Столкновение миров

После нескольких часов непрерывного пути, Арагорн дал сигнал к привалу. Наше путешествие длилось уже несколько дней и, учитывая наши предыдущие переходы, организм вполне освоился с нагрузками. Кроме того, я научилась использовать время с пользой и вместо активности Тьяры и Майка, которые стали носиться за хоббитами среди камней, играя в своеобразные догонялки, уселась возле одного из каменных валунов, прислонившись к нему спиной. Откинув голову в капюшоне, я подставила своё лицо солнцу, правда прохладный ветер обламывал весь кайф. Осень правомерно вступила в свои права и я лишь поплотнее засунула руки в рукава презентованного в Лихолесье плаща. Именно в этом одеянии я отправилась в поход, чем вызывала весьма заинтересованные взгляды некоторых участников. Цветовой расцветкой одежды и мелкими атрибутами, вроде пуговиц на плаще, мы с Леголасом составляли тандем. Хочешь — не хочешь, а во время похода приходилось общаться с остальными участниками, с Леголасом в том числе. Чаще всего это «общение» ограничивалось ничего не значащими фразами, типа «Доброе утро» или протянутой рукой, когда он помогал всем остальным взбираться по крутой тропинке, но порой, когда мы оказывались с ним рядом, я ловила на себе странные взгляды окружающих. Насмешливый — Тьяры, задумчивый — Гэндальфа, ироничный — Арагорна. И если первый раздражал, то остальные два заставляли задуматься над тем, что Арагорну и Гэндальфу известно что-то, чего не ведомо мне. Гэндальфу я не верила ни на йоту, а вот в Арагорне разочаровываться не хотелось. Новый порыв ветра окутал меня запахом дыма от разведённого костра. Гимли как всегда бормотал что-то о еде, честно говоря, о еде гном говорил намного чаще, чем о самих гномах и вероломстве эльфов, Тьяра и Майк помогали Арагорну с обедом, сегодня они были дежурные по очагу. Слушая стук мечей, смех Боромира, болтовню Гимли, я прикрыла глаза и вернулась к своим размышлениям. Как только мы вышли за пределы Ривендэлла, летние пейзажи остались позади. Дыхание осени чувствовалось в увядающей растительности, проносимых ветром жёлтых осенних листьях, холодных потоках воздуха. Ривендэлл, благодаря своим горячим источникам сохранивший вечное лето, заставил нас забыть о течении времени, а между тем, пока мы ждали, когда оправится от раны Фродо, пока готовились к походу, оно шло и шло. Чуть сморщив нос, я пыталась просчитать какое количество времени за этот период, проведённый в Средиземье, прошло в нашем мире, но мысли путались и в очередной раз начав расчёты сначала, я вскоре упустила и эту попытку, погрузившись в блаженную дрёму. Впрочем, из этого состояния меня весьма бесцеремонно вытащили, схватив за шкирку и проволоча по земле, ветки кустарника прочертили по лицу, перед глазами мелькнули светлые волосы, меня придавили к земле, небо скрылось. — Что за… — рот тут же был закрыт тёплой сухой ладонью. — Тш-ш-ш, — раздалось над моим ухом, и я ощутила дыхание на щеке. Тяжело дыша, я пыталась оценить обстановку. Я лежала на спине, придавленная к земле чьим-то телом, щёки и шею щекотали волосы и потому что они свисали сверху, стало ясно, что не мои, нас с головой накрывал плащ, и это несколько затрудняло дыхание. К тому же в спину просто клещами впивались щит, лук и колчан со стрелами, которые Элланд заставил меня взять с собой. Я попыталась пошевелиться, но это привело лишь к новым неприятным ощущениям в спине. — Тихо, — снова раздалось у меня над ухом, и я узнала голос. Принц датский! Ну, кто же ещё! Над нами послышалось хлопанье крыльев и крик птиц, похожий на воронье карканье. Я затихла, Леголас осторожно, практически невесомо, отнял ладонь от моего лица. От него немного пахло дымом и уже привычным запахом дождя, мокрой корой деревьев и листвой. Почему именно так? Чуть повернув голову, я почувствовала лёгкое соприкосновение. Мы касались щекой друг друга, и его дыхание обжигало мне шею. Леголас чуть поднял голову, и его лицо оказалось напротив моего практически вплотную, наши дыхания смешивались. Смотря ему в глаза, я практические перестала дышать, казалось ещё миллиметр и наши губы соприкоснутся. — Леголас? — послышался откуда то голос Арагорна. — Леголас! Миллиметр был ликвидирован, его чуть шероховатые губы легко прошлись по моим лёгким полукасанием, скользнули по щеке, затем легко поднявшись на руках, эльф отстранился и откатился в сторону. Сквозь ветки над моей головой я увидела бегущие по небу облака и судорожно глотнула прохладный воздух. — Руку давай, — совершенно спокойно сказал принц и, ухватив меня за запястье, вытащил из-под веток. Поднимаясь, я не смогла сдержать стон от боли в спине, осторожно закинув руку за спину, поправила колчан со стрелами и щит. Эльф нахмурился, глядя на эти