Столкновение миров

Я ещё ни разу не видела столько горести и радости вместе. Смотря из окна на внутренний двор крепости, я наблюдала за народом внизу: слёзы потери, отчаяния от осознания того, что твой муж, сын или брат лежит бездыханным на земле, слёзы радости от того, что близкий человек жив и невредим, и вообще радость от того, что живы. Взгляд скользнул по женщине, обнимающей парнишку лет тринадцати-четырнадцати на вид, которые плакали над чьим — то телом, и остановился на группе эльфов. Эльфы переживали свои утраты сдержанней, но и здесь была заметна скорбь и печаль. Под солнцем мелькнул всплеск рыжих волос. Тауриэль раздавала указания, со времени битвы прошёл день, и эльфы уходили в свои земли. Остатки лориэнского отряда ушли ещё на рассвете, сразу же после окончания погребения своих. Остался только Халдир. Вот и лихолесцы готовились к отходу. Я смотрела на Тауриэль и пыталась найти в себе хоть какую — то эмоцию: злость или неприязнь. Однако ничего этого не было. Только раздражение. Раздражение собой от того, что позволила себе увлечься Леголасом, раздражение на Леголаса, что позволил себе некоторые, так скажем, вольности со мной, имея при этом в подругах Тауриэль; раздражение на всё Средиземье разом, потому что я, по ходу дела, застряла здесь на нескончаемую вечность. Ухватившись за косяк окна рукой, я уткнулась лбом в тыльную часть ладони и прикрыла глаза. Я не знала, куда идти и к чему стремиться дальше. Цели не было, последний из доступных порталов разрушен. Можно, конечно продолжать пытаться дальше. Есть ещё Гондор и Мордор, наконец, но…но может хватит пыжиться? К чему меня привела последняя попытка? Мы все могли погибнуть. Тьяра чуть не погибла. — Эстэль? — рука, лёгшая на моё плечо, заставила вздрогнуть. Я полуобернулась и увидела стоящего рядом Арагорна. — Вот наконец я до тебя и добрался. Смотря на сверхсерьёзный вид Странника, я чуть усмехнулась. — Радостной встречи не будет? — И ты ещё можешь смеяться над всем этим?! Я пожала плечами и, вывернувшись из-под его руки, направилась к выходу из небольшой залы, где мы находились. — Подожди! — оклик Арагорна заставил меня замереть на месте. Я со вздохом наблюдала, как в, так и недостигнутые мной двери, негромко переговариваясь, заходят Линдир, Леголас и Халдир. Замыкал шествие Гэндальф. — Мы ещё не закончили, — продолжил за моей спиной Странник. Вошедшие замолчали, переводя взгляд с меня на Арагорна. Я повернулась к Страннику. — А этот разговор стоит продолжать? — Почему ты всегда лезешь в самое пекло?! Ты хоть понимаешь, что то, что не погибла — это просто чудо какое –то?! — Тем, что я выжила, я обязана не каким-то там всевышним чудодейственным силам, а Боромиру. Вместо того чтобы причитать о том, сколько я всем доставляю неприятностей, он научил меня драться. Элементарные навыки боя, Арагорн, и естественное желание остаться в живых. На мой взгляд, это самое необходимое при жизни в Средиземье, ты не находишь? Не получив ответа, я усмехнулась и под звенящее молчание вышла из залы. *** Посмотрев вслед вышедшей девушке Гэндальф, качая головой, выдохнул себе в бороду. — И вот что с ней делать? — развёл руками Арагорн, обращаясь к присутствующим. — Отправить в Лориэн вместе с остальными, — предложил Халдир. — С Мирой я уже поговорил. Не скажу, что было просто, но прошедшие события оказали влияние, она уже не рвётся покорять мир. — Боюсь, Эстэль так просто убедить не удастся, — озабоченно сказал Гэндальф. — У нас сейчас нет времени на убеждения. Саруман скоро нанесёт следующий удар. Я не могу думать о битве, зная, что она вместе с моей сестрой носится где — то среди орков, подвергая жизнь опасности. — Леголас прав, — Арагорн выжидательно посмотрел на Гэндальфа. — И что ты на меня так смотришь? Что я должен сделать?! Взмахнуть посохом и поставить ей разум на место?! — Я бы согласился на три дня в отключке. За это время довезёшь? — обратился Странник к Халдиру. — Возможно, вы