Браун. Я жду рассказа в мельчайших подробностях! — восторженно прошептала Гринграсс, накладывая на кровать заглушающее заклинание и притягивая подругу за руку на кровать. Мерлин…

Драко.

Никогда ещё Драко не чувствовал себя настолько счастливым. Впервые ему хотелось просыпаться по утрам, вставать с кровати и идти в Большой зал, на занятия, да куда угодно – лишь бы рядом была она – Джейн Браун. Девушка, которая снова заставила его почувствовать тягу к жизни. Раньше он и подумать не мог, что сможет испытывать столько положительных эмоций от отношений, до этого казавшихся рутинными и однообразными. В приподнятом настроении Малфой возвращался с ужина вместе с Забини, который практически силой потащил его во двор – день выдался на редкость тёплым, и упустить шанс поваляться на траве под лучами уходящего солнца, было просто непозволительно. Чуть позже слизеринец понял, что заставило Блейза выбрать столь сентиментальный предлог – у одного из деревьев уже расположилась старшая Гринграсс. На бортах фонтана сидели Джейн и Селена, что-то увлечённо обсуждая. Драко коротко улыбнулся им, мысленно смирился с присутствие гриффиндорки и уже собирался подойти, как вдруг на его плечо приземлилась тяжёлая рука, а глаза сидящей напротив Браун округлились, будто в ужасе. Малфой сглотнул и резко развернулся, встречаясь с холодными стальными глазами. Дьявол… — Отложим приветственные речи на потом и сразу перейдём к делу, — отрывисто проговорил Люциус, стремительно направляясь в сторону озера. Смотря в затылок отцу, слизеринец направился за ним. Малфой-старший как всегда был одет с иголочки: бархатистая мантия, лакированные ботики; белоснежные волосы сегодня затянуты в низкий хвост. Обычно все ученики радуются визитам родителей, но Драко не входит в их число. Никогда не входил. С каждой секундой в нём накапливалось всё больше желчи, которую он готов был выплеснуть в любой удобный момент. Они остановились у массивного камня на берегу. — Просто скажи мне, Драко, то, что ты наговорил Паркинсонам… — Люциус сглотнул, и на секунду зажмурился. — Всё это правда? О, это было самое меньшее, что мог сделать слизеринец. Уже днём первого ноября Малфой посетил поместье Паркинсонов, где во всех подробностях рассказал о каждой из выходок Пэнси. Конечно, ему не поверили, и тогда он показал всё, в самых ярких красках. Показал, а после поставил условие: он молчит и не передаёт сведения о юной преступнице из рода Паркинсонов в Министерство, тем самым сохраняя должности её родителей, а они взамен обещают, что их дочь впредь больше не побеспокоит ни его самого, ни его ближайший круг общения. Договор был заключён, и Драко буквально светился от радости: Пэнси была тише воды ниже травы, и всё было бы прекрасно, если бы не внезапное появление отца. Парень прекрасно понимал, что его волновала не только ситуация с Паркинсонами: речь непременно пойдёт о Джейн. Слава Салазару, ему есть, что сказать. — Чистейшая, — процедил слизеринец, улыбаясь уголком рта и скрещивая руки на груди. — Ты пришёл только за этим? Хочу напомнить, что для подобного существует совиная почта, и тебе ли не знать… — Перестань болтать попусту, — перебил отец, делая шаг вперёд. Его лицо выражало крайнее недовольство: казалось, он готов броситься и растерзать. — Драко, ты же знаешь, что я не повторяю дважды. Объясни мне, почему вся школа и даже несколько человек за её пределами говорят, что ты и полукровка Браун зажимаетесь по углам? — Выбирай выражения, если хочешь продолжать разговор, — чуть повысил голос Малфой, вплотную приближаясь к мужчине. Нервы практически сдали. — Она не полукровка, это раз. Тебя абсолютно не касается моя личная жизнь, это два. — Что за чушь ты несёшь? — практически кричал Люциус. На его лбу от напряжения выступила вена. Парень почувствовал попытку проникновения в голову, но резко пресёк её, чем окончательно разозлил отца. Впрочем, сейчас Драко было всё равно, что бы он ни выкинул. — Я думаю, тебе пора, — выплюнул Малфой, разворачиваясь в сторону школы. Сзади послышался возмущённый вздох отца, который явно вышел из себя. Плевать. — Представь доказательства, или я найду их сам, — процедил он, вмиг оказываясь перед сыном, хватая его за воротник рубашки. — После этого ты сразу покидаешь школу, — прозвучало не иначе, как