Perfect Blue in Kanagawa

Дело близилось к зиме, пока Наруто полностью погряз в долгах по учебе. Зачеты начинались в конце следующей недели, а у него двенадцать прогулов по концепции современного естествознания, восемь не переписанных лекций по истории и еще два не сданных норматива по физре. Риски быть отчисленным были вполне ощутимы и явно переваливали за пятьдесят процентов, но Сакура обещала договориться с преподами, а с физрой он вроде как разобрался в эти выходные – вычистил спортивный зал и натер полы волейбольной площадки, а также пообещал поучаствовать в предновогоднем матче. Так что весь декабрь ему было не до рутины. В отличие от Учихи, который постоянно запирался на балконе и что-то рисовал – Наруто и понятия не имел, что он там изображал. Саске запрещал ему смотреть на свою новую работу, а на ночь постоянно прятал ее под кровать. В чемодан. И так каждый ебаный день. Узумаки, конечно, не понимал к чему такая конфиденциальность, потихоньку перераставшая в очередной маразм Саске Учихи, но он не брался его судить: все же, эти художники всегда странно себя ведут. К всеобщему удивлению, их отношения стали более крепкими и Наруто казалось, что они действительно подружились. Сблизились. Несмотря на собственную злость и обиду, он все же решил опустить это и не устраивать скандал: все же, он его никогда об этом не спрашивал. Да и блондин подумал, что быть геем – это не так страшно. В конце концов, Саске никогда ничего ему не навязывал из своего... Пидорского. Но Наруто все же было немного обидно за своего друга: за Саске бегали все девчонки с соседних кампусов, а они его даже не интересовали! Поэтому он твердо решил, что попытается перетащить Учиху на свою сторону. Ну а если не получится, то ничего страшного. Он найдет ему хорошего парня. Любви заслуживает каждый... — Эй, теме, — Наруто подошел к огромной пластиковой двери на балкон и громко позвал Учиху, который прятался где-то в углу. Засранец, совершенно никакой реакции! — Я знаю, что ты меня слышишь, кончай придуриваться и выходи! У меня кое-что есть для тебя. Вскоре послышалась недовольная возня за стеклом, раздраженные и усталые вздохи брюнета и звуки катающихся по столику деревянных кистей. Наруто они нравились в вещах Учихи почему-то больше всего – они были тонкими, острыми, черными и легкими. Какими-то изящными, они больше всего характеризовали самого Учиху и его творчество: легкое, острое и тонкое. Дверь открылась и на пороге показалось надутое лицо Саске. Наруто захотелось рассмеяться, но он подумал, что это только больше его разозлит и в итоге его гениальный план потерпит поражение... — Если ты опять позвал меня для какой-то херни, я тебе нос сломаю, понял? — Как всегда очень неприветливо и агрессивно. Как кактус – только тронь его, и сразу же пожалеешь об этом. Наруто пробурчал что-то в духе «Не-ет, ты точно об этом не пожалеешь!», свалился на чужую кровать и похлопал рядом с собой, что-то ища среди бесчисленных папок на телефоне. Саске с недоверием присел рядом, не решаясь смотреть в чужой смартфон, хотя и очень хотелось. Но мало ли что там... Наконец поиски были закончены, Узумаки хитро улыбнулся, включил что-то на полный экран и подозвал Учиху ближе к себе. — Вот, смотри, — Пошлые девичьи стоны наполнили комнату, а на экране запустилось чье-то домашнее порно. Саске не поменялся в лице, пока Наруто испытывал миллиарды эмоций в одну секунду — Моя бывшая. У нее отличная задница! А как же она дрочила мне своими сиськами, м-м... Наруто пролистнул пару видео, останавливаясь на своем любимом. Палец судорожно нажал на кнопку, видео запустилось и вновь комнату охватили пошлые девчачьи стоны, смешанные с чьим-то тяжелым дыханием. — Ты дышишь как алкаш, — Укоризненно заметил Учиха, продолжая безразлично наблюдать за чужим сексом. Такая реакция немного расстроила Наруто и он решил перейти к более тяжелой артиллерии. Пальцы яростно перемещались по узкому экрану в поисках того самого видео, где он жарил чью-то горячую мамочку. Но и это не впечатлило брюнета. — Ну, как тебе? — Сдавшись и выключив свою собственную коллекцию порнушки, Наруто с надеждой посмотрел в глаза напротив, но они совершенно ничего не выражали — Тебе не понравилось? — Наруто, я гей, — Как маленькому ребенку, растягивая слова проговорил Саске, смотря на Наруто как на умалишенного — Меня не возбуждает секс с женщинами. — И что, это никак нельзя исправить? Наруто выглядел очень отчаянно, произнося эту фразу. На секунду брюнету стало даже немного стыдно за то, что он никак не может оценить показанный ему материал, но потом здравый смысл взял свое. Узумаки прекрасно знал, на что он подписывается, показывая ему традиционный секс. Пускай он и был в главной роли... — Никак, Наруто, — Саске устало покачал головой. Лицо Наруто слегка помрачнело, но он тут же улыбнулся и подбадривающе хлопнул его по спине. — Ну и хуй с ним! — Беззаботно проговорил он, словно все и должно было так случиться и последний шанс спасти своего друга не был провален. Ехидно улыбнувшись, блондин продолжил — Но признай, я хорошо трахаюсь! Саске закатил глаза и промычал в ответ что-то неразборчивое, собираясь уйти обратно на балкон и продолжить работу. Но чужая крепкая рука вдруг потянула его обратно на кровать, и он вновь оказался зажатым между кроватью и тяжелым телом Узумаки. — Ты бы хотел, чтобы я выебал тебя, да, Саске? Разговаривать с Наруто было бесполезно, поэтому, не долго думая, Учиха всадил ему прямо по скуле. Наруто взвыл обиженным псом, которому наступили на хвост, и всей своей стотонной грудой костей свалился на Учиху. — Угомонись, я не хочу с тобой трахаться, — Саске попытался выбраться из-под чужого ноющего тела, но ничего не получилось: Наруто был намного крупнее и сильнее его самого. Оставалось надеяться на его благоразумие — И встань с меня. Мне пора рисовать. Еще немного обиженно поскулив, блондин все же поднялся, загнанно смотря на своего сраного соседа. Втащить ему хотелось ужасно. Саске накинул на себя толстовку и поплелся к балконной двери. — Когда-нибудь я переломаю тебе все твои сраные пальцы и тебе будет нечем рисовать, придурок, — Зло выплюнул Узумаки ему вслед. Дверь на балкон закрылась с тихим хлопком и Саске ничего ему