Тройной шпион

      В камине огромной библиотеки особняка «Виндгорф» догорала третья партия поленьев. Разговор собеседников шел по кругу раз за разом и приходил к одной и той же неудовлетворительной точке.       — И вы всерьез думаете, что я поверю в ваши благие намерения? После всего того, что он сделал?! Да вы хоть понимаете, за кого вы замуж вы… — гневно выплюнул Бруствер, тыча длинным пальцем в сторону кресел у огня.       — Выключай его, Луиза, это бесполезно, — со вздохом откидываясь на спинку стула, перебил его Ян.       — Petrificus… — лениво сделав неопределенный жест рукой, буркнула мисс Лисс. Девушка, подперев кулаком щеку скучающе, глядела на вмиг одеревеневшего рослого мужчину. — Ян, если они все такие твердолобые, то неудивительно, что Орден проигрывает войну, а Министерство захвачено пожирателями, — скользя тонким пальцем по краю белой чашки, недовольно проговорила девушка хмуря аккуратные темные брови.       — Я вообще не ожидал, что они решат вокруг мэнора пошастать прежде чем полезут внутрь. Точнее, я не ожидал, что среди них окажется дурак с инициативой, который решит сделать это в одиночку. Опаснее таких как он никого в мире нет. Благими намерениями, как говорится… — отозвался Гринвин, задумчиво рассматривая ничего не выражающее темнокожее лицо.       — Что, думаешь совсем бесполезно его убеждать? — не отрывая взгляда от чашки, спросила Анна-Луиза.       — Ну на счет конкретно него не уверен пока… Но вот отлавливать их и по одному однозначно смысла не имеет, они в любом случае нужны нам все вместе. Даже если мы сейчас этому типу мозги промоем и отпустим, его свои же успокоят реактивной лопатой по голове. Если чего поинтереснее не придумают. Испуганные люди иногда творят такой звездец, что сами потом в ужасе, — пробормотал Гринвин. Парень невидяще смотрел перед собой, закусив костяшку увесистого кулака. — Не хотел я во все это тебя тянуть, но видимо придется. Вот что мы сделаем… Ты давай приводи в порядок своего карманного пожирателя смерти, домовики и дворецкий пусть сейчас же накинут на поместье маскирующие чары. Если еще кто-то сюда сунется, нам надо чтоб эта веселая компания зашла в дом. Я не имею ни малейшего желания отлавливать весь Орден Феникса по окрестному лесу.       — Думаешь, они придут следом? — кивнув на одеревеневшего Кингсли, спросила девушка.       — Конечно придут. Не сегодня так завтра. Они же будут искать своего инициативного идиота, — хмыкнул Гринвин и поднялся на ноги, со скрипом отодвигая стул. — Самого мистера Бруствера я пока отсюда перепрячу. Ты и так что-то не очень выглядишь, мне совсем не улыбается, если ты еще больше издергаешься, думая о том, что у тебя в подвале сидит двухметровый агрессивный мужик.       — У меня в подвале, судя по выражению лица Иво, чего только не сидит, — хмыкнула мисс Лисс.       — Вот и не надо твоему подвалу новых постояльцев, — фыркнул парень, по свойски похлопывая Кингсли по плечу. — А вообще я очень надеюсь, что пропажа этого товарища припугнет их, и они какое-то время посидят тихо. Ну, я полетел. Телеграфируй, если вдруг остальная компания к тебе завалится.       Сунув руку в карман, Ян достал оттуда небольшой стеклянный шар и, покрепче ухватив Кингсли за мантию, исчез со звонким хлопком.       — Иво, перенесите моего мужа в спальню. Ему нужен покой и отдых, — тихо проговорила Анна-Луиза, подойдя к камину, где в кресле уронив голову на грудь полусидел Северус Снейп.       — Вы там совсем рехнулись?! Мне теперь еще и Кингсли охранять?! Я вам что, тюремщик?! — кипел Сириус, наблюдая, как Гринвин аккуратно пристраивает одеревеневшего Бруствера у входа в темницы. — Это очередной гениальный план нашего обожаемого пожирателя?       — Да прекрати ты уже истерику. Ей богу, как моя жена перед каждым новолунием, — поморщился Ян. — Скажи домовику: пусть устроит, чтобы эти двое друг о друге не знали. Нафиг нам не нужен обмен информацией между ними.       — Ты женат? — из голоса Блэка разом испарилось недовольство, темные брови поползли вверх. — Ты не говорил.       — Так ты и не спрашивал, — усмехнулся Гринвин. — А еще у меня двое детей, — добавил он и внезапно тепло, открыто улыбнулся Блэку. — Девчонки! Младшей еще и года нет. Пошли отсюда, пусть дальше твой домовик разбирается, — хлопнув Сириуса по плечу парень, насвистывая, направился к выходу из подвала. Блэк, смерив нежданного гостя пытливым взглядом, быстро зашагал следом.       — Кикимер, выполняй приказ Яна Гринвина, — буркнул Бродяга задержавшись в проеме тяжелых дубовых дверей.       Двое мужчин вошли в мрачную полуподвальную кухню. По углам и на утвари всюду свисали белесые клоки паутины. Котлы, отчищенные пару лет назад до блеска усилиями Молли Уизли, теперь были вновь покрыты толстым слоем налета и пыли.       — Чаю? А может чего покрепче? — предложил Сириус, проходя вдоль стола к резному старинному буфету.       — Чаю, — кивнул Гринвин. — А еще ты прямо вот с этого самого момента и до поимки Ордена Феникса в завязке. Убери бутылку обратно, — добавил парень.       — Да ты издеваешься?! — с грохотом опустив бутылку на стол, взревел Сириус. — Вы там что с этим сальноволосым упырем, совсем решили меня до ручки довести?! Мне теперь еще и бухать нельзя в собственном доме?! Ты вот вроде похож на Джеймса, а как рот открываешь, так вылитый Снейп!       Гринвин закатил глаза и со всего размаху звонко хлопнул широкой ладонью по лбу. Парень провел по лицу рукой и посмотрел на Блэка с выражением глубокого сочувствия, какое только может выразить врач душевнобольному пациенту.       — Так… Еще раз давай оценим обстановку… У тебя в подвале Бруствер, Орден вот-вот хватится одного из своих сильнейших магов, а от тебя перегаром несет так, что еще на подходах к дому слышно. Я прямо вижу эту картину: необходима твоя помощь, а ты в этот момент обнимаешься с бутылкой!       — Хватит отчитывать меня как ребенка! Я не алкоголик какой-то! — вконец зверея, воскликнул Блэк.       В серванте с громким звоном полопались чашки. Тарелки угрожающе задрожали. Из углов надвинулись черные тени. Гринвин вздернул русую бровь, с полным спокойствием глядя на злого, как соплохвост Сириуса.       — Отлично… — убийственно тихо пробормотал Ян. — Стихийные выбросы магии подъехали. Детский сад штаны на лямках. Ты может уже успокоишься и включишь голову? Не то я посажу тебя рядом с Бруствером. Может хоть на пару вы угомонитесь и начнете думать? Только представь, как будет замечательно, когда, узнав о твоем воскрешении, твои друзья из Ордена увидят, что ты первым делом отправился прямиком в объятия огденского? Особенно будет рад такому повороту Люпин.       Сириус замер, в гневе сжимая и разжимая кулаки и обжигая ненавидящим взглядом собеседника.       — Мне жаль, что здесь я всем напоминаю покойного Джеймса Поттера. И жаль, что это вызывает ничем не обоснованные ожидания, — по-прежнему тихо проговорил Гринвин, в упор глядя на кипящего Сириуса. — Но есть уж как есть, и отказаться от своего лица я не могу. Как не могу дать тебе того друга, которого ты потерял. Так что, будь добр, собери себя в кучу и не забывай, зачем мы затеяли весь этот сыр-бор.       Тарелки перестали дрожать. Ладони Бродяги разжались, а лицо вмиг сделалось усталым и осунувшимся.       — Где-то здесь был чай, — отворачиваясь, пробормотал Сириус. — Сладкого у меня нет, но есть сыр и ветчина… Где-то тут лежали… Кикимер, старый хрен, куда ты дел продукты?! — ворчал хозяин дома. И бросил через плечо. — Садись уже, чай так чай. Но помяни мое слово, как только все это кончится, я надерусь по самые уши до зеленых мозгошмыгов, и никто меня не остановит.       — Когда все это закончится, я составлю тебе компанию, — хмыкнул Гринвин, садясь за пыльный стол.       Свет ярким желтым потоком заливал спальню сквозь воздушную тюлевую штору, струящуюся до самого пола. По карнизу весело барабанили капли талого снега, пригретого ранним весенним солнцем. Снейп приоткрыл глаза и тут же поморщился от неприятного ощущения под веками. Привыкнув к освещению, зельевар сел в кровати, потирая лицо ладонями и оглядел комнату.       