Глава 28
18 января 2021 г., 07:21
— Боги мои… Северус, так это правда не дурная шутка? — всплеснула сухими ладонями Макгонагал.
— «Мордред меня дери… Да сколько можно-то всех этих охов-вздохов? Действительно надо было Обливейт наложить и не выдумывать этот велосипед с домом и чарами Фиделиус!» — Снейп едва удержался, чтобы не закатить глаза.
Под покровом ночи трое волшебников в сопровождении дряхлого домовика и скрученного рулоном ковра без труда вошли в дом на площади Гриммо. Старые защитные заклинания пали, и семейное гнездо Блэков было скрыто от любопытных глаз лишь собственными маскирующими чарами, которые оберегали его от магглов, но никак не смогли бы помешать владеющим магией.
— Я все ещё не могу поверить в происходящее, — полушепотом проговорила профессор трансфигурации, пробираясь по темному обшарпанному коридору и подсвечивая себе путь Люмосом. — Вы объясните мне наконец, что сподвигло вас вновь вернуться на сторону Ордена? И где все это время был Сириус?
— Минерва, я не на стороне Ордена, я с недавних пор на своей собственной. Просто она по счастливой случайности сейчас пролегает в непосредственной близости от вашей, — угрюмо буркнул зельевар, обходя Макгонагал и направляясь вслед за спешно семенящим по коридору домовиком и ругающим его последними словами Сириусом.
— Так и думала, — мрачно и горько заключила декан Гриффиндора. — Слизерин заботится исключительно о своих интересах.
— И чем дольше вы будете в это верить, тем дольше проживете, в случае если Воландеморт поверит Алекто и решит прислать в школу проверку, — проворчал Снейп.
— А есть вариант, при котором он не станет этого делать? — сощурилась Макгонагал.
— В самом лучшем раскладе, мое слово будет значить больше чем ее, — произнес зельевар.
— А что на счет вашей ммм… жены? — поджав губы, спросила Минерва.
— А что с моей женой? — резко развернувшись, спросил директор Хогвартса, в упор глядя на профессора испепеляющим взглядом. Его палочка, с зажженным на кончике огоньком, была направлена точно в грудь женщине.
— Чем на самом деле она занята в школе?
— Как вы уже заметили, моя жена — преподаватель Защиты от Темных Искусств. И ее единственное занятие в Хогвартсе — преподавание, — чеканя каждое слово, сказал Северус. — Если у вас есть какие-либо подозрения, будьте уверены, это всего лишь ваши фантазии. Не более.
— Но вы сказали, что ее назначение — это приказ Воландеморта, — не унималась префект Гриффиндора.
— Ах вот вы о чем. Боитесь, что она нас сдаст, — усмехнулся Снейп. — Успокойтесь, профессор Макгонагал. В действительности гораздо большую опасность сейчас представляет ваша собственная память, вскрыв которую Темный Лорд узнает о Сириусе Блэке и моем участии во всем происходящем в данный момент. Миссис Снейп — последний человек, который станет докладывать об этом Воландеморту. У нее свои причины, но от того они не менее существенны.
— Я владею Окклюменцией, — оскорбилась Макгонагал. — Меня учил сам Альбус!
— Чудесно, это обнадеживает, — безэмоционально ответил зельевар и, развернувшись, пошел вниз по лестнице.
Голоса Кикимера и Сириуса раздавались уже где-то далеко внизу. Макгонагалл замерла в коридоре, не зная расценить последнюю фразу как сарказм или же порадоваться, что хоть что-то обнадеживающее во всей этой ситуации все же присутствует.
— Значит, говоришь, он не сбежит отсюда, — риторически протянул Сириус, оглядывая склизкие почерневшие решетки.
— На темницы наложено заклятие, вытягивающее магию из пленников, — проскрипел Кикимер левитацией, пристраивая свернутый ковер в углу камеры. — Юный хозяин Сириус знал бы это, уделяй он больше времени изучению истории своего рода.
