Король и Вор

«Почему я должен тебе верить?» И правда почему? В глазах акирийца всё выглядело как смена настроения по методу кнута и пряника: сначала король бросил его в темницу, ранил и избил до полусмерти, а на следующий день вдруг пришёл признаваться в любви. Нет ничего удивительного в том, что Риас воспринял всё так холодно. Но если он и правда вор, то, возможно, удастся соблазнить его золотом. — Знаешь, я ведь король и могу дать тебе всё, что захочешь. Только скажи, чего желаешь, и это станет твоим. — И что ты попросишь взамен? — спросил он хрипло. «Тебя». — Ничего, — хитро улыбнулся Дариан, решив, что парень на всë согласен. — Это будет моим подарком тебе. Риас изящно приподнял бровь, пронзая своим зелёным взглядом. Какое-то время он задумчиво молчал, затем всё же ответил: — Я до смерти хочу выбраться отсюда. Сердце Дариана замерло. Предлагая выполнить любое желание, он думал, что акириец захочет роскошной, безбедной жизни во дворце или чего-то подобного. А вот отпускать его король не хотел. Риас тяжело вздохнул и уставился в пустую стену. — Я ни дня больше не выдержу прикованным в этой комнате. Дариан бросил быстрый взгляд на бледное лицо напротив. Комната? Так речь идёт всего лишь об этой комнате? Король невольно осмотрелся: бежевые стены, светлый каменный пол, два небольших окна, немного простой мебели. Не такая, как темница, конечно, но и несильно отличается, если ты прикован к кровати цепями. Он позволил своим инстинктам оценить ситуацию. Решение освободить потенциального преступника принесёт больше неприятностей, чем чего-то хорошего, но король решил рискнуть. Даже несмотря на ту ненависть, которая всё ещё таилась в глубине этих зелёных глаз, и великую вероятность, что всё кончится плохо, Дариан хотел доверять Риасу и заслужить его доверие в ответ. Он развернулся и молча вышел из палаты, чтобы через некоторое время вернуться с ключами. — По закону ты должен быть в темнице за то, что влез в мои покои, — сказал Дариан, войдя в палату. — Но я в настроении дать тебе то, что ты хочешь, если ты не покинешь дворец. Зелёные глаза смотрели с настороженностью, но голова медленно кивнула, соглашаясь с условиями короля. Когда Дариан направился к нему, Риас поднялся на кровати и сел. Простынь соскользнула с его обнажённой груди на бедра, открывая взору короля светлую кожу и тугие твердые мышцы под ней. На нём не было ничего, кроме кулона на шее и бинтов. Дариан представил, как стягивает эту простынь с тела акирийца, чтобы иметь возможность рассмотреть его полностью. Пристальный взгляд преступника опасно сузился, будто он догадывался, о чём думает король. Дариан сделал невозмутимое лицо и подошёл к изголовью кровати. Затем аккуратными движениями, стараясь не касаться светлой кожи акирийца и унять дрожь в собственных руках, он снял кандалы сначала с одной, а затем и со второй руки. Получив относительную свободу, Риас сделал глубокий вдох, а в следующий миг его кулак прорезал воздух и с силой впечатался в подбородок ошеломлённого короля. — Это тебе за радушный прием в темнице, — выплюнул Риас, после чего медленно лёг обратно, не сводя глаз с короля. Видимо, несмотря на слабость, у него кулаки чесались, и для этой маленькой мести он и попросил свободу. Король вытер кровь с губы тыльной стороной ладони. «Вот тебе и слабый пациент, от которого нет никакой угрозы», — подумал король. — Позволь тебе напомнить, что я спас тебе жизнь и только что освободил. Я думал, что это заставит тебя забыть старые обиды. Акириец только хмыкнул. Король решил внести ясность и показать, кто здесь главный. Он угрожающе навис над Риасом, поставив руки по обе стороны от его головы. Дариан молча смотрел вниз на удивлённое, красивое лицо и понимал, что излишний напор может всё испортить. Однако король не мог отказать себе в удовольствии подразнить его. — Ты что делаешь? — раздражённо спросил Риас. — Наверное, ты не до конца понимаешь ситуацию, — вкрадчиво произнес Дариан. — Я король. — Я в курсе, что ты король. Судя по всему, его королевский статус не производил особого впечатления на вора. — И как я уже сказал, ты мне нравишься, — сказал Дариан неожиданно охрипшим голосом, переводя взгляд то на глаза, то на рот своего пленника. Губы Дариана изогнулись в дразнящей и распутной улыбке, и он наклонил голову, собираясь поцеловать акирийца. — Прекрати! — вздёрнув подбородок, Риас впился в него сердитым взглядом, пытаясь оттолкнуть руками. Дариан не сдвинулся с места. Он крепко сжал забинтованные запястья, вдавливая их в кровать над головой брюнета. Акириец лежал под ним: обнаженный, с горящими глазами, задыхающийся от ненависти. Но вырваться он не