Истинные чувства

Джейн.

Весь следующий день Драко был сам ни свой: рассеянный, невнимательный, мрачный, будто постоянно находящийся в своих мыслях. Джейн это очень пугало: должно быть, причины были действительно серьёзными. На просьбу поговорить, он отвечал дежурное: не сейчас. Плюс ко всему, с самого утра не появлялась Паркинсон. Не то чтобы девушку особо интересовало, куда снова пропала однокурсница, но тот факт, что её исчезновение и поведения Малфоя совпали, наталкивал на очень сомнительные мысли. После ужина Браун окончательно вышла из себя: ещё бы, ведь она, как и подобает настоящей, любящей девушке, целый день пыталась понять, что же произошло. Стоит ли говорить о трёх неудачных попытках Легилименции, которые только рассмешили слизеринца? — Драко Малфой, ты должен сейчас же всё мне объяснить! — практически крикнула Джейн, когда они возвращались в гостиную. — Я не приму отказа. Парень шумно выдохнул и кивнул, сворачивая к основным лестницам. Решив не задавать лишних вопросов, девушка просто направилась за ним. Четвёртый, пятый, шестой – они поднялись на восьмой этаж, и Малфой принялся ходить вдоль стены. Было даже интересно, какой Выручай-комната предстанет в этот раз и почему они пришли именно сюда. Молча переступив через порог, Браун окинула взглядом помещение, которое было похоже на небольшой тренировочный зал: массивные чёрные манекены для отработки магических ударов, мишени на стенах, зеркала в полный рост, высокие потолки. Из мебели только небольшой диван с тёмно-зеленой обивкой и столик рядом. Дверь за ними хлопнула, исчезая. Девушка в недоумении сомкнула брови на переносице. — Я хотел отгородить тебя от всего этого, - тихо начал слизеринец, проходя в центр комнаты. Его голос был напряжён до предела. — Но, кажется, подвергну тебя ещё большей опасности, если буду держать в неведении… Джейн присела на край дивана, нервно сглатывая. Рядом с ней опустился Драко, положив ладонь на острую коленку. К горлу подступил ком, который никак не удавалось проглотить. Чтобы отогнать навязчивые мысли, девушка сосредоточилась на прохладных пальцах Малфоя, которые медленно поглаживали участок её кожи чуть ниже юбки. После небольшой паузы парень начал говорить. Он рассказал ей абсолютно всё, что произошло за последние несколько дней. Пожалуй, не уточнил только, как выглядело то самое кольцо из воспоминаний Джейкоба. С каждым новым словом по всему телу пробегал мерзкий холод. Когда речь зашла о Пэнси, кровь резко отлила от лица: Браун поняла, что они в шаге от проигрыша. В шаге от неминуемой гибели. Самое страшное, что они даже не знали, кто их враг. Сейчас не было ни чёткого плана действий, ни помощи со стороны магического мира. Их было трое, и никто из них понятия не имел, как победить.Всё тело сковал неподдельный ужас, который постепенно смешивался с кровью, впитываясь в каждую клеточку. Кажется, именно в этот момент мир треснул и начал постепенно рассыпаться. — Всё будет хорошо, Джейн, — где-то возле уха раздался нежный голос, заставляющий вздрогнуть. — Я никому не позволю причинить тебе боль. Слышишь? Никому. — Я верю тебе, — шёпотом ответила девушка, смотря прямо в глубину серых глаз слизеринца. Действительно ли она верила? Скорее, заставила себя это сделать. — Зачем мы здесь? — Я очень много думал о происходящем, и решил, что тебе, как и мне, необходимо быть готовой ко всему, — с грустной улыбкой начал Малфой, поднимаясь с дивана и увлекая за собой Браун. — Предлагаю дуэль, чтобы выявить слабые стороны друг друга. — У меня дежавю… — недоверчиво проговорила она, вытаскивая палочку из внутреннего кармана мантии, а её саму бросая на стол. — Мы же оба знаем, что у тебя нет слабых сторон. — Моя слабость – это ты, принцесса, — сладко улыбнулся Драко, становясь напротив девушки. Он рывком расслабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. В горле моментально пересохло, и Джейн медленно сглотнула. — Начнём? Вместо ответа Браун решила атаковать первой. Малфой ловко отбил Ступефай, а затем отразил бездумно брошенное Инкарцеро, от которого, слава Салазару, ей удалось увернуться. Удары слизеринца посыпались настолько частым градом, что Джейн успевала только их отражать – речи об ответных и не было. Комнату озаряли разноцветные вспышки, которые, слава Мерлину, разбивались о стены и зеркала, а не отскакивали от них. От недостатка практики было немного сложно, но вот девушке всё же удалось пробить защиту парня и на секунду оглушить его, после чего выбить палочку. Тёплое древко завибрировало в свободной руке, давая понять, что желает вернуться к хозяину. Слизеринка победно улыбнулась, поднимая глаза на Драко, но вдруг поняла, что совершенно не может двигаться. Всё тело сковала волна магии, и она