Любовь яндере

— Ты уверена, что я могу оставить тебя одну? — с волнением спросила женщина, располагая свою руку на лбу Юмэко и проверяя, есть ли у нее жар. — Не волнуйся, мам, мне уже лучше, — раньше называть ее матерью было непривычно, казалось чем-то неправильным, но спустя время Сузуми привыкла и теперь простое слово «мама», которым она обращается к ней, не вызывает дискомфорта. — Ты можешь спокойно идти на работу, — девушка бодро улыбнулась и крепко обняла женщину на прощание, а после плюхнулась на подушку, удобно расположившись на ней. — Хорошо, милая, если что — звони, — мать тепло улыбнулась напоследок и вышла из комнаты, оставляя Юмэко в гордом одиночестве.       Сузуми не поведала о том, что несколько часов назад валялась при смерти на кушетке в лазарете, решив, что эта информация будет лишней и вызовет ненужное волнение. Про шприцы и наставление Химико пришлось рассказать, так как самой себе уколы было делать страшно. Чуточку фантазии и это уже не антидот, а витамины, что помогут справиться с утомлением и ослабшему организму окрепнуть.       Черноволосая тяжело вздохнула и перевернулась на бок, рассматривая узор на обоях и размышляя о самом важном. Кого же выбрать? Это решить гораздо труднее, чем тест, составленный Айзавой-сенсеем. Надо было все взвесить, обдумать и принять верное решение, о котором она точно не пожалеет.       Бакуго. Над ним Юмэко особо не думала, опасно выбирать неуравновешенного, непредсказуемого и пугающего человека, что делает все угодно для того, чтобы разозлить ее и вывести из равновесия. Что-то не очень хочется заживо закапывать возможность выбраться из этого мира.       Внезапно раздался звонок в дверь, который вывел ее из размышлений и заставил вздрогнуть. Она не знала, кто это был, поэтому сердце непроизвольно сжалось от испуга и очень требовательного стука в дверь.       Было страшно, будто девушка резко попала в какой-то ужастик и является его главным героем. Тихо, на цыпочках, Юмэко напряженно дошла до входной двери и заглянула в глазок. Никогда она еще не видела жуткое лицо Кацуки так близко. Кареглазая испуганно шарахнулась от двери и пискнула, выдав свое местоположение. — Эй, новенькая, твою мать, открой! — требовательно просил парень и барабанил кулаком по двери. В один момент ей показалось, что он сейчас проломит ее и сам откроет. — Ч-что ты здесь делаешь? — растерянно спросила юная особа и приоткрыла дверь, слегка выглядывая из-за нее. Впускать его не было никакого желания. — Как ты себя чувствуешь? — внезапно спросил светловолосый и протянул руку к ней. Юмэко напугано отшатнулась и ударилась о дверной косяк головой. На всю округу раздался оглушительный вой. Она схватилась руками за ушибленное место и с силой прикусила нижнюю губу, пытаясь отвлечься от боли. Бакуго нахмурился и спрятал руки в карманы. Она его боится. Это вполне естественно, учитывая то, что Сузуми пережила из-за него. — Я… Я рад, что тебя больше не воротит от меня, — на его лице появилась грустная улыбка. Юмэко удивленно распахнула глаза и уставилась на одноклассника, его поведение выходит за рамки обыденности и вызывает диссонанс в ее разуме. Он съел что-то не то? В игре образовался новый баг? Это точно Кацуки перед ней? Он даже не будет пытаться полапать ее и вывести из себя?        Парень приподнял бровь и помахал перед лицом девушки, что залипла в одну точку и практически не дышала. Ее реакция повеселила, он усмехнулся и, убедившись в том, что с ней все хорошо, просто развернулся и поспешил уйти. — С-стой! Это все, зачем ты приходил? — недоуменно спросила она и с подозрением посмотрела на него. — Если тебе этого мало, то могу еще и поцеловать, — Кацуки лукаво улыбнулся, разворачиваясь и стремительно приближаясь к ней. — Нет, спасибо, — отрезала Сузуми и захлопнула дверь прямо перед его лицом. Рукой она схватилась за разбушевавшееся сердце, ноги подкосились и девушка осела на пол. За дверью слышались удаляющиеся шаги. «А откуда он знает, где я живу?» — подумала черноволосая и резко напряглась.