утверждение. Сбросив с себя его руку, слизеринец направился во двор школы. Они практически подошли к фонтану, когда Драко остановил мужчину. — Смотри отсюда. Надеюсь, свойства кольца тебе напоминать не нужно? Не дождавшись ответа, он направился прямиком к Джейн, которая с испугом смотрела то на него, то на Люциуса, что-то нашёптывая на ухо не менее напуганной Томпсон. Малфой подошёл к девушкам, одаривая тех самой очаровательной улыбкой, которая была в его арсенале. Браун чуть покраснела, чем заставила сердце ускорить ритм. Слизеринец подошёл к ней, взял за руку и поднёс нежную ладонь к губам, осторожно целуя. Конечно, реакции на перстень не было. Довольно улыбнувшись и шёпотом пообещав объяснить всё позже, парень развернулся и встретился с ошеломлённым взглядом отца. Подойдя к нему, Драко вопросительно вскинул брови. — Мы поговорим об этом позже, сын. Претензий к тебе нет, — на выдохе произнёс Малфой-старший, положив руку на его плечо. В глазах читалась разочарованность. Плевать. — Не прощаюсь. Они кивнули друг другу, а после Люциус резко развернулся и зашагал в сторону ворот. Малфой облегчённо выдохнул, ощущая, как с плеч сваливается тяжёлый груз. Он сделал это – наконец переступил через отца. Для него это маленькая, но победа. Мама была бы рада за него.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Драко не спалось. На удивление, не помогало даже зелье – такое он видел впервые. Было слишком душно, слишком тесно в этой крохотной спальне. В голове было слишком много лишнего. Хотелось воздуха. С этими мыслями слизеринец покинул гостиную, вдыхая холод подземелий. Да, этого определённо не хватало. Погрузившись в мысли, он бродил по этажам. Несколько раз получив нелестные замечания от картин, он поднялся на восьмой этаж, подумав, что было бы весьма неплохо переночевать в просторной спальне. В надежде, что Выручай-комната поможет с этим, он принялся ходить вдоль стен. Дверь действительно появилась, и как только Малфой взялся за ручку и открыл её, на пороге показалась Паркинсон. Чёрт возьми, она-то здесь что забыла? Девушка прошла мимо Драко, направляясь к лестницам. К горлу подступил ком. — Пэнс, что ты здесь делаешь? — парень остановил её за плечо, отчего она будто проснулась: резко дёрнулась, округлила глаза и прижала ладони ко рту, будто в попытке сдержать крик. Окинув её взглядом, он заметил, что футболка на ней была порвана в районе правого рукава, а на одном запястье чернел внушительных размеров синяк. В голове уже гремели ужасные слова, требующие доказательств. Резким движением оттянув горло футболки, слизеринец увидел то, чего боялся больше всего: до боли знакомое, еле заметное отверстие с левой стороны. В ушах зашумело. Нетнетнет, блять, нет. Паркинсон кинулась на грудь Драко, начиная плакать и мелко дрожать. Подождав, пока она успокоится, и чуть погладив её по волосам, он мягко отстранился, заглядывая ей в глаза. Шепнув заклинание, которое явно помогло девушке успокоиться, он послал патронус Снейпу. — Я шла в гостиную, — хрипло начала она, смотря вперёд отсутствующим взглядом. — Потом вдруг темнота, боль… А дальше я увидела свет, пошла на него, и вдруг встретила тебя. Драко, что это было? Он слабо слышал слова слизеринки. Мысли были заняты другим: что мог забрать Пожиратель? Как назло, он совершенно не помнил, что тогда показал тот чёртов дым на уроке Брантли. Секунда, вторая, и будто по щелчку: — Что ты рассказала Дафне на прошлое Рождество? — он не узнавал собственный голос. — Что я изменила тебе с Ноттом, — выпалила Пэнси, будто отвечала на уроке. Её лицо снова не выражало эмоций. — Тогда мы не были в отношениях, но всё же… Пазл сложился. Паркинсон понятия не имела, что Драко в курсе измены – нетрезвая Гринграсс разболтала всё буквально на следующий день. Он не раз задавал ей этот вопрос, но всегда получал один и тот же, кажется, выученный наизусть, ответ: мы просто секретничали по-женски, с чего ты взял, будто я что-то скрываю? Паркинсон была напрочь лишена своей лжи, которая была чуть ли не её жизненным девизом. Сзади послышался хлопок трансгрессии, зазвучал напряжённый до предела голос Северуса. В глазах темнело, желудок рухнул куда-то вниз, по всему телу прошёлся холод. Приходило осознание. Шестеро из семи. Они практически проиграли.