Анна-Луиза в сорочке вертелась перед открытой дверцей гардероба. Девушка придерживала тонкую белую ткань на спине так, чтобы она облегала живот, и пристально рассматривала себя в зеркало то с одного, то с другого бока. Наконец, заметив в отражении проснувшегося мужа, она отпустила сорочку, стараясь разгладить ладонями складки, обернулась и, смущенно улыбнувшись, пробормотала:       — Доброе утро. Как самочувствие?       — Нормально, — хмыкнул Снейп, рассматривая не проходящее смятение на лице жены. — По крайней мере я… — он запнулся. Воспоминания окатили его ледяной водой. Зельевар дернулся было, порываясь встать, но тут же с шипением схватился за голову.       — Даже не думайте, что уже полностью оправились, — приподняла уголки губ Анна-Луиза и, пройдя через комнату, села рядом с мужем на край постели. — Вы вообще в курсе, что столько зелий за неделю пить опасно для жизни? Мне пришлось звонить отцу и спрашивать, как правильно ставить капельницы, чтобы свести интоксикацию к минимуму. Не описать какой там диалог состоялся, но когда все это закончится, нас все же ждут на Рождество.       — Значит теперь ваши родители в курсе всего? — помолчав, проговорил Снейп. В голове тут же нарисовались зловещие картины того, как Воландеморт или кто-то из пожирателей узнают о родителях мисс Лисс. Как она с укором смотрит на него, своего мужа, который поклялся всем чем можно и нельзя, чтобы защищать самых близких. Зельевар нахмурился. Что-то уж больно много этих «близких» у него набралось за последние несколько месяцев.       — Северус, мне не отказал здравый смысл, — закатила глаза девушка. — Я ничего толком ему не сказала. Меня интересовали капельницы, чтобы как можно быстрее вывести из вас остатки всего того, что вы вливали в себя последнее время, и с задачей я справилась. Да, когда все кончится, у меня будет с отцом очень сложный разговор, но сейчас ему известно лишь то, что со мной все в порядке.       Снейп сдавленно вздохнул, откинувшись на подушки, и легко огладил женское бедро сквозь тонкую белую ткань.       — «Уйми паранойю, Нюниус, и будь благодарен. От последствий того количества бодрящих и антистрессовых зелий, что ты в себя залил, тебя спасло бы только купание в ведре слез феникса. Ты переоценил свои силы и теперь будешь за это платить. Станешь дергаться — сделаешь хуже и себе и окружающим. Шпион еще называется! Сам ведь вечно отчитываешь Блэка за самонадеянность! И что тогда с твоей женой будет, если ты загнешься от собственного варева? А с ребенком…».       — Ян просил сообщить ему, как только вы очнетесь, — прозвучал голос мисс Лисс, но Снейп пропустил ее слова мимо ушей.       В голове набатом билось:       — «Ослабил бдительность! Ослабил! Свалился как мешок драконьего навоза, стоило маледиктусу сказать об очередном происшествии! Какой от тебя прок, если ты не можешь даже на ногах держаться?! Расслабился, Снейп! Непозволительно расслабился! Шестнадцать лет работы вот-вот пойдут коту под хвост только потому, что ты залил себя зельями под самое небалуйся! У тебя нет права на ошибку, чтоб тебя за левое колено, Нюниус! Твоя жена каждый раз вытаскивает тебя буквально с того света, а ты и рад! Растекся как последняя размазня, подумал, что все идет как надо, и у тебя появился надежный тыл! Опомнись, твоя жена беременна. Беременна, чтоб тебя! Уже вон вертится перед зеркалом по утрам и рассматривает, увеличился ли живот! А ты продолжаешь играть в проверку собственных пределов!».       К горлу зельевара подкатил тошнотворный ком. Он сел на кровати, протянул вперед руки и сгреб сидящую перед ним женщину, прижимая к себе, оглаживая спину, зарываясь длинными чуткими пальцами в мягкие густые волосы с ароматом жасмина.       — Северус? — настороженно проговорила Анна-Луиза, напрягшись всем телом.       — Замолчите, — сдавленно прошипел Снейп, прикрывая глаза. В памяти сама собой вставала картина того, как он уже прижимал так к груди одну желанную женщину. Только вот та уже не дышала. И он раз за разом клялся себе, что в этот раз точно такого не допустит.       Зельевар почувствовал, как женщина в его объятиях расслабилась, подаваясь навстречу, а на его спину легли легкие теплые ладони.

