Touchdown

Утром еле еле разлепляю глаза, натыкаясь на потолок. Тут же вспоминая прошлую ночь и с опаской смотря на место рядом, что оказывается пустым, даже подушки нет. — Приснилось… С облегчением выдыхаю, меняя положение и присаживаясь. Не знаю почему, но сейчас радует что все это мне просто приснилось. Хоть я и люблю Юнги, как разговаривать с ним после случившегося мне не ведомо. Сердце в груди с согласием с мыслями успокаивается. Однако не судьба. Ведь дверь раскрывается, впуская в комнату, старшего в все тех же штанах от пижамы, обнаженного сверху, с мокрыми волосами, полотенцем на плечах и завтраком на подносе в его руках. Ощущения в этот миг что меня застукали. Хотя вроде я просто старался забыть прошлый вечер. Юнги ловит мой смущающийся и рассеянный взгляд. Следом улыбается слишком открыто, говоря нежно: — Доброе утро, засоня. Просыпайся, умывайся, а после завтрака съездим в студию. Мне нужны от тебя записи твоей партии. — Угу. Соглашаюсь еще более неуклюже, вставая с постели и почти не хромая идя в туалет. Уже там флекся от приступа счастья и страха. С одной стороны меня пугает такое быстрое развитие наших отношений, с другой внутри все сжимается от сладкой радости. Не пугает даже смущение. Быстро принимаю душ, накидывая подвернувшийся халат, ведь одежду для переодевания я забыл. При возвращении в комнату, вижу что кровать заправлена, а хён попивает апельсиновый сок, все еще не касаясь еды. — Давай быстрее. Подгоняет он меня, не отводя взора от моей замершей фигуры. Еле выдавливаю из себя просьбу: — Хён, можешь выйти, мне надо переодеться? Сам он уже в одежде на выход, готовый к отъезду. На мою просьбу только вот не реагирует совсем. Ухмыляется слишком довольно, отвечая с толикой наглости. — Я честно отвернусь. После этого Юнги отворачивается на девяносто градусов, а я так и стою как истукан. Пытаясь вспомнить о многом. Например где моя одежда? Как одеваться? Как дышать? Как существовать? Благо собраться мне все же удается, быстро натягиваю боксеры под халат, а следом и джинсы, оставаясь пока без носков для перевязки. Следом берусь и за футболку, запутываясь в ней из-за торопыжности и влажного после мытья тела. Ожидаемо спасти меня пытается хён. Приближается и начинает натягивать футболку на мой торс. Послушно и молча в тряпочку принимаю помощь, смотря на красивый потолок. В горле образуется комок, от рук что проходятся по бокам. Когда же решаюсь посмотреть на Юнги, он улыбается мне, притягивая к себе и целуя. Чувствую от этого поцелуя целый спектр эмоций. От хёна пахнет мятой из-за его любимой шампуни, его губы на вкус как дольки апельсинки и это дразнит. Отвечаю несмело, чувствуя истому. Он же быстро отстраняется, говоря серьезно, как самый настоящий наставник. — Ешь быстрее… После этого за руку он ведет меня к подносу, садясь напротив и принимаясь тоже за еду. Мы впервые едим с ним лишь вдвоем, да еще и так близко, мое колено почти касается его паха, а его свободная рука, лениво массирует мое бедро. Интимность момента зашкаливает. Еле как одерживаю победу над завтраком, давая перевязать свою ногу Юнги. Уже спустя минут сорок мы заходим в здание компании вкупе с Чонгуком, Намджуном и Хоби хёном. Юнги быстро утаскивает меня от компашки в свою студию. Дальше идут очень долгие записи в разных тональностях с привычным ворчанием. Хён всегда строг в отношении своей музыки. Поэтому не обижаюсь, давая себя чихвостить. Но все же даже в этом есть разительное отличие. Старший смотрит на меня даже