Столкновение миров

(от лица Эстэль) Уткнувшись в одежду Леголаса, я часто дышала, очень стараясь не расплакаться. Леголас что-то тихо шептал, уткнувшись мне в волосы и, одной рукой прижимая к себе за талию, другой непрестанно гладил по спине. Я могла, наверное, простоять так целую вечность. По крайней мере, я бы этого очень хотела, но как говорится «ничто не вечно под луной». — Леголас, ты не знаешь, где… — в ответ на прозвучавшие слова мой эльфийский принц полуразвернулся, по-прежнему не выпуская меня из своих объятий. Я сделала усилие и, оторвав лицо от груди Леголаса, увидела Тьяру, замершую в дверях тронного зала. Наши взгляды встретились. Я заметила, как при виде меня её глаза широко распахнулись, рот приоткрылся, и снова вжалась в Леголаса, предвидя реакцию вошедшей. Интуиция не обманула. — Боже мой! Божемойбожемойбожемой!!! — с каждым повторением этого словосочетания голос Ти повышался в тональности, пока не достиг ультразвука, который постепенно перекрывал приближающийся топот. Я смотрела как в двери, чуть не сбив Тьяру с ног, ворвалось человек пять. Наверное, охрана. Судя по расцветке одежды — явно лихолесцы или может быть из Лориэна, точный оттенок зелёного, сквозь прорвавшиеся таки слёзы рассмотреть не удалось. Затем зал стал наполняться людьми, вперемешку с эльфами. Эльфов всё же было больше, отметила я, пока мои глаза метались от одного лица к другому: Арагорн, Майк, Арвен, близнецы, Боромир. У Арвен по щекам текли слёзы, а на лице застыло выражение, в котором смешались облегчение вкупе с неверием в происходящее, как и у большинства тех, кто стоял рядом с ней. И только у владыки Лихолесья к названному составу можно было добавить, пожалуй, что… безысходность или нет… смирение с происходящим. На несколько секунд в зале воцарилась звенящая тишина. Я смотрела на небольшую, но всё-таки толпу перед нами, толпа на меня. В следующее мгновение толпа распалась на отдельные индивидуумы, которые с энтузиазмом ринулись ко мне. Я вжалась спиной в Леголаса и что есть силы ухватила его за руку. Я не знаю, сколько секунд, минут или часов прошло пока меня крутили из стороны в сторону, обнимали, целовали, похлопывали по плечам, гладили по голове. Всё это время я думала лишь о том, как не выпустить его руку из своей, что просто не смогу его сейчас потерять. Снова. Но в такой круговерти выполнить желаемое было действительно невозможно. Между нами кто-то вклинился, рука почувствовала давление, а в следующее мгновение я ощутила пустоту в своей ладони. Мне показалось, что я получила удар под дых и просто не смогу больше дышать. Я стала крутить головой в надежде увидеть его, поймать взгляд. Всё было тщетно. Очень хотелось треснуть улыбающуюся во все тридцать два зуба и всё ещё верещащую Ти по голове. Я сделала шаг и чуть не свалилась, так как во время «жаркой» встречи, пока меня крутили из стороны в сторону, верёвка обмоталась вокруг как удав. Меня кто-то схватил за локоть, удерживая в вертикальном положении. Подняв голову, я встретилась с серо-голубыми глазами, так похожими на глаза Леголаса. Только этому взгляду порядком не хватало теплоты. Трандуил… Кивнув в знак признательности за поддержку, я посмотрела на окружавших меня и собравшись с силами попыталась их успокоить. Попытка выдалась так себе. Моё сипение явно было пропущено мимо ушей. Со стороны я, наверное, была похожа на рыбу: рот открываю, а слов не слышно. Жалкое зрелище. В верности этой мысли я убедилась, когда в бессилии подняв голову, снова столкнулась с взглядом Трандуила. Так сиделка смотрит на своего подопечного, который пытается что-то сделать сам: снисходительно и жалостливо. — Молчать всем! — Величественному тону подчинились в одно мгновение, причём все. — Спасибо! — просипела я, в который раз уже закидывая голову вверх. В ответ на это Трандуил лишь сжал мой локоть. — Эстэль, — Элронд, который видимо совсем недавно добавился к встречающим, так как раньше я его не видела, или просто не заметила, мягко выцепил меня из рук Трандуила, чтобы прижать к себе, — Гэндальфу всё же удалось это сделать! — Блин! — Я хлопнула ладонью по лбу. — Гэндальф! Позади нас, словно он только и ждал, когда о нём вспомнят, раздался стон. Моё окружение до этого стоявшее вокруг плотным кольцом расступилось, открывая обзор. Маг всё ещё лежал на полу, но явно подавал признаки жизни. По-видимому, он либо пытался встать, либо проверял дееспособность своих конечностей. Как бы это ни было неэтично с моей стороны, но мне он сейчас напоминал черепашку, перевёрнутую на спину. Видимо, стресс последних дней взял своё, и эмоции стремились вырваться наружу хоть в каком-то направлении. Поэтому я что есть силы прикусила губу, чтобы не дать себе рассмеяться, лицезрея эту картину. Арвен вместе с Гвендолин и Арагорном бросились к магу первыми. — Что с вами случилось? Вопрос Арвен, помогающей Гэндальфу принять сидячее положение, заставил меня вспомнить случившееся. Я была благодарна магу, что на какое-то время он оттянул на себя внимание окружающих, что позволило мне тихонькими мелкокалиберными движениями добраться до места происшествия и задвинуть ногой злосчастный электрошокер за не менее злосчастный саквояж. Однако внимание одного присутствующего отвлечь не удалось. — Кто ты и что сделала с моей сестрой? — раздался насмешливый шёпот Тьяры у меня за плечом. — И прежде чем соврать, ответь — ка почему ты связана верёвкой, вооружена электрошокером и что с твоим голосом? — Мороженого объелась, — беззлобно огрызнулась я, — вишнёвого, с карамелью и фисташками. Я чуть повернула голову. Улыбка Тьяры была заговорщицкой и обещала долгие допросы моей персоне. Гэндальф тем временем уже поднялся на ноги, с обеих сторон поддерживаемый моими братьями. Это, однако, не помешало ему довольно проворно нагнуться и подхватить с пола тёмный шар. В тот момент, когда маг прятал палантир в складки своего белого балахона меня кто-то взял за руку. Прежде чем повернуться и увидеть рядом Леголаса, я успела заметить, что за Гэндальфом наблюдала не только я. Похоже, что события в Эдорасе не отбили у Пиппина интереса к данному артефакту. День был похож на бесконечный. Я раз за разом пересказывала историю своих приключений с момента прохода через портал. Однако во всех этих разговорах была пара недоговорённостей, поразмыслить над которыми мне удалось не сразу. Из тронного зала мы переместились в апартаменты, отведённые Элронду. Количество людей вокруг сильно уменьшилось. Первыми откланялись Трандуил и Галадриэль, затем Боромир, Гвендолин и Гимли, ушли Пиппин и Мэри. Как бы мне не хотелось отпускать от себя Леголаса, но иначе вывести Тьяру за пределы комнаты было невозможно. Помогать ему в этом взялись Майк и Халдир. А мне осталось лишь успокаивать себя тем, что наше расставание ненадолго. В сопровождении оставшихся членов моей семьи я переместилась к себе. Арвен порывалась остаться на ночь, и не в силах возражать сестре, я вымученно посмотрела на Элронда. В итоге снова затискав меня в объятьях и расцеловав в щеки, сестра с близнецами тоже ушли. Я устало опустилась в кресло. На Минас Тирит опускался вечер. Элронд порывался отдать распоряжение об ужине, но я его остановила. Есть совершенно не хотелось. Элронд сел на краешек кровати недалеко от меня и протянул мне руку. Я не стала раздумывать и пересела, занырнув ему под руку. От него пахло солнцем и лавандой, а также чем-то цитрусовым. От него пахло… Ривенделлом и, как это ни странно… нашим домом в Лондоне. Из глаз против моей воли потекли слезы, и я даже не пыталась их остановить. Я просто обхватила Элронда и, уткнувшись куда-то под мышку, ревела уже во весь голос. Элронд молчал и гладил меня по волосам. И я его очень любила сейчас за эту тишину и понимание. Наконец, слёзы иссякли, я понемногу выправила дыхание и нашла в себе силы повернуть голову, чтобы дать лицу приток свежего воздуха. Перед носом появился белоснежный носовой платок. Я с благодарностью его приняла и пока вытирала остатки слёз и высмаркивалась, смотрела на результат своей истерики — некрасивое мокрое пятно на камзоле Элронда. Я глубоко вздохнула и посмотрела на владыку. — Что такого ты сказал Арвен, что смогло заставить её уйти? Элронд