уже начала падать назад, не в силах вымолвить и слова, как вдруг оказалась в тёплых руках Малфоя, который шептал контр заклинание сквозь смех, забирая свою палочку из сцепленных пальцев девушки. Щёки моментально вспыхнули, когда он мягко поцеловал её в лоб около линии роста волос. — Ты опять сделал это! — воскликнула Джейн, поднимаясь на ноги. Конечно, все правила будут нарушены – это же Малфой. — Драко, это было не честно! — Я только хотел показать тебе, что победить иногда можно лишь хитростью, — серьёзным тоном проговорил он, усаживая девушку на диван. — Если ты не можешь сотворить магию с помощью палочки, сотвори её с помощью своего разума. Это была чистая правда. Большинство волшебников не владеют беспалочковой магией, и воспользоваться ей в критический момент – значит приблизиться к победе. Это умение в свете последних событий могло бы здорово обезопасить, вот только даётся оно далеко не каждому… — Научи меня, — выдохнула Браун, откладывая палочку в сторону. Всё заключается в мощном выбросе энергии. В умение пропустить магию через всё тело, наполнить ею каждую клеточку. Кому-то это просто дано от рождения – яркие тому примеры Малфой и Снейп, которые делают это так же просто, как вдох. Кому-то беспалочковая магия удаётся лишь в неординарных ситуациях, спасая тем самым жизнь. Необходимо собрать все свои эмоции, – желательно, самые положительные – почувствовать их силу и проговорить заклинание. Сначала – вслух, а после и невербально. На этом теоретическая часть закончилась, и слизеринец призывно встал возле одного из манекенов, приглашая девушку попробовать свои силы. Честно говоря, она боялась: понимала, что не хочет кого-то разочаровывать или подводить. Но где-то внутри теплилась надежда. В голове одновременно прозвучали нежный голос матери и убедительный, призывающий к действию голос Горация: у тебя всё получится. Мысли наполнились тёплыми воспоминаниями, а по телу прошлось лёгкое покалывание. — Экспеллиармус! Из деревянной руки манекена вылетела палочка, попадая прямо в дрожащую ладонь Джейн. Сердце тут же начало отбивать бешеный ритм, а губы растянулись в широкой улыбке. Она повернулась на Драко, глаза которого буквально светились. Неужели получилось? — Ты просто умница, — проворковал слизеринец, сделав шаг к ней, затем слегка погладив кончиками пальцев её щеку. — С первого раза получается далеко не у каждого. Но теперь надо закрепить результат… Попробуй на мне. Вот только Джейн не смогла повторить свой успех. Раз, два, десять – без толку, в воздухе лишь появлялись полупрозрачные искры. Надо сказать, что это здорово испортило настроение – она чувствовала себя бесполезной. В ситуации, которая сложилась в настоящее время, такое чувство окончательно надломило внутренний стержень, который итак держался из последних сил. Малфой всеми силами пытался успокоить девушку, которая с каждой секундой всё сильнее мрачнела. Он уверял, что умение обязательно придёт со временем, и раз получилось в самый первый раз, то и в нужный момент непременно получится. Ему хотелось верить, до жути хотелось. Но внутри всё будто сжималось. Браун поставила перед собой чёткую цель: во чтобы то ни стало научиться беспалочковой магии. Пусть и не с помощью Драко, но она это сделает. Часы пробили девять вечера, когда они заканчивали свою своеобразную тренировку. За это время слизеринка поняла, что ей очень хорошо даётся большинство боевых и защитных заклинаний. В ходе очередной дуэли парень буквально настоял на том, чтобы она попробовала Сектумсемпру, уверяя, что ему не составит труда заблокировать её. По телу прошёлся неприятный холодок – раньше Браун ни разу не практиковала это заклинание, а только чувствовала его действие на себе. Эта мысль вызвала нервный смешок. — Просто помни, что ты заставил меня это сделать, — язвительно проговорила Джейн, направляя дрожащей рукой палочку на слегка напряжённого парня, приготовившегося отражать удар. Всё будет хорошо. — Сектумсемпра! Дальше всё происходило, будто в замедленной съёмке. Белый луч вылетел из вибрирующей палочки, устремляясь прямо к Драко. Он что-то шепнул и махнул палочкой, вызывая вокруг себя полупрозрачный купол. Луч с оглушительным треском разбился о купол, заставляя тот моментально исчезнуть. На секунду девушка встретилась с улыбкой парня, буквально означающей: вот видишь, всё прошло отлично, а затем его лицо резко исказилось. Малфой упал на колени, отрывая рукав рубашки и прижимая палочку к левой руке. Было отчётливо видно, как сильно сжались его зубы, а на лбу выступила испарина. Джейн кинулась к нему, смотря на предплечье: длинные порезы и синяки смешивались с почерневшими и вспухшими венами. Из её груди вырвался сдавленный крик. — Сука… — прошипел Драко, уже