действия. — Предупреждай в следующий раз, — простонала я, выходя из-за валуна под которым мы прятались. — О чём? — спросил он, придержав меня за локоть и заглядывая в глаза. — О намерении переломить мне позвоночник, — тихо выдавила я, теряясь в его глазах. — Ладно, — Леголас всё ещё держал меня за руку, — в следующий раз — предупрежу, — его взгляд спустился на мои губы. — Леголас! — снова позвал Арагорн, и эльф направился к нему. — И что это сейчас было? — с интересом заправского желтопрессного журналюги, набросилась на меня Тьяра, от которой, видимо, не скрылась последняя сцена. — По ходу у нас проблемы. — У нас или у тебя? — выгнула бровь Тьяра. — Совесть, утихни, — отмахнулась я от неё. — Мне ему всё лишнее сейчас отрезать? — совсем не кстати влез Гимли со своей секирой. — Не знаю, не знаю… — задумчиво ответила я, смотря как Леголас, Гэндальф и Арагорн что-то обсуждают, и раздумывая над тем, считать то, что было под плащом попыткой поцелуя или он так неудачно с локтя соскользнул. — Давай подождём, Гимли, — усмехнулась Ти, — вдруг это лишнее на что-нибудь да сгодится. Пробубнив себе под нос «язва белобрысая» я от греха подальше отошла к Майку и хоббитам. Мы практически сразу отправились в путь. Гэндальф объявил, что проход на юг находится под контролем Сарумана и нам придётся идти через Карадрас. Энтузиазма в его голосе было маловато, и вскоре я поняла почему. Я, конечно, любила горы, но явно не покрытые снегом и льдом. Ужасающий ветер сносил с ног, кроме того я постоянно проваливалась в снегу. Я с завистью смотрела на Леголаса и Тьяру, которые словно лёгкие пёрышки передвигались по снеговому покрову, оставляя лёгкие следы. — Как тебе это удаётся? — поинтересовалась я у сестры. — Шоколадных батончиков надо меньше жрать было, — припечатала Тьяра и потрусила дальше за остальными. Я постаралась по её примеру сделать несколько шагов и снова провалилась по пояс в снег. Перед моим носом появилась рука в перчатке с обрезанными пальцами. Я вздохнула и подняла голову. — И долго так сидеть будем? — поинтересовался Леголас, — ну давай же, не будь врединой. — Да, в вас с Тьярой определённо есть что-то общее, — я подала ему руку и позволила вызволить из снежного плена. — И что же? — спросил он, помогая отряхнуться. — Вежливое хамство, — прокомментировала я. — Раньше я думала, что талант так обхамить человека, что и придраться то не к чему, принадлежит только ей. Ты вторая личность в этом роде. Он усмехнулся и потянул за ремень на моём плече, на котором держался колчан со стрелами. — Давай я понесу. Я поджала губы и перехватила его руку за запястье. — Давай, — повторил он, — я к этому привычный, а тебе будет проще. Ну, давай же, Эстэль, — он снова дёрнул за ремень. Так странно, он первый раз назвал меня по имени. Отпустив его запястье и стараясь смотреть в сторону, я позволила ему снять с меня лук и колчан. Леголас легко перебросил ремни через плечо, пополнив свой комплект вооружения. Идти действительно стало легче, но в снег я всё равно проваливалась. После заминки, когда мы ждали Фродо, Арагорна и Боромира, которые отстали, мы снова двинулись в путь. Небо над головой казалось таким тяжёлым и тёмным, что незримо меня словно вдавливало в снег. Вскоре мы снова застряли: тропа впереди была завалена снежными глыбами. Пока «взрослые» толпились впереди, решая что делать, мы с хоббитами уселись у скалы, на которую взбирались как по серпантину. Подняв вверх голову, я заметила небольшой каменный выступ. Я поднялась и отошла практически к краю тропы, на которой мы находились сейчас, и попыталась лучше рассмотреть выступ над нашими головами. — Что? — спросил Майк и подошёл ко мне. — Мы ведь собираемся подняться именно туда, только по тропе. Я правильно понимаю? — Вроде да, ты что задумала? — У Сэма, кажется, была верёвка? К моему великому удивлению забросить петлю на выступ удалось с первого раза. Никогда не поднималась по заснеженной поверхности, но всё когда то бывает в первый раз, немного мешали меч и щит, но я справилась. Я оказалась права, здесь наверху тропа имела продолжение. Улыбнувшись, я посмотрела вниз: вверх уже поднимался Леголас, и он не улыбался. Я внимательно следила за креплением верёвки, ожидая, когда эльф поднимется. Вот его рука обхватила каменный выступ, я протянула руку, чтобы помочь подняться, но была проигнорирована. Он легко поднялся и теперь смотрел на меня, зло прищурившись и поджав губы. — Что не так на этот раз? — вздохнув, поинтересовалась я. — Что я сделала плохого? — Ничего, — в тон мне вздохнул он, — просто в следующий раз предупреждай меня. — О чё… — Мне никто помочь не хочет? — перебил меня Майк, показываясь над каменным выступом. Вместе с Леголасом мы вытащили его на тропу. Следующим шёл