***

      Девушка сидела на кухне и, методично макая пакетик в чашку с горячей водой, задумалась. Если примерно час она думала о Бакуго, то сейчас ее поток мыслей сменился на более глобальные проблемы. «Может, все же выбрать Мидорию?»  — Юмэко слишком часто ловила себя на том, что слишком много думает о нем в последнее время. Если забыть о том, что он психически нездоровый и одержимый ей до безумия, то Изуку неплохой человек. Он всегда рядом, очень заботится, любит и старается из-за всех сил. Но если оставить человеческие качества и подумать о нем, как о игровом персонаже, то выбрать его будет невыгодно, так как его симпатия способна очень легко подняться и достигнуть точки невозврата. Если девушка забудется и ляпнет что-нибудь в порыве эмоций (как с ней очень часто бывает), то это повлечет за собой пагубные последствия. «А если Киришиму?» — девушка представила на секунду себя рядом с ним, но тут же этот образ растворился, вместо этого перед глазами появилась разъяренная Мина, что с убийственным выражением лица угрожающе сжимает нож в руке. Ашидо не будет кидаться пустыми предупреждениями, нападет сразу и, зная ее симпатию к Эйджиро, будет беспощадной. По спине пробежали мурашки, и кареглазая съежилась, приобнимая себя за плечи. До сих пор становится не по себе, когда девушка вспоминает момент, когда Мина протянула ей воду с ядом, как мило улыбалась в тот момент. «Может быть, Каминари?» — с сомнением вывела его кандидатуру Сузуми, но тут же отмахнулась. Вспоминая его прошлые выходки — бесконечные звонки, пошлые СМС-ки — становится неприятно. Он порядком пугает своей ненормальной навязчивостью и смущает откровениями. Может с той стороны экрана это и выглядит занимательно, но когда встаешь в центр истории и являешься действующим персонажем, то все начинает играть уже другими красками. «А как насчет Тодороки?» — девушка резко подняла взгляд, широко распахнув карие глаза и странно улыбнувшись. Ее будто током ударило и появилось озарение. Точно, Тодороки! Он единственный, кто за все прибывание здесь не сделал ей ничего — ни косвенно, ни напрямую. Вел себя скромно, ни к чему не принуждал, не пугал странными фразами и выражениями лица.       Но тут улыбка пропала с ее лица. Юмэко решила не радоваться раньше времени и держать в голове мысль, что его безобидность это временное явление, не его истинное лицо. Схватившись руками за голову, она глухо зарычала и, обреченно вздохнув, упала лицом на стол.       Как же сложно.       Девушка встрепенулась и резко подняла голову, когда кто-то положил ей руку на плечо. Она подняла растерянный взгляд и посмотрела на нарушителя ее личного пространства. — Мидория?! — воскликнула Юмэко, признав в темной бесформенной фигуре своего друга. — Как ты сюда… Что это на твоем лице? — спросила девушка, прищурившись, и с головы сняла капюшон, пропитанный какой-то жидкостью, с головы. На мальчишеском лице была кровь и несколько неглубоких царапин. — О боже, ты ранен? Неужели опять Бакуго со своими выходками? Ох, надо срочно промыть рану, пошли в ванну, — черноволосая взяла парня за руку и потянула за собой, но он не сдвинулся с места, будто его ноги были прибиты гвоздями к полу. — А что ты сделаешь, если я скажу, что это не моя кровь? — серьезно спросил он и, крепко сжимая ее руку, поднял мрачный взгляд зеленых глаз. Он до безумия боялся, что Юмэко сейчас бросит на него брезгливый взгляд и отдернет руку. Пошлет куда подальше, выпнет из дома и забудет его имя. Но больше всего он боялся себя и того, что нужно будет сделать, если это все же произойдет. Тогда придется показать то, что Мидория так тщательно скрывал от ее чистого, невинного разума. Его темную сторону, его грязь.       Она молчала, не зная, что ответить. — Все равно нужно отмыться, — Сузуми кусает нижнюю губу и ведет парня в ванную комнату, а Мидория расплывается в счастливой улыбке, понимая, что она не отрекается от него, что в ее сердце не поселилась ненависть к нему. — Ты даже не спросишь, что случилось? — они приходят в помещение. Девушка включает свет и разворачивается лицом к Изуку, хватая его за край толстовки. — Думаю, мне не стоит этого знать, — решает для себя Юмэко и снимает элемент одежды с друга, оголяя его тело и оставляя в одних штанах и обуви. — А, ой, — она смущенно прикрывает раскрасневшееся лицо и отворачивается. Было необдуманно раздевать Мидорию самостоятельно, слишком уж сильно ей хотелось снять запачканную в чей-то крови толстовку. — Давай ты сам умоешься, а я принесу тебе сменную одежду, — предложила черноволосая и, прикрывая взгляд, уходит из ванной комнаты. Зеленоволосый поднимает взгляд на отражение в зеркале и с трудом преодолевает желание разбить его. Везде, везде, везде, ее следы везде, ее грязная кровь повсюду. Он остервенело включает воду и с силой пытается оттереть следы борьбы. Жаль, что нельзя с таким же успехом смыть все воспоминания об этой кошмарной ночи и вывести едкий запах девичьих духов, что так впился в его разум. Наверное, Изуку больше не сможет нормально реагировать на этот аромат и перед глазами всегда будет всплывать образ девушки с розовыми волосами.        