усмехнулся, при этом немного нахмурив брови. — Я напомнил, что завтра всем нам предстоит трудный день. — Пока меня не было здесь что-то случилось? — теперь уже хмурилась я. — Нет, — поспешил успокоить меня Элронд. — Трудный потому что предстоит очень много сделать. Завтра состоится коронация Арагорна. — Завтра?! В тронном зале? Элронд понял моё изумление и широко улыбнулся. — Не совсем. Тронный зал не вместит столько народа. К тому же последнюю неделю там обитал Гэндальф. Я вспомнила круг с символами посреди зала и понимающе кивнула. — Коронация это серьёзно, — вздохнула я. — И очень важно для всех. — Ничего не может быть важнее благополучия моих детей, — Элронд привлёк меня к себе и поцеловал в висок. — Нам о многом нужно поговорить, но прежде всего тебе, да и всем нам, нужно успокоиться и как следует выспаться. И вылечить твоё горло, — Элронд отстранился и внимательно посмотрел на меня. — Этим можно заняться прямо сейчас. — Давай завтра, — покачала я головой, — я просто с ног валюсь от усталости. — Хорошо, — Элронд снова прижал меня к себе и поцеловал, на этот раз в волосы. — Только… Эстэль, — я почувствовала, как владыка напрягся, — это ни в коем случае не приказ. Я просто очень тебя прошу не противься тому, о чём я сейчас скажу. — Ну, — подтолкнула я его к продолжению, — и в чём же заключается твоя просьба? — Ты не будешь против… если у дверей твоих покоев будет стоять охрана? Всего пара воинов из отряда Эльрохира. Я отстранилась и увидела беспокойство, которое Элронд и не пытался скрыть. — Ты считаешь, что я могу… — Нет, нет, нет. Я не думаю, что ты куда-то хочешь уйти. Просто… Эстэль, я твой отец. Я должен был обеспечить твою безопасность, понять, почувствовать… Элронд запнулся и вздохнул. — Ты ни в чём не виноват, — я прислонилась к плечу… отца. Что ж пора приучаться так его называть. Начнём хотя бы в мыслях. — И я, в общем — то не против охраны. Ты считаешь, что мне всё ещё что-то угрожает? — не зная, что с Тауриэль, последние слова я произносила с настороженностью. — Не беспокойся. Тебе никто не угрожает. — Элронд усмехнулся, — Разве что Гэндальф, который пришёл в себя и насколько я знаю, рвётся узнать как можно больше о свойствах палантира. Просто… мне так будет спокойнее. Ещё я бы хотел, чтобы ты перебралась в комнаты, располагающиеся ближе к моей, но это можно решить и завтра. Так ты не против? Я пожала плечами. — Я так устала, что мне как — то всё равно кто там будет тусоваться… стоять в карауле. Правда, я не против. Если тебя это успокоит. — Вот и хорошо, — Элронд встал, и я поднялась вслед за ним. — Спокойной ночи. Поцеловав меня в лоб, он направился к дверям. — Постой, — окликнула я его и взяла в руки рюкзак, что лежал возле туалетного столика с двумя другими. Расстегнув молнию, я вынула отросток жасмина, вздохнув с облегчением от того, что он оказался целым. Только листья повяли. — Это жасмин, — Я передала отросток Элронду. — Выглядит, конечно, паршиво и может, не отрастёт вовсе. Это кустарник. Он рос… вернее растёт возле моего дома… там. Я хотела, — я закусила губу и посмотрела на Элронда, который аккуратно держал отросток при этом не спуская с меня взгляда. — Я хотела посадить его в Ривенделле, но если ты против… — я пожала плечами и отвернулась, стараясь удержать слёзы. Ей богу, я становлюсь весьма плаксивой особой. — В нём есть жизнь, — услышала я и повернулась. Элронд улыбался, разглядывая отросток. — И я сейчас же отправлю его в Ривенделл. Думаю, Менелтор сумеет позаботиться об этой крохе. Эстэль, — отец внимательно смотрел на меня. — Я не хочу, чтобы ты от чего-то отказывалась или забывала только потому, что боишься чьего — то мнения по этому поводу. Годы, проведённые вне Ривенделла и люди, что тебя окружали в то время — часть твоей жизни. И как бы мне не было … немного грустно, я сам направил тебя по этому пути. — Я понимаю. Спасибо. — Кивнула я. — Я — это я. — Ты это ты. И я горжусь тобой, дочь. Помни об этом. — Ох, — только и смогла выдавить я и получила ещё одни обнимашки. После ухода Элронда я перенесла рюкзаки и саквояж в комнату с багажом, где спрятала их среди многочисленных коробов. Именно там я услышала, как кто-то пришёл. Выглянув из гардеробной, я увидела Элэниэль, неуверенно переминавшуюся с ноги на ногу у дверей. Быстро преодолев разделяющие нас метры, я крепко обняла эльфийку. — Как же я рада тебя видеть! Элэниэль тоже была рада. Правда постоянно твердила, что виновата, что не смогла меня спасти, что ей нет оправданья, что она должна была о чём-то рассказать владыке. Я прервала её бормотанья, просто зажав рот ладонью. — Никто ни в чём не виноват. — Твёрдо сказала я. — От эльфов — сталкеров как оказалось страховки нет ни у кого. Элэниэль вытаращила глаза, явно не понимая о чём речь. — Забудь, — сказал я, давая девушке свободу. — Всё хорошо. Ты здесь, я здесь. И давай больше не будем об этом. Ладно? Элэниэль не уверенно, но всё же кивнула. — Ну и ладушки. А теперь мне нужно переодеться, а то, — я обратила внимание на водолазку и джинсы, — я явно не в средиземном тренде. Выбери что-нибудь из одежды. Элэниэль тут же скрылась в комнате с вещами, а я, скинув кроссовки, принялась за другую одёжку. — О-о-ох, — услышала я как раз в тот момент, когда стягивала водолазку. — Что? — спросила я, увидев, что Элэниэль замерла с вещами в руках, уставившись на меня. Я нахмурилась, а потом до меня дошло, что именно ввело Элэниэль в такой ступор. Мои синяки и ссадины. Рука непроизвольно потянулась к горлу. — Я упала, — объяснила я, и звук моего голоса привёл эльфийку в чувство. — Ладно, — согласилась Элэниэль, видимо поняв, что продолжать объяснения я не хочу. Пока я переодевалась, она молчала, что-то обдумывая и время от времени бросая на меня взгляды. — Владыка Элронд сказал, что завтра состоится коронация, — подкинула я тему для разговора, надеясь, что это отвлечёт девушку. — Да, — Элэниэль действительно оживилась. — И нам нужно приготовить платье и всё остальное к нему. Платье для данной церемонии было сшито заранее, впрочем, как и туфли. Мы лишь обговорили вариант причёски и украшения. Я достала шкатулку, что привезла с собой из Ривенделла. Увидев украшения, Элэниэль восхищённо выдохнула. — Я не хочу чего-то … вычурного, — высказалась я. Хотя данный эпитет в отношении эльфийских украшений, отличающихся тонкостью и изяществом, явно был неприменим. Элэниэль принесла платье, и пока она задумчиво переводила взгляд со шкатулки на платье и обратно, я вспомнила ещё кое о чем. Скрывшись на несколько минут в гардеробной, я вернулась, неся в руках обод. Я положила его в шкатулку и взяла в руки цепочку с подвеской, которую выложила на туалетный столик, когда переодевалась. Кольцо с цепочки перекочевало ко мне на руку. — А браслет я потеряла, — с сожалением сказала я, рассматривая украшение. — Он у вашей сестры, — Элэниэль положила руку мне на плечо. — Вы не будете против, если мы остановимся на этой диадеме? Я кивнула и девушка продолжила. — Уши открывать не будем? — Почему это? — я посмотрела в зеркало, встретившись глазами в Элэниэль, — Я не собираюсь ничего скрывать или отрицать. Элэниэль ободряюще мне улыбнулась. — Тогда остановимся на этих серьгах и добавим вот эти кольца. Элэниэль снова упорхнула в гардеробную, забрав с собой платье, я же осталась сидеть за столиком, рассматривая изумрудный трилистник. Мысли, которые до этого момента я отталкивала, снова выступили на первый план. Я вспомнила лицо Трандуила. Наверное, именно это заставило меня принять весьма сумасбродное решение. — Элэниэль, — окликнула я служанку и продолжила, когда она выглянула из гардеробной, — мне нужно уйти ненадолго, поговорить кое с кем. — Я возьму с собой охрану, — поспешно добавила я, заметив, как обеспокоилась эльфийка. — И ты можешь сообщить владыке Элронду о моих передвижениях. — Я… думаю вам нужно подобрать что-нибудь другое для визита, если только… — Элениэль хитро прищурилась. — Ты права, мне нужна другая одежда, — ответила я, стараясь не замечать насмешливой улыбки девушки не задумываться о том, что Элениэль, скорее всего, предположила, что я иду к Леголасу. Интересно, что бы она сказала, если бы знала к кому я направляюсь? Вскоре на мне красовалось