который раз произнося контр заклинание, не приносившее никакой пользы. — Зови Снейпа, живее! Но на это не было времени. Браун поняла, что произошло, о подобном рассказывал Брантли: если в крови волшебника присутствует тёмная магия, она может смешаться с любым причиняющим вред заклинанием. К горлу уже подступали холодные руки ужаса, которые девушка всеми силами старалась скинуть. Шумно выдохнув, она оттолкнула правую руку Малфоя, и, проигнорировав его возмущения, начала чертить руны на руке, произнося все целебные заклинания, которые успела выучить за этот год. Постепенно раны начали затягиваться. Когда слизеринка закончила и подняла глаза на парня, то встретилась с изумлённым, и даже слегка напуганным взглядом. Губы растянулись в улыбке: всё-таки ей пригодились знания о колдомедицине. Может, Гораций был прав, говоря, что она преуспеет в этом деле? — Это всё из-за фокусов Брантли? — с небольшим надрывом произнёс Драко, смотря то на свою руку, то на Джейн. Внутри всё как будто сжалось. Она лишь медленно кивнула, поднимаясь с пола и потирая лицо руками. Они всё ещё немного дрожали от напряжения: даже на кончиках пальцев чувствовались искры остывшей магии, которая буквально впиталась в кожу через палочку. Конечно, Малфой не в восторге, и это ещё мягко сказано – он и так не питал особой любви к мужчине, а теперь тем более будет относиться к нему, как… — Сам заставил, сам и получил, — мягко проговорил слизеринец, оставляя на щеке девушки короткий, влажный поцелуй, от которого лицо моментально вспыхнуло. — Просто пообещай мне, что избавишься от этой дряни как можно скорее. — Хорошо… Мы закончили? — с надеждой произнесла она, поворачиваясь в сторону двери. Казалось, ещё несколько минут – и голова треснет от спектра эмоций. Вместо ответа Драко аккуратно взял руку левую Джейн и перевернул её ладонь вверх, поднося к тонкому запястью кончик палочки и начиная вычерчивать витиеватую руну. — Что ты делаешь? — вкрадчиво спросила Браун, не решаясь убрать руку. — Это заклинание связи. С его помощью мы сможем всегда знать местонахождение друг друга, и не только… Ты не против? — проворковал он, заканчивая чертить руну, после чего на запястье девушки появился бесцветный, но достаточно глубокий рисунок, смутно напоминающий цветок ванили. Слизеринка покачала головой, переводя взгляд на запястье Малфоя: чуть перекрыв выступающие вены, его кожу украсил идентичный знак. Она несмело провела кончиками пальцев по коже, ощущая тепло, исходящее от рельефов. Ей практически удавалось игнорировать тупую боль, которая пульсировала где-то глубоко внутри, под кожей. Вдруг, загадочно улыбаясь, Драко двинулся в противоположную сторону комнаты, заходя чуть ли не в её угол. — У этого заклинания всего один недостаток – оно не работает под защитным куполом. Единственный способ заставить его сработать там – хотя бы на секунду пошатнуть защиту. А теперь приложи палочку к метке и закрой глаза, — произнёс он, скрещивая руки на груди. Она так и поступила. В темноте замелькали разноцветные огни, а затем размыто, а с каждой секундой всё чётче, она увидела… Себя, стоящую в противоположном конце комнаты, прислоняя палочку к руке. После перед глазами появилась ладонь Драко, и стало понятно: она смотрит его глазами. Поразительно. Открыв глаза, Браун двинулась вперёд, но парень жестом остановил её. — Осталось самое интересное. Снова приложи палочку и произнеси «вместе», — шёпотом, очень нежно. Как только это слово слетело с её губ, всё тело затянуло в водоворот, который, не успела она и моргнуть, перенёс её в противоположный конец комнаты. Руки Малфоя кольцом сомкнулись на её талии и прижали к себе. Джейн обвила руками его шею и уткнулась носом в грудь, глубоко вдыхая. Запах парфюма, свежести и яблок заполнил все лёгкие, заставляя разлиться по телу приятную теплоту. Она читала о подобном заклинании и была поражена тем, как быстро и точно оно работало. Ей стало чуть спокойнее, буквально на несколько сотых: теперь они всегда будут рядом, всегда вместе. С плеч будто свалилась какая-то часть тяжёлого груза. Руки Драко скользили по спине девушки, затем утонули в угольных волосах. Между ними будто существовало какое-то невероятное притяжение, ведь хотелось быть всё ближе, кожа к коже. Раствориться друг в друге. Браун подняла голову и встретилась с губами Малфоя. Такими нужными, такими неожиданно горячими сегодня. Он вдруг начал целовать её требовательно и жёстко, с силой сминая и покусывая губы, раскрывая рот языком и врываясь внутрь. Девушке ничего не оставалось, как подчиниться ему и послушно впустить его язык внутрь, смело коснувшись в ответ своим. В голове тут же всплыли картинки их первого поцелуя в Лондоне – он был похожим, но только сейчас стал пропитан