все правы. — Собравшиеся повернулись к подавшему голос Линдиру. — Вы несёте за неё ответственность. И леди Эстэль, — на этом моменте Арагорн громко хмыкнул. — Леди Эстэль и была не права, сбежав… пару раз из — под защиты. — Но… Продолжай, Линдир, — попросил Леголас, — ты же хотел сказать «но». — Но, -Линдир улыбнулся и положил руку другу на плечо, — я видел её в этом бою, здесь под стенами Хельмовой Пади, Леголас. И если бы она была мужчиной, то я был бы рад и горд иметь такого воина в своём отряде. Спроси у Халдира. В конце концов, именно он обязан ей жизнью. Только сейчас об этом почему — то предпочли умолчать. Она смелая, сильная. А вы собираетесь её наказывать за то, что она борется за то, во что верит. — И что ты предлагаешь? Выделить ей отряд для охраны во время своевольных странствий-чудачеств? — снова взмахнул руками Арагорн. — А просто поговорить не пробовали? — Ты думаешь один здесь такой умный? — Леголас хлопнул друга по плечу. — Я думаю, что эта девушка за последние сутки пережила чудовищную бойню, угрозу жизни близкой подруги и тебя, целующегося с Тауриэль. Улыбка Леголаса тут же спала с лица и он, сжав плечо Линдира, что-то тихо ему прошептал. — Обязательно учту, аранен. Но и вы позвольте дать вам всем совет. — При этом эльф перевёл взгляд на старого волшебника. — Сломать легче, чем построить. А сломанная душа ремонту вообще не подлежит. Не забудьте об этом, обеспечивая себе спокойствие. Разрешите идти, аранен? — дёрнув плечом, Линдир вырвался из хватки лихолесского наследника. *** Стараясь успокоиться, я спустилась в подземелье цитадели. Теперь здесь было пустынно, люди, которые прятались здесь, сейчас все находились наверху. Кто-то уже начал возвращаться в свои дома в надежде, что война больше не ворвётся в их жилища. Воткнув факел в землю, я уселась на покрывало в том месте, где ещё вчера лежала Тьяра. Сейчас она находилась в покоях Эовин наверху. Даже с применением чудодейственного лекарства Галадриэли рана ещё не зажила, но теперь не казалась такой страшной. Можно было конечно посидеть у неё в комнате, но я малодушно спряталась здесь. Не хотелось встречаться с кем -то из моих воинственных «попечителей», которых сейчас было через чур много, а ещё хотелось избежать вопросов Эовин и Миры. Похоже, что эльфов люди в этих местах видели редко, а чтобы люди превращались в эльфов — это вообще нонсенс. Тьяра практически всё время спала, а Майк был где-то в пределах крепости, помогал в погребении усопших. А мне попадаться под их допрос как — то не хотелось. Подобрав валявшуюся рядом с покрывалом сумку, я встряхнула её и стала собирать разбросанные здесь же на песке вещи. Растрёпанный блокнот, фломастер, который давным-давно перестал писать, брелок с ключами от домов в Гемпшире, Лондоне и Лос — Анжелесе. Как я умудрилась во всей этой катавасии их не потерять? Руки коснулись кожаного мешочка. Завязка перехватывала горлышко мёртвой хваткой. Я подключила зубы и с каким-то остервенением сдёрнула завязку. Мне в ладонь упал плоский прямоугольник. Я знала, что реанимировать мобильный было невозможно. Он уже полгода без зарядки, три раза купался вместе со мной в реке, от многочисленных ударов на дисплее красовались царапины и одна весомая трещина. Но я никак не могла выбросить всё это. Разложив вещи на песке, я смотрела на мои маленькие сокровища. Всё это время я надеялась, что всё вернётся на круги своя и эти вещи были напоминанием мне о жизни, которую так хотелось вернуть. И что теперь? Я взяла в руки карту Англии, которой давным-давно, в той, прошлой жизни, снабдил нас Фред. Теперь это напоминание о том, чего никогда не будет. Вытерев бежавшие по щекам слезинки, я собрала все вещи и скомкала их вместе с сумкой и покрывалом. В ход пошёл факел. Огонь медленно, неохотно забирал моё приношение в свой плен. — Ты так себя подожжёшь, — раздалось рядом и Леголас забрал из моих рук факел, который я опустила практически вплотную к