— Клал я большой тяжелый гаечный ключ на историю этих кровавых фанатиков, — фыркнул Бродяга.
— Заткни фонтан, Блэк, и слушай, что говорит тебе твой домовик. Постыдился бы уж, древний ворчун знает больше наследника, — поморщился Снейп, оглядывая решетки.
— Будто уперлось оно мне куда-то это наследство, — пробубнил Сириус. — Ладно, смотреть тут больше не на что особо. Палочку этому хмырю мы сломали. Заклятия Кикимер и без нас снимет, о еде тоже позаботится. Пойдемте наверх.
Все трое сидели на пыльных креслах в библиотеке и в молчаливой задумчивости потягивали чай. Блэк то и дело кидал на Снейпа косые взгляды, будто не решаясь о чем-то спросить. Макгонагалл устало смотрела в огонь. Ночь и без того выдалась тяжелой, а наложение сложнейших чар Фиделиус и вовсе лишило ее былых сил.
— Хочешь помочь крестнику? — нарушив тишину, проговорил зельевар.
— Что, очередной гениальный план, Снейп? — добавляя в голос яда, расплылся в оскале Сириус, демонстративно откидываясь в кресле и закидывая ногу на ногу.
— Ну, не хочешь не надо, возвращаемся сейчас в особняк и дело с концом. Продолжишь заниматься механикой, — с самым равнодушным видом бросил Северус, украдкой следя за тем, как вытягивается лицо школьного недруга.
— Давай уже говори, что ты там придумал, Нюниус, не тяни дракона за подробности. Знаешь ведь, что я ради Гарри любого порву.
— Рвать не надо, — поморщился Снейп. — Надо, чтобы ты сидел в своем доме и приглядывал за Кэрроу. А попутно изучал все что можно и неможно про свою в доску чистокровную семью и искал информацию. Какую — я тебе напишу. Уж на это я надеюсь ты способен?
— Снова взаперти, — простонал Блэк, откидываясь в кресле.
— Порадовался бы лучше, что здесь ты колдовать сможешь, — фыркнул директор Хогвартса. — Но если перебирать мерседес тебе нравится больше, я не настаиваю.
— Машину я уже починил. И перебрал не раз, — самодовольно хмыкнул Блэк. — По правде сказать не только ее, но это уже детали. Так и быть, я остаюсь.
— А еще ты дашь непреложный обет о том, что не станешь выходить отсюда куда-то кроме Виндгорфа, исключая ситуацию, когда твоя жизнь будет в прямой непосредственной опасности, — тщательно вымеряя слова, отчеканил Северус глядя на Бродягу в упор.
— Ты что-то берега путаешь, Нюниус, — оскалился неприятной ухмылкой Блэк. — Мы сейчас на площади Гриммо, а не в какой-то глуши, и палочка моя со мной, а значит и размазать тебя по стене куда проще.
— Ну так сделай это, если здравый смысл окончательно покинул твою и без того скудную на извилины голову, — прошипел Снейп, склоняясь вперёд. — Когда до тебя дойдет наконец, что люди не умирают сами по себе? И нет, жизни обрывает даже не Авада. Запомни один раз и до склероза: самые близкие погибают из-за заносчивости и самонадеянности таких как ты. Очнись и займись делом. Тебе не шестнадцать лет. Пора бы уже усвоить, что для достижения результата часто приходится делать то, что совсем не хочется. Так ты принесешь обет или так и будешь сопли на хвост наматывать да ныть, как песику скучно взаперти?
Унизительные для Блэка слова грозовой тучей повисли в воздухе библиотеки. Бывшие сокурсники сверлили друг друга уничтожающими взглядами.
— Достаньте палочку, Минерва, — стальным тоном проговорил Бродяга. — Непреложный обет принято скреплять магией третьей стороны.
