Меняющая реальность

Электрический треск как следствие энергетического выброса при трансгрессии раздался на одной из улиц Хогсмида в начале шестого пополудни. Солнце ещё стояло над горизонтом, заливая улицу и троих волшебников, осуществивших переход. Это были молодые мужчина и женщина и девочка- подросток, лет двенадцати-тринадцати на вид. Мужчина подхватил чемодан, и троица направилась в сторону Хогвартса. Женщина при этом ни на секунду не выпускала руку дочери, что девчонке не очень нравилось, но она терпела, так как не хотела расстроить или обидеть маму. Но вот ворота пройдены, ещё пара минут и они во дворе, у главного входа. — Ну вот, милая, мы и прибыли. Извини, что так получилось. Простишь? — стараясь сдержать слёзы, спросила молодая женщина, присаживаясь на корточки перед дочерью и смотря на неё снизу-вверх. — Ма, ну ты чего? — нахмурилась девочка. — Па-ап, ну скажи ты ей, скажи, что я уже не маленькая! — Эв, ну действительно, не ставь Саманту в неловкое положение. Мы всего лишь оставляем её в школе, любимой, заметь, только немного раньше времени. Ну кто знал, что наше начальство так сдвинет сроки командировки. — С улыбкой отреагировал на просьбу мужчина, являющийся главой семьи, надёжей и опорой его «девочек», как он часто называл жену и дочь. Однако в его глазах сейчас плескалось беспокойство, граничащее с отчаянием. — Ну, я пойду, — девочка, нетерпеливо дёрнула ручку чемодана, не понимая такого эмоционального поведения матери и стремясь избежать неловкой ситуации. Она не хотела, чтобы кто-либо увидел эту картину, зачем давать лишний повод для подстёбов. — Иди, — сказала мама, поднявшись (слава Мерлину), но вместо этого прижав Сэм к себе, к обнимашкам присоединился отец. — Ну блин, мандрагора вам в подмышки, — шептала, пыхтя Саманта, стремясь как можно быстрее вывернуться из объятий родителей. — Всё, ушла, пишите. По возможности буду звонить, но вы знаете, как тут с этим, так что часто не смогу. Пока- пока, — бросила девочка уже через плечо, стартанув к замку насколько это мог позволить объёмный чемодан. — Скажи мне, что мы поступаем правильно, — с мукой в голосе попросил Меверик Вуд свою жену, смотря как за их дочерью закрылась дверь, скрывая маленькую фигурку. — Скажи, потому что ещё не поздно всё исправить. — Мы знали это с тех самых пор, как её жизнь зародилась во мне. — Ответила Эверли Вуд, подходя к мужу и обнимая его. — Знаем, что произойдёт, если не оставим её здесь, сейчас. Все эти годы мы с тобой наблюдали, что происходит. Мир изменился, события тех лет рассматриваются иначе. Ты последний «Пророк» читал? «Семьдесят лет геноцида чистокровных магов»! — процитировала она — И это они о ком? О приспешниках Волан-де-Морта! Уже рукой подать до того момента, как его объявят жертвой, а Гарри Поттера беспощадным убийцей. Видел бы это дядя Оливер! И ведь всё меньше остаётся тех, кто может рассказать правду. Да, это больно, — она отстранилась и уже не скрывая своих слёз, заглянула в глаза любимому. — Очень больно, но так у нас появляется шанс выжить, всем нам выжить. — Но… она ещё такая маленькая, Эв. — Маленькая, — согласилась женщина, — но сильная. Она сама ещё не осознаёт своей силы. И потом, мы научили её многому, что ей может понадобиться там. И … Меверик, — Эверли попыталась улыбнуться, — она же будет не одна. И… сможет исполнить свою мечту. — Да, — с грустью усмехнулся мужчина, — кто знал, что у её интереса к событиям прошлого появится ТАКОЙ мотив. Женщина пожала плечами и снова улыбнулась, ловя на себе вопросительный взгляд мужа. — Ты… как долго ты сможешь её… видеть? Улыбка тут же исчезла с лица Эверли. — Пока она кардинально не изменит что-то в прошлом. Пойдём. Нам пора. Смотря, как родители двинулись в обратный путь, Саманта с облегчением оторвалась от двери. Ну наконец-то отбыли. Придерживать створку было