ноге. — Какой приговор вынес совет? — спросила я, не отводя взгляд от пламени. — Эстэль, — с лёгким упрёком произнёс лихолесец. — Да ты не бойся, говори. Время истерик и опрометчивых поступков прошло. — Люди короля Теодена оставляют Хельмову Падь и возвращаются в Эдорас. Он пригласил нас остановиться у него, и я склонен принять приглашение. Сестра ещё слишком слаба для долгих путешествий. И я надеюсь, что она с этим согласится. Я кивнула, всё ещё смотря на огонь. — Эстэль? — в голосе Леголаса появились тревожные нотки. — Не переживай на счёт Тьяры, — я повернулась и посмотрела на эльфа. — Она не будет против, да и сбегать тоже не будет. Тьяра приняла решение остаться здесь ещё до чудодейственного перевоплощения в эльфа. И она, и Майк решили остаться здесь ещё когда была возможность уйти. Ну да ладно, Леголас, спроси, наконец то, что хочешь, — усмехнулась я. — А что решила ты? — Разве вам это не известно от Миры? — Нет. Когда речь заходит о тебе, она становится на удивление неразговорчивой. — Наверное, побочный эффект от стресса. — Так что ты решила? — Какая разница? — пожала я плечами и, развернувшись, пошла к выходу. — Всё так как есть. Эдорас так Эдорас, пожалуй, я тоже отправлюсь туда. Выбора всё равно нет. Отдохнём, а там разберёмся, что к чему. — Эстэль, — Леголас догнал меня и легко остановил, развернув за плечо. — Я должен сказать, вчера утром, там, на поле. Тауриэль слишком эмоционально выразила свою радость от того, что я жив. Посмотрев сначала на лихолессца, затем на его руку, я осторожно сняла её с плеча. — Ты дорог ей. Она имеет право на эмоциональность. Только я не понимаю, к чему все эти объяснения? Ваши отношения с Тауриэль меня никоим боком не касаются. Только хотелось бы прояснить один момент. — Как бы ни было сложно, я старалась не отводить от него взгляд. — Я тоже рада, что ты цел и невредим, только между нами никаких объятий и поцелуев больше быть не может. Не знаю, в какую игру ты играл до этого, но это не для меня. — Эстэль, это просто какое-то недоразумение. Позволь мне объяснить, — Леголас сделал шаг, сокращая расстояние между нами практически до минимального. Мне пришлось вытянуть руку и, толкнув в грудь, заставить отступить его назад. — Недоразумение здесь ты. И если тебе мои слова были не понятны, то повторяю ещё раз, более доступно. Держись от меня подальше. — Леголас? Леголас! — раздался где — то у входа в подземелья знакомый женский голос. — Прекрасно, — буркнула я, — не хватало ещё сцены ревности как в пресловутых бульварных романах. — В чём? — нахмурился Леголас. — Давай, вали отсюда. И рыжевласку прихвати, — я быстро развернула эльфа по направлению к выходу и пихнула для верности в спину. Леголас повернулся обратно и возмущённо засопев, покачал головой. — Леголас? — раздалось уже гораздо ближе и по стенам заплясали отблески факела. Взгляд парня заметался от меня к выходу, на что я, приподняв плечи, лишь развела руками. Бросив на меня последний сердитый взгляд, лихолесец метнулся к выходу. Я услышала отдаляющиеся голоса. Вернувшись к импровизированному кострищу, уселась на землю и стала смотреть на затухающие огоньки. Часть покрывала так и не сгорела и я видела поблескивание своей связки с ключами. Рука потянулась было, но застыла на полпути. Прошлое нужно оставлять в прошлом, только так я смогу решить, что делать дальше. Затоптав для верности место костра, я пошла к выходу, и, оставив факел в держателе на выходе, ступила в полосу солнечного света и тут же была прижата к стене. Твёрдая рука сжимала мне горло, а глаза встретились с холодным взглядом Тауриэль. — А ты живучая, — процедила сквозь зубы эльфийка. — Не поверишь, как я молила о том, чтобы у вас всё получилось, и ты убралась восвояси. Особенно после того, как ты подставила меня. Ты знаешь, что владыка Трандуил очень злопамятен и обид не прощает? Поэтому мне очень хочется сейчас сжать твою тощую шею посильнее. — Хватка действительно усилилась. Стараясь