Виндгорф встретил зельевара давящей тишиной и приглушенным на ночь сиянием газовых светильников. Снейп глубоко вдохнул и прерывисто выдохнул. Прошедший вечер абсолютно точно был не из легких. Северус стянул с плеч зимнюю мантию, кинул ее на вешалку и медленно стал подниматься вверх по лестнице.
— Как все прошло? — спросила Анна-Луиза едва ее муж перешагнул порог комнаты.
— Вы вообще в курсе, что у вас завтра седьмой курс первым занятием? — нахмурился Северус в ответ на приветствие.
— Если Алекто все же побежит к своему хозяину, и он ей поверит, то завтра первым занятием у меня будет Окклюменция, — фыркнула мисс Лисс, откладывая книгу на прикроватную тумбочку. — Как там профессор Макгонагалл? Я боялась, ее удар хватит при виде мистера Блэка.
— Она крепче чем кажется, — дернув уголком рта, ответил Северус и принялся бороться с бесчисленными пуговицами сюртука.
— Вот именно поэтому я и боюсь за нее. Те, кого все считают сильными, на деле всегда переживают больше остальных, — отвернувшись, пробормотала девушка.
Северус пристально глянул на жену, обдумывая ее слова.
— Если Лорд пришлет дознавателей, они должны решить, что у нас сегодня была беседа по поводу поведения учеников. Всех преподавателей я пытал Круциатусом. Справитесь? — Снейп расправился наконец с сюртуком и взялся за рубашку.
— Картинка не сложится, если наши с вами воспоминания будут отличаться. О том что будет, если решат проверить преподавателей, я вообще молчу, — проговорила Анна-Луиза.
— Я рассчитываю, что наших с вами воспоминаний хватит, — нахмурился зельевар.
— А если нет? — упорствовала девушка.
— Тогда мы все покойники! — зло шикнул зельевар. — И если вам больше нечего предложить по этому поводу, предлагаю закрыть тему.
— Так может устроим выступление с танцами и вокалом? Нарцисса Малфой была солисткой, в этот раз соберем ансамбль, — приподняла бровь мисс Лисс, пристально глядя на мужа.
Пальцы Северуса замерли на животе, так и не дойдя до нижних пуговиц рубашки. Он медленно поднял взгляд на свою жену.
— Это нужно будет сделать неожиданно. Если решат проверить их воспоминания, там должен быть по меньшей мере страх, — справившись с отвращением по отношению к обсуждаемому вопросу, тихо проговорил зельевар.
— За кого вы меня принимаете, Северус?! Разумеется мы не станем уведомлять их о наших планах открыткой, — наигранно оскорбилась Анна-Луиза.
***
Профессор Лисс сверлила взглядом лежащую перед ней на столе кипу пергаментов с сочинениями семикурсников и задумчиво потягивала крепкий черный кофе. Ее воспаленные веки едва не слипались, но девушка стойко старалась поддерживать себя в адекватном состоянии. Волосы, обычно забранные в изящную прическу, сегодня были сплетены в свободную небрежную косу и лежали на плече черной змеей. — С добрым утром, красавица! — от стен кабинета зычно отразился низкий женский голос, и к преподавательскому столу медленно приблизилась Алекто Кэрроу. — Что, никак не можешь отойти от бессонных ночей, которые дарит тебе твой муженек? Надо было тебе лучше просить Темного Лорда о милости. Тогда бы он выдал тебя за Амикуса, и не пришлось бы держать мину кирпичом перед малолетками каждое утро. Могла бы спокойно после ночных приключений в постели отлежаться да перышки пригладить. А то погляди-ка ты только, что с тобой этот крючконосый стервятник сделал: щеки впали, глаза краснющие! Того и гляди свалишься в обморок и тащи потом тебя в больничное крыло! С кем же мне тогда болтать на досуге? — губы коренастой женщины растянулись в неприятной