вполне консервативненькое платье до пят и мягкие туфли без каблука. В общем, привычный средиземный вариант, но в этот раз вместо раздражения я испытывала весьма радостные эмоции. Мне было… уютно. С волосами я заморачиваться не стала, просто расчесав их и снова стянув в хвост. — Подождите. По — моему так будет лучше, — Элэниэль принесла длинный лёгкий шарф в тон платью и обернув им мою шею тем самым скрыла бардовый след, оставив концы свободно спадать по моей груди. — Спасибо! — искренне поблагодарила я. — У вас есть не более часа, а затем я подниму на ваши поиски весь дворец. — Я же сказала, что возьму с собой охрану. — А я думаю, что Вам нужно выспаться. Завтра предстоит весьма сложный день. — А когда они у меня были простыми? — задала я риторический вопрос, направляясь к двери, не забыв при этом прихватить цепочку со столика. Как только я открыла двери, передо мной тут же возникли два молодца, которые смотрели на мою персону с явной долей недоумения и беспокойства. — Спокойно, ребята! Мы с вами сейчас немного прогуляемся в пределах дворца, и… я надеюсь, что недалеко. — Вы следуете к леди Арвен? — поинтересовался один из моих сопровождающих, когда мы сделали пару шагов. — М-м-м, нет. Мы к владыке… — Элронду? — присоединился к беседе другой. — Так его покои в другой стороне. Я приостановилась и развернулась к эльфам. — Не совсем. Нам нужно к владыке Лихолесья. Ребята немного прифигели. — Аранену Лихолесья? — отчего-то с некоей надеждой в голосе спросил один из них. Я покачала головой, явно огорчив сейчас бедных эльфийцев, так неудачно попавших в дозор у моей комнаты. — К тому, что постарше. Ну, знаете… с такими рожками. Ребята, похоже, знали. Переглянувшись друг с другом и тяжело вздохнув, они попросили меня следовать за ними. Мы шагали по пустынным коридорам, освещённым светом факелов и свечей. Вскоре я поняла, что началась территория, отведённая лихолесцам. Парочка встретившихся нам эльфов в привычных взгляду зелёных камзолах с трилистниками в атрибутике провожала нашу троицу изумлёнными взглядами. — Ну что вы так переживаете? — обратилась я к своим провожатым, когда мы остановились перед дверью в апартаменты Трандуила и передали просьбу об аудиенции. — Может, он спит давно уже и десятый сон видит? Стражники — лихолесцы, стоящие в карауле, скосили глаза в мою сторону, один из них явно сдерживал улыбку. — Сейчас нам скажут «Извините, ребята, придёте в другой раз» и мы спокойненько отправимся обратно. Вот увиди… — Владыка Трандуил готов принять Вас, — поклонился вернувшийся от Трандуила эльф и приготовился распахивать двери. — Вот чёрт, — именно в этот момент я подумала о глупости своей затеи. Ну, ладно, я же знала куда иду. В конце концов, не прибьём же мы друг друга?! Стражники, не стесняясь, пялились на меня, уже совсем не скрывая улыбок. Из чего я сделала определённый вывод. — Я что, сказала это вслух? Один из лихолесцев кивнул. -Ой… Ну и ладно, — я повернула голову и обратилась к одному из своих, — если услышите мои крики, тут же бежите меня спасать. Я уже приготовилась сделать шаг вперёд, как за моей спиной тихо, но отчётливо произнесли. — А если кричать будет он? Я замерла и посмотрела на лихолесцев. Те с интересом ждали ответа. — Ну, тут уж по ситуации, — сказала я, обращаясь ко всем сразу. Я устремила взгляд вперёд и только сейчас отметила, что эльф, пригласивший меня к владыке, всё ещё стоит к нам спиной, а двери так и не открыты. Эльф видимо отметил образовавшуюся тишину, так как повернул голову и, посмотрев на меня через плечо, прошептал. — Готовы? Я выдохнула, распрямила спину, подняла голову и, с благодарностью посмотрев на лихолессца, твёрдо кивнула. Двери широко распахнулись. — Леди Эстэльуэлде к владыке Трандуилу. Владыка Лихолесья встречал меня посередине комнаты и после привычной процедуры приветствия в виде прижатия руки к груди, полупоклона и лобызания уже моей руки, широким жестом пригласил меня присесть за столик, заставленный различной снедью. Венчала творения кулинарии высокая ваза, до краёв наполненная фруктами. Похоже, Трандуил любит побаловать себя на ночь, а говоря простым языком — пожрать. Н-да, оказывается, ничто человеческое нам не чуждо. Приняв приглашение, я присела за столик, продолжая рассматривать Трандуила и предаваться внутренним размышлениям о человечности эльфов, вернее, находившейся передо мной особы. Пауза затянулась. Первым не выдержал владыка, спросив: — С моим внешним видом что-то не так? — Что? А-а-а, — дошла до меня, наконец, суть вопроса, — нет, всё нормально, корона, правда, немного набок съехала, а в остальном… — я пожала плечами. Трандуил посмотрел на меня как на умалишённую, но всё же потянулся к своим рожкам. — Чем собственно обязан столь… особому визиту? Если позволите высказаться прямо, то больше всего можно было ожидать вашего визита к моему сыну, чем ко мне, — Трандуил замолчал, ожидая моего ответа, коего вполне могло и не быть, так как я всё больше и больше убеждалась в неверности сделанного мной шага. Это только в теории было всё просто. — Я вообще — то именно туда и собиралась, — ляпнула я, сама от себя не ожидая такого, но… слова уже произнесены и нужно как — то выкручиваться дальше. — А по моему наряду этого разве не видно? Трандуил окинул меня взглядом и сдержал явную усмешку, которая, тем не менее, была явно видна в уголке приподнятых губ.  — …Только дверью ошиблась, а когда сообразила что к чему, вы уже пригласили меня в свои…роскошные апартаменты, — мы оба окинули взглядом для меня на удивление довольно спартанскую обстановку комнаты и теперь Трандуил усмехнулся уже открыто. Наконец мой фонтан внезапно отрывшегося красноречия иссяк, так же как и уверенности и еле выдавив из себя: «Я, пожалуй… пойду?», — я встала и развернувшись собралась опрометью броситься к дверям, но была остановлена грозным окликом. — Сядь на место! — Ч-что? — Сядь на место! — Трандуил кивком указал на стул, с которого я вскочила как подорванная, и продолжил более спокойным тоном. — Пожалуйста, леди Эстэль, присядьте. Я сглотнула образовавшийся ком в горле и присела на самый краешек стула. — Яблоко? — как ни в чём ни бывало, предложил мне владыка. Я отрицательно покачала головой. Пару минут мы сидели молча. Трандуил молча чистил яблоко, изредка бросая на меня ироничные взгляды, я старательно этих взглядов избегала. — Вы не очень-то были рады вновь увидеть меня в Средиземье, — мой сиплый голос в тишине комнаты звучал ещё более отвратно. Краем глаза я заметила, как ножик замер в руках Трандуила и гадала, чем же он был удивлён: тем, что я заговорила или содержанием самой фразы. Руки эльфа вновь пришли в движение, и яблочная кожура снова завилась серпантином. — Вы извините, каюсь, что не растолкал всех страждущих и не заключил вас в свои почти отеческие объятья. — Я… понимаю, почему вы не хотели меня видеть здесь. Я думала об этом …там. — О том, что не принесёте мне радости своим возвращением? Я подняла голову и встретилась с Трандуилом взглядом. — О том, что принесёт моё возвращение вашему сыну. — Значит, хорошенько поразмыслив, вы выбрали наш мир? — Нет, — Я посмотрела на цепочку, которую накрутила на запястье своей руки. Изумрудный трилистник мягко отражал блики свечей.