не ответил. Его счастье, — Подумал Наруто и лег на кровать. Наверное, ему стоит обновить свою коллекцию – возможно, она немного устарела. Поэтому больше и не производила впечатления... - Новый Год с каждым днем становился все ближе и ближе, потихоньку проникая в размеренную студенческую жизнь Наруто и обертывая его со всех сторон своей волшебной атмосферой. Наверное, из всех праздников – Новый Год был его самым любимым. Настолько любимым, что ему пришлось даже уговорить вечно занятого Саске съездить в Икею за безделушками для украшения комнаты. Конечно, он был абсолютно уверен в том, что они едут за чем-то бесконечно важным, о чем Наруто предпочитал не распространяться, сказав, что Саске все и сам увидит. И скорее всего, когда он все-таки увидит, Узумаки точно влетит... По заслугам, ничего не скажешь. Но, по крайней мере, он вытащит его из дома. Шикамару согласился поехать вместе с ними. Вообще, это было очень странно: и Саске, и Шикамару оказались очень сговорчивыми, и блондину даже показалось, что они были расположены к этой поездке. Возможно, атмосфера Нового Года действительно творит чудеса, а возможно, сегодня просто особый день, когда магнитные волны, на которых они зависают втроем, решили настроиться на одну частоту... В конечном итоге, Узумаки это не особо волновало. Главное что они все же собрались – а причины не так уж и важны! Вагон опасно покачнулся и парни синхронно подпрыгнули на сидениях. Саске недовольно скривился. — У меня такое ощущение, что мы едем не на метро, а в катафалке, — Раздраженно поделился своими не самыми оптимистичными мыслями Учиха, потирая ушибленный зад. Наруто же выглядел совершенно невозмутимо; будто бы его вообще ничего не волновало, кроме предстоящих покупок в Икее. Хотя, возможно, так все и было — Если мы тащимся опять за какой-то хуйней, я реально вышвырну тебя из комнаты... Шикамару понимающе посмотрел на него, но ничего не ответил. Наруто лишь недовольно нахмурился, удобнее располагаясь на облезлом кресле. — Ты хотя бы пару часов можешь держать свой недовольный рот на замке? Похож на старого маразматика, — Не менее раздраженно ответил ему Наруто, вновь погружаясь куда-то в свои мысли. О, в голове у него было очень много идей... Сегодня он обязательно возьмет Учиху на понт и потратит как можно больше его денег — Ты реагируешь так на абсолютно любую мою идею, теме. — Абсолютно любая твоя идея – это херня, Узумаки, — Саркастично подметил брюнет, не скупясь на щедрые оскорбления. Шикамару вновь послал ему понимающий взгляд, так и не решаясь влезть в занимательную дискуссию соседей. И как только они уживаются в одной комнате?... — Ты просто не можешь признать свою духоту. Совершенно не умеешь получать от жизни кайф, придурок, — Учиха открыл рот в немом протесте, но так и не успел ничего сказать – перед лицом проскользнула чужая спина в черном шерстяном пальто, а приемник над ухом сбивчиво загудел, сообщая о том, что они уже приехали. Наверное, они разберутся позже. Ведь это не правда. Учиха Саске умеет ловить кайф. Наверное... Это же про наркотики? - — То есть, ты сейчас серьезно? Глаз дергался. Голос тоже. Руки отчаянно сжались в кулаки – все в Саске выдавало его неконтролируемую нервозность. Он смотрел на веселого Наруто, сидящего в магазинной тележке, и на Шикамару, который аккуратно вез его меж новогодних ярких рядов, и не понимал, кому из них ему сильнее хочется сломать переносицу. — Ну, да. Тебя что-то не устраивает? — Совершенно спокойно выдал он, рассматривая гирлянды в ящиках. Саске разочарованно посмотрел на Шикамару. Наверное, сейчас он выглядел очень отчаянно; но его сейчас не особо волновал внешний вид. Все равно он уже стал полным придурком. Они обвели его вокруг пальца, как малолетнего ребенка... — Ты все знал? — С досадой и крупицей раздражения проговорил Саске, обращаясь к Наре. В ответ он получил лишь неуверенный кивок. Интересно, скажет ли он что-нибудь за сегодня или и дальше будет притворяться немым? — Слушай, Учиха, ты меня достал, — Подал голос из кучи проводов блондин, стараясь звучать как можно более четче и строже. Саске знал этот его тон: сейчас начнутся нравоучения. Как же он их ненавидел — Почему вместо того, чтобы с пользой проводить время вместе со своими друзьями и получать телегу разных приятных эмоций и будущих воспоминаний, ты предпочитаешь включать свой ебанутый режим «Я ненавижу всех и испорчу вам настроение, потому что я мудак, который не умеет нормально проводить время со своими друзьями»? Что за фишка такая? Желание вмазать Наруто, который по-прежнему не мог справиться с проводами, росло в геометрической прогрессии. Его даже не волновало, что сейчас вокруг находится с десяток людей, которые уже начинают собираться плотным кольцом возле них, то и дело кидая настороженные и любопытные взгляды в тележку. — Вот именно! Вместо того, чтобы проводить свое время с пользой, я вынужден... Его пламенную речь прервал все тот же Узумаки, швыряя ненужный черный провод гирлянды обратно в корзину. Саске захотелось вернуть его обратно и обмотать его вокруг чужой смуглой шеи. — Да-да, Саске, ты вынужден проводить его со мной. Я уже слышал это, не удивляешь, — Наруто неохотно вылез из тележки, отряхиваясь и медленно подходя к трясущемуся от злости брюнету. Сейчас он был похож на какого-нибудь дрессировщика, что уверенно шагал к дикому тигру в надежде приручить. Саске, конечно, больше был похож на какую-нибудь бешеную болонку, но это так важно. Они стояли лицом к лицу и он чувствовал, как чужое дыхание обжигает его прохладную кожу, а грудная клетка вот-вот готова разорваться от мощности чужих вдохов — Просто расслабься и получай удовольствие. Побудь один день простым парнем, а не холодной принцессой. То, что он собирался провернуть сейчас – было слишком рискованно, но определенно стоило того. Он кокетливо ему подмигнул и наклонился чуть вперед, обхватывая руками чужую талию. Наруто слегка удивился чужим острым изгибам, но все же быстро развернул Учиху и, пока тот ничего не понимал, толкнул в тележку, обматывая белой гирляндой. Он собирался повесить ее над кроватью, но сейчас на Саске она смотрелась гораздо лучше. Осознание к нему, на удивление, пришло несколькими минутами