ухмылкие, и она по-хозяйски уселась на письменный стол, скинув на пол несколько скрученных пергаментов. — Вообще в Хогвартсе скучно, не находишь, красавица? И кстати, не знаешь, куда все дамблдорские рыбы-прилипалы делись? Чего их на завтраке-то не было? Как и тебя, и твоего мужа кстати. — Доброе утро, Алекто, кофе? — ровно сказала Анна-Луиза. В ее голосе сквозил лед. — Не надо мне кофе, красавица, не ровен час ты меня отравишь. Уже наверняка всяких штучек от Снейпа нахваталась, — фыркнула Кэрроу. — Я хочу знать, где этим утром пропадают дранная кошка Макгонагал, карлик-недоумок и любительница драконьего навоза. За столом сегодня была только всякая шушера вроде Трелони, да Слизнорт, чтоб этому жирному слизняку подавиться, но с ними совсем не интересно! Достаточно глянуть в их сторону, как они уже все трясутся. Так что, не поделишься, чем таким важным твой муж занимается, и по какому поводу всяких блюстителей света к себе по ночам вызывает? — Я без понятия, чем занимается мой муж в рабочее время, он мне не докладывает. Мне вообще запрещено обсуждать его дела с кем-либо, — пожала плечами Анна-Луиза, вновь отпивая кофе. — Могу лишь сказать, что вчера, когда он вернулся, то был зол как черт. — Ты хочешь сказать, что Снейп тебе… «запретил как муж»? — бледные рыжие брови Алекто стремительно поползли вверх. — Да я смотрю у супруга к тебе прямо неземная «любовь» на полную катушку! Не хочешь же ты сказать, что это был именно «приказ»? — Если так интересно, спроси у него сама, — кивнув пожирательнице за плечо, ответила профессор Лисс. Глаза Кэрроу расширились, на лице отразилась паника. Она сглотнула и медленно повернула голову. Прямо за ней, скрестив руки на груди, черной тенью возвышался директор Хогвартса. — Как мило, профессор Кэрроу, что вместо того, чтобы лично подойти ко мне и задать интересующие вас вопросы, вы предпочитаете шастать у меня за спиной и допрашивать мою жену, — уничтожающим тоном процедил Снейп. — Можно подумать из твоей игрушки можно хоть одно слово лишнее вытянуть, — собрав все свое мужество в кулак, фыркнула Алекто. — Ты вообще в курсе, что если продолжишь насиловать ее по всем фронтам от задницы до мозгов, то ни наследников, ни симпатичной куклы тебе через пару лет не видать? — смерив зельевара взглядом полным отвращения, сказала она. Снейп шагнул вплотную к пожирательнице. Его черные глаза опасно блестели, ноздри побелели, раздуваясь в немом гневе, губы скривило отвращение. — Какое же счастье, что абсолютно все, что касается моего семейного положения — это не твое собачье дело, Алекто, — наклоняясь к самому лицу коренастой женщины, убийственно тихо прошипел Снейп. — И если я еще услышу по этому поводу хоть слово, то не сомневайся, воспитательная беседа, которая была проведена с преподавателями Хогвартса сегодня ночью, покажется тебе детским садом. Смотрю, ты сочувствуешь моей жене? Поверь мне, по сравнению с тем, что стало с Минервой Макгонагалл, с супругой я нежен и сдержан. То, что я сделаю с тобой будет гораздо интереснее. Никакой запрет на стычки со своими не сможет мне помешать. Сегодня я разрешил учителям не появляться на завтраке, но занятия они по-прежнему обязаны вести. Если ты вякнешь еще хоть слово о моем браке или о том, что подозреваешь меня в похищении Амикуса — будь уверена дисциплинарное взыскание не заставит себя долго ждать. — С чего ты взял, что я тебя подозреваю? — инстинктивно отшатнулась Алекто, до боли вжимаясь в ребро преподавательской столешницы. — С того, что люди под Круцио