тяжело. И о чём только они так долго разговаривали, ещё и милуясь на виду у всех? Данные мысли заставляли Сэм хмуриться. Нет, она радовалась, что у родителей в отношениях всё нормально, только иногда уровень милоты зашкаливал. Особенно бесило, когда эта мимимишность оказывалась направлена на неё. Был у родителей такой бзик — затискивать дочь в спонтанных объятьях. Раскланиваясь с местными привидениями и немного поспорив с Полной Дамой на счёт доступа в башню Гриффиндора, Сэм наконец-то добралась до своей комнаты. До приезда соседок оставалось чуть меньше месяца, но Саманту не тяготило одиночество. За два года обучения настоящих подруг она себе так и не нашла. А всё потому что была, как бы сказать… не от мира сего. Кто-то был повёрнут на квиддиче, кто-то на музыкальных группах, а Сэм была свёрнутой на героях знаменитой битвы за Хогвардс, которая произошла семьдесят лет назад. Наверное, это произошло из-за дедушки Оливера, который принимал участие в тех событиях и много рассказывал внучатой племяшке. Сэм тяжело вздохнула и пятиконечной звездой разлеглась на кровати. Дедушки Лива, как она называла родственника, не стало четыре года назад, и Саманта очень сильно по нему скучала. Сэм ещё мала, чтобы вникать в дела взрослых, но происходящее в волшебном мире тоже её затрагивало. Дети очень быстро улавливают происходящее на своём, детском, уровне. Поклонником Гарри Поттера и его друзей сейчас быть не модно. А потому Сэм является среди своих сверстников белой вороной, впрочем, как и в их семье. Нет, Вуды остались приверженцами мракоборцев и сейчас представители данной семьи в разных кругах, в том числе и политических, отстаивали свою точку зрения. Дело было в другом. А именно в родителях Саманты- Эверли и Меверик Вуд. И если с папой всё было более или менее просто, то вот мама оказалась, мягко говоря, головной болью семьи Вуд. Рождённая в семье маглов, Эверли своеобразно воспринимала мир магии. Пройдя обучение в Хогвардсе, выбрав при этом весьма «непрезентабельную» специализацию — предсказание, по окончании учёбы она предпочла вернуться в мир маглов, перетянув в него и своего, на тот момент, молодого человека. Вуды были не в восторге от будущей невестки. Всё решил глава семьи –Оливер Вуд. Никто в семье Вудов до сих пор не знает, о чём он очень долго беседовал с девушкой, однако после разговора дал согласие на свадьбу и не был против переезда молодой пары в мир маглов. Когда родилась Саманта, старшие Вуды оттаяли. Отношения потихоньку начали налаживаться, да и происходящие в волшебном мире события с пересмотром истории заставляли семью держаться вместе. С поступлением Саманты на обучение в Хогвартс, Вуды с облегчением вздохнули: всё возвращается на круги своя. А Сэм окунулась в атмосферу волшебства, о которой грезила с малых лет, раззадориваемая рассказами любимого дедушки и отца. И если Лив рассказывал о друзьях, то с папой Саманта изучала именно историю так интересующего её периода, как магическую, так и магловскую. И никто — никто, даже дедушка «Лив» не знал, что на самом деле так влечёт Саманту в мир волшебства. Девочка часто думала о том, а чтобы сказал дедушка если бы узнал? Рассматривая потёртую от времени фотографию, на которой немного в замедленном темпе мельтешили фигуры, Саманта в очередной раз улыбнулась, не отводя взгляд от рыжей макушки. Как жаль, что мечты так и останутся мечтами и лишь в них оживали приключения, в которых она неизменно оказывалась рядом с Фредом Уизли — героем её девичьих грёз. Сэм спрятала фотографию и подошла к окну, осматривая открывающиеся окрестности. Как бы там ни было, а жизнь в Хогвартсе ей нравилась. Одноклассники особо не доставали, занятия были интересными. А иногда Сэм казалось, что Хогвартс словно ждал её прихода, как будто она не в первый раз вступила под своды этого замка, а вернулась. Взять