позже, когда Шикамару откатил тележку в другой отдел. Наруто шастал рядом и выбирал елочные шары, когда неожиданно чужая рука с громким шлепком приземлилась на его задницу. — Я тебя ненавижу, добе, — Тихо и слегка шипя проговорил брюнет, стискивая зубы. Он не совсем понимал, почему злится. Теперь причин было несколько и все они не особо радовали его ранимое эго. Наруто лишь тихо ухмыльнулся, заглянул в ящик сбоку и что-то вытащил, торжественно цепляя это нечто на голову Саске. А потом и себе. — Олень. Ты – олень, Учиха. Я нашел твои рога, наконец, — Едко протянул Наруто, щупая чужие плюшевые рога. Саске почти откусил ему руку, если бы не Шикамару, вовремя дернувший тележку в другую сторону. Предатель... — А ты че свои-то нацепил? — Прочие посетители смотрели на них с некой завистью и сожалением одновременно: наверное, они думали, что Саске какой-нибудь колясочник-аутист, который не может ходить и разговаривать, а может лишь мычать и издавать агрессивные звуки. Ну а вообще, он начал сомневаться в собственном рассудке: блондин до сих пор ходит не с переломанной челюстью и с целыми передними зубами... — С тобой поживешь – и не такое подцепишь, — Вновь кокетливо подмигнув, Наруто торжественно водрузил все выбранные им новогодние игрушки на Саске, снова прилипая к его рогам, наклоняясь почти к самому уху — Серьезно, просто расслабься. Все круто. И почему-то его слова прозвучали слишком убедительно – Саске, до этого стараясь не высовывать свой взгляд дальше отросшей темной челки, оглянулся и почувствовал себя совершенно по-другому. Да, прохожие смотрели на них как на идиотов, консультанты недоверчиво косились на карманы, а редкие дети одаривали восхищенными взглядами. И он наконец-то понял, что сейчас они выделяются так же сильно, как зажженная новогодняя елка на площади – красивые, бездумные и молодые. И на секунду ему показалось, что ему снова тринадцать, он снова стал шумящим безбашенным подростком, которого ничего не заботило, кроме беззаботного веселья, магазинного саботажа и... друзей. И все стало на свои места. - Оказывается, Узумаки может быть вполне сносным. Саске показалось, что проводить время с ним - даже немного весело. Или во всем был виноват Шикамару, который кое-как смягчал временами накаляющуюся обстановку между ними. Он, конечно, ничего в итоге не сказал; но все равно его молчаливо-понимающее присутствие отчетливо ощущалось. Без него все сложилось бы явно иначе: Саске ни за что бы не простил Наруто его дерзость, а Наруто ни за что бы не смирился с тем, что Саске вновь напал на него прилюдно. Они бы обязательно подрались, как часто делали это в душевой дома. Или в супермаркете... Наруто был странным. То есть, Саске смотрел на него и совершенно не понимал, что могло твориться у него в голове. Казалось, что и Наруто сам порой не успевал в погоне за своими мыслями. Его поведение скакало от "я самый серьезный и рассудительный человек во Вселенной" до "я расхуярю тебе ебальник, если почувствую что ты что-то от меня скрываешь". В прошлый раз они подрались из-за забытых на стиралке любимых хлопьев Узумаки, который подумал, что Саске на зло ему спрятал их куда-то, а в начале месяца Наруто не смог найти свой идиотский галстук, который Учиха при любом удобном случае старался высмеять и унизить, поэтому полные отчаяния тумаки приходились прямо по бледному крепкому лбу брюнета. И несмотря на то, что Наруто вообще-то был совершенно неуравновешенным, Саске часто ловил себя на мысли, что у него очень красивые губы. И руки, которые периодически пиздили его ни за что. И что делать с этим он совершенно не знал... — О чем думаешь? — Шикамару сегодня остался у них, чтобы украсить кваритиру. Саске мог бы подумать о том, что Наруто избегает совместного одиночества, если бы не знал его настолько хорошо. Видимо, он считал, что они смогут подружиться. Должны. Саске это немного веселило. Наруто взял на себя роль его старшего брата. Разве это не забавно? Он поджег протянутую сигарету и затянулся. Они стояли на балконе. Было уже совсем темно - около одиннадцати. Располагающая обстановка, если бы Саске не был собой. — Ты когда-нибудь думал о чем-то больше одного раза в неделю? Шикамару нахмурился и сщурил взгляд, будто пытался что-то вспомнить. — Ну, об экзаменах. Не помню, чтобы меня что-то волновало настолько, чтобы я думал об этом слишком долго... — Задумчиво проговорил он, стряхивая опавший на бортики пижамной рубашки пепел — У тебя что-то случилось? Что-то случилось? Саске как-то криво улыбнулся, смотря на проезжающую машину скорой помощи. Интересно, куда она едет? А если кому-то нужна помощь и она едет туда? Успеет ли она доехать? Поможет ли? Саске поежился от холода. Да уж, со скорыми у него сложились не самые приятные отношения. — Хочешь дружить со мной? Шикамару, — Саске сбросил тлеющий бычок с ржавых перил куда-то внутрь их общажных дворов и ближе подошел к совершенно незаинтересованному во всем происходящем брюнету. Что ж, вероятно, Наруто был прав. У них действительно есть что-то общее — Мне хочется поцеловать Наруто. Вот о чем я думаю больше одного раза в неделю. Нара молчал. Саске внимательно разглядывал его лицо в поисках хоть чего-то, что выдаст его нервозность, но Шикамару был абсолютно спокоен. И совершенно не удивлен. — Даже так: я думаю об этом каждый день. Думаю об этом каждый раз, когда вижу его, каждый раз, когда он лезет драться. Я думал об этом и сегодня, пока мы ехали в метро, — Саске подходил все ближе и ближе. Накинутый на плечи плед давно остался где-то на холодном металлическом полу, безразличное лицо Шикамару было все ближе и ближе и теперь он мог рассмотреть его еле заметную родинку на кончике носа. Саске остановился, когда почти полностью вжался в чужую пижамную рубашку. Они столкнулись лбами — Я думаю об этом постоянно. И сейчас тоже. Шикамару стойко принимал атаки, продолжая с холодным безразличием смотреть на Саске, который вот-вот готов был взорваться от собственного бесчувствия. Они стояли близко, но не касались друг друга ничем, кроме холодных лбов. От Шикамару слабо пахло сигаретами, потом и совсем не исходило никакого тепла. Когда он проворачивал подобное с Наруто, от него несло жаром за километр. Саске не нужно было