Меняющая реальность

— И как это понимать, Альбус? Кто они? Как попали через барьер? — Много вопросов, Минерва. Не спорю, важных вопросов. Но сейчас главное, привести их в чувство. — Тогда лучше будет перенести их в больничное крыло. Там… лекари в конце концов. — Именно потому, что мы не знаем, как ты выразилась «кто они», «как попали через барьер» и вообще «как это понимать», мы не можем отправить их к лекарям, — возразил Альбус Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства. В этот момент одна из девочек, лежащая в глубоком кресле в кабинете директора, тоненько застонала и открыла глаза. Минерва Макгонагалл опустилась на подлокотник кресла, помогая девочке подняться. — Ну вот, деточка. Вот так. Как ты? — ласково приговаривала она, что никак не вязалось с неприступным образом декана гриффиндорского факультета. — Ну, посмотри на меня и скажи что-нибудь. — Ба…ба… — вытаращив на женщину глаза, попыталась девочка. — Что, милая? — Ба…буш…ка? — выдавила наконец девчонка и так и оставила рот раскрытым. Профессор смутилась, никто из юных отроков никогда ещё так беспардонно не напоминал ей про почтенный возраст. А потому она просто от незнания, что в такой ситуации делать, перевела взгляд на непосредственного начальника и по совместительству друга. Дамблдор ободряюще улыбнулся Минерве, а затем подарил ещё одну, успокаивающую, улыбку девочке. — Как тебя зовут, дорогая? — Мина… Минерва… Минерва Макгонагалл. — Она меня знает? — удивилась женщина. — Откуда ты меня знаешь, деточка? Как тебя зовут? — Минерва Макгонагалл, — затихающим голосом повторил ребёнок. — Да. Меня зовут Минерва Макгонагалл. А тебя? — Минерва Макгонагалл, — раздалось в этот момент за спинами участников сего действа. Дамблдор и Макгонагалл развернулись ко второму креслу, на котором сидела вторая из чудом явившихся в ночи девочек. — Её зовут Минерва Макгонагалл. И вы её бабушка. Вернее, прапрабабушка. — Альбус, — Минерва сглотнула и вновь села на подлокотник кресла, переводя взгляд с одной девчонки на другую. — Я совершеннейшим образом не понимаю, что здесь происходит. Хотя нет, наверное, понимаю. Я просто сплю. Сейчас я… проснусь, — и решила выйти из ситуации самым банальнейшим образом, ущипнув себя за руку. Вслед за ней этот жест повторила и «праправнучка». Не помогло обеим. Дамблдор тем временем подошёл ко второй девочке, взяв по дороге стул и теперь уселся перед креслом, намереваясь продолжить разговор. — А как тебя зовут? — Сэм… Саманта… Саманта Вуд. — Но… — начала было Минерва и была прервана шиканьем со стороны директора. — А как ты здесь оказалась, Саманта Вуд? — Наверное вы принесли нас сюда, — пожала плечами девочка и тут же поморщилась от боли. Да, с лестницы они навернулись знатно. — Хорошо. А как вы попали в Хогвартс? — Мы здесь живём, — подала голос предполагаемая тёзка декана Гриффиндора. — И давно? Обе девочки синхронно кивнули. — Макгонагалл почти постоянно. Её мама преподаёт в школе. А я только когда учусь. — Час от часу не легче, — всплеснула руками Макгонагалл-старшая. — Вы здесь учитесь? — Гриффиндор, — синхронно ответили девочки. — Третий курс. — Этого не может быть, — профессор Макгонагалл заходила по кабинету из стороны в сторону. — Их нет ни на одном факультете, не говоря уже о нашем. Я знаю всех детей в школе. Как такое может быть?! Пока декан Гриффиндора выплёскивала своё волнение, Альбус Дамблдор продолжал внимательно рассматривать девочку, сидящую перед ним. Она нахмурилась, прикусила губу и явно что-то рьяно обдумывала. При этом её волосы, растрепавшиеся из заплетённой когда-то косы, стали удивительным образом на глазах светлеть. Впрочем, спустя мгновенье они начали приобретать розоватый, а потом и вовсе малиновый оттенок. — Альбус?! — Минерва