истинными чувствами. Одной рукой Драко переместился к лицу и слегка сжимал щёки слизеринки, а второй то поглаживал талию, то резко перемещался на шею, слегка надавливая, что мешало ей ровно дышать. Неожиданно для себя она отметила, что попросту теряет голову от такого поведения парня. Внизу живота завязался тугой узел. Из груди Малфоя вырвался стон, больше похожий на звериное рычание, после чего он в очередной раз прикусил нижнюю губу Браун, тут же втянув её в себя, не замечая проступившие на коже капельки крови. Сознание окончательно затуманилось, когда он рывком прижал её к стене, придавливая бёдрами. Снова и снова отвечая на поцелуй и задыхаясь от нехватки воздуха, она запустила руку в платиновые волосы Драко, ощущая их мягкость и податливость. Мерлин… После очередного укуса она сдавленно простонала, слегка сжимая пряди волос между своих пальцев и оттягивая в сторону. Девушка чувствовала дикое возбуждение слизеринца, когда он ритмично двигал бёдрами, имитируя толчки. Оторвав правую руку от её лица, он скользнул под юбку, оттягивая кружево в сторону. Когда его пальцы резко погрузились в горячую влагу, они простонали в губы друг друга. Джейн выгнула спину, стараясь быть как можно ближе, стать одним целым. Где-то сзади раздался голос Снейпа, который монотонно проговорил что-то о срочном собрании в его кабинете, на которое Драко обязан явиться прямо сейчас. Раздосадовано выдохнув, они оторвались друг от друга, встречаясь опьянёнными от возбуждения взглядами. Как же не вовремя… — Я не уверен, что быстро разберусь с его очередными причудами, — хрипло проговорил Малфой, поправляя галстук, в то время как Джейн всё ещё старалась восстановить дыхание. — Защита завтра в расписании. Надеюсь, ты избавишься от всей той гадости, которой тебя накачал Брантли. — Избавлюсь, — чуть закатывая глаза, ответила девушка. Её беспокоило, что парень относится к мужчине с долей враждебности. Гораций этого не заслуживал. — Умница, — проворковал слизеринец, невесомо касаясь губами чёрной макушки.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Драко предупредил, что опоздает на Защиту, поэтому Джейн сидела с Селеной, которая чуть ли не прыгала на месте от недостатка информации. Гриффиндорка засыпала подругу вопросами об их взаимоотношениях с Малфоем, требуя самые развёрнутые ответы. Неудивительно, что половину лекции девушкам так и не удалось записать – слава Салазару, сегодня профессор Брантли решил не собирать тетради. Браун постоянно чувствовала на себе навязчивый взгляд, и это был не Драко. Повернувшись в сторону Слизерина, она столкнулась с полными какого-то густого отчаяния зелёными глазами Пэнси. В горле тут же встал ком. Паркинсон держалась отменно: никто вокруг и не заметил, что в ней произошли какие-то изменения. Однако девушка понимала, насколько тяжело сейчас приходится слизеринке. Она вдруг мотнула головой в сторону, как бы показывая, что хочет поговорить. Что ж, первый раз за семь лет обучения Пэнси не была настроена враждебно. Джейн не давала ответ, и тогда девушка чуть приподняла ладони к верху. Опасности нет, простой разговор. Браун коротко кивнула, а затем повернулась к Томпсон, которая что-то увлечённо рассказывала о каких-то слухах, зародившихся на прошлой неделе. Со стороны Слизерина послышался вздох облегчения, очевидно, принадлежащий Паркинсон. — Сел, повтори ещё раз, — шёпотом попросила девушка, наклоняясь ближе к подруге. — Помнишь, у вас на Слизерине пропал парень, потом девочка с Пуффендуя? — с осторожностью начала Селена, поглядывая на профессора, который то и дело окидывал взглядами их парту. — Так вот, кто-то утверждает, что подслушал часть разговора Снейпа с каким-то учеником. На самом деле пропали уже шесть человек, одним из них был твой бывший ухажёр, якобы о нём и шла речь. — Что за бред… — только и смогла выдать Джейн, всеми силами стараясь не показать, как она сейчас напугана. Если вся школа узнает о происходящем, начнётся паника. Тогда им всем несдобровать… Девушка чётко поняла, что должна взять ситуацию в свои руки. — Потом оказалось, что у них всех пропало что-то вроде индивидуальности, но правда ли это, так никто и не разобрал. Вон, Фурман ходит, как ни в чём не бывало, разве скажешь, что он жертва? — скептически прошептала Томпсон, делая очередную запись в тетради. Браун же не могла писать – слишком сильно дрожали руки. — Я даже и не знаю, во что верить. А что говорят у вас по этому поводу? — Что это очередные слухи, которые нужно рубить на корню, — придавая голосу некое отвращение, ответила она. Кажется, получилось вполне убедительно. — Подумай сама: если бы в школе происходило нечто подобное, стал бы Дамблдор так спокойно расхаживать и всем улыбаться? — Да, наверно, ты