в эти минуты с любовью и заботой, это прельщает. После нескольких заходов в пении беру перерыв, уходя на почти зажившей ноге за напитками. Автомат послушно выдает мне баночку с соком и холодным кофем для старшего. Настроение сейчас поистине превосходное, спешу вернутся в аудио студию, отчего не замечая боли лечу на всех парах. Уже у дверей видя в самой студии вместе с Юнги еще и Хоби. Они смеются о чем-то говорят. Сам не знаю почему в этот момент ревную заходя, а следом переключая на пульте громкость, слыша вопрос Хосока: — Ну рассказывай как проходит твоя месть? Помогли мои советы? Юнги на это улыбается счастливо, отвечая загадочно: — Моя месть в процессе, он будет в шоке когда узнает. Именно из-за его ответа на меня снисходит просветление. Месть! Хён просто мстит мне за тот розыгрыш. Все это…чувства, поцелуи, забота. Затянувшееся шоу в его исполнении. Правда оказывается очень горькой. Быстро вырубаю звук, оставляю баночку кофе и убегаю, забивая на лодыжку окончательного. Нога сейчас болит куда слабее чем сердце в груди. Оно словно обливается кровью, ощущаю пропасть под ногами. Натянув маску, выбегаю с черного хода, через парковку вырываюсь на улицу, попадая под проливной дождь. Но даже это не успокаивает, внутри все трещит по швам. Невыносимая боль пробирает до дрожи и я просто бегу, бегу куда глядят глаза. Пытаясь отыскать хоть толику смысла. Зачем же было мстить так жестоко? Конечно, месть — это блюдо, которое подают холодным! Но даже так, зачем было дарить надежду и тепло, ради смеха, ради развлечения? Моя гонка с собственными чувствами заканчивается на набережной. Запыхавшийся, промокший до нитки, усаживаюсь на небольшую скамейку с видом на реку. Дождь все также моросит, холодный, но одновременно освежающий. Я должен справится со всеми этими последствиями. Не надо мне было тогда так легкомысленно шутить, не надо было надеяться на взаимность. Сам виноват во всем, как всегда...Лучше ведь просто сосредоточится на карьере. Немного переварив произошедшее и замерзнув до дрожи, ловлю такси и возвращаюсь в общагу. Врываясь в нее именно тогда когда все в сборе. Встреча выходит фееричной, шесть пар глаз смотрящих на меня и я, промокший до нитки с синими губами и навернувшимся телефоном. Не даю себя повязать, прямым ходом направляясь в свою спальню, не реагируя на вопросы от хёнов и не смотря на Юнги. Сейчас даже видеть его больно, просто невыносимо. В родных стенах запираюсь, стаскивая мокрые вещи и оставляя их сушится на раковине. Быстро закутываясь в свой теплый плед и подавляя рыдания. Чтобы их никто не слышал, особенно рьяный мститель. Юнги же похоже еще не готов закончить спектакль, колотится в дверь, зовя меня: — Тэхён, открой дверь. Давай поговорим, расскажи мне что случилось хотя бы! Тэхён. Ким Тэхён… Открой сейчас же, иначе я дверь выломаю! — Силенок не хватит. Отвечаю на это еле слышно, грустно смеясь. Смешно, больно и глупо и странно. Ведь даже на легкий шепот Юнги отвечает: — Я Чонгука попрошу с Намджуном, они точно выломают. Всхлипываю на это лишь громче, мне горько. Но стук так и не прекращается и я нахожу в себе остатки сил, вставая с кровати. Полностью обнаженный прижимаюсь к двери и прошу дрожащим, надломленным голосом: — Уйди…ммм…прошу тебя. Мне тебя даже слышать больно. Уходи! Стук после моих слов прекращается, старший замолкает, а я возвращаюсь в плен тепла, теряя сознания в объятиях одеяла от беспомощности и разбитости. Кажется, моя первая любовь стала злой шуткой самой судьбы…