остановилась, наблюдая за сией метаморфозой. На её вскрик подняла голову и девочка, наглядно показав, что меняется у неё не только цвет волос, но и глаз. Зелёный сменялся свело-карим, затем голубым, перетекающим в серый. — Альбус, что это? — Это эмоции, профессор Макгонагалл. Похоже, что Саманта метаморф и… — увидев изумление на лице девочки, директор сделал вывод, — похоже, что она об этом не знала. Раньше это не проявлялось, да? Саманта отрицательно покачала головой. — И о чём ты думала? — Директор улыбнулся и, вынув из кармана конфету-леденец, вручил девочке. — О том, какой сегодня год. — А почему ты об этом думала? — Потому что вас обоих здесь быть не должно, — завершила за Саманту её однокурсница, уже немного пришедшая в себя. — Но вы нас знаете? — Дамблдор развернулся и сел между креслами так, чтобы видеть обеих девочек. Синхронный кивок. — Из чего следует вывод, учитывая прапрабабушку, — Дамблдор бросил взгляд на замершую посреди кабинета Макгонагалл, — что вы… — У нас сейчас 2090 –й. 5 августа 2090 года. — Настороженно ответила Саманта Вуд. — Нет. Глупость несусветная какая-то. Как такое может быть? — повторив свой коронный в последний час вопрос, отмерла Макгонагалл-старшая. — Получается, что может. Ну, и что же с вами сегодня произошло? — ободряюще улыбнулся Дамблдор. Около десяти минут все вместе они восстанавливали события жизни последнего часа девочек. — То есть, с кем вы столкнулись, вы не помните? Саманта отрицательно замотала головой. А вот Минерва-младшая задумчиво прикусила губу. — Он был в капюшоне. И у него в руках была такая смешная штука. — Смешная? — улыбнулся директор. — Да. Песочные часы на цепочке. Я ещё подумала, что это смешно, зачем песочные часы крепить к цепочке. Но мне кажется, что я такую штуку … уже где-то видела, — затихая договорила девочка, заметив встревоженную переглядку взрослых. — Невероятно, — выдохнула Макгонагалл-старшая. — Невероятно, но возможно. Минерва, вызови Снегга, нужно многое обсудить и перепроверить. Спустя час девочки были напоены успокаивающим чаем с травами и уложены спать в комнате профессора Макгонагалл, а три мэтра школы Хогвартс вернулись в холл, чтобы провести более тщательное расследование. К рассвету информация была собрана и взрослые вновь вернулись в кабинет директора. — Что думаете, профессор Снегг? — На лестнице имеется сильный магический след и…я нашёл вот это, — Снегг выложил на стол маленькую шестерёнку. — Но, я считаю, необходимым проверить их воспоминания. — Снегг, — возмутилась Макгонагалл, — это же дети. — Это не причинит им вреда, мы будем аккуратны. — Нет, нет, профессор Снегг, нельзя. И дело не в угрозе боли, — возразил директор. — Если всё обстоит так как мы предполагаем, а похоже, что так и есть, мы не знаем, к чему всё приведёт. Маховик уничтожен. Переход на такое дальнее расстояние… это может быть только с помощью артефакта мощнейшей силы. А таких… — Всего лишь два, — кивнул Снегг. — Один в министерстве Магии, а второй… — На месте, — подтвердил Дамблдор. — Временные линии не просто столкнулись, они пересеклись. Вот что меня беспокоит больше всего. Нам нельзя допускать больших пересечений, чем меньше мы будем знать о будущем, тем лучше. Сначала нужно собрать информацию. Саманта вновь очнулась, когда время близилось к полудню. Глубоко вздохнув, окончательно освободилась от сна и осторожно села на кровати. Странный сон, однако, ей приснился. Бывает же, — усмехнулась девочка. Но усмешка сползла с её лица, когда она подняла голову. Всё вокруг было незнакомым. Это не её комната и не её кровать. — Проснулась? — раздалось со стороны, и Сэм испуганно вскрикнула. У окна стоял пожилой мужчина, которого ранее Саманте доводилось видеть лишь на памятных карточках, фотографиях в альбоме