мог. — Немедленно отпусти меня! — свирепый рык только сильнее распалил короля, и он рефлекторно усилил хватку. Дариан знал, что может делать с акирийцем всё, что захочет, и никто не сможет ему помешать. В следующее мгновение его губы с силой прижались к напряженным губам Риаса, который застыл от неожиданности, стиснул зубы и зарычал. Дариан хотел преподать ему урок и сильно укусил его за нижнюю губу. Почувствовав вкус солёной крови на языке, король чуть отстранился. Самодовольно улыбаясь, он смотрел в горящие недобрым огнем зелёные глаза. — Думаю, тебе пока рано нарушать постельный режим, — с этими словами он защелкнул кандалы. Риас тяжело дышал от злости и молчал. Когда король отошёл на безопасное расстояние, он окинул взглядом ошеломленного акирийца и с удивлением обнаружил поднос с едой, который всё ещё стоял у него на коленях. Дариан нахмурился. Ему не нравилось, что акириец отказывается от еды. Король позвал прислугу, отдал остывшую кашу и распорядился принести завтрак в палату. Риас ничего не возразил, продолжая угрюмо молчать. Через какое-то время принесли поднос с миской ароматного супа и парой кусочков хлеба на блюде. Служанка поставила всё на табурет возле кровати и ушла. Дариан взял стул у стены, притащил его к кровати и сел, упёршись локтями в колени. — Будешь есть сам или тебе помочь? — Что ты пристал ко мне? Неужели королю больше заняться нечем? — У меня сотня забот, и ты главная из них, — Дариан взял тарелку супа и размешал его ложкой. — Ну так что? Кормить тебя с ложечки? Повисло напряжённое молчание. — Не думаю, что твоё эго это переживет. — Дариан зачерпнул ложкой суп, пробуя на вкус и температуру. Риас перестал изображать часть интерьера, принял сидячее положение и удивлённо уставился на короля. — Ты что делаешь? — Ты же не собирался есть. Или передумал? — Но ты ведь король… — До тебя только дошло что ли? — И ты так спокойно ешь еду, предназначенную мне. Может она отравлена? — Риас смотрел на него так, будто Дариан сейчас должен упасть замертво от ложки супа. — Серьезно? Ты тарелки супа боишься? — Нет. Но твой предшественник — король Юлиус... Тебе сказали, что он умер во время завтрака? — Мой дядя? Сердце слабое, вот и умер. — Дариан пожал плечами. — Я думаю, его отравили. Ему же и сорока не было, и на сердце он никогда не жаловался. — Откуда тебе знать? А не ты ли тот человек, что хотел его смерти? — Вообще-то, я думал, что это ты его убил. — Что!? Почему? — Не знаю, может быть это из-за того, что ты сейчас сидишь на троне, а четверо твоих родственников лежат на дне холодных могил. Это совпадение? Дариан ошеломлённо уставился на Риаса, не зная, что и ответить на такое обвинение. — Как я вижу, ты неплохо знаешь последние новости и в курсе сплетен. Но ответь мне на вопрос. Что ты всё-таки делал в моем кабинете? Последовал момент молчания, и дурное предчувствие посетило Дариана. — Что ты делал в кабинете? — уже настойчивее повторил он. — Прятался, — медленно произнес Риас, чувствуя повисшее в воздухе напряжение. — Я совершенно случайно попал туда. Затем я услышал, как вошли слуги, и понял, как это могло выглядеть со стороны, поэтому спрятался в кабинете. А потом пришёл ты и обнаружил меня. — Ты меня за идиота держишь? — прорычал король. — Нет. Во время затянувшейся паузы стало ясно, что либо Дариан получит правдоподобное и простое объяснение, пусть и далёкое от истины, либо уйдёт вообще ни с чем. — Ну, допустим, что ты там прятался. Но ты что ли собирался там всю ночь провести? — Я планировал уйти сразу, как только слуги покинут спальню. Я не думал, что ты так рано вернёшься и спать ляжешь. Юлиус никогда от державных дел не отлынивал и рано не ложился. — Что? Уже глубокая ночь была, — проворчал король. — Был вечер. Наступила пауза. Риас устало выдохнул. Было видно, что все эти разговоры его изрядно вымотали, и Дариан решил оставить его в покое. — Наверное, я лучше пойду, чтобы ты мог поесть и... — Дариан внезапно запнулся. — Подожди. Ты сказал, что мой дядя всегда засыпал поздно ночью. Откуда тебе это известно? Риас открыл глаза и встретился взглядом с королем. И Дариан всё понял, глядя на это красивое лицо и тело. Всё было действительно очевидным. Риас был любовником его дяди. Вот поэтому он и находился во дворце, был хорошо одет, был безоружен и хорошо знал все привычки покойного короля и детали из жизни семьи. Но что-то было не так. Дариан чувствовал что-то особенное в нём и почему-то был уверен, что Риас не из тех, кого может заинтересовать сорокалетний толстячок. Хотя, возможно, Юлиус заставил его или взял силой. — Ты спал с ним из-за того, что он король или он угрожал тебе? У Риаса отвисла челюсть.