права… — пробубнила явно убеждённая гриффиндорка, обмакивая кончик пера в чернильницу. Она знала, какое влияние Селена оказывает на однокурсников – убедить её означало убедить и весь Гриффиндор. Браун облегчённо выдохнула, а затем поняла, что окончательно потеряла смысл сегодняшней темы. Оставалось только надеяться, что Дафна её спасёт, в очередной раз. Класс постепенно пустел, а Брантли тактично удалился в свой кабинет, за что она была ему безмерно благодарна. Казалось, будто он читает её мысли уже второй раз за день – сначала с конспектом, и теперь сейчас. Бросив Драко короткое: всё в порядке, она прошла к первым партам, где спиной к ней уже сидела Пэнси. Она была явно напряжена, впрочем, как и Джейн. Паркинсон, сцепив руки в замок, смотрела прямо перед собой отсутствующим взглядом. Не решаясь сесть рядом с ней, Браун присела на край соседней парты, скрещивая руки на груди. Сердце начинало биться чаще, видимо, от волнения: всё-таки это был их первый разговор. — Я просто хотела сказать, что мне стыдно за своё поведение, — хрипло, еле слышно начала слизеринка. Было видно, что слова с трудом давались ей. — Извини, ладно? Действительно перегнула. — Всё нормально, — осторожно ответила она, стараясь понять, искренне ли сейчас Пэнси. Но вдруг, в одну секунду, пришло осознание – Паркинсон не может врать. Девушка сглотнула подступивший ком, сжимавший горло. — Я сожалею, что тебе пришлось перенести такое ужасное… — Мне не нужно твоё сочувствие, Браун, — перебила девушка, поворачивая голову. Её взгляд стал стеклянным. — Я вынесла урок, и знаешь, что он гласит? Никогда не связываться с Малфоем. Джейн забыла, как дышать. Ей было не понятно, что нашло на Пэнси, но ясно одно – она действительно так считала. Конечно, всё можно было списать на их трагично закончившиеся отношения и её неразделённую любовь, но какое отношения Драко имел к произошедшей ситуации? — Не понимаю, о чём ты, — сухо проговорила Браун, делая шаг вперёд, сокращая тем самым расстояние между ними. Паркинсон не шелохнулась. — Теперь моя очередь сочувствовать тебе, — грустно усмехнулась девушка, облизывая красные губы. — Знаешь, в начале наших отношений он был таким же, какой он сейчас с тобой. Наверняка он даже называет тебя своей принцессой. На этих словах сердце Джейн пропустило удар, а по коже пробежал сковывающий всё тело холод. Слизеринка и не собиралась обсуждать вчерашний случай… — О, вижу, я угадала. До меня дошли слухи, что ты чистокровна – держу пари, что он сошёлся с тобой только после того, как узнал об этом. Я видела, как он показательно взял тебя за руку перед отцом – показал, что его новая игрушка подходит по параметрам, — с усмешкой вещала Пэнси, смотря прямо в глаза стоящей напротив девушки. Браун бы в жизни не поверила словам Паркинсон, если бы не знала, что она не способна лгать. И ведь действительно, всё, к ужасу, сходилось: она узнала о чистоте своей крови утром первого ноября, а вот Драко признался ей в симпатии накануне вечером. В голову ударили воспоминания о фамильном кольце, которое ещё несколько недель назад дало понять Малфою, что Браун чистокровна. — Он клялся, что никогда не оставит меня, а потом просто выкинул, как ненужную вещь. С тобой он поступит точно так же, это дело времени, — слизеринка резко встала, поправляя угольные волосы. — Пойми, Браун, я не хочу тебе насолить – лишь предупредить. Ты не должна наступить на те же отвратительные грабли, что и я. С тебя уже хватит страданий. Расправив плечи, Пэнси зашагала к выходу из кабинета, оставляя Джейн наедине с самой собой. С самой собой и дырой в груди, которая снова вскрылась, начиная кровоточить и разрастаться. Слов Паркинсон было бы вполне достаточно, но нужны были либо ещё какие-то доказательства, либо опровержения. По щеке скатилась одинокая слеза, которую она тут же смахнула, сжимая руки в кулаки. Дверь в кабинет профессора скрипнула, и в проёме показалась его голова. Не в силах сейчас с кем-либо разговаривать, слизеринка сорвалась с места под прозвеневший звонок, расталкивая на своём пути учеников, входящих в класс. Она сама не поняла, как оказалась на Астрономической башне. Холодный, сырой ветер ударил в лицо, заставляя слёзы примёрзнуть к щекам. Очевидно, на последнее занятие идти уже не было смысла – стоило явиться в теплицы к Стебель с опозданием на двадцать минут, как она непременно заставит пересаживать вечно кричащую Мандрагору. Опустившись на холодный пол, она отправила Дафне патронус, убедительно протянув, что неважно себя чувствует: наверняка профессор услышит послание и у неё не будет претензий. Прошло несколько минут, прежде чем Браун смогла перевести дух. Нет, Драко не может так поступить - она всегда доверяла ему, и прежде не ошибалась. Да, в