Притворяйся, пока не сломаешь его

Нико Она весь день счастливо вздыхала. Не то чтобы она до этого была слишком стервозной, но ее «доброе утро» и «привет, как дела» — это уже перебор. — Хорошо, тогда я поищу диаграммы? Так сэкономим время, — Деми наклоняет голову, просматривая свои записи. Когда я не отвечаю, она переводит взгляд на меня. Я знаю, что выгляжу чертовски любопытно, и она хмурится. — Что случилось? Я кончил с тобой прошлой ночью и ты понятия не имеешь, а теперь ты такая бодрая и я не могу не удивляться— — Земля вызывает Нико, — она смеется. Еще один очевидный признак того, что сегодня утром она не такая, как всегда. Обычно она закатывала глаза, глядя на меня. Но сейчас она улыбается. — Когда ты в последний раз занималась сексом? Ее глаза широко распахиваются, быстро обегая класс, прежде чем вернуться ко мне. Ее голос низкий и скрипучий, когда она спрашивает: — Что? Я роняю карандаш на стол и поворачиваюсь на стуле, чтобы лучше видеть ее. — Ты говоришь, что ты не девственница, — я наклоняюсь, говоря тише. — Так когда ты в последний раз трахалась? Она изучает меня мгновение, ее зеленые глаза медленно перемещаются между моими. — А что? — спрашивает она. Когда я не отвечаю, она делает глубокий вдох и нерешительно произносит: — Недавно. — И как долго для тебя это значит, Ди? — А для тебя? — она бросает вызов. — У меня не было секса с тех пор, как ты в последний раз подглядывала, и мне кажется, что прошел гребаный год. Она морщит брови, прежде чем она понимает, что я говорю, потом борется с усмешкой, отводя взгляд, но я быстро поворачиваю ее к себе. Мы в классе, люди вокруг, так что каждое прикосновение имеет значение. — Ты мне не ответила, — шепчу я, проводя кончиком пальца по ее подбородку. — Скажи мне. Она облизывает губы, сосредотачиваясь, прежде чем легкий смешок покидает ее. — Ты действительно хорош в этом, — бормочет она. — Я знаю, — теперь смеюсь я. — Ой, бе-бе-бе, — поддразнивает она, качая головой, но потом надолго задумывается, потому что сдается. — Два года назад и не смейся. Не все нуждаются в этом так, как некоторые. Два года назад. Она не трахалась уже два года. — Когда ты потеряла девственность? Она наклоняет голову, одаривая меня дерзким взглядом, который говорит всё, что мне нужно. Это и был ее первый раз. — Один и тот же человек? Она кивает. — Вы это делали несколько раз? — О боже, Нико. Стоп, — она оглядывается по сторонам, но рядом с нами никто не стоит и не слушает. Мистера Брандо здесь даже нет, он оставил Джози за главную и ушел. Я придвигаю ее стул ближе, смеясь, когда она хмурится, стул громко скребет по полу и всё больше людей смотрят в нашу сторону. Она шлепает меня по рукам, но я хватаю ее запястье, и она закатывает глаза. Мы возвращаемся к работе над нашим заданием, проходит несколько спокойных минут, и затем она прочищает горло, признавая шепотом: — Два раза. Мы поворачиваемся друг к другу, и легкий румянец ползет вверх по ее шее. Я знаю, она думает, что она неопытна, неспособна угодить парню или, по крайней мере, должна многому научиться. Она ошибается, очень ошибается. Она — пустой сборник пьес. — Будет больно, когда ты снова будешь трахаться. Кончик карандаша оказывается у нее между зубами. — Почему? — Два раза, два года назад, и, вероятно, с каким-то новичком, ты, наверное, даже не кончила, и он, по-любому, не полностью растянул тебя, слишком боясь причинить тебе боль. По сути, ты девственница. Я ожидаю, что она покраснеет сильнее, отодвинется. Но нет. Она наклоняется ко мне, ее длинные, темно-русые волосы падают на плечи, и ухмыляется. — Ох, Нико, — пропела