даже подходить к нему, чтобы почувствовать, насколько горячий он сейчас. Узумаки выделял тепло в ненормальном количестве. Иногда Саске ловил себя на мысли, что на Наруто можно было спокойно жарить яичницу. От Шикамару же не исходило ничего, кроме безразличия. Впрочем, как и от всех других. — Думаю, я бы хотел стать твоим другом, — Приглушенно послышалось сверху. Шикамару обошел его стороной, поднял плед с пола и вновь накинул его на Саске, который так и не решился повернуться обратно, закуривая еще одну сигарету. Что ж, возможно он немного ошибся — Я ничего ему не скажу. Саске усмехнулся. Они что, в детском саду? Как будто бы его это волновало. — Мне все равно, — Он так и не повернулся. Шикамару еще немного постоял около входа, будто бы думая над тем, чего бы тупого еще сказать, но в итоге просто ушел, тихо закрыв дверь. Саске посмотрел вниз. Через мокрые снежные дворы медленно двигалась та самая помотанная машина скорой помощи. Раздражающая мигалка сверху была выключена, фары приглушены, сирена больше не звучала. Видимо, не успели. Снег крупными хлопьями завертелся в персиковом небе и повалил прямо вниз, на немного покрасневшие холодные щеки Саске. Где-то он уже это видел. - Они вернулись немного позднее обычного, но в доме было непривычно тихо и темно даже для такого времени. Родители не поспешили встретить их ни на крыльце, ни в прихожей. Обычно они всегда встречали их на крыльце, поэтому это сразу показалось им странным. Итачи не решился проходить внутрь, подозревая, что что-то случилось. Кажется, тогда он решил им позвонить, но веселая электронная мелодия приглушенно доносилась из открытой родительской спальни. Наверное, тогда он испугался. Возможно, он даже попытался заплакать или что-то такое, что обычно делают люди, когда пугаются, но Итачи... Он никогда не видел его настолько серьезным и собранным, как в тот момент. Саске помнит, как он спрятал его за спину и попросил сидеть тихо, сказав, что если его долго не будет или если Саске услышит что-то пугающее, то он сразу бежал к соседям и просил вызвать полицию. Должно быть, Итачи тогда было очень страшно. Должно быть, ему не хотелось идти в ту комнату, может быть, ему вовсе хотелось оставить Саске и убежать куда-нибудь далеко. Но он все равно пошел в ту пугающую темноту. А потом послышался короткий вопль. Это кричал Итачи, хотя Саске и не был уверен в этом на сто процентов. Он ослушался его. Побежал туда, в густую черную тьму, которая тянула к нему свои уродливые когтистые лапы, а потом... Итачи зажимал рот рукой, чтобы не закричать снова. Возможно, его стошнило - Саске не помнил наверняка. Лишь чужие темные глаза, полные животного ужаса и слез. На его памяти, тогда брат плакал в первый и в последний раз. Саске посмотрел вниз: тонкие хрупкие ступни в сетчатых чулках и более крупные, голые и побелевшие - они высоко поднимались над белым пушистым ковром, на котором Саске любил играться с Джекки - большим шоколадным лабрадором, семейным псом - и качались из стороны в сторону, как японские ветрянные колокольчики... Саске стал поднимать свой взгляд выше, но чужая холодная рука закрыла ему глаза. Итачи что-то монотонно повторял, пока вел его куда-то, кажется, на второй этаж, в их общую комнату. А потом пугающий рев скорой, раздражающая мигалка, крики и шепот врачей снизу, много странных взрослых людей и брат. Пустой, бледный, дрожащий и жалкий, пытающийся объяснить что-то приехавшим полицейским. Девятилетний ребенок, который нашел что-то очень пугающее в комнате родителей. Они их так и не встретили. И снег. Много снега, который почему-то казался обжигающим. О том, что они повесились, Саске узнал только на похоронах. Случайно и нелепо, когда кто-то из родственников заговорил с Итачи случившемся. "Бедные дети" - окрестили их собравшиеся за поминальными столиками. Люди, которых они никогда доселе и не видели, называли их с притворным сожалением "бедными детьми" в перерывах между спорами о оставшемся имуществе. Кто и как его поделит? Бизнес старшей сестре отца, квартиры - средней, дом - младшей. Оставшиеся деньги... Наверное, тогда Саске впервые научился считать. Конечно, он ничего не понимал тогда. Не понимал, почему Итачи злится, почему тетки дерут его за уши, почему они так и не вернулись обратно домой тем вечером, а поехали с какими-то грузными и унылыми женщинами в совершенно неприятное место, которое они называли "приютом". Возможно, поэтому ему не было тяжело - он был совсем ребенком, который едва ли помнил себя. В отличие от Итачи, который был достаточно взрослым и смышленым, у которого хорошо сохранились воспоминания об их прошлой жизни... Жизнь в приюте давалась ему тяжело - Саске знал это. Его старший брат отличался от остальных детей: слишком умный, слишком добрый, слишком красивый... Он никому не нравился. И его отвергали до самого конца, пока в пятнадцать он все-таки не сбежал. "Когда я стану совершеннолетним, я тебя заберу," — обещал Итачи в ночь своего побега, когда Саске помогал ему перебраться через забор. Саске думал, что это был героический поступок. И только став старше, он все-таки осознал, что Итачи был обыкновенным трусом, которой выбрал слишком короткий путь избавления от страданий. А Саске... Саске выбрал путь "бедного ребенка". Что, наверное, было еще хуже. Воспоминания лишь иногда донимали его. Размытые, тусклые, приглушенные, непонятные и слегка тревожные; он практически ничего не помнил. Какие-то смутные отрывки, которые вызывали больше вопросов, чем ответов. Он поднялся с кровати, схватил пачку сигарет с прикроватного столика и вышел на балкон. Бессонница. Сигареты, конечно, вряд ли этому помогут, но возможно... Он осмотрелся. Ночи здесь были красивыми. Тихими, размеренными, уютными. Темнота, что расплывалась легкой дымкой по морозному воздуху, не казалась отвратительной или пугающей, а даже наоборот была чем-то мягким и игристым. За всю его жизнь он не находил места спокойнее, чем этот балкон - разве что весенний сумрачный пляж Канагавы, о котором он всегда мечтал, когда ему было немного тоскливо... — Почему не спишь? От неожиданности он немного дернулся, тут же поворачиваясь на хриплый голос за спиной. Наруто, который притащил с собой его одеяло. Он тоже