прошлом он был ветреным, но ведь все люди рано или поздно меняются в лучшую сторону, взрослеют… Или нет? Поддавшись внезапному импульсу, Джейн приложила палочку к чуть посиневшему от холода запястью, закрывая глаза. В темноте снова замелькали разноцветные огоньки, а затем, постепенно приобретая чёткость, перед глазами появились руки Драко: он медленно отделял от тонкого стебля пожелтевшие листья и перекладывал их в небольшую ёмкость. В ушах начал появляться звук: множество голосов, какой-то приглушённый писк. Какое-то время она наблюдала за происходящим глазами Малфоя, одновременно слушая их разговор с Забини. Сначала они обсуждали предстоящий матч по квиддичу и вечеринку у семикурсника с Когтеврана в следующую пятницу. Браун уже собиралась открыть глаза, как вдруг Блейз заговорил о ней. Дыхание тут же перехватило. — Эти художества на твоём запястье поразительно схожи с тем, что показал тот тошнотворный дым в начале сентября. Это заклинание связи? — Ты как всегда проницателен, Блейзи. — У вас что, всё настолько серьёзно? С Паркинсон ты подобных фокусов не проделывал… — Заткнись, Забини. — Ага. Ты не ответил. — Ну… — Мужик, мне не нравятся эти твои расплывчатые ответы. Давай на чистоту: ты любишь её? Драко посмотрел на Забини, а затем покачал головой. Грудь тут же сдавил душераздирающий крик, заставляющий слёзы градом хлынуть из глаз. Палочка вывалилась из рук, покатившись по полу. Неужели Пэнси была права, и Джейн – очередная игрушка для Малфоя? Дыра в груди жирела с каждой секундой, заставляя задыхаться. Руки и ноги мелко тряслись, а всё тело заполнял холодный, промозглый воздух. Наверно, именно с таким оглушающим треском разбивается сердце. Ей было не понятно, почему так чертовски больно и несправедливо. Голос сел от крика и холодного ветра, и теперь она лишь тихо всхлипывала, подтянув колени к подбородку. На лестнице, ведущий к выходу, послышались тяжёлые шаги, заставившие Браун поднять голову. Сейчас ей меньше всего хотелось говорить с кем-либо… — Сокровище моё, быстро поднимайся! Тёплые руки Горация подхватили её за плечи, поднимая с пола и прижимая к себе. По телу прошлась волна тепла, а в голове будто разом исчезли все мысли. Джейн безвольно повисла на руках мужчины, слушая его размеренное сердцебиение. Она держалась за этот звук, чтобы окончательно не утонуть в бездне. — Я слышал ваш разговор с мисс Паркинсон и не собираюсь сейчас жалеть тебя, подобно твоим подругам, — бархатный тембр проникал под кожу. Дыхание постепенно восстанавливалось. — Хочу лишь сказать тебе, как отец дочери – во всех словах есть доля правды. Девушка резко отстранилась, заглядывая в глаза Брантли: его взгляд был как никогда серьёзным, практически нечитаемым. Он был с ней честным, максимально прямолинейным, и это даже пугало. Дыра в груди вновь начала тянуть, и слизеринка сжала кожу через рубашку, словно пыталась её закрыть. — Ты хочешь сказать, что Драко действительно… — Нет, Джейн. Я лишь прошу тебя хорошенько разобраться в происходящем, а главное – в самой себе, — с улыбкой произнёс он, поглаживая девушку по щеке. — Ты взрослая, умная волшебница, и я верю, что ты сделаешь правильный выбор. Мужчина, вроде бы, не сказал ничего конкретного, но после его слов в голове будто прояснилось. Возможно, это была заслуга успокаивающих заклинаний. В мыслях уже сложился определённый пазл: Драко чётко ответил на вопрос Забини, а больше говорить не о чем. Годы шли, а Малфой не менялся – оставался всё таким же двуличным и ветреным. Только от осознания этого факта не становилось легче – только больнее, раз в сто. — У меня кое-что есть для тебя. Считай это подарком и некой компенсацией за те восемнадцать лет, что меня не было рядом, — мягко проговорил Гораций, протягивая слизеринке бархатную коробочку чёрного цвета. Всё ещё дрожащими руками она откинула крышку, и увидела достаточно массивный серебряный перстень с головой дракона, глаза которого были сделаны из какого-то драгоценного камня ярко красного цвета. Взяв его с атласной подложки, Браун несмело опустила его на указательный палец левой руки. Перстень тут же принял нужный размер, сверкнув кровавыми глазами. — Он поможет тебе справиться со всеми жизненными препятствиями, на нём лежат несколько родовых заклинаний, — проговорил мужчина, жестом указывая на выход из башни. — И помни: все великие люди когда-то были сломлены. Может, это твоё новое начало? Они шли рука об руку по школе, стараясь говорить на отвлечённые темы. Браун была очень рада, что в её жизни появился Гораций – рядом с ним всё было как-то проще, понятнее и даже спокойнее. По телу всё ещё разливалось приятное тепло, исходящее от перстня, а дыра в груди словно покрылась тонкой корочкой. Как будто стало легче.