- Я выбрала его. Подняв глаза, я увидела, что Трандуил также внимательно смотрит на подвеску. Он отложил на тарелку яблоко и нож и уткнулся в сплетённые руки, упираясь локтями о столешницу. — Вот видите, ваша неприязнь ко мне оправдана, я не думала о нём, лишь о себе. — Я внимательно посмотрела на Трандуила, готовясь произнести самые важные слова в своей жизни. Смешно и трагично одновременно, что первым их предстоит услышать именно Трандуилу. — Я люблю Леголаса. Это случилось не сразу, но… я хочу провести эту жизнь, какой бы скоротечной по эльфийским меркам она не была, рядом с ним. И вы вправе ненавидеть меня за это решение. Но, — я выпрямилась и, не отводя взгляда от Трандуила, продолжила, — я от него не откажусь. — Что ж, милая, а теперь послушай, что Я тебе скажу, — я прикрыла глаза и затаила дыхание, собираясь столкнуться с волной гнева владыки Лихолесья. — Возможно, моя реакция на твоё возвращение не была такой бурной, но в действительности я рад, что так случилось. — Что?! — я вытаращила глаза и резко подалась вперёд, тем самым непроизвольно толкнув столик. Очищенное яблоко скатилось с тарелки и, по всей видимости, шмякнулось Трандуилу на коленки. Владыка осторожно, словно мерзкую букашку, поднял его, держа за ножку, и вернул обратно на тарелку, а затем выразительно на меня уставился. — Ой, … извините. — М-м-м, ничего. — А… почему вы …как бы рады моему возвращению? — Потому что мой сын такой же себялюбивый, как и ты. И я явно недооценил его…симпатии к тебе. Ещё и Гэндальф… — Трандуил — поморщился, как будто раздавил таракана. — Причём здесь маг? — не поняла я. — Притом, что он потакал идее Леголаса открыть врата в твой мир. А мой неразумный сын собирался отправиться туда тебя разыскивать. — То есть, лучше я и он здесь, чем … — … ты и он там, — передразнил меня Трандуил, скопировав мои интонации. — Всё верно. Это конечная цель вашего визита? Моё благословение? По тому, как он переходил с «вы» на «ты» и обратно в процессе разговора я уже приноровилась определять, где владыка Лихолесья говорит на эмоциях, а где держит себя в руках, скрываясь за маской благонравия. — В принципе, оно мне как бы и не нужно было. Но так как-то и правда попроще, — кивнула я. — Только учтите, Эстэль, может быть, вы и станете женой наследника моего королевства, но вот уважение и любовь наших подданных вам ещё придётся завоевать. — Мне напомнить вам о том, благодаря кому я стала невестой аранена Лихолесья? — я подняла руку с цепочкой на запястье и подрясла ей для пущей видимости. — И к вашему сведению, — я постаралась придать голосу более доверительную интонацию, — я не собираюсь никого и ничего завоёвывать. В ответ на это Трандуил выразительно выгнул бровь и поинтересовался. — И какой же тогда вы видите свою жизнь в Лихолесье? — Предположительно, безоблачной и счастливой. А вы? — С минуту мы молчали, думая каждый о своём, а потом я всё же решилась спросить. — Можно кое-что узнать и понадеяться на честный ответ? Брови эльфа вновь взметнулись вверх. Я не отвела взгляда и ждала. Наконец Трандуил соблаговолил. — Конечно. — Где сейчас Тауриэль? Сказать, что меня беспокоила эта тема, это значит не произнести ни слова. Мне просто распирало мозг. И одной из основных была мысль о том, что есть в моём возвращении одна странная штука. И имя ей НЕДОСКАЗАННОСТЬ. Она чувствовалась везде. В вопросах, которыми меня осыпали по возвращении, в моём рассказе о переходе через портал. Своё повествование я начала со слов «Когда я провалилась в портал…». Но никто, ни одна душа не сказала мне «Эй, постой — ка, а как это ты в него свалилась?». Имя Тауриэль не было произнесено ни разу, вплоть до сего момента. — Вот только не говорите мне, что вы не в курсе того, что это именно она поспособствовала моему шестидневному отсутствию! — наши взгляды скрестились, и в этой дуэли наконец-то победа осталась за мной. Трандуил поджал губы, посмотрел на яблоко, к которому он так и не притронулся, вздохнул и вновь обратил внимание на мою персону. — Леди Эстэль, послушайте, я думаю, вам не стоит забивать свою голову такими… неприятными мыслями, как… — Не надо говорить со мной так, словно у меня в голове одни опилки! — я повысила голос насколько мне позволяло моё измучанное горло. — Я знаю, что она не просто ваша подданная, я знаю, что Ваша семья к ней очень тепло относится и покровительствует, я знаю, что она спасла жизнь вашему сыну, я знаю, что в некоторой мере испытывала перед ней вину за свои отношения с Леголасом… — Эстэль, — Трандуил вновь вздохнул и, протянув руку через стол, накрыл мою ладонь, — Я говорил с ней, она …не желала никому зла, она просто… не хотела причинить боль Леголасу. Постарайся её понять, — Трандуил снова тяжело вздохнул, — скорее всего, ты не станешь… -Эльфом? — закончила я за владыку, выдёргивая свою ладонь из-под его.- Именно этим руководствовалась ваша подопечная?! А кто дал ей право судить и принимать решения за других? Ладно, я признаю её стремление ваять доброе и светлое на благо Лихолесья и Леголаса в частности, но как же я?! Мои интересы и благополучие в расчёт не берутся? — я встала и наклонилась в сторону Трандуила, опираясь на стол одной рукой, а другой стаскивая с шеи шарф. Трандуил дернулся, как будто его ударили. — Я говорила, что чувствовала за собой вину перед Тауриэль. Её, похоже, за то, что она меня довольно бесцеремонно столкнула в портал, совесть не мучает. Согласитесь, было бы довольно иронично, если бы на той стороне мне не помогли, и я оказалась бы задушена вашим подарком. Трандуил вслед за мной перевёл взгляд на цепочку на моём запястье. Я выдохнула, стараясь успокоиться и сев на стул, ожидала ответа Трандуила. — Вы…ты …говорила об этом с Леголасом? — через пару минут молчания спросил владыка. Я отрицательно помотала головой. — И что ты предлагаешь мне сделать? Отдать приказ о казни или отправить в заключение на несколько тысячелетий? — Трандуил печально улыбнулся. — Слово «вечность» мне нравится больше, — пробормотала я. — А хотя… оставьте всё как есть. Абстрагируйтесь от всех проблем, у вас это прекрасно получается, — я спокойно встретила немного удивлённый взгляд своего визави и пожала плечами. — А что? Никто же, по вашим словам, не желал мне зла, а моё исчезновение можно списать на очередную выходку сумасбродной наследницы Ривенделла. — Я встала и стала возвращать свой шарф в первоначальное положение на шее. Трандуил поднялся из-за стола вслед за мной. — Леди Эстэльуэльде… Эстэль… — Нет, всё в порядке, не беспокойтесь, — я расправила концы шарфа на груди. — Просто когда в следующий раз ваша подопечная вкупе с любимицей Келеборна или ещё кем-либо жаждущим принести мир и добро в Средиземье опять постараются «не причинить мне зла», я буду к этому готова, вы уж не обессудьте. Я уверенно встретилась взглядом с Трандуилом. — И да, скорее всего я всё же не эльф. Так как вся эльфийская округа, включая Леголаса, убеждала меня в том, что эльфы не умеют ненавидеть. А я то вот как раз ненавижу. Какой конфуз для эльфийского сообщества! Увы, но чувства вины не осталось, только злость и ненависть лично к вашей подопечной. Так и передайте Тауриэль. А так же то, что я сделаю всё от меня возможное, чтобы рядом со мной и тем более с Леголасом её и в помине не было. Вот теперь я сказала всё. А сейчас прошу меня извинить. Я должна удалиться. Отец сказал, завтра предстоит трудный день. Теперь я в это охотно верю. Не дожидаясь ответной реакции Трандуила я отправилась к дверям, которые открылись, стоило мне только чуть их толкнуть. Всё тот же эльф, что запускал меня в апартаменты, закрыл их за мной, скрывая от взгляда Трандуила, который я спиной чувствовала. Только на секундочку я позволила себе прикрыть глаза и приостановить дыхание. Когда я вернулась в реальность, то обнаружила, что на меня уставилось пять пар глаз, надо сказать довольно настороженно. Нацепив доброжелательную улыбку, я радостно объявила. — Все живы, здоровы, обошлось без потерь. Всего доброго, — пожелала я напоследок лихолессцам и весьма бодро пошагала по коридору. Мои секьюрити подорвались следом. Возвращаясь обратно, я надеялась на благоразумие Элэниэль. Вести объяснительные беседы с Элрондом мне сейчас не хотелось. Очень боялась, что врежу правду матку по всем статьям. Он и так натерпелся за последние дни. А для Арвен это вообще должно быть самое радостное, самое замечательное время. Не нужно омрачать им праздник, однако это совсем не значит, что другие могут жить спокойно. Размышление над дальнейшей стратегией действий прервал поворот за угол, после чего я увидела Элэниэль весьма мило беседующую у дверей моей комнаты с… — Линдир? — с безразмерным удивлением выдала я, чем заставила парня усмехнуться, а Элэниэль смущённо потупить взгляд. — Что-то случилось? — переборола я, наконец, свой ступор. — Рад вас видеть в добром здравии, леди Эстэльуэльде. Надеюсь, ваше недельное путешествие по… Средиземью прошло успешно, и вы смогли оценить красоту… — на этом эльф запнулся и посмотрел на проходящую мимо нас пару эльфов. Оба высокие, светловолосые. Женщина смотрела на нас с любопытством, а мужчина немного настороженно. Похоже, в разговоре с Трандуилом