Боромир, поднявшись, он улыбнулся мне и одобрительно кивнул, на что Леголас не вполне вежливо фыркнул. Именно фыркнул, я удивлённо на него уставилась, но эльф снова меня проигнорировал. Наконец, внизу остались лишь Гэндальф и Гимли. — Н-да, про этих я как то не подумала, — протянула я, удручённо рассматривая две фигурки внизу. — Ты плохо знаешь Гэндальфа, — хмыкнул Арагорн, — а вот Гимли это действительно проблема. Гэндальф поднялся не так быстро как скажем Леголас с Арагорном, но явно быстрее Тьяры и хоббитов. Настала очередь Гимли. — Обвяжи себя верёвкой, мы вытянем, — крикнул ему Арагорн. — Не смей мне указывать, — донёсся до нас гневный голос гнома. — Гномам ещё никто не указывал, что им делать. Упрямый Гимли начал подниматься сам. Гэндальф лишь покачал головой, остальные пока немного стих ветер, устроили небольшой привал. Леголас надвинув на голову капюшон и закутавшись в свой плащ, делал вид, что спит. Мы с Тьярой и Арагорном следили за подъёмом Гимли. — А может его чуточку подтянуть? — спустя время предложила Ти. Арагорн лишь улыбнулся и покачал головой, и я его поддержала. — Тогда он уже нам оттяпает кое-что лишнее. Вскоре Тьяре надоело стоять на ветру, и она отошла к ребятам. Наконец, нашим ожиданиям и мучениям гнома подошёл конец, он практически добрался до вершины, но его коротких гномьих рук, не хватало, чтобы ухватиться за выступ. Нам же было весьма трудно ухватить его, руки соскальзывали со шлема и кольчуги, а от верёвки он рук больше не отрывал, боясь свалиться. Подошедший Леголас внёс дельное предложение. — Да вытяните вы его за бороду и дело с концом. — Я ни одному эльфу не позволю дотронуться до своей бороды! — гневно заорал в ответ Гимли. Мы с Арагорном переглянулись друг с другом, и синхронно нагнувшись вниз, схватили злосчастного гнома за рыжую бороду и потащили вверх. Гимли, гневно трясясь, отряхивался от снега, Арагорн сматывал верёвку, а я отошла подальше от обиженного гнома. — Пора продолжить путь, — Гэндальф старался перекричать поднимающийся ветер, — не нравится мне всё это. Я прикрепила пояс с мечом и взялась за щит, который был легко перехвачен Леголасом. Эльф развернул меня спиной к себе и стал крепить щит. Затем его руки легли мне на плечи, и он чуть притянул меня к себе. — Не волнуйся, — услышала я его шёпот, — я ни за что не скажу гному, что эльфийская рука уже осквернила его бороду. — Я не эльф! — так же тихо прошипела я, разворачиваясь, но увидела лишь спину лихолесца, который легко передвигался по снежному покрову. Спустя пару часов из-за кружащегося вихрем снега практически ничего не было видно. Кроме Леголаса все продвигались по пояс в снегу. Арагорн, Боромир и Майк тащили на себе хоббитов. Мы с Тьярой плелись в хвосте, попутно пихая в спину охающего Гимли, который крыл гномьим матом всё, на чём свет стоит. К нам то и дело возвращался Лелогас, по очереди вытаскивая Ти и меня из снега. Гном от помощи эльфа упорно отказывался, тряся головой и тараня снежный покров. — Хоть бы бороду свою пожалел, — прохрипела Тьяра. Я устало осела в снег и улыбнулась. Борода Гимли действительно была вся в снегу и представляла собой нечто из слипшихся сосулек грязно рыжего цвета. Гном постоянно выдёргивал её из снега, грозя выдрать напрочь. Ушедший вперёд Леголас остановился у края тропы и прокричал: «Что за злобный голос?» — Это Саруман, — ответил Гэндальф. Сквозь ветер действительно слышались какие то слова. Сверху полетели ледяные камни, один из них упал недалеко от нас с Тьярой, обдав волной снега. Гэндальф стал что-то кричать в ответ. Мы с Ти вытащили из снега Гимли и прижались к скале. В снежный навес над нами ударила молния, нас накрыло лавиной снега вперемешку со льдом. Я сжалась в комок под толщей снега и льда и попыталась вспомнить уроки по безопасности, на которых рассказывали как вести себя при сходе лавины. На ум ничего не приходило, я попыталась распрямиться. Меня подхватила чья — то рука и я увидела свет и лицо Боромира. — Живые? — прохрипел он, встряхивая меня и Тьяру. Я лишь кивнула, стуча зубами. К нам практически по — пластунски подполз Майк и устало выдохнул, увидев наши тщедушные тушки, торчащие из снега. — Я испугался, что вас снегом смело вниз, — выдохнул он. — Ну, ч-что т-ты, — трясясь, прохрипела я, — как мою откормленную ш-ш-шоколадными б-батончиками тушку могла сдвинуть ка-какая то горстка снега. Тьяра открыла было рот, но тут же закрыла, не найдя что ответить и лишь устало махнула рукой. — Нужно вернуться назад, пройти через врата Рохана и дальше через мой город, — прокричал Боромир Гэндальфу. Ему возразил Арагорн. К спору подключился Гимли, что-то крича о Мории. — Мория… Мория… — Что ты там бормочешь? — спросила Тьяра. — Мория. Там находится один из четырёх