Юмэко выходит из ванны и чувствует, как по коридору гуляет ветер. Непроизвольно ежится и, стуча зубами, идет до источника сквозняка. Входная дверь оказалась открыта настежь. Девушка ругнулась про себя на Мидорию, который, скорее всего, не закрыл ее за собой, когда открывал запасным ключом, спрятанным под ковриком. Пора бы уже перестать класть его туда, чтобы некоторые личности не врывались к ней во время важных дел и не нарушали личное пространство. «В моей комнате вроде была его одежда». — предположила она, вспоминая, как недавно находила мужской комплект пижамы, и двинулась к себе.       Половица скрипела каждый раз, когда девушка наступала на нее. В полумраке каждый шорох наводил ужасу и заставлял застыть кровь в жилах. В особенности пугал странный звук, который доносился из ее комнаты. Это были звуковые галлюцинации или кто-то действительно бесцеремонно шастает по ее просторам?       Юмэко задерживает дыхание и осторожно поворачивает ручку, а после толкает дверь от себя. Пусто. Неужели у нее действительно начались галлюцинации из-за стресса? Она включила свет и прошла немного в центр комнаты. Дверь за ней резко захлопнулась. Черноволосая развернулась на источник шума и увидела Каминари, что стоял спиной к двери и преграждал Сузуми путь. — Каминари? — удивленно спрашивает девушка и напугано отступает назад. — Ох, наконец-то я увидел тебя, я три дня не мог лицезреть твоего милого личика, слышать твой ласковый голос. Еще немного и я бы сошел с ума без тебя, — с придыханием говорит парень и медленно надвигается на нее. На его щеках появляется румянец, что говорит о его крайнем возбуждении. — Иди сюда, дай обниму, — он широко расставляет руки для того, чтобы заключить хрупкое девичье тело в сильные объятия, но Сузуми ловко уворачивается и отпрыгивает на метр. — Хочешь поиграть? Я не против, — Денки игриво улыбается и медленно, словно дикий хищник, подходит к ней, пытаясь выловить нужный момент для атаки крепких обнимашек. — Уходи, кто тебе разрешал врываться в чужой дом? — девушка вооружилась подушкой и встала в боевую позицию. — Как это «уходи»? Я только пришел, — он издевательски улыбнулся и резко дернул рукой. Юмэко шарахнулась и встала в защитную позицию, а Каминари заливался от смеха. Она разозлилась и с трудом сдержала порыв треснуть человека перед собой. — Прости-прости, просто ты такая смешная, не мог не подшутить над тобой, — успокаивается парень, вытирая проступившую слезу от смеха слезу, и искренне извиняется. — Ты просишь прощения, но ты просишь без уважения, — хмыкнула девушка и нахмурилась, явно не разделяя позитивный и игривый настрой Денки.       Так они простояли в напряженной тиши несколько минут, с каждой секундой нарастала паника, девушка чувствовала, как у нее стучит в висках, а руки обильно потеют. Надо что-то сделать, пока страх совсем не сковал тело и не затуманил разум.       Кивнув своим мыслям, Юмэко кинула подушку прямо в лицо светловолосого, а сама ринулась бежать, пока он отвлечен. Вдруг она почувствовала на своей талии чьи-то руки и сильный рывок назад. Не удержавшись, потеряла равновесие и упала на пол, а сверху расположился Каминари, что взял ее руки и пригвоздил к полу над головой. Лицо парня было непозволительно близко, Юмэко чувствовала жар на своей щеке от его прерывистого, томного дыхания. — Ах, вблизи ты еще более прекрасна, — произнес он и провел языком вдоль щеки, а после перешел к уху. Сузуми взвизгнула от внезапности и почувствовала, как табун мурашек что прошелся только по ее правой стороне. — Ч-что ты делаешь? — возмущается она и пытается скинуть Денки с себя, но все было тщетно. Ее тело еще слишком слабое, не окрепшее от недавнего отравления. От безысходности неприятно защипало в глазах, а в горле застрял неприятный ком, мешающий хоть что-то выкрикнуть или сказать. — Ну-ну, не плачь, — ласково сказал он и аккуратно убрал слезу, что скатывалась по щеке. — Тебе понравится, — уверял Каминари, пошло улыбнувшись и поцеловав девушку в уголок губ. Юмэко брезгливо морщится и отдергивает голову в сторону. — Есть какие-нибудь слова, которые ты хочешь сказать напоследок? — с холодом спрашивает чей-то голос и на шее Денки появляется лезвие кухонного ножа. Он замирает и оборачивается. Было неожиданно увидеть Мидорию, особенно с таким выражением лица. — Ха, думаешь, сможешь это сделать? — в его голосе была издевка, ведь достаточно сложно воспринимать доброго, робкого и слабого мальчишку всерьез, это разозлило Изуку еще сильнее. Поддавшись гневу, он поднес лезвие еще ближе, что повлекло за собой ранение. По шее Каминари стекала красная густая жидкость и случайно капнула на лицо Сузуми. — Я уже отнял сегодня жизнь у человека, думаешь, меня что-то остановит? — его серьезный тон говорил о том, что он не шутит. Светловолосый заметно занервничал, испуганно сглотнул и медленно отпустил руки девушки, а после выпрямился, поднимая руки и показывая этим, что сдается.       Мидория с трудом сдерживал желание полоснуть его по сонной артерии, его останавливала только Юмэко, что не должна видеть такие ужасы перед своими глазами и пачкаться в чужой, мерзкой и пошлой крови.