не спал? — А ты? — Одеяло мягко коснулась его плечей, а Наруто встал рядом с ним, слегка потягиваясь. Снег больше не шел. Он слегка улыбнулся. — Вообще-то, я первый спросил, теме! Саске решил не отвечать. Наруто, судя по всему, тоже. Они просто стояли рядом, курили и смотрели вниз, на абсолютно пустую и тихую улицу. Саске подумал, что если бы он был другим человеком, то, вероятнее всего, поцеловал бы его сейчас. Но он был собой, а Узумаки не смотрел на него. Только плевался в широкое звездное решето над головой. На секунду ему показалось, что кроме них здесь больше никого не осталось. И пожалуй, это было самое лучшее чувство, которое Саске только удавалось испытывать. — Все нормально? — Неожиданно и как-то слишком тихо спросил блондин, и Саске показалось, что это звучало даже как-то интимно. — Да, — Тут же ответил он, достав новую сигарету из пачки. Она скоро закончится - утром придется идти за новой. Наруто как-то странно посмотрел на него, заострив свой взгляд на бледном подбородке — У меня все в порядке. Можешь отвалить и идти спать. Наруто коротко и тихо рассмеялся, разворачиваясь ко входу. Возможно, Саске совсем немного не хотелось, чтобы он уходил сейчас. — Да-да, Учиха, я тоже в полном порядке, спасибо что поинтересовался, дружище! — Саркастично пробубнил Наруто, возвращаясь к балконной двери. Потом он остановился, совсем перед ней, почти врезаясь в стекло своим коротким острым носои и развернулся — Возвращайся. Замерзнешь и заболеешь... Я не буду тебя лечить, придурок. — Конечно, не будешь. У нас нет на это денег, — с насмешкой протянул Саске, отворачиваясь и вовзращаясь к медленному курению и созерцанию пустой улицы. Дверь бесшумно закрылась, сообщая о том, что Наруто ушел. Так и не узнав, что Саске вряд-ли замерзнет, пока Наруто будет находиться где-нибудь поблизости. - — Да-да, мы уже выходим, — Торопливо проговорил Наруто, жестами указывая куда-то в сторону кухни. Саске снова потерял свои сигареты. Иногда ему казалось, что он делает это нарочно, чтобы побесить его лишний раз. Но каждый раз сталкиваясь с совершенно потерянным выражением лица, он понимал: нет, Саске действительно страдает деменцией и каждый раз заывает собтсвенные пачки сигарет на микроволновке — Саске опять проебал свой сраный Кэмел! Ты представить себе не можешь, как он меня уже доебал... Они собирались в частные сектора за чертой города, чтобы отметить Новый Год. Кажется, это был дом Кибы - странного заводилы с ПММ. Наруто такие, вообще-то, не совсем нравились, но Инузука был слишком богатым, чтобы не хотеть с ним таскаться. И очень щедрым. Именно поэтому они сейчас собирались почти тем же составом, которым играли в эту конченную игру для отсталых. В его доме. Все вместе. Вообще-то, это даже немного его возбуждало - в конечном итоге, у него никогда не было нормального Нового Года. Может быть, в этот раз что-то могло произойти. Интересно, в этот раз Сакура снова будет барменом?... Из мыслей его вывел череда громких взрывов где-то за небольшим институтским парком. Он резко остановился и посмотрел в небо - фейерверк! Внутри что-то с тихим треском покачнулось и Наруто замер, смотря в темное небо, периодически мигающее разноцветными огоньками. — Никогда не видел фейерверков? Саске остановился вместе с ним, слегка толкая в плечо. Конечно. Он не видел... Их так близко. Разве не смешно? Такой взрослый парень стоит посреди улицы и с тупым лицом пялится на сраный фейерверк... — Да ладно? — Он недоверчиво покосился на зависшего блондина. Наруто выглядел так, будто бы его хватил инсульт или случился сердечный приступ... В общем, это не было восхищением. Саске даже показалось, что он выглядит испуганным — Хуже ребенка. Рот хотя бы закрой, пока его тебе не сломали. Но Узумаки никак не реагировал, продолжая смотреть на взрывающееся небо. Саске пришлось встать вместе с ним и посмотреть вверх - мало ли, может быть он увидел там что-то действительно очень странное... Но ничего, кроме потухающих оранжевых искр, он не увидел. Поэтому пришлось действовать, полагаясь на интуицию: отойдя на приличное расстояние, он разбежался и толкнул соседа в ближайший крупный сугроб. И наконец-то до его ушей донесся блаженный мат. Значит, все-таки пришел в себя. — Ты, блять, идиот? Я промокну! — Саске не стал дожидаться, пока блондин выберется из сугроба и уверенно шел вдоль слегка заснеженной лесной тропинке на остановку. Наруто сгреб горсточку снега в покрасневшие ладони и бегом кинулся вслед уходящему парню. Отвернув чужой капюшон, он запихнул весь нерастаявший снег прямо за шиворот тупому Учихе. Послышался жалкий всхлип. Наруто ухмыльнулся. — Ты что, придурок блять? — Саске забавно затрясся, пытаясь вытряхнуть из себя остатки подтаявших льдинок. Это было... Достаточно смешно, учитывая, что Саске вообще-то был не очень-то и энергичным человеком. Наруто беззлобно рассмеялся. Да-а уж, этот Новый Год действительно обещает быть удачливым на подобные казусы! Но веселье в миг прекратилось, когда брюнет, тяжело дыша ему прямо в губы, подлетел к нему и схватил за грудки новой кожанной дубленки — Хули ты делаешь, конченный? — А хули ты толкаешься, долбоеб? — В той же манере ответил Наруто, с силой отцепляя от себя чужие бледные руки. Саске был похож на взъерошенного петуха: красный, тяжело дышащий, растрепанный и... Казалось, что сейчас у него вырастет клюв и он обязательно выколит им Наруто какой-нибудь из глаз — Сам ты конченный, ушлепок. Иди молча и не беси меня. Но Саске, кажется, не собирался останавливаться. Его дыхание не выровнялось, наоборот, оно стало еще более тяжелым и сбивчивым. Саске был похож на загнанного в угол зверя - еще секунда, и он от бессилия начнет кидаться на всех подряд. И, к сожалению, его случайной (или не совсем) жертвой оказался Наруто. Учиха прыгнул на него сверху, снова повалив в сугроб. Холодный снег коснулся горячей шеи и Наруто позорно взвыл от такого контраста. Саске барахтался где-то сверху; видимо, снежинки попали в глаза. Наруто попытался поймать его за руки, но тот упорно отбивался, стараясь попасть костяшками по чужому лицу. Получалось только несильно царапать... Ну что за неуправляемый ребенок! — Ща всеку, я серьезно. Угомонись, бля, — Сурово прикрикнул на