порталов, и он как раз сейчас действует. Мы с ребятами переглянулись. — Пусть решит хранитель кольца, — сказал тем временем маг, и все уставились на Фродо. «Взрослые, — подумалось мне, — а как маленькие, перекладывают с больной головы на здоровую». Тем не менее, я так же как и все, с надеждой смотрела на Фродо, ожидая его решения, пожалуй, больше чем Гимли. — Мы пойдём через копи, — ответил маленький храбрец. Я откинула голову, подставляя лицо жалящим кожу снежинкам, и улыбнулась. Меня тронули за плечо, я повернулась. Ти чуть кивнула в сторону. На краю заваленной снегом тропы стоял Леголас и пристально смотрел на нашу троицу. Похоже, не только Гэндальф не хотел идти через Морию, и, смотря на Леголаса, я понимала, что это не только потому, что эльфы избегают подземелий. Спуск с вершины прошёл без особых эксцессов и намного быстрее, чем подъём. Привалов практически не делали, стремясь убраться с Карадраса и от взоров шпионов Сарумана. И чем ближе мы подходили к владениям Мории, тем больше мне становилось не по себе. Здесь было мрачно, бесцветно и затхлый воздух сдавливал грудь. — Стены Мории, — торжественно объявил Гимли. — Здесь просто всё сквозит добротой и гостеприимством, — прокомментировала Тьяра. Проходивший мимо Леголас, провёл Тьяру по плечу в ободряющем жесте и выразительно хмыкнул. Лунный свет осветил врата, и я услышала тихий свист Майка за спиной. Это действительно было красиво. Но красивая дверь, запечатанная каким то паролем никак не хотела открываться. Поняв, что мы в очередной раз застряли, Тьяра достала изрядно поистрепавшийся блокнот и стала зарисовывать витиеватые рисунки, что покрывали каменную дверь. Майк сел рядом с ней, откинув голову ей на колени. Я уселась на небольшой камень поодаль от них и покосилась на воду. Леголас заглянул через плечо Тьяры на её рисунок и улыбнулся, Ти подняла голову и улыбнулась ему в ответ. В сердце что-то кольнуло. Эти двое действительно были похожи, и чем больше я видела их вместе, тем больше подмечала схожие черты. Движение в воде заставило меня отвлечься от Тьяры и Леголаса. Это просто вода волнуется от развлечений Мэрри, успокоила я себя, но нервозность не пропадала. — Что случилось, — спросил Леголас, присаживаясь передо мной на корточки. Я вздрогнула. — Я такой страшный, — выгнул он бровь. — Нет, — тихо ответила я, — просто не слышала, как ты подошёл. Я вновь бросила взгляд на воду. — Эстэль? — Леголас проследил за моим взглядом. — Я обычно люблю быть уводы, это меня успокаивает. Но здесь… — я нервно повела плечом и отвела взгляд в сторону. У Гэндальфа всё ещё ничего не получалось. — Скажи, а почему на дверях во владения гномов надписи на эльфийском? Леголас вздохнул и промолчал. — Мне спросить об этом у Гимли? — Пожалей гнома и наши нервы, — фыркнул Леголас и я тихо рассмеялась. Эльф затих и изумлённо на меня посмотрел. — Что? — спросила я, глядя на его удивлённую моську. — Ты так редко это делаешь… улыбаешься, — пояснил лихолесец. Я смутилась и пожала плечами. — Просто поводов радоваться нет, так почему надпись эльфийская? — Потому что когда то, очень-очень давно гномы вполне мирно уживались с эльфами.- Леголас встал и посмотрел на меня сверху вниз, — быть может, я как нибудь расскажу тебе о том времени, если конечно успею. — Эльф не отводил от меня взгляд. — Вам же самим станет легче, — возразила я его безмолвным словам, — сбросите балласт. — А кто сказал, что я кого-то считаю балластом? Я проследила за направлением его взгляда и уткнулась глазами в спину Тьяры. — Ты ведь её отпустишь? Ответа я так и не дождалась, так как на Гэндальфа с Фродо нашло озарение, и врата Мории начали открываться. Вслед за остальными я зашла внутрь. В лицо дохнуло затхлостью. Гимли заливался соловьём, расхваливая гостеприимство гномов. Под ногой что-то хрустнуло, я замерла, рядом остановились Тьяра и Майк. Когда Гэндальф зажёг огонь своего посоха, я, наконец, увидела на что наступила и открыла рот в безмолвном крике. — Гимли, ты не говорил, что твои родичи каннибалы, — пропищала рядом Тьяра. Но Гимли её не слышал, продолжая вещать. — …они называют это копями, шахтами… — Это не шахты, это склеп, — более громко прервал его Боромир. Наконец и Гимли увидел то, что мгновениями ранее увидели мы: усыпанный костями пол. — Гоблины! — услышала я окрик Леголаса. Майк дёрнул нас с Тьярой, заводя себе за спину, вслед за Арагорном и Боромиром доставая меч. Шаг за шагом мы отступали назад, когда услышали сзади крик Фродо, а затем Сэма. Арагорн, Боромир и Леголас бросились к дверям. — Отведи их назад, — бросил Майку Леголас, пролетая мимо нас. Из воды взметнулся десяток огромных щупалец, которые старались перерубить Арагорн с Боромиром. Леголас стоял у самой кромки воды, посылая в