рассказывают ВСЕ, даже если их не спрашивать. Я знаю о твоем вчерашнем разговоре с преподавателями, и поверь, если бы я захотел убрать Амикуса, я слил бы вместе с ним и тебя, и уж никак не стал бы делать это тайно. О том, что я хочу вас обоих убить, вы узнали бы первыми. Я бы растоптал само упоминание о вас, стер бы с лица Земли. Сделал бы так, что сам Темный Лорд отдал бы приказ о вашем устранении. Но, к твоему великому счастью, мне нет до тебя абсолютно никакого дела, пока ты сидишь тихо, — гневно выплюнул Снейп, нависая над Алекто гигантской черной летучей мышью, наслаждаясь ее сметением. Вдруг лицо его расслабилось, и губы растянулись в приторной улыбке. — А может ты специально ходишь вокруг да около и бесишь меня своими выходками? Может ты тоже хочешь в директорский кабинет на взыскание? Хочешь что-нибудь мне рассказать? — Больной сальноволосый ублюдок! — на грани слышимости истерично выдохнула Алекто. Женщина рванулась с места, выворачиваясь из тисков между столом и телом Снейпа, и бегом скрылась за дверями кабинета. — Северус, она конечно ужасна, но вы не думаете, что это перебор? — едва в коридоре стихли шаги, вздернула бровь Анна-Луиза, делая глоток из почти уже остывшей чашки. — Зато теперь она не пойдет к Воландеморту, а заодно от вас будет подальше держаться, — хмыкнул директор Хогвартса. — Пусть лучше думает, что я… — Северус запнулся, подбирая слова. Повисла неловкая пауза. — Даже я поверила вам в какой-то момент. Хотя мне доподлинно известна истина, — хмыкнула девушка. — Будьте аккуратны, после такой сверхреалистичной игры велики шансы и самому поверить в собственные слова. — Я давно варюсь в этом, Луиза, и правила пьесы мне знакомы, — поморщился зельевар. — Кофе, Северус? — с легким вздохом меняя тему, спросила профессор Лисс. — Нет, у вас до урока всего семь минут, — качнул головой Снейп. — Если Алекто или кто-то другой снова будут задавать вам вопросы — обязательно скажите об этом мне. — Разумеется, — устало пробормотала Анна-Луиза, отставляя на блюдце чашку.***
Тишину директорского кабинета рассекало раздражающее тиканье напольных часов. Снейп не мог толком объяснить, зачем до сих пор держал рядом с собой эту невероятно выводящую из себя вещь, хотя по семь раз на неделе порывался вышвырнуть надоевшую до зубного скрежета махину в окно. Дни шли, а стрелки продолжали отвратительно громко тикать. И зельевар уже не мог толком понять: является ли отвратительный звук причиной его вечной головной боли, или это от боли стук механизма делался таким невыносимым. — Сэр, у меня плохие новости, — раздался за спиной нервный голос Иво. — Это прямо девиз текущей недели, — хмуро буркнул Снейп, не поднимая головы от бумаг. — «А я, наивный, думал, что хоть в пятницу все обойдется, но нет!» — подумал он. — Что в этот раз? Снова домовики котел с пловом подорвали? Так приберите кухню и сообразите на ужин сэндвичи. Это вообще не повод отрывать меня от работы. — Мы поймали Кингсли Бруствера. Северус медленно отвёл от пергамента кончик черного пера и поставил его на подставку рядом с чернильницей. Затем с силой потер ладонями уставшие от писанины глаза и поднял на дворецкого лицо полное непередаваемого выражения бесконечной усталости. Зельевар смотрел на прилизанного в идеально подогнанном костюме Иво так, будто не слышал последней фразы. Будто вообще видел змея впервые в жизни. Пауза затягивалась — Сэр?.. — глаза дворецкого нервно забегали, он всеми силами старался уловить мысли директора Хогвартса. Иво инстинктивно отступил