него Наруто, ожидая, что это хоть как-то отрезвит совершенно бешенного Саске. К их счастью, прохожих не было вообще: значит, никто не доложит о их очередной драке в кампус. В случае чего, можно будет хорошо зарядить этому... Внезапно чужая тонкая рука выскочила из скользкой хватки, и Саске, кажется, рассек ему правую бровь. Больно. Бесконечно злило. Наруто, перестав пытаться успокоить разбушевавшегося соседа мирными способами, быстро поменялся с буйным местами, больно прижимая Саске к сугробу. Кулак коснулся чужой скулы. Саске заревел. Конечно, ему очень больно. Наруто постарался. Это определенно должно его отрезвить! Учиха позорно прикрыл руками лицо и свернулся на снегу. Он все еще немного стонал, подрагивая то ли от холода, то ли от понемногу отпускавшей его агрессии. На секунду Узумаки стало его жаль. Сейчас Саске выглядел очень беззащитно. Неужели, переборщил? — Я же сказал, что всеку, — Тихо продолжил Наруто, осторожно отодвигая чужие руки от лица. Да, ссадина была жуткой: стала кроваво-синей, опухла и, наверное, жутко болела. Саске смотрел куда-то в бок, наверное, все еще не отошел от болевого шока. Наруто почерпнул немного снега и приложил его к опухшей щеке. Учиха вновь оживился, пытаясь стянуть с себя чужую руку, но Узумаки держал крепко — Прости. Не рассчитал малясь... Во взгляде Саске мелькнула осознанность, перемешанная с чем-то еще, каким-то погасшим и... Он уже более осторожно отодвинул руку Наруто, прикладывая новый снежный комок к щеке. Медленно поднялся и не решался встать. Наверное, кружилась голова. Главное, чтобы его не стошнило... — Забей, — Так же тихо и немного хрипло проговорил Саске, пытаясь ощупать щеку. Зашипел и бросил эту затею, сгребая еще один снежный комок и прикладывая к шишке. Синяк будет кошмарным... Еще немного посидев на снегу, он вытянул свободную руку вперед — Помоги подняться. Без лишних заебов, Наруто поспешил на помощь. Все же, он был виноват, пускай и делал это в благих побуждениях, но... Да, сейчас он испугался, что мог сделать Саске больно. Действительно больно, не так, как обычно. Он же все-таки сильнее и крупнее, это действительно опасно... — Пойдем. Опоздаем иначе, — Саске тряхнул рукой и поднял рукава теплой водолазки чуть выше, пытаясь разглядеть время на покоцанных часах — Осталось пятнадцать минут до того, как наш автобус уедет. Наруто кивнул и они поспешили вперед по петляющей снежной дороге. Саске... Возможно, этот парень действительно заставил его волноваться. И это пугало. - Шикамару встретил их достаточно красноречивым взглядом. Оба потупили взгляд о тлеющие бычки в руках и не решились начать обсуждение первыми. Они молча стояли возле круглосуточного киоска, Наруто держал пакет с виски в левой руке, правой придерживая холодную бутылку водки на чужой щеке. Саске, должно быть, сам не справится с этим. Дым медленно обволакивал их со всех сторон, застилая и без того красные и полуслепые из-за внезапной метели глаза. Кажется, их собеседник тоже ничего не спешил начинать. Молчание давило, и первым взорвался Наруто. — Мог бы и спросить что-нибудь для приличия, — Недовольно пробубнил он, глубоко затягиваясь. Саске опасно покачнулся вбок, но Наруто вовремя подтащил его к стеклянной стенке киоска. Продавщица безразлично окинула их усталым взглядом. Трудно, должно быть, работать в Новый Год... — Могли бы и не петушиться хотя бы раз, в новогоднюю ночь, для приличия, — Саркастично передразнил его Нара, забирая пакет с выпивкой. Он посмотрел на Саске немного обеспокоенным взглядом, но получив в ответ совершенно спокойный, тут же потерял ко всему интерес вновь. Наруто показалось, что он у него что-то спросил - и в такой же своеобразной форме получил ответ. Слегка усмехнулся и взял Саске под руку, спрятав бутылку за шиворот, потащил его вперед... Его окружают одни психи — Ну, стоит отдать вам должное: вы все же пришли вовремя. И камень, стоявший поперек глотки, скатился куда-то вниз с гулким эхом. Саске, кажется, тоже облегченно выдохнул - с приходом Шикамару обстановка сразу же разрядилась. Он был для них чем-то вроде нейтрализатора в химической реакции. Наверное, без него они бы так и не добрались сегодня до дома Кибы. Целыми, по крайней мере. Наверное, Наруто был рад тому, что Нара и его жуткий сосед-заноза-в-жопе Саске Учиха начали ладить. Он и раньше замечал, что они понимают друг друга на подсознательном уровне; это, наверное, трудно было не заметить. Он находил их достаточно похожими, хотя те этого совершенно не признавали; может быть потому что это результат банального абсолютного отрицания, а может они делали это чисто из-за своей общей раздражающей вредности. Тем не менее, от того, что они не хотели признавать свою явную схожесть, она никуда не исчезала. Даже наоборот, лишь сильнее проявляла себя. И часто его голову стали посещать очень странные мысли по поводу этих двоих. Раз уж они настолько похожи и им, вроде как, комфортно находиться в обществе друг друга, может стоит... — Что-то вы долго, пацаны, — Киба налетел на них сзади, проливая Наруто за шиворот открытое апельсиновое пиво. Возможно, он бы снова разозлился, если бы не запах перегара, обильно исходящий от странного заводилы. Он выбежал вперед, открывая двери в теплый дом. Он пьяно и медленно окинул троицу взглядом, останавливаясь на Саске — Оу... И кто тебя так, чел? — С лестницы упал, — Безразлично протянул Учиха и поспешил внутрь теплого дома. Киба проследил за ним своим пьяным и ничего не понимающим взглядом. А потом так же пьяно и медленно вернул свой взгляд обратно на Узумаки. Шестеренки в каштановой башке закрутились, и Наруто готов был поклясться, что слышал их усердный гул. Киба удивленно вытянулся и сразу же рассмеялся, хлопая себя по лбу. — Ага-а, знаю я эту твою лестницу! — Чересчур радостно проговорил он, освобождая проход и закрывая дверь за вошедшими. Он прошел вглубь прихожей и собирался скрыться за поворотом — Ну, подтягивайтесь давайте... И пьяная и потная голова Инузуки скрылась за каменным поворотом, ведущим в зал. Шикамару ушел следом за ним. Они с Саске остались вдвоем. Тот осторожно сполз по стенке и начал снимать ботинки. Наруто присел на рядом стоящее мини-кресло. Учихе это явно не понравилось. — Не