чудовище стрелу за стрелой. — Все назад, — прокричал Боромир, и Майк потянул обратно в темноту гномьего склепа. — Леголас! — прокричала Тьяра, вырываясь из руки Майка, тянущую её дальше в темноту каменных сводов. — Леголас! Упрямый эльф до последнего стрелял в неведомое чудовище и только когда то начало выползать из воды, побежал вслед за нами. Гигантские щупальца ухватились за каменные стены, те начали сотрясаться и вот каменный свод обрушился, погребая под собой чудовище и отрезая нам путь на волю. Нас окутала темнота. Гэндальф снова зажёг огонь, и мы осмотрелись. Все были здесь и вроде живы. Тьяра сбросила с плеча руку Майка и, подойдя к Леголасу, залепила тому звучную пощёчину. — Идиот, — прошипела она и отошла к хоббитам. — Заметь, это не я сказала, — бросила я, проходя мимо эльфа, недоумённо потирающего щёку. — Это она от нервов, — услышала я за спиной голос Майка, — я когда после аварии на байке в больницу попал, она меня так отдубасила, а я тогда вообще весь в бинтах был. — Что такое байк? — тут же поинтересовался любопытный Пиппин. — Ну, — замялся брат, — это типа лошадь, только железная. — Ух, ты, а что она ест? От ответа на этот, более каверзный вопрос Майка спас Гэндальф, объяснивший наши дальнейшие действия. — Идите как можно тише, путь на другую сторону займёт четыре дня, если только мы никуда не будем сворачивать, — при этом маг более чем выразительно посмотрел в сторону меня и Тьяры, — и постараемся быть как можно более незаметными. Осторожно друг за другом мы поднимались вверх по гигантской каменной лестнице, сплошь усеянной скелетами. Тьяра с мученической гримасой на лице проползла мимо очередного несчастного, лежащего со стрелой в груди. Возглас Гэндальфа «Я не помню этого места» застал нас на последних ступеньках. — В эльфийских запасах нет чего-нибудь от старческого маразма? — прошептала Тьяра Леголасу, берясь за руку названного брата и завершая подъём наверх. — Ти, — с укором тихо проговорил эльф, протягивая руку уже мне, я выгнула бровь, отметив произнесённое им имя и отрицательно покачала головой, отказываясь от помощи. — Что? — огрызнулся эльф, — Таурэтари действительно слишком … слишком в общем. Прислонившись к стене, мы сидели на небольшой каменной лестнице и вновь ждали, когда на Гэндальфа найдёт озарение. Маг тем временем о чём — то беседовал с Фродо, Арагорн, Леголас и Боромир сидели возле маленького костерка, невдалеке от них на каменных обломках расположились остальные хоббиты. Один лишь Гимли в одиночестве стоял на краю площадки, перед лестницей по которой мы недавно поднялись. Разрушать его одиночество никто не посмел, да и как утешить гнома, когда останки его народа окружали нас со всех сторон. Я вновь вернулась взглядом к троим воинам возле костра. — Тьяр, а ты говорила с Леголасом на счёт твоего возвращения домой? — «Домой» — это в Лихолесье или? — «Или» — уточнила я. — Посылать послание с птицей не совсем безопасно, он отправил к Трандуилу гонца, — вздохнув, ответила Ти. — И? — Когда мы уходили из Ривендэлла Линдир ещё не вернулся, — вместо Тьяры сказал Майк. — А почему я узнаю об этом только сейчас? — А почему ты сказала нам о разговоре с Гэндальфом и Элрондом не сразу? — вспылила Тьяра. — Но ведь я сказала! — Так и я сказала, — отрезала Ти. — Девчонки не ссорьтесь, — попытался примирить нас Майк. — Послушай, что ты от меня хочешь? — спросила Тьяра, поднимаясь на ноги. — Я хочу знать, как поведёт себя Леголас, если мы… — Ты совсем сдурела? — прошипела Тьяра, — Слышала, что сказал Гэндальф?! — Слышала, — я так же встала, — и не собираюсь в потьмах рыскать по тоннелям гномов, мы просто можем наткнуться на портал в течение этих четырёх дней и тогда… — Тогда каждый из нас всё для себя решит сам, не так ли? — не дожидаясь моего ответа Тьяра отошла к Леголасу. Наша ссора, похоже не прошла без внимания от сидевших у костра, но я тут же отвернулась от направленных на меня взглядов. — Эст, она ведь… — Она, что? Права? — перебила я Майка. — Ну, так беги, успокаивай. Ничего не сказав, Майк присоединился к хоббитам. До меня донёсся приглушённый голос Пиппина, который жаловался на чувство голода. Я снова опустилась на ступеньки лестницы и смотрела на тени, отбрасываемые языками маленького костра на стены. — Да, не всегда всё происходит так, как нам хочется, — горестно произнёс Гимли и уселся на ступеньки рядом со мной. — Как ты? — спросила я, положив руку ему на плечо. — Как я? Намного лучше, чем они, — Гимли кивнул на скелет невдалеке от нас. — Мне очень жаль. Гном повернулся и посмотрел на меня, в глубине его глаз я видела недоверие и изумление. — Смерть везде смерть, Гимли, — пояснила я, — независимо от места пребывания. Или ты думаешь, что там, где выросла я, никто не