она, сверкая глазами. — Ты думаешь, что ты такой хитрый? — О чем ты говоришь, Пикси? Она не дает мне говорить, выпрямляет спину и соскальзывает со стула. Она подходит ко мне сзади, обнимает меня за плечи и прикладывает свои пышные губы, покрытые блестящим блеском, к моему уху. — Ты думаешь, я не такой же человек, как ты? Ты спросил, когда я в последний раз занималась сексом. Позволь спросить, когда ты кончал в последний раз? — она шепчет. — Может быть, это было вчера вечером… как и я? Когда моя грудь урчит, ее хриплый смех веером проходит по моей щеке. Она решает убить меня еще больше своими следующими словами. — Да, Нико. Я была подавлена. Да, фальшивый бойфренд… Вчера вечером я впервые за много месяцев почувствовала резкую потребность позаботиться о себе. И да, малыш… Это ты. Во всём. Виноват… — она приукрашивает каждое слово. — А теперь твои джинсы немного тесноваты, так что оставайся на своем месте… Или покажи классу, что маленькая, рожденная свыше девственница делает с большим, смелым мальчиком. Она похлопывает меня по плечу и выходит на середину кабинета. Она не спрашивает разрешения у Джози, но снимает со стены пропуск в туалет и исчезает за дверью. Мой голодный взгляд следит за каждым ее шагом, пока она не уходит, но когда мои глаза скользят назад, я вижу Алекса. Он держит свое лицо нейтральным, а я — сердитым. Потом он медленно встает, хватает пропуск, и тоже, блять, уходит. Периферийным зрением я вижу, как голова Джози резко поворачивается в мою сторону, когда я вскакиваю на ноги, но как только я встаю, горькая и холодная реальность замораживает меня на месте. Мудак, преследующий ее за хвост, — это тот, кого она хочет. Эта мысль отбрасывает мою задницу назад к дешевому деревянному стулу. Деми Срань господня! Я только что призналась, что мастурбирую, думая о своем фальшивом парне своему фальшивому парню! Я прислоняюсь головой к зеркалу в ванной, на мгновение встряхиваю ее, и у меня вырывается легкий смешок. Я мою руки, а потом даю себе минуту постоять и подумать. Просто и ясно? Мне нравится Нико. Меня влечет к Нико, а кого, черт возьми, не влечет? Он высокий, с сильными плечами и мускулистыми руками, небольшая татуировка под предплечьем добавляет немного загадочности, хотя в этом нет необходимости. Его темных, опасных глаз достаточно, чтобы привлечь любого. Я постепенно начинаю понимать, кто он на самом деле, и Нико Сайкс выходит за рамки того, что я раньше знала о нем. Несколько недель назад он был всего лишь парнем, который любил пялиться, сверлить взглядом, а потом отворачиваться. Слишком крутой для школы, исчезал всякий раз, когда я была рядом. Теперь, однако, я знаю кто скрывается за маской, которую он надевает. Нико остроумен и смел. Он атлетичен и решителен, и что самое удивительное для меня, как бы осуждающе это ни выглядело, он полон сострадания. Он должен был быть незнакомцем для меня, но он, как будто знал, что я ненавижу чувство одиночества, когда моя мать выходит за дверь, оставляя меня. Каждый день я узнаю что-то новое об этом парне, и все это мне не нравится. Это самое страшное. Да, он капризный, но я могу справиться с этим, и честно говоря, я думаю, что ему нравится, когда я бросаю ему вызов. Он дерзкий, непредсказуемый и временно мой. И что, черт возьми, мне со всем этим делать? И когда все так быстро изменилось? Нико не предложил встречаться, он предложил притворяться. Это проблема, потому что я больше не хочу притворяться. Я хочу оставить его себе. Я выхожу из туалета и вижу Алекса. Я заикаюсь, делаю шаг, натянуто улыбаюсь и иду дальше, но он протягивает руку, чтобы остановить