на шаг, не зная, как реагировать, и что означает выражение лица собеседника. — Сэр, я пока оглушил его, связал и запер, но он сильный маг, я не знаю чего ожидать. Миледи все еще не вернулась из Косого переулка, вы задержались на работе, а тут он… Этот человек аппарировал поддельным порталом. Мистер Гринвин подбросил их всем членам Ордена Феникса взамен тех, с помощью которых они собирались совершить налет на Малфой-мэнор. Мастер Снейп, что нам делать? Предупредить мистера Гринвина? Это значит, что прибудут и остальные члены Ордена? Мы ведь еще не успели накинуть на дом маскирующие чары! Снейп невидяще смотрел перед собой. Слова маледиктуса долетали до него как сквозь плотную перьевую подушку. — «Бруствер… В поместье… Один… Сейчас… Жена ещё не вернулась из косого переулка… А этот ползучий гад здесь… Значит она что, была там одна?!.. Орден… Налет на мэнор… Какой еще налет?.. Поддельные порталы… Гринвин… Гринвин? Бруствер?..» — мысли Северуса тонули, путались, растекались. Голова будто налилась свинцом, веки тяжелели с каждым мгновением. Обстановка и собеседник теряли четкость линий. Сознание окутала блаженная прохладная чернота. Иво, тяжело дыша, в панике оглядел директорский кабинет. Он с усилием поднял потерявшего сознание Снейпа в полусидячее положение в кресле. Дворецкий поместья Виндгорф выпрямился и с ужасом уставился в мертвенно бледное лицо зельевара. Площадку у ворот поместья заливал мягкий жёлтый свет от висящих на каменных заснеженных столбах стеклянных светильников. Сияние отражалось от покрытой наледью земли и создавало на площадке иллюзию яркого магического круга, в котором стояли две женщины. — Нет, Мари, спасибо. Я уверена, что Северус уже дома. Он и без того будет не в восторге от нашей с тобой задержки, не надо меня провожать. Иво дома, все будет хорошо, здесь пройти осталось каких-то пятьдесят метров, к тому же по моей собственной земле, — улыбнулась мисс Лисс. — Боги, Луиза, я до сих пор не могу поверить, что ты замужем, беременна, преподаешь в Хогвартсе и вот это вот все, — закатила глаза блондинка и, мягко беря подругу за руки, проговорила. — Что бы ни случилось, в какую бы пакость ты ни залезла, и в чем бы тебя ни обвиняли, мы всегда будем на твоей стороне! Уж если ты решила принять сторону своего мужа… — женщина вздохнула. — Должен же быть кто-то и на твоей. — Я тешу себя надеждой, что и он будет на моей, — усмехнулась Анна-Луиза. — Посмотрим, — хмыкнула Мари. — Пока, судя по твоим рассказам, это ты каждый раз вытаскиваешь его из драконьего навоза, а не наоборот. — Не дай бог еще меня надо будет вытаскивать из тех мест, в которых он периодически оказывается, — закатила глаза темноволосая девушка. — В общем если что — сразу пиши. Пусть у вас нерушимый брак, но это не запрещает вам жить раздельно. Во всяком случае я надеюсь, что он не станет принуждать тебя жить с ним вечно, — обнимая подругу, тихо проговорила Мари. Попрощавшись, Анна-Луиза медленно побрела в сторону дома, шурша бумажными пакетами и задевая ими высокие сугробы. Ровная расчищенная дорожка была подсвечена магическими светильниками. Едва зайдя в дом, девушка насторожилась. Было тихо. Слишком тихо. Она, стараясь производить как можно меньше шума, поставила пакеты на пол, стянула с плеч пальто с песцовым мехом и, стараясь не издать ни звука, переобулась в мягкие домашние туфли. Девушка сдавленно выдохнула, подняла палочку наизготовку и медленно двинулась вперёд по направлению к библиотеке. Она, озираясь, миновала двери, подметила