умирает? — Ты уже теряла кого — то? — догадался гном. Я кивнула. — Поэтому прекрасно понимаю, что от слов сочувствия легче не становится. И, тем не менее, мне действительно жаль. — Спасибо, — голос гнома задрожал, и я отвела взгляд, давая Гимли взять себя в руки. Мужчины не плачут, тем более на виду у других, тем более, если этот мужчина гном. Мой взгляд встретился с серо-голубыми глазами. Эльф, оперевшись на свой лук, задумчиво смотрел на меня. Интересно, он слышал, о чём мы говорили с Гимли? — Нам, пожалуй, туда, — послышался голос Гэндальфа. Все оживлённо начали собираться. — Похоже, наш маг увидел свет в конце тоннеля, — сказала я Гимли, — остаётся надеяться, что это не отблески от огня его посоха. Вместе с гномом мы поднялись на площадку с тремя тоннелями, к одному из которых направился Гэндальф. — Эстель, — услышала я за спиной голос эльфа и остановилась в ожидании. Гимли встал было рядом, но я покачала головой. — Иди, я догоню. — Уверена? Может? — гном приподнял свою секиру. — Иди, иди, — улыбнулась я Гимли, и тот недовольно качая головой и временами оборачиваясь, направился к тоннелю. — Что случилось? — тихо спросил Леголас, подойдя ко мне. — А что случилось? — вопросом на вопрос ответила я. — Ты и Тьяра… — Не волнуйся, — усмехнулась я, переводя взгляд на вход в тоннель, у которого стояла Тьяра, смотря на нас, — не произошло ничего такого, что тебя бы огорчило, даже наоборот. И вообще это всё нервы, усталость и …эта темнота… давит. — Я перевела взгляд на эльфа и вновь отметила, что он весьма пристально рассматривает мою персону. -Ты не мог бы кстати вернуть мне лук и стрелы, — попросила я. — Но мне не трудно, — нахмурился лихолесец, но всё же потянулся к тетиве лука. — Я знаю, но мне тоже нужно привыкать, — сказала я, принимая у него оружие и перекидывая его через плечо. — К чему? — Справляться самой, — пройдя мимо Тьяры, я скрылась в тоннеле. Путь через него не занял много времени, вскоре Гэндальф показывал нам красоты великого гномьего города. Все заворожено смотрели по сторонам. — Да не при Гимли будет сказано, — тихо прошептала я, останавливаясь рядом с Боромиром, — но я бы проявила больше радости, раскинься всё это величие под солнечным светом. — Кто бы спорил, — согласился Боромир и, подав мне руку, стал помогать спускаться вниз. После ссоры с Тьярой, я старалась больше держаться рядом с Боромиром или Арагорном. Не то чтобы я чувствовала себя виноватой или злилась на Тьяру… Просто я не понимала её. Мы так стремились вернуться домой, а теперь…теперь я не была уверена в том, что Тьяра считает своим домом. «Ну, нельзя же семнадцать лет там, противопоставить нескольким месяцам здесь!» — убеждала я себя, но твёрдой уверенности в действиях Тьяры и даже Майка у меня не было. От размышлений меня вырвал окрик Гэндальфа: «Гимли!» Гном пробежал в небольшой дверной проём, мы двинулись следом. Гимли стоял на коленях перед каменным гробом. — Ох, Гимли, — вырвалось у меня. Гэндальф поднял с пола книгу, покрытую пылью и паутиной, сняв перед этим с неё то, что осталось от руки истлевшего гнома. Оставленная летопись, что начал читать маг, побуждала холодные мурашки толпами метаться по телу. Раздавшийся грохот заставил меня подпрыгнуть и взвизгнуть от испуга. Впрочем, звуковой элемент был перекрыт Боромиром, который одной рукой зажал мне рот, а другой сжал плечо. — Давай без истерических визгов, — тихо проговорил он мне на ухо. Я кивнула и получила свободу. Все замерли, ожидая последствий организованного Пиппином грохота, но всё было тихо. Боромир облегчённо выдохнул рядом со мной. — Тук, болван! В следующий раз спрыгни туда сам и избавь нас от своих глупостей, — прикрикнул Гэндальф, так же с ноткой облегчения в голосе. Не успел он договорить, как где то в глубине под нашими ногами раздался гулкий звук, затем ещё один и ещё, как будто кто то действительно бил в огромный барабан. Мурашки с новой силой шарахнулись носиться по телу. Со всех сторон начало раздаваться шуршание, затем какие то визги, как будто тихое безмолвное подземелье вмиг ожило как один огромный муравейник. — Мистер Фродо, — Сэм указал на светящийся синим меч Фродо. — Орки! — крикнул Леголас. Боромир бросился закрывать двери и едва успел увернуться от стрел, застрявших в створках двери. — Держитесь ближе к Гэндальфу, — Арагорн оттеснил нас и хоббитов за стоящий посредине комнаты каменный саркофаг, где покоился последний правитель Мории. Гимли взобрался на саркофаг, потрясая секирой. Закинув руку за спину, я сняла с крепления щит, затем вынула меч из ножен. Рядом Тьяра натянула тетиву лука. Закусив губу и выставив вперёд руку с мечом, я переминалась с ноги на ногу в тревожном ожидании. Дверь начала дрожать от ударов и вскоре поддалась. Естественно, что