устраивай цирк, я не маленький ребенок, сам смогу разуться и дойти, — С укором произнес он, продолжая развязывать ботинки. Больше он не смотрел в его сторону. Не став доводить до крайней степени, Узумаки все-таки оставил его в прихожей и ушел к уже вовсю гуляющим ребятам за стенкой. Саске упорно молчал, тяжело дыша, а Наруто... А Наруто почему-то впервые захотелось, чтобы он сказал ему что-то обидное. - Новый прикид Саске заценили все, но после нескольких суровых взглядов, исходящий от Наруто и собственно самого Саске, обращать на это внимание перестали. Вечер проходил хорошо. Даже слишком - за все два часа, что они здесь провели, они с Учихой ни разу даже не перекинулись привычными оскорблениями или гадкими шуточками. Внутри него вдруг возникло доселе незнакомое и очень приятное чувство - чувство того, что его действительно кто-то принимал. То есть... Саске не заострял внимание ни на его странной для Японии внешности, ни на порой идиотском поведении, ни на слишком громком голосе и отвратительном смехе, ни на его идиотских привычках, ни на его полном отсутствии манер, ни на порой очевидной глупости... Учиха ни на что не обращал внимание. Более того - он, кажется, относился к этому как к должному. Как будто он этого даже не замечал... И все это, безусловно подкупало Наруто, который привык к тому, что люди бегут от него как мыши с тонущей лодки; часто его воспринимали как что-то лишнее или грязное, как что-то, что есть в качестве вспомогательной штуки - если его убрать, будет, конечно, тяжеловато, но не критично. Никто не стремился думать о нем как о ком-то серьезном; вечно веселый, легкомысленный, непостоянный и совершенно ни к чему не стремящийся - именно таким человеком он был в глазах тех, кто его окружал. Но Саске... Саске был первым, кто действительно задумался над его словами. Может быть, он тоже считал его конченным раздолбаем, но видел в нем живого человека. И возможно, понимал его немного лучше, чем все остальные. Холодная бесцветная жидкость стремительно наполняла пластиковый стаканчик. Ко всеобщему счастью, Сакура бросила свою затею быть барменом: алкоголь находился в свободном доступе на кухонном столе. Они сидели теперь втроем; остальные ребята вышли во двор, чтобы разобраться с фейерверками. Кто-то успешно проводил свое время возле толчка. Ну а они... Наруто подумал, что хотел бы напоить Саске. До этого он никогда еще не видел его действительно пьяным. И Шикамару согласился ему помочь. По крайней мере, так подумал Узумаки, когда на его просьбу брюнет многозначительно промолчал и не ушел с ребятами настраивать фейерверки. Что ж, это было явным согласием, пускай и не озвученным... Щеки Саске были уже красными. Взгляд совсем слегка помутнел, Узумаки все еще отчетливо ощущал в нем огонек нежеланной трезвости. Что касается его самого, то в голову дало уже после четвертой рюмки; он с трудом старался делать вид, что он все еще держится бодрячком, но, кажется, его плавные и неловкие движения выдавали его с потрохами. Да уж, он и представить себе не мог, насколько сложным это окажется - Саске Учиха был еще тем засранцем, которого, кажется, невозможно споить. — Пей, — Сурово проговорил он, протягивая слегка потряхивающей рукой стаканчик через стол. Саске недовольно скривился, но стаканчик все же перехватил. Наруто не переставал смотреть на него с вызовом, пока наливал очередную порцию и себе - еще немного, и он обязательно что-то придумает. Не может же он проиграть этому придурку — Давай. Вместе... Переглянувшись, синхронно и залпом они высушили стаканчики, сжимая их в руках. Голова закружилась у обоих сразу же, поэтому пришлось немного помочь друг другу не упасть, столкнувшись красными лбами над столом. Шикамару устало вздохнул. — Может, уже хватит?— Осторожно поинтересовался он, но тут же столкнулся с двумя озлобленными и недовольными взглядами. Наруто судорожно потянулся к бутылке и стал спешно наливать себе и Саске, разливая водку вместо стаканчиков прямо на стол. Шикамару еще раз устало выдохнул, нехотя поднялся с кресла и поспешил к столу, отнимая у блондина бутылку — Вам точно хватит. Идите, протрезвейте. Наруто, кажется, совершенно переставший держаться за оставшиеся крупицы трезвости, без жалости отпустил себя в пучину пьного угара и стал неловко смеяться. Что ж, идея выйти и прогуляться сейчас ему очень нравилась. Снег точно отрезвит его и он сможет надрать Учихе задницу. — Точняк, Нара! Ты просто ге-ений, — Лукаво протянул Наруто, возвращаясь взглядом обратно к Саске, который смотрел куда-то в одну точку на столе. Должно быть, пытался сфокусировать взгляд... Что ж, значит, его тоже развезло! Это не могло не радовать — Пойдем, слепим снеговика... — Че? — Сосед, кажется, даже не понял, о чем его попросил Наруто, который уже тащил его через весь праздничный стол в прихожую. Блондина, это, кажется, вообще не волновало - ну, не понял, поймет попозже, уже на улице. Подумаешь...Осталось только его собрать. — Одевайся, — Наруто снял его вещи с кручка и швырнул рядом, на кресле, застегивая собственную куртку. Теперь нужно завязать шнурки - вот это уже намного сложнее. Саске медленно начал пытаться натягивать на себя пуховик — Давай реще, а... Опоздаем! Скоро-о Новый Го-од... Не сказать, что это поторопило его, но по крайней мере Наруто немного успокоился; он успешно выполнил свою задачу покричать на Саске без особой на той причине. Просто потому что он его раздражал... Он посмотрел на с горем пополам обувшегося Саске с расстегнутой нараспашку курткой и закатил глаза, помогая ему застегнуться. Или все-таки нет? Они вышли во двор. Обходить его стало внезапно лень - на морозе все и без того трудно дающиеся движения стали еще более некомфортными, поэтому они стали лепить снеговика недалеко от входа. О, это было занимательно! Саске выглядел как настоящий ребенок, пытаясь скатать огромный снежный ком, который то и дело норовился расколоться на две части. Наверное, он впервые видел его настолько эмоциональным: грусть, радость, отчаяние, надежда - все это с короткой перезарядкой выскакивало на его красноватом лице, заставляя Наруто безотрывно наблюдать за его действиями. Что ж, он должен признать - Учиха иногда может быть даже немного милым. И