уловить остатки сознания и не отключиться, я что есть силы двинула эльфийке по ноге, стараясь попасть в коленную чашечку. Не уверена, что получилось, но хватка ослабла. Это позволило мне вывернуться из хватки, и, перехватив руку Тауриэль завести ей её за спину. В следующий момент, я пихнула её в стену, хорошенько приложив лбом о камни, дёрнула вниз и когда эльфийка упала на спину, уселась на неё верхом, схватив за волосы и прижав выхваченный у неё из-за пояса нож к её горлу. — Эстэль! Эстэль прекрати немедленно! — крик Арагорна огласил всю округу. — Стой, Арагорн! — крикнула я, останавливая Странника в паре шагов от нас. — А то не дай бог, у меня рука дрогнет. Судя по количеству нарисовавшихся в поле моего зрения ног, Арагорн был не один. — А ты, лопоухая, слушай меня внимательно. — Я не отводила взгляд от лица Тауриэль. — Я не знаю, какие кары в отношении тебя учредил ваш блаженный правитель, но в этом виновата ты сама. Я предложила тебе отпустить нас, и ты согласилась. — Эльфийка задёргала ногами, но я ещё сильнее прижала нож к горлу, дёрганья затихли. — И если уж на то пошло, то это ты решила меня подставить, когда планировала оставить Тьяру в Лихолесье. Но прости, что не поверила тебе и подстраховалась. И ещё. Если ещё раз тебе сдуру вздумается мне угрожать, убивай сразу, потому что я раздумывать больше не буду. Я тебя просто убью. Мне терять нечего. Ты меня поняла? Глаза эльфийки были расширены, но она молчала. — Поняла?! — спросила я ещё громче и услышала слабое «да» в ответ. — Вот и здорово. Воткнув клинок в землю, я слезла с Тауриэль и только сейчас глянула на собравшихся. Арагорн, Халдир и Леголас. Ну, кто бы сомневался. — Кровавая расправа отменяется. Всем спасибо, все свободны! — с поклоном объявила я. — И Леголас, — чуть сморщившись продолжила я. — Держи свою малохольную при себе, лучше на коротком поводке. Договорились? Не дожидаясь ответа, я покинула поле битвы. Вокруг Тьяры копошились Мира, Эовин и ещё куча народа, готовя её к переезду на повозку, что уже стояла на мосту. Решив не мешаться под ногами, я помахала Ти рукой и, получив слабый взмах в ответ, ретировалась. Хотелось света, солнца и хоть какой — то свободы, поэтому я решила прогуляться на свежем воздухе. Пройдя мост, я очутилась на просторной равнине. Земля вокруг свидетельствовала о недавней битве рваными бороздами и рытвинами. Ветер доносил запах горелой плоти: кострища над телами орков всё ещё дымились вдалеке около леса и от этого немного мутило. Я повернула в противоположную от леса сторону, когда заметила чёрное пятно на самой кромке леса. Трепыхающееся пятно. Я присмотрелась повнимательней. Конь. Это был конь. Похоже, что он запутался удилами в ветвях деревьев. Ускорив шаг, я перешла на бег и вскоре была рядом с животным. При моём появлении конь заржал и попытался встать на дыбы, однако поводья не дали и он со стоном, как то обречённо встал на передние ноги. Повернув голову левой стороной ко мне, животное практически абсолютно чёрного цвета косилось на меня и раздувало ноздри. — Тихо, малыш, тихо! Я не причиню тебе вреда. — Постепенно, я перешла на испанский. Мистер Родригес, работающий с Инесс на конюшне всегда учил меня разговаривать с лошадьми на этом языке, спокойным тоном и на равных. «Они всё понимают. Но в критические моменты лучше общаться с ними на их родном языке». Эти знания всплыли в моей голове автоматически. Можно сказать, условный рефлекс, выработанный годами. Я помню, как провела всю ночь на конюшне, когда рождался Августин — мой конь. Сейчас он где –то далеко, за пределами этого мира. А передо мной был этот красавец, испуганный и измученный, но слишком гордый, чтобы открыто показать мне это. И он явно не испанских кровей. Но что поделать.  — У нас всё получится, если ты поверишь мне. Пожалуйста. Поверь. Маленькими шажками я подходила ближе. Я уже разобралась во всей витиеватости запутанных поводий и чтобы мы могли обрести свободу мне нужно было, чтобы он стоял спокойно. Осторожно положив ладонь ему на морду, чуть повыше носа, я замерла, как и он. Вздох — выдох. Глаза в глаза. — Умница. Ты намного храбрее меня, — приподнявшись на цыпочки, я потянулась в сторону и достала зацепившийся за сук повод, а потом медленно выпустила его из руки. Затем так же медленно отошла на пару шагов назад. — У тебя есть выбор. Пойти со мной или пойти куда хочешь. Решай.- Развернувшись, я пошагала в сторону крепости и улыбнулась, услышав за спиной фырчанье и мерную поступь. Дойдя до начала моста, я повернулась и оказалась с моим невольным подопечным практически нос к носу. — Только слушаться будешь меня и никаких вольностей, понял? Конь фыркнул мне в лицо и, мотнув мордой, чуть толкнул в плечо. Я тихо рассмеялась и, взяв поводья, повела животное в крепость. Привязав его у одной из колонн, я отправилась на поиски необходимого инвентаря. Достать оное оказалось проще простого, и вскоре я тащилась обратно, нагруженная с ног до головы. В этом состоянии меня и нашёл Линдир. — Давай помогу, — сказал эльф, забирая у меня ведро с водой. Дойдя до места, я сложила вещи невдалеке от коня. Линдир тем временем присвистнул. — И как зовут этого красавца? Красавец, нервно перебирая копытами, стал натягивать повод. — Не знаю, — я успокаивающе гладила животное. — Нашла его за стенами у самого леса. Похоже, он потерялся в битве и нуждается в помощи. А ещё, он нервничает, когда ты подходишь близко. — Ладно, уже ухожу. Кстати совсем ухожу. Наш отряд через пару минут выдвигается. Я просто хотел отдать вот это. Линдир снял с себя лук и колчан со стрелами. — Подумал, что вполне может пригодиться. — Спасибо, — я не стала отказываться от подарка. — Я кстати твой кинжал так и не вернула. Давай сейчас сбегаю, он наверху. — Не стоит, — остановил меня парень. — Он тоже не помешает. — Спасибо, — я снова улыбнулась. — Ну, удачной дороги. И вообще.- Я пожала плечами. Линдир также неуверенно улыбнулся в ответ. — И …Вам, — эльф прижал руку к груди и, поклонившись, ушёл. Держа в руках лук и колчан со стрелами, я смотрела ему вслед, пока не почувствовала мягкий толчок в плечо. — Всё верно, дружище, странных друзей дарит мне судьба, не так ли? Вот взять хотя бы тебя, — отложив лук и колчан в сторону, я принялась приводить своего подопечного в порядок, не переставая болтать о превратностях судьбы. Руки вспомнили привычную ранее работу, а запах конского пота навеял ностальгию по прежним временам: смех мистера Родригеса, ворчливые наставления Инесс, шум конюшен в имении Лоуренс. *** В небольшое узкое окно, больше похожее на бойницу, пожилой человек в белых одеждах осматривал внутренний двор крепости. — И что ты об этом думаешь? — обратился он к своему собеседнику. — Что Линдир себе слишком много позволяет. — Ты тоже себе слишком много позволил. И не спорь со мной. Я сейчас не об этом, юный друг мой. В отношении к оружию я знаю две категории женщин: которые относятся к нему со страхом и отвращением, и таких, знаешь ли, большинство, и тех, которые как Тауриэль, смогут оценить его красоту. Посмотри на неё. Она приняла оружие без страха и сомнений, и уж нисколько не стремилась оценить его красоту. Она просто взяла его. Как человек, привыкший к войне, как воин. Мне это не нравится, Леголас. Я боюсь, что она закроется от других, боюсь, что её душа зачерствеет. Линдир прав. Сломать душу можно очень легко, даже не заметив этого. — И что теперь нам делать? — Нам? Не знаю. А вот тебе, придётся. — Что там такого интересного? — вмешался в разговор, вошедший в комнату Арагорн. Перегнувшись через плечо друга, он выглянул наружу. — С ума сойти! И у вас ни у кого не появилось мысли ей помочь?! Леголас?! — Стой, — остановил Странника Гэндальф. — Ей не нужна сейчас ни наша помощь, ни наша забота, ни наши наставления. Всё что ей нужно, это осознание собственной необходимости, ей нужно о ком то заботиться. Ей нужен не наставник, не