я почти угадала. Простые обыватели были не в курсе происходящих событий. Линдир всё ещё молчал, и я пришла ему на помощь. — …Эребора? Да, спасибо, Линдир. Это действительно великолепные места, — при этих словах дама споткнулась и если бы не держалась за локоть своего партнёра, наверняка бы свалилась на пол. Оба выпучили на меня глаза с выражением совершеннейшего изумления на лице. — Да, слушаю вас? — обратилась я к нашим невольным слушателям. Те видимо вспомнили о приличиях и, извинившись, скорым шагом, отправились прочь, скрывшись из вида за углом. — Интересно, а что их так удивило? — спросила я у стоящих передо мной эльфов. Элэниэль продолжала рассматривать пол, стражники наоборот, вперились в потолок, и только Линдир рискнул посмотреть непосредственно на меня. — Мне Гимли столько рассказывал о своём родном крае, что мне хотелось убедиться воочию. Линдир кивнул, принимая мои слова, и сделал шаг в сторону, пропуская к двери. Я вошла в комнату, отметив, что Элэниэль не сдвинулась с места. Чуть прищурив глаза, я закрыла за собой дверь и только потом увидела причину, как действий служанки, так и присутствия Линдира у моей комнаты. В кресле, что стояло рядом с кроватью, сидел Леголас. Я замерла, не решаясь сделать шаг. После нескольких мгновений бездействия, я склонила голову набок, внимательно рассматривая гостя. Глаза закрыты, голова откинута, рот чуть приоткрыт, грудь мерно поднималась и опускалась, одна рука лежала в кресле вдоль ноги, другая свободно свисала с подлокотника. Леголас спал. Я тихонько, на цыпочках, преодолела расстояние между нами и села на краешек кровати. Желание дотронуться было просто нестерпимым, поэтому я не нашла ничего лучше, чем спрятать руки за спину, сцепив их в замок. Тем не менее, я наклонилась вперёд, жадно рассматривая дорогие черты. Мне показалось, что его лицо осунулось, и выглядел он более бледно, залегшие под глазами тени были отнюдь не от ресниц. Я судорожно выдохнула. Похоже, несладко пришлось не только мне. Не справившись с непреодолимым влечением, я всё же наклонилась ещё ближе и коснулась носом его плеча, вдыхая неповторимый, сводящий с ума аромат дождя, влажной земли и листьев. Я почувствовала, как по лицу побежали слёзы. Это заставило меня отстраниться, но я не успела, и мне оставалось лишь наблюдать как прозрачная капля, скатившись по переносице, упала на серебристую ткань и растворилась мокрой кляксой. Я подняла голову выше и встретилась с внимательным серо-голубым взглядом. — П-привет, — прохрипела я. Леголас промолчал, лишь взял меня за руку и потянул на себя. Спустя мгновение я сидела у него на коленях. Меня обнимали так крепко, что я просто не могла пошевельнуться. — Лег… — Ш-ш-ш, — Леголас приложил пальцы мне к губам, а другой рукой отвёл пряди волос с моего лица, заправив их за ухо. Губы получили свободу лишь на секунду, чтобы вновь попасть плен. Хотя против такого плена я вовсе не возражала. Я очень долго этого хотела, стремилась к этому. Та ночь, что мы провели, бродя по улицам Минас Тирита, казалось, была тысячелетие назад или её вовсе не было, просто отголоски сна в моей голове. И сейчас я хотела вернуть те ощущения: тепло и сила его рук, вкус губ, только ему свойственный аромат, ощущение покоя, что дарил только он. Мне хотелось, чтобы так было всегда. Леголас тем временем сместился с поцелуями на скулу, оставил влажный след за ухом и продолжил дорожку из поцелуев уже по шее, пройдясь по самой кромке шарфа. Именно это заставило меня резко вынырнуть из озера блаженства и замереть в его руках. Леголас не мог этого не почувствовать. Губы замерли, а затем совсем пропали: он отстранился. Я едва слышно чертыхнулась. — Эстэль? Будь добра, объясни мне, что у тебя с голосом? Я чуть повернула голову и столкнулась с пристальным взглядом серо-голубых глаз. Я вновь чертыхнулась, на этот раз мысленно. Зря я отказала Элронду, эльфийская медицина смогла бы избавить меня от таких вот проблем. Мне не хотелось, чтобы Леголас видел синяки и ссадины на моём теле. Да и кто-либо другой вообще. Трандуил просто меня выбесил и сейчас я жалела о своём выпаде в этом отношении. Не хочу выставлять себя жертвой. — Эстэль?! Леголас всё ещё ждал ответа. А не дождавшись, подцепил край шарфа. Я перехватила его руку. — Будем драться? — Леголас посмотрел на меня, упрямо продолжая держаться за шарф. Я со вздохом позволила ему удовлетворить своё любопытство. Леголас молчал, поэтому говорить пришлось мне. — Когда я упала в портал, то свалилась с лестницы, запуталась в завязках плаща и … — я говорила с неохотой, осторожно подбирая слова и стараясь не смотреть в сторону Леголаса. Он всё ещё молчал, и, держа меня за руку, выводил непонятные узоры у меня на ладони. Я чуть дёрнула этой рукой. Его пальцы тут же сжались, удерживая мою ладонь, а он удосужился таки посмотреть на меня. — Этот…след ведь не от шнуровки плаща, — Леголас не спрашивал. Он утверждал. — Его оставил… — его пальцы скользнули вверх по моей ладони к запястью и подцепили изумрудный трилистник. Я прикрыла глаза, признавая своё поражение, а затем нашла в себе силы, чтобы посмотреть в любимое лицо. — Я не хотела тебя расстраивать. — Меня не это расстроило. Вернее, не только это. — Леголас выпрямился и, крепче прижав меня к себе, нежно поцеловал в висок. — Эстэль, — его дыхание опалило мне кожу, — между нами было столько недомолвок… очень не хочется создавать новые. — Хорошо, — я повернулась к нему, и наши лица практически соприкасались, — давай не будем. Время есть? — Я не стала дожидаться ответа, сразу же продолжив. — Тогда слушай. Я рассказала ему обо всём, что думала и чувствовала с момента возвращения в Англию. О своих страхах и сомнениях, о принятых решениях, о том, что, на мой взгляд, не позволяло быть нам вместе и о том, почему я не могу отказаться от него. Признаваться в своих чувствах к Леголасу было не просто. Когда я говорила это на испанском здесь же более четырёх месяцев назад, я думала, что он меня не понимает, когда он напомнил мне об этом в Ривенделле, я лишь признала это, но не произнесла в открытую. Сейчас я смотрела в его глаза и говорила это. Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ. И если бы я не знала о его чувствах ко мне, если бы не слышала эти же слова, адресованные мне, если бы не видела, КАК он при этом смотрит на меня, вряд ли бы решилась. Наконец, всё было сказано, и я замолкла, судорожно выдыхая и сглатывая. Смаргивая предательские слёзы, я смотрела только на свои руки, что нервно теребили ткань платья на коленке. — Посмотри на меня. Услышав эти слова, я как маленькая девочка отрицательно помотала головой. Леголас встал, осторожно приподняв меня и поставив на ноги рядом с собой, ни на секунду не выпуская при этом из своих объятий. — Эстэль, — Леголас сжал мою ладонь, — пожалуйста, просто посмотри на меня. Я кивнула, соглашаясь, и всё равно дала себе пару секунд, чтобы собраться и, действуя уже более спокойно, подняла голову. Моё лицо тут же оказалось в его ладонях. Серо-голубые глаза сияли, а улыбка могла осветить весь дворец, да что там дворец, весь Минас Тирит. — Я тебя люблю. Я не удержалась и рассмеялась лёгким беззаботным смехом. — Что в этом смешного? — нахмурился Леголас, всеми силами пытаясь скрыть улыбку. — Ничего, — покачала я головой и, поднявшись на цыпочки, поцеловала его. Нежное касание губ перешло в более глубокий поцелуй. Я чувствовала, как руки Леголаса мягко скользят по моей спине, всё сильнее прижимая меня к нему. Поцелуй следовал за поцелуем, как две проникшие в моё размягчённое сознание мысли заставили меня замереть. Во-первых, я услышала приглушённые голоса, а во-вторых, я бы не хотела, чтобы Леголас улицезрел все синяки, которые могло продемонстрировать мое тщедушное тельце. Это повлечёт очередные вопросы, и потом… я не хотела, чтобы Леголас посчитал меня некрасивой. Я и так этим похвастаться не могу. А уж в купе с сине- жёлто-фиолетовыми отметинами… Леголас замер вслед за мной и прервав поцелуй, также стал прислушиваться. Туман, окутывавший голову понемногу рассеивался, и мы совсем отстранились друг от друга. — Мне, пожалуй, нужно идти. — Да… наверное. Элронд выставил охрану. И Элэниэль с