это только потому что он напился? Спустя полчаса, они с горем пополам все-таки достроили снеговика. Получился он даже симпатичным; Наруто накинул на него свой полосатый шарф и даже притащил из дома огурец, который послужил снеговику кривым носом - морковки, к сожалению, не нашлось. Но была ли в этом какая-то разница? Он свалился на задницу прямо на снег, рядом с Саске. Они смотрели на снеговика. — В детстве я обожал лепить снеговиков. Ждал зимы только ради этого, — Тихо проговорил Наруто, прикрывая глаза. Воспоминания из детства медленно просачивались в его голову вместе с трезвостью. И он не знал теперь, было ли это хорошо — Однажды, я весь двор ими застроил. Просидел с ними весь вечер. Это, разумеется, никому не понравилось. Помню, мне даже за это влетело от воспиталки... И потом мне запретили их лепить. Ну я и перестал. Саске нахмурился. Он, кажется, все еще не протрезвел; взгляд его был мутноватым, а щеки по-прежнему ярко блестели в тусклом свете фонарей. — И чем они тебе нравились? Совершенно бесполезные... — С какой-то досадой проговорил он, вновь обращая свой взгляд к ледяному другу. — Действительно... Ну, если не снеговики, так игрушки... Нужно было с кем-то дружить, в конце концов. Снеговики, по крайней мере, не отворачивались и периодически не терялись... Саске недовольно забурчал под рукой и покачнулся. Да, он точно все еще пьяный. Возможно, запьянел еще больше, раз начал разговаривать. Что же, получается, Наруто выполнил свою миссию на этот вечер? Победа совсем не ощущалась как победа. Скорее как что-то само собой разумеющееся. И с каких пор оно так?.. — Ну, они растают однажды, — Продолжил Саске, внезапно поворачиваясь к Наруто. Он смотрел на него немного отчаянно и как-то... Жалобно? — А я нет. Ну, точно... Он же пьяный. Если бы Узумаки знал, что он так себя ведет - они бы пили до отключки каждый божий день. Оказывается, желание сломать нос Учихе иногда может утихать. Разве не круто? — Ага, — Наруто слегка улыбнулся, наблюдая за эмоциями сидящего напротив брюнета. С Саске было как-то спокойно. Сейчас. То есть... Ему не приходилось волноваться о том, что он может получить по голове или еще что-то. Не нужно было думать над словами... Саске, наверное, сейчас вообще его не понимал - это ему и в трезвом состоянии, кажется, давалось тяжеловато. Но все же давалось. И Наруто подумал, что раз его идиотский сосед в говно, ему можно быть чуть более откровенным — Круто, что наша дружба никогда не растает. Входная дверь хлопнула и ленивый шаги прохрустели к заднему двору. Наруто подумал, что это был Шикамару - если он вышел, значит, скоро будут куранты. Пора собираться. Он наклонился вперед, чтобы встать, но чужая рука внезапно схватила его за капюшон и потянула обратно. — Закрой глаза. Тихий шепот, проскользивший мимо ушей теплым и сладким дыханием, выбил Наруто немного из колеи. Время стало каким-то тяжелым и слишком медленным, звуки внезапно потухли, а кругозор сузился лишь до смольных глаз напротив, которые уже не казались дурными. Все было не так... Все было совершенно наоборот. Саске смотрел на него слишком уверенно, слишком тяжело для того, кто ничего не понял и в то же время слишком легко, как будто бы... Мысли сплавились в одну нечитаемую жижу, разливаясь диким жаром где-то на задворках сознания. Чужое дыхание было просто обжигающим, Наруто видел в этот момент чужие приближающиеся красноватые губы с небольшими ранками в уголках, и ничего не мог сделать. Или не хотел. Это было слишком опасно и когда он хотел сказать хоть что-нибудь, чтобы предупредить о том, что Саске переходит грань и играется с огнем, чужие колючие губы накрыли собственные и Наруто отключился. Саске целовал его медленно, тягуче, немного отчаянно и слишком нежно даже для самого себя; Наруто забылся, прикрывая глаза и поддаваясь на встречу, скользя горячим языком по прохладным острым зубам Саске. Невыносимо. Слишком жарко. Слишком хорошо. Он схватил Учиху за обе щеки и тот протяжно заскулил прямо ему в рот. Поцелуй понемногу перерастал в борьбу, они вгрызались друг дуруг в десна, больно дергали за волосы и утробно рычали каждый раз, когда соприкасались кровавыми языками. Наруто окончательно потерял рассудок, плавясь под ледяными губами Саске. А Саске... Вдруг все вокруг загрохотало. Миру вернулись привычные краски, какофония из разных звуков разрезала реальность и больно сдавила уши. "С Новым Годом!" - кричали их друзья на фоне разрывающихся в небе фейерверков. Саске отстранился первым, с пошлым чмоком, оставляя за собой тонкую ниточку слюны. Наруто тяжело дышал, пытаясь сфокусировать свой взгляд. Ничего не выходило: Саске был слишком близко. — Ага, — Тихо, почти шепча, проговорил он, продолжая смотреть на потерянного Наруто. Что ж, когда же ему влетит за это? Саске не стал дожидаться и поднялся с чуть подтаявшего снега, отряхая задницу — Круто. И ушел. А Наруто внезапно отыскал в себе дикое желание нажраться в хлам. Так и начался его новый, совершенно непредсказуемый год. - Узумаки сидел напротив унитаза и... Блевал. Что же, такой расклад событий был вовсе не удивителен - он вылакал в одиночку всю водку, что была в запасном баре Кибы, и единственное, что ему хотелось сейчас - умереть. И больше ничего не чувствовать. Он отчаянно заскулил и лег на пластиковый ободок. Голова гудела. Саске стоял за дверью. Пожалуй, от него ему хотелось блевать намного больше, чем от сраной водки. — Хуево, — Прохрипел Наруто, протягивая руку в откртую щель. Сейчас ему было слишком хуево, чтобы думать о том, почему он так надрался. Сейчас ему в принципе не хотелось думать ни о чем. — Что? — Тихо поинтересовался Саске, протягивая ему бутылку с водой. И какого хуя он вообще стоит здесь? Наруто жадно отхлебнул из бутылки и его желудок тут же вновь вывернуло наизнанку. Хотя... Возможно, во всем есть свои плюсы. — Хуево ты сосешься, Учиха, — С издевкой протянул Наруто, вновь присасываясь к бутылке. Саске многозначительно промолчал, продолжая стоять за дверью — Иди ты на хуй. Но Саске никуда не ушел, лишь подал еще одну бутылку с прохладной водой. Какая преданность... Наруто подумал, что больше никогда в своей жизни не станет спаивать своего недалекого соседа-педика. Слишком чревато.