опекун. Ей нужен друг. И как мне кажется, она его нашла и прекрасно знает, что делать. Ещё раз выглянув в окно и пожав плечами, Арагорн был вынужден согласиться. Лихолесский же наследник был в это время занят весьма трудной дилеммой: как стать другом для той, что тебя почти что ненавидит, и для которой ты хочешь быть намного больше, чем просто другом. *** Вычистив копыта, я занялась сначала хвостом, а потом гривой. Тело уже налилось тяжестью. Чувствовалась усталость от проделанной работы, но я была довольна собой. Впервые за последнее время на душе было спокойно. — Не знал, что девушки могут быть такими хорошими конюшими. Обычно это мужская работа. Повернувшись на голос, я увидела высокого парня с длинными светлыми волосами. — Давно наблюдаю за тобой и просто в восторге. Кто ты? Ты явно не из этих мест, так как я знаю всех симпатичных девушек в округе. — А кто ты? — усмехнулась в ответ я, откладывая гребень и вновь принимаясь за щётку. Парень замер, казалось не в силах поверить в мои слова. — Я Эомер, — с какой то долей вызова, наконец, ответил он. — И что? Это должно что-то значить? — Я племянник короля Теодена. — А, — понимающе кивнула я, — это всё объясняет. Ещё одна особа королевских кровей. Мне, знаешь ли, просто везёт на знатных отпрысков. — Ты сейчас о ком? — Не важно. Извини, если не приседаю в реверансах или как тут у вас принято. — Да ладно. И где юных красавиц учат так хорошо ухаживать за лошадьми? — Очень-очень далеко. Моя семья владеет конюшнями, занимается разведением породистых лошадей. Вернее не вся семья, а только бабушка. Там и научилась. Племянник Теодена подошёл к коню с другой стороны и осторожно погладил. Конь вздрогнул, но не сдвинулся с места. — Рохан называют страной коневодов. Не знал, что у нас есть соперники в Средиземье. Ты разговаривала с ним на незнакомом языке. Это не эльфийский, я знаю, и не язык гномов. На это я рассмеялась. — Я похожа на гнома? — Нет, — улыбнулся парень в ответ, — Извини, сказал глупость. Ты кстати так и не представилась. Хотя… Я тебя помню. Видел сразу после битвы. Ты ещё обнимала парня, что помогал эльфам Лориэна. — Это мой брат Майк. А меня зовут Эстэль. — Очень приятно. — Мне, наверное, тоже. Ты случайно не знаешь, чей это конь? — я мягко потрепала животное по гриве. — Я нашла его у кромки леса, поводья запутались в ветках. Эомер погрустнел. — Скорее всего, его хозяин пал в битве. Иначе не бросил бы его без присмотра. — Жаль. — Жаль, — согласился Эомер. — А знаешь, бери его себе. Этому парню нужен кто-то рядом, такой же заботливый как ты. — А я могу? — Можешь. Бери. — Я даже не знаю, как его зовут. — Тогда дай ему имя. Взяв плотное покрывало, я накинула его на круп коня. — Моего коня звали… зовут Августин. Он родился в первый день августа. И, наверное, сейчас скучает. Как же мне тебя назвать? А знаешь, мне тут сказали, что то, что я выжила здесь — просто везение. Ты тоже выжил, значит «Везунчик». Конь уткнулся мне в плечо. — Ну, вот. Ему нравится, — улыбнулся Эомер. — Эомер! — послышался окрик. Повернувшись на голос, я увидела группу всадников. Среди которых были Гэндальф, Арагорн, Гимли и Леголас. А так же дядя Эомера. — Мне пора, надеюсь, ещё увидимся, — задиристо улыбнувшись, Эомер побежал к всадникам и легко взлетел в седло коня, которого держал за поводья Арагорн. — И куда это все мои церберы сваливают практически в полном составе? — поинтересовалась я у Везунчика, но он явно был не в курсе. Через час выдвинулись и мы. На небольшой подводе была расположена Тьяра, рядом с которой как заботливая наседка находилась Мира. Я, Майк и Халдир шли рядом с повозкой. Иногда то тут, то там возникала Эовин. Она была главной распорядительницей похода. Я вела за собой Везунчика. Майк с завистью поглядывал на моё приобретение, чем вызывал смешки Тьяры. Вскоре, вымотанная путешествием, Ти заснула. Майк ушёл в конец колонны, Мира тоже задремала. — Может, тоже устроитесь на повозке? — Не