Линдиром… — Эстэль, — Леголас уже привычным жестом убрал волосы с моего лица. — Завтра, вернее уже сегодня, мы снова увидимся. Я никуда не исчезну. И я надеюсь, ты тоже, — Леголас кривовато улыбнулся и тут же нахмурился, видимо, заметив мою реакцию на свои слова, — Эстэль? — Да-да, — кивнула я, осознав, что он ждёт от меня ответа. — Нам всем нужно выспаться. Завтра…то есть сегодня важный день. Кстати, почему коронацию перенесли? Хотя какая разница. Перенесли и перенесли, Арагорн, наверное, не хоте… — Эстэль, — прервал Леголас мою спутанную болтовню. — Как только взойдёт солнце, я буду у твоих дверей и ни на шаг от тебя не отойду. — Я не знаю, что он увидел в моих глазах, но видимо это его не успокоило. Он что-то прошептал себе под нос, а затем снова посмотрел на меня. — Я вернусь через полчаса, только не пугайся. Хорошо? Я кивнула и Леголас, бросив на меня ещё один настороженный взгляд, проследовал к двери. Я наблюдала за его уходом со смешанным чувством: с одной стороны понимая, что веду себя глупо. Однако я всё ещё помнила отголоски отчаяния, когда я поняла, что выпустила его руку, окружённая теми, кто радовался моему возвращению. И сейчас эти чувства нахлынули вновь. Я снова боялась, что куда-нибудь провалюсь, исчезну и больше его не увижу. Я ничего не знала о судьбе Тауриэль, и это оставляло место страхам и опасениям. Не успела дверь за Леголасом закрыться, как в комнату тут же впорхнула Элэниэль. Пока я снова переодевалась и умывалась, эльфийка успела ввести меня в курс происходящего. За что я была вдвойне ей благодарна и настолько же была зла на саму себя. Ну, сколько можно быть такой раззявой? Вместо охов, ахов и розовых соплей по поводу моего возвращения в мир средиземный можно было выяснить, что в этом мире произошло за прошедшую неделю. В общем, если вкратце, то средиземный бомонд думал, что ввиду занятости основных субъектов в лице Элронда, Арвен, Арагорна и моего жениха, я решила занять время перед грандиозными событиями путешествием по прилегающим землям. Я, вспомнив карту Средиземья, негромко рассмеялась. Да уж, Эребор — это просто ну, ближе некуда. А вот почему коронация Арагорна была перенесена на столь ранний срок, Элэниэль не знала. Пожелав мне доброй ночи, она удалилась в комнату, смежную с моей спальней. Задув свечи, я села на кровать и обняв себя за колени, просто смотрела в полумрак. Сквозь раскрытые двери на балкон в комнату проникала ночная прохлада, но я не хотела их закрывать. Слышались обрывки фраз, ржание лошадей. Город готовился к самой важной церемонии за последние сотни лет. О чём сейчас думает Арагорн? Или Арвен? Как воспринимает всё происходящее Боромир? После приезда мне ведь так и не удалось с кем-то из них и поговорить — то толком. Слишком запуталась в своих проблемах. За размышлениями я не сразу заметила тень, скользнувшую по балкону внутрь комнаты, прямиком к кровати. От очередного коллапса нас спасло только то, что я осознала, что это Леголас раньше, чем издала хотя бы один звук. — Ты с какого дерева падал? — зашипела я, загоняя радость от его присутствия глубоко подальше. — А если бы я закричала? Элэниэль спит в соседней комнате и два амбала стоят за дверью!!! Я… я чуть не умерла от страха! — последняя фраза заставила Леголаса перестать лыбиться. — Прости, — прошептал он, проводя рукой по моей щеке и легко, почти невесомо целуя. — Не хотел тебя напугать. Моё сердце к этому моменту успокаивалось, входя в свой обычный ритм. — Ладно, — смилостивилась я, отодвигаясь и освобождая место рядом с собой. Леголас взбил подушки и, расположив их поудобнее, опёрся на них спиной, притянув меня к себе. Пару минут мы молчали, но тишина не была давящей, скорее умиротворяющей. Удобно устроившись у него под боком, я слушала размеренный стук его сердца, а Леголас перебирал мои волосы, время от времени целуя меня в макушку. — Я знаю, что это сделала Тауриэль. Голос Леголаса разорвал тишину, а суть слов разрушила такую хрупкую идиллию. Я недовольно засопела и заворочалась, но Леголас не позволил мне отодвинуться. — Послушай, — он крепко прижал меня к себе и уткнулся подбородком мне в макушку. — Никто не собирается её прощать. Да и как можно простить такой… поступок. Это ведь не было сиюминутным порывом. Она готовилась, изучала палантир, следила за тобой. Тауриэль задумала это много месяцев назад. Я всё же выпуталась из хватки его рук и села. — Когда ты сказал, что никто не собирается её прощать, ты имел в виду себя? Леголас выпрямился и, взяв за руку, внимательно на меня посмотрел. — Не только. — А кто ещё знает, что действительно произошло? Ну, из ваших, помимо тебя, твоего отца и если я не ошибаюсь, Линдира? — Мой отряд, личная охрана отца, мы занимались твоими поисками. Ближайшие советники. Я нахмурилась. Его слова как-то не вязались с моим впечатлением от разговора с Трандуилом. — Эстэль? — Леголас в полумраке комнаты всё же заметил мою реакцию. — А как воспринимает это Тран…владыка Трандуил? Леголас вздохнул. — Отец растерян, как и многие из нас. Мы …никогда не судили нашего сородича, тем более кого — то из своих. Для этого просто не было причин. Но и оставлять поступок Тауриэль без наказания нельзя. Мне вспомнились слова Трандуила: «отдать приказ о казни или отправить в заключение на несколько тысячелетий?» — И где она сейчас? — спросила я после некоторой заминки. Леголас молчал, и в ожидании ответа я развернулась к нему полностью. — Она здесь, в Минас Тирите, под охраной. Мы решили пока не отправлять её домой. Я вспомнила, сколько раз Тауриэль удавалось противодействовать приказам Трандуила, и поняла логику данных действий. — А «мы» это… — Это я, отец и представители Главного совета Лихолесья. Ага, кивнула я, значит всё-таки не абсолютная монархия. Или же повод слишком щекотливый? — Эстэль? — Леголас тем временем вновь откинулся на подушки, увлекая меня за собой. Однако я отстранилась и, приподнявшись на локте, постаралась рассмотреть его лицо. — Почему ты начал этот разговор? Леголас вздохнул и притянул таки мне к себе, для верности крепко обняв за плечи. — Потому что тебя это затрагивает в первую очередь, потому что я больше не хочу между нами никаких недомолвок. Мы об этом поговорили, выяснили все, что могли на данный момент. А теперь давай спать. — Но Леголас… — Мне уйти? — Шантажист. — А кто это? — невинным голосом поинтересовался Леголас. — Это твоё второе имя. — Моё полное имя… Я пихнула его кулаком в бок, сопроводив это «просьбой»: — Заткнись, иначе я позову Элэниэль. Леголас замолчал и замер, однако через минуту я услышала: — Эстэль. -… — Эстэ-эль. — Что?! — я приподняла голову и тут же меня атаковали его губы. Поцелуй получился дерзким и оттого немного терпким. И он отнюдь не подразумевал такое спокойное времяпровождение как сон. Но, по-видимому, так считала только я. — Спокойной ночи, — прошептал Леголас выпуская меня из своей хватки и поудобнее устраиваясь. — Изверг, — пробубнила я, в отместку отходив кулаками его бок, делая при этом вид, что взбиваю подушку. У меня над головой раздался тихий смех. Несмотря на нервозность прошедшего дня, и последних минут в частности, сон притянул меня в свои объятья. Веки налились тяжестью и как я не сопротивлялась, но всё же заснула, крепко прижимаясь к Леголасу. Следующее утро наступило весьма быстро. Я почувствовала небольшое давление на плечо, затем моей щеки достиг прохладный ветерок, а ушей звуки города. Однако это были не звуки трамвая или клаксоны автомобилей. Всё было гораздо прозаичнее: лошадиное ржание, стук кузнечной кувалды о металл, перестукивание молотков, снова лошадиное ржание. Я глубоко вздохнула и…снова ощутила давление на плечо. — Леди Эстэль, — раздалось у меня над ухом. Я приподняла голову и разлепила один глаз. Моему взору предстало чьё — то тело, судя по теплоте, явно живое, одетое в белую рубаху. Я смотрела на руку, что совершенно привычно лежала у меня на талии. Повернув голову, я улицезрела Леголаса. Он крепко спал, делая глубокие вдохи, а я выяснила причину ломоты в шее: я спала на его руке, что лежала поперёк моей подушки. — Леди Эстэль, — снова раздалось за моей спиной. Я заставила себя открыть второй глаз и села, осторожно сняв с талии руку