хотя бы Распределительную шляпу. Саманта вспомнила свой первый день в Хогвартсе и распределение на Гриффиндор. Как же она была счастлива, что будет учиться там, где учился ОН. Сидеть в той же самой гостиной, греться у камина, видеть тот же вид из окна. Правда поначалу суровая шляпная дама отправляла Саманту к когтевранцам. Она даже с ней поспорила, но Сэм выиграла, на что шляпа сказала странную фразу: «в прошлый раз ты была смирной». Саманту тогда это удивило, и порой она вспоминала тот день. Для себя Сэм решила, что Распределительная шляпа спутала её с мамой. Эверли Вуд, а до замужества Райс, была отличницей Когтеврана и лучшей студенткой своего выпуска. Но за что ещё Саманта была благодарна Хогвартсу, так это за своего единственного лучшего друга — Карги. Огромный кальмар, обитающий в озере близ замка и наводящий страх на всю округу, пылал к Сэм просто огромной, необъяснимой симпатией. Правда в первый день их знакомства, когда Сэм неосторожно подошла к берегу все вокруг, да и сама Саманта, глядя на выползающие из воды и обвивающие её щупальца, думала, что её сейчас просто сожрут. А Карги просто захотелось пообниматься. Такой «мезальянс» не мог объяснить никто из преподавателей и служащих Хогвартса. С тех пор утекло немало воды, Сэм уже души не чаяла в своём мокром дружище и каждую свободную минуту бежала к озеру. Всех сложнее становилось зимой, когда водная гладь покрывалась коркой льда и друзьям приходилось на время расстаться. Зато с приходом весны Саманта часто бежала на противоположный берег озера, с помощью Карги забиралась на огромный валун, и пригреваемая весенним солнышком в компании друга делала уроки или рассказывала о случившемся с ней, делилась радостями и горестями. Сэм радостно вздохнула в предвкушении встречи. Но это попозже, сначала нужно встретиться с куратором — преподавателем, ответственным за студентов, по какой-либо причине остающихся на летнее время в школе. За окном раздалось хлопанье крыльев и последовал небольшой удар в стекло. Взяв у почтовой совы письмо и угостив птицу лакомством, Сэм не торопилась раскрывать послание. Зачем? Она и так знала, что оно от бабушки. И что та ругается, прежде всего на маму, что не отправила Сэм к Вудам-старшим. А Сэм не хотелось. Ей нравилось здесь, где никто не мешал бродить по старинным коридорам, общаться со старым другом, тренироваться в квиддиче и мечтать о рыжеволосом парнишке из прошлого, сочиняя свои истории про приключения, которым не суждено сбыться. Распечатывать письмо, хоть и позднее, но всё же пришлось, как и писать ответ, и искать свободную сову, для этого совершив поход в птичник. А потом распаковывать вещи, прибираться в комнате, принимать душ, сушить волосы. Короче, освободилась она довольно поздно, но тем интереснее и загадочнее под покровом темноты пробираться к озеру. Прихватив пакет с вкусняшками для друга, Саманта тихонько пробралась через гостиную, выскользнула в коридор и мелким тушканчиком потрусила к лестнице. Совсем не ожидая, что в неё кто-то врежется, кто-то плотное и живое, не привидение. Да с привидением-то и столкнуться невозможно. — Ой, — выдала Сэм, одновременно со столкнувшимся и подняла глаза. Минерва Макгонагалл? А эта что здесь делает? Узнать это Сэм не посчастливилось, вернее, девчонке не посчастливилось совсем, так как ступенька под ногами завибрировала и пол в прямом смысле слова стал уходить из-под ног. — Вот же ж, — только и успела выдать Саманта, попав в объятья своей однокурсницы, неизвестно как оказавшейся на пути, а дальше пошли лишь междометия. Сэм пыталась сориентироваться в пространстве, что было весьма сложно в условиях падения. Вдобавок на пути попался кто-то ещё, более рослый и не такой мягкий. Сэм ещё раз перевернулась, зацепилась за что-то рукой, раздался треск, звон, её сильно ударило по голове. Наступила темнота.