⊹──⊱✠⊰──⊹

— У тебя красные глаза. Ди, давай уже колись – что случилось? — недовольно проговорила Селена, плотнее закутываясь в махровый плед. — Повторяю в сотый раз – всё отлично. А глаза ветром надуло, — натягивая улыбку, ответила Джейн, а затем положила голову на плечо подруги. Как только Брантли отправился к себе в кабинет, Браун сразу же наложила на себя защиту – она не хотела, чтобы Драко находился рядом или узнал, где она находится с помощью метки. Дождавшись, пока тот выйдет из Большого зала, она наскоро перекусила, и поспешила на поле – сегодня тренировка Гриффиндора и Когтеврана, и Селена уже ждёт её на трибунах. В дверях она столкнулась со Снейпом, который как никогда пристально осмотрел её, остановившись на левой руке. Слава Салазару, в проёме образовался небольшой поток студентов, с которым ей удалось слиться, избежав тем самым разговора с деканом. По пути девушка ещё раз обдумала свои дальнейшие действия: во-первых, она чётко решила, что не станет пытаться говорить с Малфоем – ей нужно время, хотя бы немного. Во-вторых, ей стоит больше времени проводить с подругами, а в частности с Селеной. Это обязательно пойдёт на пользу. Она так и не решила, что сейчас происходит между ними с Драко, так и не разобралась в своих чувствах. Острая боль притупилась, став тянущей. Джейн могла описать своё состояние только одним словом – пустота. Ей ни хорошо и ни плохо – ей никак. С Томпсон было просто. Легко, как в детстве. Они сидели на трибунах, закутавшись в пледы, трансфигурированные из шарфов, и обсуждали, казалось, всё на свете. Селена увлечённо рассказывала о той тёплой атмосфере, что царила в гостиной Гриффиндора, и Джейн невольно задумалась– а может, всё это было зря? Какой чёрт дёрнул её подумать о переводе? Что ж, на сегодня достаточно разочарований. Громко выдохнув, слизеринка достала из сумки учебник по Травологии и принялась за домашнее задание. Она отметила, что, когда на поле не было команды её факультета, вокруг становилось гораздо спокойнее: гриффиндорцы и когтевранцы не крыли друг друга и свою команду трёхэтажным матом, не старались вывести кого-то из строя, нанеся травму. Простая, дружеская тренировка. Девушки заговорили про экзамены и выбор будущей профессии. Селена всегда мечтала попасть в отдел регулирования магических популяций, и потому усиленно готовилась к выпускным экзаменам. Джейн тоже бы не мешало начать – в колдомедики попасть не так просто. Главным условием является оценка «Превосходно» по Зельеварению, что было достаточно трудно достижимой целью. Да что там – практически нереальной. — Гарри позвал меня на рождество в Нору. Никогда там не была, и, честно говоря, очень боюсь, — с волнением произнесла Томпсон, активно махая рукой пролетающему мимо Поттеру. — Я уверенна, всё будет хорошо. Ты же знаешь, какие добродушные все Уизли, — ответила Браун, переписывая строчку из учебника в тетрадь. — А ты куда поедешь? Только не говори, что Малфой потащит тебя в своё семейное логово, — слова были явно произнесены с улыбкой. Перо треснуло пополам при упоминании Драко. Глаза тут же наполнились слезами, и слизеринка крепче сжала кулак, потирая перстень большим пальцем. В ушах появился оглушающий шум, сквозь который она слабо слышала, что Селена что-то быстро говорит и слегка потрясывает её за плечо. В воздухе появился патронус дракон, который принёс с собой его голос. В глазах потемнело. Она ощутила, как на её плечи набросили плед, а затем услышала, как Томпсон надрывно звала кого-то. Слов было не разобрать. В ушах всё ещё звенело. На плечи легки такие нужные, тёплые руки – Гораций. Джейн взглянула в глубину его серых глаз, и начала часто дышать. Из-под ног будто уходила земля – только бы не упасть. Они стремительно двинулись вниз, к выходу с поля. Он быстро и громко говорил, что всё будет хорошо. Вместе они непременно справятся. И она ему поверила, в очередной раз. Вечерний уличный холод сменился на школьную духоту. Они уже подходили к классу Защиты, как вдруг девушка остановилась, начав рывками качать головой. — Я не хочу оставаться в Хогвартсе, — она не узнала свой голос, настолько чужим и отстранённым он был. — Давай уйдём, хотя бы на один вечер. Гораций смотрел на неё, удивлённо моргая глазами. На губах – лишь на мгновение – появилась улыбка, а затем он нахмурил брови. Казалось, взвешивал «за» и «против». — Мы можем отправиться на побережье в Уэльсе… — немного поколебавшись, ответил мужчина, бросая быстрые взгляды по всему коридору. — Но с одним условием: вернёмся до полуночи. Конечно, она согласилась. Мысль о том, что ей удастся хотя бы на несколько часов покинуть давящие стены школы, была словно глоток свежего воздуха. Браун удивилась, что Брантли запомнил разговор двухмесячной давности: ещё в сентябре они говорили о любимых местах, и именно побережье Уэльса упоминала девушка. Почему-то, они отправились на восьмой этаж – Гораций объяснил, что трансгрессия из стен школы вызовет подозрения у горгулий-охранников, а вот если воспользоваться Исчезательным шкафом, проблем возникнуть не должно. И она опять доверилась ему – ведь действительно, так будет куда проще. По пути ещё около двух раз в воздухе появлялся патронус Драко, от которого слизеринка усердно отмахивалась. Только не сейчас. Она поговорит с ним завтра – поговорит и окончательно всё решит. Они зашли в слабоосвещённую Выручай-комнату, заставленную множеством вещей, и встали напротив слегка запылившегося шкафа. Открыв скрипучую дверь, мужчина заглянул внутрь и неоднозначно хмыкнул. Вдруг в груди появилось абсолютно незнакомое, но до ужаса мерзкое чувство. Оно постепенно охватило всё тело, заставляя сердце отбивать бешеный ритм. Старательно подавив его, она вопросительно посмотрела на Брантли. — На тебе сейчас защита, я ведь прав? Сними её всего на секунду, когда будешь заходить в шкаф, иначе он не сработает должным образом, — мягко проговорил он, ставя одну ногу на край, а затем протягивая руку девушке. — У этого заклинания всего один недостаток – оно не работает под защитным куполом. Единственный способ заставить его сработать там – хотя бы на секунду пошатнуть защиту. Слова Малфоя эхом пронеслись в голове. Оставалось надеяться, что он просто не успеет воспользоваться связью. Джейн достала палочку и сняла защиту, протягивая ладонь вперёд. Как только пальцы коснулись горячей ладони, лицо Горация растянулось в своего рода безумной улыбке, больше похожей на звериный оскал. Сердце упало в пятки, когда чёрный дым в секунду окружил их с ног до головы, унося куда-то в пропасть. Она ощутила, как палочка вылетела из рук и отскочила куда-то в сторону, прокатившись по полу. Последнее, что она слышала перед тем, как полностью утонуть в черноте – крик Драко. Где-то рядом, буквально на расстоянии вытянутой руки. Но было уже поздно: именно в это мгновение она поняла, что проиграла. Счастливого финала не будет.

