𝐴𝑧𝑎𝑧𝑒𝑙

      В прокуренной, темной комнате, где буквальной каждый миллиметр, был пропитан никотином, двоя сидели на диване, стискивая друг-друга в сладких объятиях. -Мы можем... -сидя верхом на блондине, -...начать встречаться в другом месте? -мягко целуя опухшие от долгих поцелуев губы. -Это признание? -Это попытка затащить тебя в свои сети и сделать навеки моим... -улыбаясь, аккуратно касаясь губами всего лица очертания которых съедает темнота комнаты, но шатен и без этого их изучил без остатка. -Я не понимаю, проклят ты Богом или просто идиот, раз добровольно соглашаешься на отношения со мной. -Считай меня идиотом, что просто соглашается навеки подарить тебе душу... Кай отстраняется, заглядывает в карие глаза и впервые за все века своего существования, не понимает людского помысла. Этот молодой парень не лжет, не лукавит и даже не ищет выгоды. Он честен. Данталиан проникает в самую душу смертного своим взором, но всё что он там находит - верность. Признание. Любовь. «Возможно Азазель был прав и стоит поверить падшему ангелу, что однажды смог восстать даже против самого Бога.» Сладкое касание губ, чужой язык скользит по ровным зубам и шатен поддается чужому напору, полностью подстраиваясь под заданный темп. -Как там говоришь тебя зовут... -мысленно интересуется Кай, с жаром углубляя поцелуй. Шатен закатывает глаза, прикусывает чужой язык и смеётся, когда широкая рука шлепает его по попе за такую вольность. -Марк. И да, я прекрасно знаю, что ты помнишь моё имя. -шатен давно знал, что это черноглазый демон проник не только в сердце, но и в мысли. И это было прекрасно. Не стоит прерывать поцелуй, чтобы поговорить... в отношениях с демоном свои плюсы. -Какой ты самоу... -Много болтаешь. -резко прерывая речь Кая в своей голове, парень крепко сжал светлые волосы и жестко проехавшись по паху, прижался ближе. Легкие горели от нехватки воздуха. Чужие руки на ягодицах, буквально плавили все органы. А тот факт, что один из страшных существ во вселенной, так трепетно и заботливо к тебе относится... признает твою значимость... дорожит тобой... кажется чем-то нереальным. Руки Кая оглаживают спину и прервав поцелуй, он мягко чмокнул Марка в нос. Смертный дышит глубоко, прерывисто, пытаясь восстановить дыхание. Только все попытки терпят крах, когда теплая рука мягко касается губ и голос Кая вновь звучит в его голове. -Не хочу тебя. -если бы падение Помпеи отражалось во взгляде, либо нужно было показать глаза, которые потеря всё. Этими глазами были бы глаза - Марка Ли. -Не хочу тут. -мгновенно прерывая душевную агонию смертного, Кай ловит облегченный выдох на подушечках пальцев. -Думал, что так легко от меня отделаешься теперь? Ты признался в верности демону, теперь у тебя нет выбора - Ты Мой.

Марк проклял самим Богом, ну или просто идиот... Раз покорно соглашается, растворяясь в облаке демонической, черной пыли. Навеки соглашаясь, что обладателем его сердца и души, носить имя -Данталиан.