стрелы, выпущенные Арагорном и Леголасом, не остановили толпу орков. Давно я не чувствовала их зловония. Впереди раздались визги орков, ор Гимли, звон мечей. Тьяра спустила стрелу с тетивы, которая пролетела в нескольких сантиметрах от головы Леголаса. — Я так похож на орка? — крикнул он сестре, полуоборачиваясь на нас, и не глядя выпуская очередную стрелу, которая естественно попала прямо в цель. Хоббиты дружно закричали и бросились на орков. Чем я хуже них, да ещё учитывая, что намного выше? Крепче сжав в руке рукоятку меча, я бросилась вперёд. Двинув щитом по морде первому встречному орку, я сделала резкое движение вниз мечом. Лезвие как будто вошло в размягчённое масло, орк прохрипел и упал на пол. Я опустила щит и увидела, как с меча стекает чёрная кровь. Впереди раздался ор. Я ошеломлённо подняла глаза и смотрела на мчащихся на меня двух орков, среагировать не успела, лишь нелепо взмахнув рукой, полуприкрылась щитом. Передо мной мелькнула мощная фигура Боромира. — Отойди назад, — крикнул он мне, одним движением укладывая обоих орков, — спрячься где-нибудь! Прикусив губу, я снова вскинула руку с мечом и двинулась вперёд, прикрываясь щитом. Я старалась не думать об опасности и не слышать рёва орков. Шаг в сторону, блок щитом, выпад, удар, шаг назад, смена позиции. Всё, как учил Боромир. Только вот он не учил драться сразу с двумя противниками. От нападения сбоку я не смогла прикрыться, но бросившийся на меня орк внезапно осел, пронзённый стрелой. Я бросила взгляд в сторону и заметила Тьяру, которая заняла позицию за одной из боковых колонн. Мы кивнули друг другу, и я снова бросилась вперёд. Внезапно стена над выломанной дверью разлетелась в мелкое крошево, пропуская странное существо, с лупоглазыми зрачками на выпуклом лбу. Животное без перерыва ревело и вовсю размахивало нехилой дубиной, сметая на своём пути всё, включая орков. Пущенные стрелы, копьё Гимли были этой зверюге, что слону дробина. Я замерла от испуга. — Да разрази тебя все заклятья на свете, — проорал Боромир, бросаясь наперерез между зверюгиной и мной, отпихивая меня себе за спину, — ты совсем глухая?! Я сказал спрячься где — нибудь и не высовывайся! Меня вновь кто-то схватил за плечо и, полуобернувшись, я увидела Майка, который оттащил меня за одну из колонн по соседству с Тьярой. Я прижалась к колонне и посмотрела на сестру. Та постоянно высовывалась наружу, явно пытаясь что-то рассмотреть. Затем она улучила момент и перебежала к нам. — Что ты там выглядывала? — Мне просто было интересно, у него мужское достоинство есть? — Что? — слишком громко проорал Майк и сам себе заткнул рот, — эта тварь сейчас нас всех пригрохнет, а тебе интересно, какого размера у него член?! Возглас брата был перекрыт грохотом, зверюгина продолжала крушить всё вокруг. — Милый братец, а скажи, что ты делаешь, когда тебе, извини, пожалуйста, конечно, но бьют по яйцам? Майк прищурился и посмотрел на нас. — А что, вполне может сработать. Нужен только меткий бросок, желательно, чем — нибудь тяжёлым. Я подняла с пола и передала брату один из валявшихся под ногами каменных осколков. Покачав его в руке и прикинув вес, Майк кивнул и, выдохнув, выскочил на открытое пространство. Мы с Ти переглянулись, и так же взяв по булыжнику, бросились за ним. Не прошло и минуты как с ором и визгом мы бежали обратно, а пол за нами содрогался от шагов мерзкой твари. Удар кувалды пришёлся аккурат по колонне над нашей головой, сверху посыпались камни. Я зажмурилась, ожидая удара, который нас добьёт, но его не последовало, зверюгину привлекло что-то другое. — Мы же попали, — недоуменно проговорила Тьяра, выползая из-под обломков. — Из чего следует вывод, что это девочка, — отозвался Майк, вытряхивая каменную крошку из волос. В этот момент Леголас добил тварь, пустив стрелу ей в нос. — Вот оказывается, где у неё слабое место, — прокомментировала я, выползая из-под обломков. К нам подбежал Леголас. — Все целы? — он бегло пробежался взглядом по нам, оценивая масштаб царапин и ссадин. — Руки — ноги целы, — отмахнулась Тьяра, поднимая свой лук с пола. — Ну да, а мозгов у вас с рождения не было. — Какой же он… — Хам? — подсказала я Тьяре, которая смотрела вслед названному братцу, что отошёл от нас к хоббитам. Оказалось, что от нас пещерного тролля, чем являлась по объяснению Боромира эта зверюгина, отвлёк Фродо, которого тот чуть не прихлопнул. На радость всем нам хоббиты оказались весьма живучим народцем, что, однако, не гарантировало нам благополучного пребывания в подземельях гномов. Вслед за Гэндальфом мы бежали к мосту Кхазад Дума, а за нами бежали орки. И этот забег на стометровку мы явно проигрывали: чёрные вонючие твари были везде, включая потолок. Нас окружили со всех