Драко.

Драко не понимал ровным счёт ничего. С того момента, как Джейн поговорила с Пэнси, он никак не мог её застать. Она не явилась на последний урок, в гостиную, на ужин и даже на собрание старост. Все попытки узнать где она были тщетны – заклинание связи не работало, вокруг Браун, очевидно, была защита. У него было нехорошее предчувствие, которое обычно его не подводило. Слизеринец послал уже несколько патронусов, на которые не было никакой реакции. Внутренний голос буквально кричал: найди её и поговори, что-то случилось, но тут включилась хвалёная малфоевская гордость, которая не давала ему этого сделать. Почему он должен бегать и кого-то искать? В конце концов, он слышал патронус для Дафны, поэтому был практически уверен, что увидит Браун в Больничном крыле и обо всём спросит. Ровно в восемь вечера Малфой пришёл в лазарет, где уже находились Паркинсон и Снейп – он, с помощью Легилименции, пытался выяснить больше о произошедшем вчера. Прямо с порога слизеринец заметил, что Джейн не было, а лицо Северуса искажено в ужасе: подобного он не видел уже давно. Сердце пропустило удар. — Мы опоздали, — еле слышно проговорил он, указывая на дверь. Пэнси незамедлительно поднялась со стула и вышла. Они остались вдвоём. — По порядку, и быстро, — отчеканил Драко, становясь напротив декана. На том не было лица. — Пэнси находилась под Империусом сегодня, и на этот раз все карты были повёрнуты лицевой стороной… — Снейп чуть склонил голову, давая понять, что нужно делать – ведь слова давались ему с трудом. Через несколько минут Малфой выстроил чёткую картину происходящего, и она ужасала настолько, что в пору было лишиться рассудка. Оказалось, что Паркинсон, находясь под Империусом, наложенным Горацием Брантли, внушила Браун, будто Драко пользуется ей. Будучи неспособна врать, она звучала слишком убедительно. После парень узнал, что то самое кольцо, воспоминания о котором были у Фурмана, сейчас находится у Джейн. Прямо на её руке. Последнее, что он увидел – фрагмент воспоминаний Селены Томпсон: в нём Брантли уводил слизеринку с квиддичного поля в сторону школы, обнимая за плечи. Наверно, всеми словами этого мира было не передать, что Драко чувствовал сейчас. Страх, злость, отчаяние? Нет. Всепоглощающую боль, граничащую с безумием. Каким же он был идиотом, раз не смог разглядеть проклятого Пожирателя в этом мерзком старикашке? Что ему делать теперь, когда всё практически кончено? Малфой ощущал, как с каждым мгновением у него будто отмирает частичка души. — Сдаётся мне, Сивилла всё же была права, трактуя своё предсказание для тебя, — хрипло начал Снейп, смотря прямо в глаза крестнику. — Это значит, что ты в силах его осуществить. …только ты сможешь спасти черноволосую девушку, чья чистая кровь служит последней каплей на пути к неизбежному… Парень сорвался с места, схватившись за эту мысль, как за единственный спасательный круг. Северус в два шага настиг его, касаясь плеча. Чёрный дым окутал их, перенося прямо на восьмой этаж. Они оба понимали, что не смогут попасть в то же место, что и Брантли с Браун, поэтому, оставался лишь один выход – заклинание связи. Хотя бы на одну секунду, но защита вокруг девушки должна исчезнуть – иначе они не смогут покинуть школу. Драко, словно мантру, повторял слово вместе, приложив палочку к запястью и закрыв глаза. В его голове не было мыслей, лишь удушающая, мёртвая пустота. Сколько прошло времени, он не знал – каждая секунда длилась, как чёртова вечность. Вдруг, постепенно появляясь в черноте, начали появляться силуэты. Момент настал. — Вместе… Через секунду он появился в слабоосвещённой комнате. Не медля, он наложил защиту и выставил вперёд палочку, начиная двигаться к центру помещения. Всё происходило будто в замедленной съёмке: он видит Исчезательный шкаф, а перед ним – плотный чёрный дым, сквозь которые просматривались очертания её силуэта. Мимо него пролета её палочка, ударившись о стену и покатившись по полу. — Джейн! Его крик разорвал тишину, заставляя помещение содрогнуться. Он, протягивая руки, кинулся вперёд, но было уже поздно – дым исчез, утягивая девушку за собой. Драко упал на колени, ощущая, как в груди растёт дыра, размером с Лондон. Именно в это мгновение он понял, что проиграл. Счастливого финала не будет.