говори ерунды, Халдир. Скажи лучше, куда отправились Арагорн с чудесно воскресшим Гэндальфом. Я думала, что их главная забота — охранять меня от необдуманных поступков. — Не думаю, что Ваши мысли настолько поверхностны, — парировал Халдир. — Ладно, признаю, мне хочется знать, почему они не поехали вместе с нами. Тьяра и Миримэ сейчас вне игры. Поэтому давай ты не будешь строить из себя недотрогу и расскажешь мне всё как есть. Халдир усмехнулся и покачал головой. — Зануда и вредина, — прокомментировала я. — Ладно, на следующий вопрос я, надеюсь, ты мне ответишь. В битве у Хельмовой Пади были эльфы из Лориэна, даже Трандуил расщедрился и прислал отряд. А как же Элронд? Халдир посерьёзнел и бросил на меня быстрый взгляд. — Халдир, я сейчас не из праздного любопытства спрашиваю. — Отряды Ривенделла пытаются пробиться к гаваням, чтобы наш народ смог отправить в бессмертные земли хотя бы женщин. — Владыка Элронд? — Он в Ривендэлле. А Вы… — Я не знаю, Халдир. Честно, не знаю. Дальнейший наш путь продолжился в молчании. Я пыталась осмыслить, что сказал Халдир и своё отношение к этому. В глубине души я предполагала, что если Элронд как правитель и остаётся в Ривенделле, то уж Элладан и Эльрохим ни за что там не усидят. Странно, но факт — я за них беспокоилась. Так же как и за Арвен. Она, наверное, так переживает из-за Арагорна. Под своды Эдораса мы вошли уже под покровом ночи. Наша повозка проехала дальше всех и остановилась возле громадины, стоявшей на возвышении. — Я так понимаю, апартаменты Теодена? — сонно спросила я Халдира. Страж не успел ответить, как всё вокруг осветилось факелами. Как чёрт из табакерки появился Леголас, который аккуратно подхватил Ти на руки и понёс вверх по лестнице. Вслед за ним отправился Халдир с Мирой. — И вам как говорится добрый вечер, — пробормотала я им вслед. — Арагорн! — раздался за моей спиной голос Эовин. И роханка аки лань подлетела к Страннику, также вышедшему нам на встречу, с блаженной улыбкой на лице. — Я рад, что вы добрались без приключений. Король Теоден ждёт в зале, — проговорил Арагорн, бережно сжимая в руках ладошки Эовин. Прищурясь, я наблюдала за этой картиной. Заметив мой взгляд, Арагорн отступил в сторону, открыв Эовин путь во дворец к Теодену. — Эстэль… — Теперь я понимаю, почему вы с лопоухим так дружны. Ну, просто два сапога пара. Оба горазды работать на два фронта. — Эстэль! — Ой, отвали Арагорн, — взяв за поводья Везунчика, я потащила его в сторону, — иначе меня просто стошнит от твоей праведности в купе с лицемерием. Сделав пару шагов, я натолкнулась на Эомера. — Не подскажешь, где здесь у вас конюшня, мне надо определить своего друга на постой? Ещё полчаса спустя, убедившись, что мой подопечный хорошо устроен и накормлен, я вернулась во дворец. Эомер крикнул какую — то девушку и она отвела меня в отведённую мне комнату, которую как выяснилось, я делю с Эовин. Девушка сидела на небольшом стуле и при свете свечей расчёсывала волосы. Увидев меня, она бросила это занятие и вскочила со стула. — Извини, пришлось располагать во дворце много людей, очень многие потеряли своё жильё. — Всё нормально. — Это походная постель, но мы вполне можем вдвоём разместиться на моей. А если хочешь, я её уступлю. — Прекрати тараторить! — прикрикнула я. — И извини, что кричу. Просто ты меня не слышишь. Я сказала, всё нормально. Я прекрасно расположусь на походной кровати. Бывало и похуже. Перекинув через плечо тетиву лука и ремень колчана, я сняла экипировку и положила рядом с кроватью. — Кроме того, я такая грязная, а сил, чтобы устраивать помывочную процедуру нет. Так что я сейчас просто завалюсь спать. Можешь кстати продолжать то, что делала до моего прихода. Не дожидаясь ответа Эовин, я стянула с себя сапоги, затем сняла одолженный у Миры плащ и как была в грязных штанах и рубахе легла поверх одеяла на приготовленное мне спальное место. Усталость последних дней взяла свое, и мой мозг накрыла темнота.