Леголаса. — Элэниэль? Что-то случилось? — прошептала я. Девушка, пожав плечами, спрятала руки у себя за спиной и переступила с ноги на ногу. Я вздохнула, осознав какая идиотка. Конечно «случилось». И это «случилось» сейчас преспокойненько дрыхнет рядом. — Пора вставать, — в тон мне прошептала Элэниэль. — Который час? — Начало восьмого, но у нас очень много дел. И у …аранена Лихолесья тоже. Вы не могли бы его…разбудить? Я посмотрела на Леголаса, а потом вернулась взглядом к Элэниэль. На щеках стал проступать румянец. — Я, наверное, самая плохая принцесса в истории Ривенделла. В своё оправдание могу сказать, что ничего предосудительного мы не делали. — В доказательство я разгладила ткань одежды на коленках, показывая Элэниэль полную одежную экипировку. Элэниэль усмехнулась. — Даже если всё было бы не так, в вашей с ним ситуации это простительно. И потом, моё дело помогать вам и держать язык за зубами. — Допустим, — я сморщила нос, — но всё-таки. Элэниэль негромко рассмеялась. — Эстэль, вы с ним обручены. Через пару месяцев состоится ваша свадьба, а вы переживаете о… — недоговорив, эльфийка снова рассмеялась. — И Ивонн ещё переживала о моём разнузданном поведении? Да судя по здешним порядкам, я просто ангел во плоти, — пробормотала я, потирая шею. — Эстэль, — Элэниэль снова привлекла моё внимание, всё ещё улыбаясь, — разбудите его, пожалуйста. Я дам вам несколько минут. Я кивнула, после чего эльфийка вновь скрылась в смежной комнате. Я потрясла Леголаса за плечо. Никакой реакции. — Леголас! — я ещё раз тряхнула парня. Простонав, я уткнулась в его плечо, затем скользнула носом в выемку между плечом и шеей. Прохныкав от зависти, что этот тунеядец так спокойно посапывает, в то время как мой сон прервали, я выпрямилась. Заорать что ли ему на ухо во всю мощь своего тщедушного горла? Ага, и вся королевская рать тут же вломится спасать мою персону, которой Леголас с перепугу может и шею свернуть к тому времени. Ладно, обойдёмся без кардинальных мер. Снова наклонившись, я легонько поцеловала его в уголок губ, затем ещё раз. Размеренный ритм его дыхания сбился. В следующей попытке поцелуй был более полноценным. Глубоко вздохнув, Леголас перевернулся на спину и, прижав меня к себе, ответил на поцелуй. Теперь инициатива полностью перешла на его сторону. — С добрым утром, — прохрипела я, когда мы оторвались друг от друга. — Это действительно самое доброе утро в моей жизни. И очень хочу, чтобы каждое было таким. Леголас с сонным лицом выглядел настолько мило, что я не удержалась от ещё одного поцелуя. Леголас был совершенно не против, и только покашливание Элэниэль за стенкой напомнило о суровой реальности. Я вздохнула. — Время восьмой час. Тебе это о чём — то говорит? Леголас нахмурился и кивнул, отстраняясь от меня. Сев на краю кровати, он стал натягивать сапоги, попутно поясняя. — Начало церемонии в полдень, до этого момента нужно многое сделать. Я обещал помочь Арагорну. Да и тебе скучать не придётся. Перегнувшись ко мне и ещё раз коротко поцеловав, Леголас поднялся с кровати и направился к двери. — Леголас, — окликнула я его и в ответ на вопросительно приподнятые брови, указала на балкон. — Меня всё равно могут увидеть. — Мне плевать, на балконе моё имя не вывешено, а вот через дверь ты не выйдешь. Усмехнувшись, Леголас скрылся за балконной дверью, а я позвала Элэниэль. -Только не говори мне, что мы до двенадцати часов будем готовиться к церемонии? — простонала я, уходя за ширму, чтобы умыться. — Почти, — услышала я Элэниэль, — но прежде всего… Элэниль замолчала и судя по всему подошла к двери. Раздался скрип петель, чьи-то шаги, перешёптывания. Закончив с водными процедурами как можно быстрее, я вытерла лицо и вышла из –за ширмы. В комнате помимо Элэниль находился Элронд, а немного в стороне от него, практически у самой двери… Я опешила и просто в совершеннейшем ступоре переводила взгляд с одного на другого. Увидев мою реакцию Элронд рассмеялся, и всё ещё продолжая подхмыкивать подошёл ко мне, чтобы обнять и уже привычно поцеловать в висок. — Ну, девушки, я думаю, вам будет чем заняться. Элэниэль склонила голову в поклоне, а я лишь рассеянно кивнула. Уже открыв дверь, Элронд посмотрел на меня и снова рассмеялся. Этот звук вывел, наконец, меня из ступора и бросившись вперёд я, выдавая сиплое «и-и-и», крепко сжала гостью в своих объятьях. — Мира! Миримэ рассмеялась счастливым, заливистым смехом. — Но как? Халдир же сказал, что ты прибудешь только на моё день рожденье?! — Леди Эстэль, — Элэниэль тоже улыбалась, — смею вам напомнить, что оно уже через три дня. — Ох, — я чуть нахмурилась, производя расчёты, а потом плюнула на это дело и потянула Миру за собой, — через три дня, так через три дня. Мир, рассказывай, как у тебя дела, когда ты приехала? — Всё хорошо, — Мира всё ещё перемежала слова смехом. — А я не приехала, а прилетела на орлах. Сегодня на рассвете с братом. Халдир прилетел вчера домой как сумасшедший, велел срочно собираться в Минас Тирит. Привёз записку от … — Миримэ бросила взгляд на мою служанку. Только сейчас я заметила в руках Миры знакомую котомку. — Травы? Мира, что тебе сказал Халдир? — Он — ничего. В записке говорилось, что понадобится моя помощь врачевателя. Среди гондорцев таких умельцев ведь нет. Увидев мой вопросительный взгляд, Элэниэль решила пояснить происходящее. — Я позволила взять на себя смелость попросить Халдира о небольшом одолжении. Ваша сестра сейчас занята, а Миримэ насколько я знаю, вы доверяете. Дальше я сама уже домыслила то, что не сказала вслух Элэниэль. Арвен сейчас и вправду занята, хотя я думаю никакие дела, даже сверхважные не заставят её помочь мне, но прежде всего, она должна сейчас думать о себе и Арагорне. Я не хотела излишнего внимания к своей персоне и … лишних слухов тоже. И потому, приезд Миры был не просто радостным событием, он пришёлся как нельзя кстати, спасибо Элэниэль. О чём я не преминула сообщить эльфийке, изгнав явное беспокойство из её глаз. Однако одна мысль не давала мне покоя. Элэниэль, конечно, была довольно бойкой девушкой, но не настолько. — Спасибо, — ещё раз поблагодарила я, — убедить в чём-то Халдира, это почти подвиг. Мира полностью со мной согласилась. И теперь мы обе смотрели на Элэниэль: Миримэ с благодарностью, а я с любопытством. — Ну, — эльфийка смутилась и отчего-то покраснела. — Честно говоря, это не совсем моя заслуга. С вашим братом разговаривал кое-кто другой. Я прищурилась, перебирая в голове варианты, пока в памяти не всплыл вчерашний эпизод перед моей комнатой. — Линдир? — по выражению лица Элэниэль я поняла, что попала в точку. — Я… я ничего ему не говорила. Просто намекнула, что вы были бы очень рады видеть здесь свою подругу. Что после… волнений последних дней это пошло бы вам на пользу. А когда он согласился, то написала небольшую записку. Вот… — Элэниэль вперила глаза в пол, ожидая моей реакции. — Значит, Линдир, — вынесла вердикт я, и переглянулась с Мирой, на лице которой расплывалась та же лукавая улыбка. Щёки Элэниэль стали просто пунцовыми. — Может быть, займёмся делом, а то время идёт? Мира тут же прекратила лыбиться и как заправская хозяйка начала раздавать указания. Пока она меня осматривала, хмурясь и качая головой, Элэниэль по её приказу растопила камин. — Так, — Мира задумчиво рассматривала пучки трав и баночки разного калибра, занимавшие сейчас весь мой туалетный столик. — Мне не хватает парочки ингредиентов, но их можно найти и здесь. Если знать, где искать. А значит, нам нужен кто-то местный, — уперев руки в бока, Миримэ посмотрела на нас с Элэниэль. — Нам нужна Гвендолин, — ответила я. Элениэль согласно кивнула. — Попроси тогда у неё ещё небольшой котелок и чистую плотную ткань, — сказала Мира, назвав Элэниэль нужные ей ингредиенты. Спустя двадцать минут Элэниэль вернулась вместе с необходимым и Гвен заодно. Снова охи и ахи, обнимашки. Пока Гвендолин и Элэниэль следили за готовящимся отваром, мы с Мирой удалились в смежную комнату, где она нанесла на синяки вязкую мазь и запеленала всё пропитанной каким-то раствором тканью. Я стала похожа на мумию. Маленькими шажками я перебралась обратно, где была так же осторожно уложена на кровать с приказанием не