дедушки и на фото в архивах газетных статей, что так тщательно собирает папа. — Сон внутри сна? — пробормотала девочка. Профессор Дамблдор понимающе усмехнулся. — Вставай, Саманта, нам нужно поговорить. Твоя однокурсница тоже проснулась и сейчас разговаривает со своей… прабабушкой. Сэм не стала спорить, помня наставления преподавателя по ментальным эмоциям (был у них такой спецкурс в прошлом году), что с подсознанием лучше научиться взаимодействовать, оно многое может рассказать. А потому, стала молча выбираться из кровати, попутно шипя от того, что всё тело ужасно болело. Приподняв рукав голубого худи в котором, она накануне отправилась к Карги, Сэм обнаружила цепочку синяков и пластырь, который закрывал, судя по размеру, изрядную царапину. Этот факт заставил Саманту замереть, а потом она осторожно, тихонечко-тихонечко нажала на один из синяков. Зашипела и начала на него дуть. Было больно. И эта заставило девочку снова замереть. Это было странно, так ощущать боль. Она в принципе от этого ощущения должна проснуться, но не просыпалась. Директор Дамблдор всё это время продолжал стоять у окна и наблюдать за Самантой с снисходительной, понимающей улыбкой, давая ей время осознать действительность. Он ни капли не сомневался, что девочка скоро всё поймет. Ещё по разговору в кабинете он заметил искры сообразительности в её столь скоро меняющихся глазах. И потом она Вуд, а в этом семействе дураков испокон веков не водилось. И Альбус Дамблдор не сомневался, что семьдесят лет не могли этот факт как-то изменить. А Саманта тем временем старалась уловить очень важную мысль, которая с мозгошмыгом (да-да, их существование было доказано около тридцати лет назад) ускользала от её внимания. Сэм не нравилось, что она словила эту невидимую дрянь, здесь явно ещё не проводили дезинфекции. Стоп. А где это здесь? Сэм наконец- то встала с кровати и повернулась к герою своего сна, из которого она никак не могла выбраться. Потом наклонила голову и крепко двинула себе по правому уху. В голове зазвенело, но явно помогло избавиться от мозгошмыга. Они такие встряски не любили. И вот всё встало на свои места, как восстановились в памяти и события прошедшей ночи. А потом нагрянуло осознание катастрофы. — Я ведь не сплю, да? — Понимаешь, Саманта, твоя ситуация очень серьёзная… но не плачевная. Мы смогли понять, что произошло. Но… — Дамблдор очень тщательно подбирал слова, чтобы окончательно не ввести в ступор итак шокированную девочку, — мы не знаем… пока не знаем, — тут же поспешил исправиться волшебник, — как отправить вас обратно… в будущее. Маховик времени, какой бы силой не обладал, не может направлять время вперёд, только отматывать назад. Девочка кивнула и заторможено села на край кровати. Меняющийся цвет волос показывал Дамблдору насколько сейчас сильны её эмоции. — Ты и твоя подруга сегодня побудете здесь, под опекой леди Макгонагалл. Вас не должны видеть, это вызовет лишние вопросы. Саманта? — А? — вскинула голову девочка. — Да… Я вас поняла. — Хорошо. А нам… нам всем нужно подумать, что делать дальше. Саманта не заметила, как директор ушёл, всё ещё пытаясь осмыслить очевидное, но невероятное. От размышлений её отвлекло мягкое касание плеча. Сэм подняла голову и увидела вторую несчастливицу — Минерву Макгонагалл, которую в теперешних обстоятельствах необходимо было называть с уточняющей приставкой «младшая». — Ну и что? — Минерва шмыгнула носом, и Сэм поморщилась. Тоже очень захотелось присоединиться к этому шмыганью и пустить слезу. — Что делать то будем? Саманта пожала плечами, не надеясь на твёрдость голоса. А спустя пару минут всё же ответила. — Сидеть. Ждать. Что нам ещё остаётся делать? — Я не знала, что ты вернулась в Хогвартс, — со вздохом сказала Мина. — Родителей