Touchdown

Общежитие нашей группы, это еще то странное местечко. По первой, когда я был еще зеленым, мне было тяжело находится постоянно в шумной компании. Но получилось так что эти ребята с которыми я стажировался давным давно, все выросли и вырастили меня. Воспитав во мне шутника и заговорщика. Поэтому сами были виноваты. Пример я брал с них и многому учился тоже у хенов. За время нашего проживания, разделив их личности по категориям. К первой строгой колонке относился Мин Шуга, так как готов был сожрать нас на репетициях за любой промах. Туда же периодически приписывался и НамДжун, особенно в периоды любого рода концертов. Во вторую колонку лучше всего вписывался Хоби, самый добрый, самый смешной хен, с которым в любое время можно было создать коалицию заговорщиков. В третьей самой радушной колонке братиков, красовались сразу двое. Заботливая наседка Джин и наш милый мальчик Чимин. Они просто всегда готовы были прийти на помощь и выслушать. Самый же младший Куки не котировался в эти столбцы так как был макне и умудрялся сочетать в себе все. Мы с ним стали братьями со временем. Ведь с Чонгуком и Чимином всегда можно было позалипать в играх, поносится по дому и снять угарное видео для наших фанатов. Это было здорово, отчего я совсем не смущался в очередной раз разыгрывать младшего. В день его именин прижав его к стене и поцеловав. Поцелуй вышел так себе, но меня конечно же раскусили с моим очередным стебом. Чонгук культурно взглядом послал меня на северный полюс к морским котикам и ушел. Я же раздухарившись нашел новую цель для моей шутки. На волне успеха прошлой подлетел к Юнги и выпалив: — Хён, я люблю тебя! Впился в его губы поцелуем. Сразу планируя сбежать как запахнет жаренным. Однако все как-то пошло не по плану и осознал я это, спустя секунд десять или двадцать. Ровно тогда когда хен, прижал меня к себе за талию и зарывшись в волосы на моем затылке, углубил поцелуй. Его язык легко проскользнул в мои раскрытые от удивления губы. Как то все это резко стало серьезней. Невольно чтобы не выходить из образа я ответил на поцелуй и мой разум помутился. Хен не только умел прекрасно целоваться, больше всего пленяло то как он силен не смотря на свой рост и телосложение. По спине роем пронеслись мурашки от этой близости, пах обдало жаром, а голова кружилась, когда Юнги наконец то выпустил меня из своих объятий, с мягкой отцовской улыбкой с ненавязчивыми словами: — Больше так не шути, Тэхен. С чувствами не играют. Мои силы покинули меня, ноги немного дрожали, и стало как-то резко холодно, после того как Юнги хен отстранился и ушел после сказанного. Медленно все еще в шоке я сполз по стеночке, ощутив как в груди заходится сердце. Почему этот поцелуй так сильно отличался от того что был с Куки. Тогда это правда было шуткой, но что же произошло сейчас? Ответ никак не находился в моих пьяных от поцелуя мыслях. Как то резко захотелось вздремнуть и забыться, а не ломать голову над этим казусом. Так я и поступил поставив будильник на вечер и отключившись почти мгновенно. Жаль только сон не принес моему взбудораженному разуму покоя. В сон без драсте и до свидания ввалился Юнги. Как раньше я мог не замечать какой у него пронзительный взгляд? Он ворчал на меня чаще всего, по любому выводу делал выговор. Пока раздумываю внутри сна, нереальный хен медленно приближается. Вжимает в стену, смотрит из-под лобья и атакует внезапно. Его руки совсем не ласково пробираются под футболку, царапают напряженный пресс и крадутся выше, с силой сжимая соски и останавливаясь на шее. Его рука сжимается на горле лишая дыхания. Не могу сглотнуть и подчиняюсь когда он повелевает мне наклонится, открывая губы на встречу поцелую с солоноватым привкусом. Сновидение обрывается внезапно. С острым возбуждением и тяжелым дыханием открываю глаза натыкаясь на человека из сна. Юнги стоит рядом с моей кроватью, смотрит небрежно прежде чем сказать: — Выруби свой будильник, он бесит! — Угу. Бурчу быстро, хватаясь за телефон, выключая будильник. Хен уже хочет уйти, когда решаюсь и тихо говорю: — Юнги, прости что пошутил. Я не должен был, глупо это все… Хен оборачивается на мое бормотание. На его лице появляется недобрая ухмылка, прежде чем он отвечает: — Я так и думал что ты что-то попутал. Как можно влюбится в меня, я ведь не самый няшный хен… Умойся, все уже в зале. В конце своего заявления, он резко меняет тему и его болезненный оскал гаснет. Теряюсь от спектра эмоций на волнующем лице. Не понимая отчего все внутри скручивается, а грудную клетку обдает болью. Просто зависаю на удаляющемся силуэте хена, пытаясь понять что же в его ответе было не так. Странные чувства грызут изнутри, с ними умываюсь, стараясь стереть с лица отпечаток подушки. Когда он сходит, покидаю комнату, устраиваясь на небольшом диванчике, подбирая под себя ноги и мечась взглядом по залу. Останавливая взор на Юнги. Смотря на него по новому. Пусть хен и не высокий, но у него крепкое тело и выделяющиеся мышцы. Изучаю его спину в обтягивающей футболке, взгляд сам падает на бедра и зад. В этот же миг Шуга оборачивается, и мне становится стыдно. Прячу свои глаза за подушкой, дыша через раз и выразительно краснея. Никогда даже подумать не мог что буду краснеть от Юнги, даже не подозревал что узрю его в таком свете. Мысленно желаю себя придушить и клянусь больше никогда в жизни не шутить, тем более таким образом. Ибо это было прямое попадание в область ворот, теперь сколько буду мучится неизвестно. Притом нам ведь жить вместе, ровно в соседних комнатах. Это пипец!