сторон, они потрясали оружием, шипели и пялились на нас своими змеиными глазами. Но по сравнению с орками сейчас я больше симпатизировала пресмыкающимися. Лучше сдохнуть от укуса змеи, чем быть разорванной на части. Вдруг орки заозирались и начали отступать назад. В мгновение ока пространство перед нами расчистилось. Я медленно повернулась назад, в проёме на другой стороне всё ярче и ярче разливалось красное огненное зарево, слышался рокот. — Это что ещё за напасть? — проговорил Боромир. — Это Балрог, демон древнего мира. Этот враг не под силам никому из вас. Бегите! — крикнул Гэндальф. Мы снова бросились бежать. Я заметила, что орки не отставали, они бежали за нами, передвигаясь по боковым галереям или просто по стенам и потолку. Выбежав из огромного зала с колоннами, я натолкнулась на Леголаса и немного отлетела назад и замерла. Меня дёрнул за рукав Майк. — Эст, ты чего, Эст? — Смотри. В боковой галерее метрах в пяти от нас светло-голубыми бликами сияло овальное окно примерно в мой рост. — Что это? — услышала я голос Сэма. — Это дорога в мой мир, — ответила я и подошла к самому краю. — Если вы пройдёте через него, вы вернётесь домой? — уточнил хоббит. — Да, — я всматривалась в светло-голубое сияние, и мне казалось, что я вижу очертания домов и улиц на другой стороне. Меня отделяли от дома около трёх метров над пропастью и орда орков, начинающих заполнять боковую галерею. Я повернулась к Тьяре и Майку и заметила, как Леголас сжал руку Ти. Майк покачал головой. — Мы не сможем, слишком большое расстояние. Я вновь повернулась к порталу. Орки тоже начали проявлять к нему интерес. Их конечно отпугивал свет, исходящий от него, но задние ряды напирали на передние и те всё ближе и ближе приближались к границам портала. Я сняла лук и теперь держала его в руках. — Возьми его с собой, — прозвучало вдруг рядом и, опустив взгляд, я увидела Фродо. В его руке раскачивалось висящее на цепочке кольцо. — Возьми, там его Саурон не достанет. Голос малыша звучал надеждой, но не уверенностью. — Не стоит, — покачала я головой. — Тогда я доброшу! — упрямый хоббит занёс руку для броска, но я её перехватила. — Я сказала не стоит.- Вынув из колчана стрелу, я поставила её на тетиву и, вскинув лук, пустила в небольшую щель в камне над порталом. Стрела вошла в неё до середины. Щель начала увеличиваться, от неё пошли более мелкие ответвления, орки стали отступать. И вот уже камни от разрушаемой стены один за другим падают вниз. Не знаю как у эльфов, а у меня явный талант в этом виде, отметила я, закидывая лук за спину. В полном молчании мы подошли к небольшой прорехе в переходе. Леголас перепрыгнул первым, не примеряясь, я прыгнула за ним. Он поймал меня, и на миг я оказалась прижатой к его телу, но тут же отпрянула обратно. К своему стыду я не смотрела, как переправляются другие. Я наблюдала лишь за грудой камней, на месте, где раньше был портал, которые уменьшили мои шансы на возвращение домой. Мимо пролетали орочьи стрелы, но мне было всё равно. Как будто всё шло в замедленной съёмке. Я сама не верила тому, что сделала. — Пойдём, — потянул меня за собой Боромир. Мы снова бежали и были уже на мосту, когда жар огня заставил нас обернуться. Позади нас из пропасти Мории выпрыгнуло и встало на краю моста огромное, дышащее огнём, рогатое чудище. Демон мрака. — Теперь я знаю, как выглядит Люцифер во плоти, — пробормотал Майк рядом со мной. Единственной фигуркой на пути демона был Гэндальф. Он казался совсем крохотным перед чёрным исполином. Посох мага испускал яркие вспышки света. — Ты не пройдёшь! — услышала я громкий, зычный голос волшебника. Мост рухнул, унося демона обратно во тьму, я вздохнула и уже повернулась было, чтобы продолжить путь, как раздался окрик Фродо и голос Гэндальфа. — Бегите, глупцы, бегите! Я смотрела на опустевшие остатки моста и не верила в происходящее. Это сон. Просто сон… который продолжался. Неимоверно сильным пинком в бок, под крики хоббитов, я была бесцеремонно затолкнута в очередной тоннель. Практически не различая дороги, спотыкаясь, я пробиралась вперёд. Как то не верилось, что эта тьма когда-нибудь отступить, поэтому, когда тоннель внезапно закончился, я не успела сориентироваться и всем пластом вывалилась на поверхность. Через меня спикировал кто-то ещё. Кое — как я отползла в сторону, дав дорогу остальным. Сжавшись в комок и обняв себя за коленки, я сидела на голой земле, раскачиваясь из стороны в сторону. Я плохо знала Гэндальфа, я ему не во всём доверяла, но он точно не был моим врагом. И даже врагу я не пожелаю такой судьбы. Я чувствовала, как слёзы, обдуваемые холодным ветром, катятся по щекам. Смерть есть смерть во всех мирах и никакие слова сожаления не излечат от раздирающей на куски тоски и боли.