срочно отправили в командировку, — раздался тихий ответ. Судорожный вздох в этот раз был синхронным. Вот мама, как в воду глядела, подумала Сэм, развела вчера целое болотце из слёз с моим провожанием… Или… На память пришло увлечение мамы предсказаниями… Нет, Сэм помотала для убедительности головой, отбрасывая абсурдную до ужаса мысль, разве мама оставила бы её в школе, если бы увидела, что может случиться? — А что ты в холле делала? — полюбопытствовала Мина, чтобы отвлечься от грустных мыслей о своих родных. Сэм неопределённо повела плечом. — К монстру своему собиралась, да? Сэм нахмурилась. Никакой Карги не монстр. — Да, ладно, не обижайся, — смекнула в чём дело Мина. — Я не хотела обидеть. — А ты? — решила Саманта сменить тему. — А я… — Минерва — младшая хитровато усмехнулась и вытащила из-за пазухи маленькую потёртую книжицу, нечто среднее между блокнотом и записной книжкой. — Я проверяла на практике записи моей прапрабабушки о Хогвартсе. — М, — Саманта вопросительно кивнула в сторону двери, намекая на Макгонагалл — старшую. — Угу, — утвердительно кивнула младшая. — А… прапра своей об этом рассказала? — Ещё чего, — фыркнула Мина. — Отнимет же! Честное слово, она совсем такая, как про неё рассказывали. — Строгая? — Правильная, аж жуть, — сделала вывод Минерва, снова пряча книжицу. А Макгонагалл-старшая вернулась в комнату, словно подозревая, что разговор идёт о ней. Правда, ограничилось всё подносом с едой. — А… скажите, пожалуйста… — с волнением и запинаясь спросила Саманта, — а… какой сейчас день и.год? — Сегодня 6 августа 2014 года. — Ух ты, — даже присвистнула Мина, чем вызвала нахмуренный взгляд прапрабабушки. — Ух ты! — раздалось в её исполнении снова, когда она увидела целую палитру красок на голове своей однокурсницы. А в это время мозг Саманты просто взрывался. Ведь её дедушка здесь, в этом времени. А значит она сможет его увидеть. Из чего следует, что ОН тоже здесь!!! Хотелось закричать во всё горло и пройтись колесом по комнате. Всё время до вечера Саманта постоянно «выпадала» из реальности, отвлекаемая мыслями о предмете своего обожания, чем огорчала Мину. Той было скучно, поболтать с Самантой особо не получалась, а потому девочка несколько раз пыталась прорваться за пределы спальни прапрабабушки, влекомая скукой и врождённым любопытством. Но каждый раз была поймана Макгонагалл-старшей, не успев и носа высунуть за порог. Вот и снова очередная попытка потерпела поражение. На этот раз девочек попросили пройти в кабинет директора Дамблдора, где помимо самого директора находился и профессор Северус Снегг. Под его тяжёлым взглядом Саманте захотелось съёжиться в комочек, от этого человека словно веяло холодом. Сэм хорошо знала его историю и то, что он хороший и на стороне сил добра, так сказать, но легче от этого не становилось. Мина тоже попритихла. — Мы попытались прояснить ситуацию, но… новостей мало. Перемещения во времени слишком тонкая материя, намного тоньше и нестабильнее, чем перемещения в пространстве. — Начал разговор директор Дамблдор. — Вы не можете отправить нас назад, вы говорили, — кивнула Саманта, стараясь сдержать эмоции. А ей было до жути страшно, так, что даже мысли о дедушке Оливере и Фреде Уизли отступили на второй план. — Да. Однако, ваше пребывание в нашем времени тоже таит в себе много опасностей. Временная линия была изменена, когда вы попали сюда. И пока мы не найдём выход, нужно сделать ваши жизни здесь как можно незаметней. — Нам, что, всё время теперь в одной комнате сидеть, пока выход не найдётся? — уточнила на всякий случай Мина. — Нет, — улыбнулся Дамблдор, и бросил лукавый взгляд в сторону декана Гриффиндора. «Кого — то» ему это девочка ужасно «напоминала». — Вам не придётся сидеть в комнате. Вы проведёте