***

      Прохладная стена дарит убийственный контраст и Чунмен прогибается, когда мягкие губы ласково касаются шеи, оставляя дорожку из поцелуев. Это какая-то пытка, убийство в чистом виде и обладатель серых глаз крепко вцепляется в чужие плечи, плавясь. Безбожно. Дьявольски. И точно сокрушая все правила и законы мироздания. Блондин проклинает свою человеческую сущность, все эти поцелуи... прикосновения... всё это так знакомо телу. Сердцу. Но должно противоречить его образу. Чунмен метается в чужих руках, пытается заставить себя остановить это. Оттолкнуть. Ударить черт возьми! Да вот только... Сехун метит его шею микрокосмами, отметинами, своей принадлежностью и так трепетно жмется ближе, что все попытки вырваться плавно угасают. Брюнет аккуратно укладывает Чунмена на кровать, скидывая с себя пиджак, нависая сверху. В голубых глазах, что так внимательно смотря в лицо блондина, читается тревога, забота, любовь с ноткой вины и Чунмен аккуратно трогает щеку Сехуна, успокаивая. Лучший друг Пака даже не имеет понятия, когда этот брюнет появился на его радар. Когда смог так резко ворваться в его жизнь и заполонить все мысли. Это странно, но даже демоны, порой имеют слабость. Слабость Бальтазара - О Сехун. Брюнет просто всегда оказывался рядом. Всегда, заботливо вытаскивал пьяную задницу Мёна из передряг, хотя кто может обидеть демона? Только все эти моменты, едко въедались в память... сердце... мысли... проклятую душу... Сехун закрывает глаза, ластясь щекой об чунменовскую ладонь и выдыхает так... что блондин и сам забывает как дышать. Чунмен будто понимает всю боль, что вылетает на выдохе. Будто вспоминает то, что когда-то забыл и когда встречается с голубыми глазами вновь, серые уже наливаются слезами. Кто бы мог подумать, что демон - предатель, внезапно станет столь покорен и мягок. Только с Сехуном не получалось иначе. Чунмен умирал каждый раз, когда голубые глаза смотрели на него, а длинные пальцы трепетно поглаживали. Дело даже не в похоти. Не в страсти. Что-то намного большее, важное, пряталось за этим и Чунмен не знал. Что же это? Почему ему так нужен этот брюнет? Мён тянется к Сехуну, целуя жадно, пытаясь забрать все печали чужого сердца сквозь прикосновения губ и обвивает его шею, вплетаясь пальцами в темные волосы. О разворачивает их, садясь на кровать и сажая Чунмена на свои колени. -Не оставляй меня... -сехуновское признание, просьба, мольба, сехуновская фраза застревает в голове и Мён ничего не отвечает, лишь кротко целует и выпускает крылья. Черные, массивные крылья, что берут своё начало у лопаток, слегка покачиваются, но не раскрываются до конца. Чунмен вытягивается, слегка приподнимается и целует, целует так, что даже не сразу замечает, что на спине Сехуна такие же крылья, только белоснежно-белые. Невидимый колокол прошибает разум Чунмена, когда он замечает одно, черное перо на правое крыле. Голова начинает кружится, легкие пропитываются какой-то горечью и от этого невозможно дышать. Блондин слегка пошатывается, отстраняясь, а знакомые руки уже ловко подхватывают, не давая упасть. Чунмен пытается откашляться, вдохнуть чистый воздух, только комната будто пропитана гарью, смогом и чем-то жгучим. Блондин вырывается из объятий, сгибается пополам, а голова отбивается чугунным колоколом, по которому нещадно кто-то дубасит. Демон готов взвыть волком, но он и сам не понимает, что такого произошло и почему при виде черного пера, ему стало плохо. Нет... Бальтазар конечно понимал, что Сехун возможно ангел и нет, не в том понятии, что привыкли думать люди. Божественную сущность не так-то легко спрятать. Только вот чего Чунмен не понимал, так это того, почему Сехун с ним встречается. Почему вечно пропадает в клубах и пабах. Следует за ним по пятам и это перо... В голове проносятся обрывки прошлого, что быстро сменяют друг-друга и Чунмен мгновенно выпрямляется, смотря на встревоженного Сехуна. Сердце отбивает дьявольскую чечетку и будь Чунмен смертным, он бы точно умер от тахикардии, с таким то ритмом... Вскидывая брови, округлив глаза, Чунмен вспоминал то, что его заставили когда-то забыть. Фрагменты памяти, что стали платой. То важное, что у него украли на десятки, сотни столетий. -Кастиэль... -мягко, на выдохе произносит Бальтазар и по щеке невольно катиться слеза.

Рано или поздно, но всё становится на свои места. Рано или поздно, то что забыто - вспоминается.

***

-Я начинаю к этому привыкать. -басисто хрипит Пак, перебирая чужие мягкие локоны. -Ты столь противоречив, что мне это чертовски нравится... -Не забывай, я могу тебя убить одним лишь взглядом. -спокойным голосом говорит Кенсу, удобнее укладывая голову на широкой груди. -Возможно, я бы испугался... если бы ты так мило не скулил ночью. -О чем ты? -Ты не помнишь? Тебе видимо что-то снилось и ты казался таким беззащитным. Даже не привычно. -перебирая черные пряди, Чанель удивился резкой смене настроения и тому, что Кенсу сразу же поднял голову, серьезно смотря ему в глаза. -Чего-о-о-о? -протяжно, будто провинившись тянет Пак. -Что я говорил? Ты помнишь? -Разговаривай я на твоём тарабарском, я бы сказал... а так я ничего не понял. Знаю лишь одно, речь была обо мне и каком-то Марке... -прищурив глаза, Пак скинул с себя одеяло, вылезая из кровати. -Ревнуешь? -с улыбкой маньяка на лице, Кенсу смотрел на упругие ягодицы Пака, что уверенно направлялись в сторону ванной. -Еще чего! Вы слишком зависимы от моей сладкой задницы, -шлепая себя по ягодице, стягивая полотенце с дверцы ванной, -Чтобы вас ревновать. -И кто из нас еще демон?! -громко выкрикивает Азазель, а в ответ лишь раздается дьявольский, басистый гогот. -Но дело дрянь... -уже тише говорит Кенсу. Потянувшись к тумбочке, взяв в руки телефон, демон увидел новое сообщение и недовольно выдохнул, видя имя отправителя. Входящее сообщение от кого: Белфегор* текст: Бальтазар вспомнил всё. Тебе необходимо переманить как можно больше демонов на нашу сторону, иначе ты знаешь, что я могу сделать с твоим человечешкой. -Страпон тебе в задницу! -злостно бурчит Кенсу, отшвыривая телефон на кровать. -Байрирон! -Да. Слушаю Вас, господин. -крылатый демон, пылающий огнем, быстро перевоплотился в человеческий облик, уважительно кланяясь. -Узнай всё об одном смертном и предупреди моих воинов, что скоро они смогут выпустить пар. И да... найти Данталиана и передай ему сообщение: Пора выбирать сторону. -Я могу быть свободен? -Да. Низший демон поклонился, быстро растворившись в искрах пламени и черном дыме. -Ты кукушкой поехал? -из ванной показалась мокрая голова Пака и Кенсу слегка завис, смотря на серые, немного вьющиеся, влажные локоны. -Чего сам с собой болтаешь,а? -Стоит Вас пожалуй наказать. -нахмурив брови, делая серьезное-убивающие-уничтожающе-проклинающее лицо. -Думал, никогда не предложишь. -подмигивая бросает Чанель, скрывая в ванной, а через секунду, оттуда уже вновь слышится звук журчащей воды. -Нет, ну серьезно! Кто тут демон?!

Даже в Аду, может начаться игра за престол. Даже в вековой иерархии, могут начаться войны из-за любви.