меня. — Эй, так быстро убегаешь? — он хихикает. — Прости, — я тревожно улыбаюсь. Это не должно быть плохо — просто стоять здесь, разговаривать с парнем, но это именно так. Я облажалась. — К чему такая спешка? — он ухмыляется. — Меня не было уже несколько минут, — я издаю легкий смешок. — Я думаю, что тебе то уж можно несколько дополнительных перерывов на туалет. — Я лучше пойду, — я отодвигаюсь. — Да, конечно. Я машу ему рукой и возвращаюсь, но он догоняет меня, прежде чем я успеваю завернуть за угол. — Деми, подожди минутку. Я колеблюсь, но потом оборачиваюсь. — Что случилось? — Я хотел спросить. Мне нужна небольшая помощь с движениями на выступление. Я выпрямляюсь. — А, понятно. Ты можешь попросить— — Ты ведь главная, да? — он обрывает меня. — Я в центре, но мы все равно команда. — Ты могла бы мне помочь? Может быть, после того, как я закончу практику? — Оу… Извини, но это не очень хорошая идея, — говорю я ему, не упуская из виду, как напрягаются его глаза. — Но мы же еще не начали тренироваться с вами. Я уверена, что после этой недели ты всё выучишь. — Ну, твоя тренерша, которая, кстати, я удивлен, очень молодая, — он почему-то чувствует необходимость добавить это. — Она сказала, что мы должны попрактиковаться сейчас. — Если ты действительно хочешь, Алекс, я уверена, что Кейти будет счастлива помочь тебе, — говорю я про его партнершу. — Да, но у меня нет ее номера, — он тянется, чтобы схватить меня за руку. — Помоги мне? Я смотрю на него с минуту и вижу его великолепные зеленые глаза, о которых мечтала всего несколько недель назад. Внезапно они стали больше похожи на морские водоросли, чем на сверкающие изумруды. Я осторожно высвобождаю свою руку. Его взгляд становится чуть жестче. — Извини, не могу, но я напишу Кейти и попрошу ее найти тебя. Я оставляю его стоять в коридоре с ошеломленным выражением лица. Я выхожу из-за угла и резко останавливаюсь, потому что Нико стоит там, засунув руки в карманы, наклонив голову и глядя на линолеум под ногами. Медленно, только глазами, он поднимает взгляд, оценивая меня. Мой желудок согревается, и я чувствую напряжение, окружающее его, но чем дольше он смотрит, тем более гладкими становятся его черты. Прижавшись плечом к стене, он придвигается ближе, пока я не оказываюсь всего в метре от него. Его рука скользит в мои волосы, он сосредоточен на моих губах. Я держу руки сцепленными по бокам, пальцы впиваются в юбку, когда он наклоняется. Жду… Но он не целует меня. Как только разочарование шевелится в моем животе, тепло его губ прижимается к пульсирующей венке на моей шеи, и мои глаза закрываются. Мое самообладание начинает ослабевать, и я уже готова дернуть его к себе, когда его губы наконец-то касаются моих. Он придвигается ближе, его рука зарывается в мои волосы с нежным рывком. Мои руки обвиваются вокруг его шеи, притягивая к себе, и его грудь вибрирует напротив моей, мои соски твердеют под лифчиком. — Черт, Ди, — хрипит он, его рот прижимается к моему через секунду. Он сдвигается, подталкивая меня спиной к небольшой выемке в стене, когда скрип шагов по полу проходит мимо. Губы Нико отрываются от моих в ту же секунду, его дыхание выходит из-под контроля. Он смотрит на меня мгновение, затем бросает быстрый взгляд через плечо, на спину удаляющегося тела Алекса. Алекс — причина этого шоу. Тепло тела Нико исчезает, но он хватает меня за руку и тянет обратно в класс, оставляя маленький кусочек меня в этом пустом коридоре, даже не осознавая этого. До конца урока я почти не разговариваю, и этот вопрос все время крутится у меня в голове. Что будет, когда это шоу закончится?