ближайшее время с семьёй, той семьёй, что есть в этом времени. Мина бросила взгляд исподлобья на прапрабабку, а потом вздохнула. — Я и говорю, придётся сидеть в комнате. Походу будь то хоть прошлое, хоть будущее, в её жизни мало что изменится. Хогвартс, Хогвартс, Хогвартс. А вот Саманта приподняла брови в некотором изумлении, к которому наравне с толикой восторга примешивалась изрядная доля страха. Она увидит дедушку Оливера?! — Но, я хочу, чтобы вы меня сейчас очень внимательно послушали и услышали, — взгляд директора стал строгим, можно сказать суровым. — Ни при каких обстоятельствах, никому, никогда вы не должны рассказывать о событиях будущего. — Даже вам? — спросила Саманта. — Никому. Поймите, от этого зависит очень много жизней, не только ваших. Время может потечь по-иному. И тогда будущее изменится. Вы это понимаете? Если это случится, вам некуда будет возвращаться. Ваше будущее тогда исчезнет. — Ох ты ж, укуси меня гном, — выдохнула Минерва, за что словила ещё один возмущённый взгляд от прапра. Вот поди ж ты, за семьдесят лет от дома, а ничего не меняется. — Вы меня услышали? — для большей убедительности Дамблдор ещё больше нахмурился и Макгонагалл — старшая запереживала, как бы не переусердствовал. Девочки итак в стрессе. Девочки одна за другой кивнули. — Точно? — Да чтоб мне на нарла сесть, — подтвердила Макгонагалл — младшая. А Саманта, увидев эмоциональный фейспалм госпожи ректора, решила не давать обещаний и ограничилась очередным кивком. На следующий день Саманта в сопровождении директора Дамблдора покинула Хогвардс. Они направлялись в Годрикову впадину, где находилось одно из имений семьи Вуд. Саманте оно было хорошо знакомо, там жил дедушка Оливер. Так как через портал или с помощью трансгрессии Дамблдор счёл для Саманты путешествие не безопасным (кто знает, как это всё повлияет на девочку из будущего), путь предстоял не близкий. Саманта по большей части была молчалива, предпочитая наблюдать. Острый детский взгляд то тут, то там подмечал отличия. Порой ей казалось, что она попала в одну из книг папы по истории. И только на пороге увитого плющом двухэтажного дома, она набралась храбрости, чтобы спросить. — А… они уже знают… обо мне? — Давай зайдём и посмотрим? — вместо ответа предложил директор Дамблдор. И вот они уже несколько минут стоят в гостиной и смотрят друг на друга. Тринадцатилетняя девочка и высокая седоволосая женщина. И обе совершенно одинаково сцепили перед собой руки и переминают пальцы. — Ты подождёшь нас немножко, дорогая? — отмерла наконец Фридесвида Вуд, особа 64 лет, глава семьи Вуд. Саманта кивнула, наблюдая, как уже её прапрабабушка и директор Дамблдор покидают гостиную. Девочка отвернулась к окну и попыталась успокоиться. Вскоре её волосы, сейчас спрятанные под смешную несуразную панаму, купленную сегодня в каком-то магазинчике по пути сюда, приобрели привычный золотисто-каштановый цвет, а глаза вернулись к зелёному. Сэм пугала эта метаморфоза с внешностью, но больше всего сейчас её пугала реакция людей, которых она видела сотни раз, но только на старом фото. Хотя нет. Есть же ещё дедушка Оливер! Саманта сделала глубокий вдох-выдох. Да, есть дедушка Оливер, а значит всё будет хорошо. В этот момент дверь распахнулась и с возгласом «Бабуль!» в комнату влетел парень со следами от травы на футболке и брюках, в перчатках и с метлой наперевес. Саманта вытаращила на пацана глаза. Короткая стрижка, но цвет волос, как и у неё золотисто-каштановый, светло-карие глаза, прямой нос, волевой (в будущем) подбородок. Сэм сглотнула. Да, не вязался образ дедушки Оливера с этим вот. Это она как-то упустила. — Да чтоб мне на нарла сесть, — выдала Саманта. — А ты кто? Назвать пятнадцатилетнего парня дедушкой у Сэм язык не повернулся.