запертый вход в подвалы и, пристально вглядываясь в книжные полки, пошла вдоль длинного стола. Внезапное движение справа заставило ее отшатнуться в сторону, вскидывая палочку. В стол со всего маху врезался высокий крепкий мужчина. Его темнокожие широкие ладони впустую сгребли воздух там, где еще секунду назад была Анна-Луиза. Он резко развернулся к девушке, но, увидев в ее руке палочку, замер тяжело дыша. — Где я, и что со мной?! — сипло дыша, прохрипел Бруствер, сжимая кулаки в бессильной ярости. — Чем меня накачали?! — Иво, немедленно возвращайтесь, — тихо прошипела девушка на парселтанге. — У меня к вам ровно тот же самый вопрос, — холодно ответила она. — Я еще раз спрашиваю: что вы сделалаи со мной и с моей палочкой?! Где моя магия?! — вне себя от паники и ярости прогрохотал Кингсли. Застань его сейчас кто-то из соратников по Ордену, они ни за что бы не узнали в этом дерганом агрессивном человеке вечно спокойного аврора Бруствера. За спиной девушки раздался треск пламени, и из камина сопровождаемый снопом искр шагнул Иво со Снейпом на плече. В библиотеке на мгновение повисла гробовая тишина. — Миледи, я не знаю, что с ним, он просто… — начал было маледиктус, но осекся, увидев перекошенное темнокожее лицо. — Вас не затруднит придержать мастера Снейпа? — на грани слышимости выдохнул змей. Иво резко выпрямился, скидывая с себя безвольное тело, и Анна-Луиза едва успела подхватить мужа левитацией и усадить в одно из кресел стоявших у камина. Девушка тут же бросилась к нему, предоставив своему слуге разбираться с пленником. — Я кажется уже говорил вам, мистер Бруствер, что не потерплю нападения на хозяев этого дома, — растягивая слова, произнес дворецкий, медленно и неотвратимо надвигаясь на Кингсли. Иво был значительно ниже аврора, что совершенно не отменяло того факта, что в неверных отсветах камина заостренное лицо маледиктуса с сияющими желтыми глазами выглядело сейчас так жутко, что Бруствер, которого нельзя было назвать человеком робкого десятка, с ужасом пятился от шагающего ему навстречу человека. Дверь в библиотеку с грохотом распахнулась, и на пороге замер запыхавшийся Ян Гринвин. Быстро оценив взглядом обстановку, он вскинул руку с пистолетом в сторону Кингсли. — Стоять на месте, эта штука снесет тебе голову с тем же успехом что Авада, только бьёт точнее! — прошипел Гринвин, поудобнее перехватывая рукоять. — Почему я не в Малфой-мэноре? И что с моей магией? — переводя взгляд между всеми присутствующими, упавшим голосом пробормотал аврор на грани слышимости. — Сядьте, мистер Бруствер, нам предстоит долгий разговор, — раздался голос Анны-Луизы. Девушка поднялась на ноги, закончив водить палочкой по телу мужа, и медленно опустилась на стул с высокой резной спинкой во главе стола. — Садитесь же, смысла в упрямстве нет абсолютно никакого. Возможность колдовать в этих стенах я вам даровать не могу, но и убивать вас здесь никто не собирается. В крайнем случае я где-нибудь вас запру, — холодно проговорила мисс Лисс. Ее красивое с правильными чертами лицо напоминало фарфоровую маску. Кингсли вновь огляделся. Затем смерил пристальным взглядом хозяйку дома и, с противным скрипом отодвинув стул, уселся слева от девушки, разглядывая ее со смесью презрения и интереса. — Луиза, какого драккла в твоем доме постоянно творится всякая херня?! — роняя руку с зажатым в ней пистолетом, выругался Ян. И начальник польского аврората, громко протопав, сел за стол напротив Бруствера. — Чаю? — с самой вежливой на свете улыбкой спросил Иво.