шевелиться. Следующим шагом стало лечение горла. Шея к тому времени уже была намазана и замотана, но Мире показалось этого мало. Мне под нос была сунута кружка, от которой шёл пар и исходил довольно резкий травяной запах. — Ты должна выпить это маленькими глоточками. Только… необходимо потом молчать, совсем, — сказала Мира с явной угрозой в голосе. Понятно, если я откажусь, она чего доброго силой вольёт в меня это варево и для верности замотает рот оставшейся тканью. — И как долго молчать? — вздохнула я, смиряясь с неизбежным. — Два часа. — Сколько?! Мира развела руками, словно говоря «ну что поделать» и снова упёрла руки в бока. Скептически посмотрев сначала на Миру, а затем на отвар в кружке, я начала пить мелкими глотками. К моему удивлению варево оказалось довольно сносным на вкус. Время текло медленно, секунда цеплялась за секунду. А эти три иезуитки трещали как торговки на базаре. Минут через пятнадцать моей вынужденной тишины раздался стук в дверь. Не успела Элэниэль открыть дверь, как в комнату ворвалась Тьяра. Поначалу она испуганно воззарилась на мою мумиеобразную тушку, но потом девчонки ввели её в курс дела и понеслось. Слова стали вылетать со скоростью пуль из пулемётной ленты. Гвендолин рассказывала о последних приготовлениях к коронации, Тьяра последние сплетни Средиземья. Мира охала и ахала от очередной «новости года». Я печально рассматривала потолок. Затем, как и всегда у девчонок, разговор перешёл на шмотки. Кто в чём пойдёт. Тьяра запрыгала до потолка от пришедшей в её голову идеи. Это меня весьма взбодрило, так как запрыгала она по моей кровати. Мира взвизгнула и, дёрнув Ти за руку, стащила на пол. Протараторив «сейчас вернусь» Тьяра вылетела из комнаты. Воцарилась относительная тишина, и я облегчённо вздохнула, что заставило Миру обратить на меня внимание. Пока она поправляла повязки и осматривала моё горло, я заметила, что она несколько погрустнела. Вернее, она погрустнела, когда речь зашла о нарядах… Я припомнила её слова… Она собиралась впопыхах и предполагала, что попадёт только на моё день рожденье. Спорим на все драгоценности в сокровищнице Гимли, что Халдир не удосужился сказать сестре, что коронацию перенесли на сегодня. Мира вышла на балкон, чтобы посмотреть на город, который она ещё и не видела толком, а я, вытянув шею, попыталась привлечь внимание Элэниэль. Кивнув в сторону Миры, я перевела взгляд на лежащее на кресле платье, а затем на смежную комнату, где хранился мой гардероб. Элэниэль сначала нахмурилась, затем её лицо прояснилось, и она согласно закивала головой. Вернувшаяся Тьяра принесла с собой вселенский хаос. Идея была просто прекрасная: перенести подготовку к церемонии в мои апартаменты. Я хотела было возразить, но… увидев озарённое радостью лицо Гвендолин, улыбки Элэниэль и Миры, промолчала. Это самое малое, чем я могу их отблагодарить за веру в меня и помощь в поисках. Гвен быстренько сбегала за своим платьем, служанки Тьяры принесли пару сундучков, которые предусмотрительные девчонки приказали поставить у дверей и занесли их в комнату сами. Уломать Миру принять в подарок платье было сложно, но возможно. Не последнюю роль сыграло моё стремление в противном случае заорать во всё моё воронье горло. Горло Мире было не жалко, а вот своих трудов да. Вскоре по всей комнате были разложены платья, чулки и сорочки, а по углам лежала обувь. На столах грудились баночки, скляночки и флакончики. Я и пикнуть не успела, как мне намазали лицо какой-то зелёной дрянью «полезной для кожи лица». Предусмотрительная Мира постоянно при этом приговаривала «Тебе нельзя говорить», поэтому мне оставалось лишь пыхтеть как паровозу. Заглядывала Арвен, вся взъерошенная, нервная, но очень-очень счастливая. На вопрос о моём замотанном тельце, Мира выдала ту же версию, что и Тьяре: испытываем смягчающую кожу травяную маску. Арвен вдоволь посмеялась надо мной, поболтала, в основном с Тьярой, от меня то толку всё равно никакого. Остальные же в её присутствии робели и старались держаться вне разговора. — Передам отцу и братьям, что пообщаться с тобой до церемонии им не удастся, — рассмеялась она в очередной раз, осторожно похлопав меня по плечу. Если честно, то время проходило весело, смех то и дело взрывными волнами пролетал по комнате. Из-за этого мы не сразу расслышали стук в дверь. Заглянувшим оказался не кто иной, как Линдир. Увидев девчонок, он оробел, однако Элэниэль быстро сориентировалась и аккуратно вытолкала парня за дверь, исчезнув вместе с ним. Правда тут же вернулась. — Аранен Лихалесья просит аудиенции, — стараясь не улыбаться, громко объявила Элэниэль. Воцарилась тишина, девчонки все как один развернулись ко мне. Я резко села и бросив взгляд на часы, в которых как раз упала последняя песчинка, отмерявшая моё молчание, рявкнула: — Вы что, рехнулись? В таком виде?! — я ткнула пальцем в щёку, замазанную зелёной пастой. — Ни за что! Я вовсе не хочу смотреть как он, испугавшись такого вида, бежит аж да самого Мордора! — Я …пойду ему… объясню? — Элэниэль шаг за шагом отступала к двери, пока не натолкнулась на неё спиной. Услышав стук закрывшейся двери, девчонки как по команде вернулись к своим делам, продолжая щебетать. Снова стукнула дверь. Элэниэль вернулась. Разговоры тут же стали на тон ниже. — Аранен просил вам передать это, — Элэниэль протянула мне небольшую продолговатую коробочку, открыв которую я увидела плетёный браслет, который украшал зелёно-голубой цветок. — Он отлично подходит к вашему платью, вы не находите? И не завянет, поверьте мне. И ещё… — эльфийка замялась, но всё же решилась сказать, — аранен Лихолесья просил передать своей невесте, что он не собирается от неё никуда бежать, в каком бы виде она не пребывала. — А-а-а, — заверещали Мира, Ти и Гвен, улыбаясь и переглядываясь друг с другом, а я, положив коробку с браслетом на прикроватный столик, со стоном рухнула обратно на кровать. Отвар Миры действительно сотворил чудо, и мой громогласный ор слышали, наверное, все жители Минас Тирита. Однако страдать было некогда. Осмотрев меня ещё раз, Мира разрешила мне встать и перебраться за ширму. Девчонки собрали разбросанные вещи и навели маломальский порядок в комнате. Пока они ходили на завтрак, я приняла ванну и тоже наскоро перекусила. Вскоре вернулась Гвендолин, а потом и Мира с Ти. Полдвенадцатого мы были готовы. Гвен ушла ещё раньше. Её вызвал запиской Боромир. Тьяра с Миримэ на буксире пошли наводить «последний блеск», забрав наконец-то свои сундучки. Я стояла перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Мои волосы были подняты вверх и витиевато переплетены. Платье хоть и было голубым, имело лёгкий зеленоватый оттенок. Я осторожно взяла браслет Леголаса и надела на левую руку. Благодаря стараниям Миры синяки исчезли без следа и ссадины затянулись. Я снова посмотрела в зеркало. Наверное, всё дело в одежде, но девушка, что смотрела на меня, была намного уверенней и серьёзней, чем которую я видела ещё вчера утром в Англии. Мой взгляд спустился по отражению немного ниже и остановился на изумрудном трилистнике. Он уже не так выбивался из общего ансамбля. Я осторожно коснулась украшения и вздрогнула от резкого стука в дверь. — Ты готова? — в комнату заглянул один из близнецов, и, повертев головой, нашёл меня. — Ух, ты! У меня самые красивые сёстры во всём Средиземье! Элэниэль улыбнулась, а я закатила глаза, так же при этом улыбаясь. — Идём, отец попросил нас сопроводить тебя, все наши уже собираются внизу. Арвен так трясётся, как будто это её сейчас будут короновать. Хотя, если подумать… — Элэниэль? — я обернулась через плечо. — Ты ведь будешь на церемонии? — Конечно, — успокоила меня девушка. — Я сейчас спущусь. Кивнув ей в ответ, я позволила брату взять меня за руку и вывести в коридор. — Постой, — попросила я, когда мы остановились у лестницы. — Только не говори мне, что тебя сейчас затрясёт также как Арвен? Я, знаешь ли, как — то не силён в успокаиваниях, — Эльрохир смотрел на меня просительно. — Если что, у меня в кармане фляжка эльфийского медового, — раздалось у нас за спиной. Элладан. — Ну, если так, то мне уже ничего не страшно. — Я усмехнулась и, взяв братьев под руки, уверенно шагнула к лестнице.