***

      Гостиная дома Блэков была пыльной и неухоженной. Сколько бы ни корпела над этим местом миссис Уизли, время и отсутствие руки хозяина неизменно превращали фамильное гнездо древнего чистокровного рода в унылый затянутый паутиной и плесенью памятник былому величию.       — Ну наконец-то! Я уж думал ты неделю еще валяться без памяти будешь! — громогласно заявил Гринвин, едва Снейп переступил порог камина в доме на площади Гриммо. — Ты вообще в курсе, как перепугалась твоя жена, когда ты свалился на ровном месте? Сколько ты в себя зелий влил? Таз? Два?       — С душевным равновесием своей жены я как-нибудь сам разберусь, — процедил сквозь зубы зельевар. — Блэк, ты вообще в курсе, что нормальные люди прибирают место в котором живут?       — Катись к дракклу, Снейп! — фыркнул Бродяга, помешивая в сколотой кружке крепкий горячий чай. Сириус стоял в дверях, опираясь плечом на косяк. — У меня вообще-то нет здесь толпы молодых домовиков и дворецкого-хранителя, чтоб все это чистить.       — Зато у тебя есть Кикимер, две руки, волшебная палочка, энциклопедия домашнего быта, забытая Молли на кухне, и вагон свободного времени, — проговорил директор Хогвартса, опускаясь в пыльное кресло с самым брезгливым выражением лица.       — Время! Как же! — поморщился Сириус. — Ты видать забыл, что сам просил меня искать информацию. Если ты столько же задаешь студентам, я не удивлен, что тебя вся школа ненавидит! Я целыми днями сижу над гребаными книгами!       — Может хоть мозги появятся, — саркастично усмехнулся Снейп.       Аристократичное лицо Сириуса пошло бордовыми пятнами гнева. Яростно раздувая ноздри он открыл было рот, чтобы высказать старому недругу все, что он думает по этому поводу, но Гринвин его опередил:       — Пожирателям известно, что Орден собирается проникнуть в дом Малфоев.       — С чего ты взял? Это не обсуждалось на собраниях узкого круга, — мгновенно становясь серьезнее, нахмурился Северус.       — Потому что это пока лишь домыслы Долохова, а он привык доносить своему хозяину лишь проверенные сведения.       — Не хочешь же ты сказать, что он поделился своими соображениями с тобой, — иронично хмыкнул Снейп.       — Нет конечно, но Долохов имеет дурную привычку бормотать себе под нос по-русски, разговаривая сам с собой, когда думает, будто никого рядом нет, — отставляя чашку на стеклянный столик, ответил Гринвин       — Ты-то как это понял? — приподнял бровь Сириус. — Ты вроде не русский.       — Польша с Россией не так давно поссорилась, Блэк. Русский был обязателен к изучению и у магглов, и у нас, волшебников. Неужели не знал? — самодовольно проговорил Ян.       — Мои интересы в плоскости политики никогда не лежали, — равнодушно пожал плечами Сириус и отпил из кружки крепкий чай. — Ну и что там Долохов бормочет себе под нос, пока никто не слышит?       — Насколько я понял, в Ордене есть крыса. И работает она очень и очень хорошо. Информацию сливает исправно. В общем, хорошо, что Бруствер оказался инициативным идиотом. Теперь есть шанс, что с его исчезновением отряд самоубийц побоится лезть на рожон.       — Я бы не рассчитывал, — хмыкнул Снейп, подпирая висок пальцем.       — Но мы же не можем оставить все как есть? — нахмурился Блэк. — Пусть в самом лучшем случае некоторые из них будут сидеть тихо, но кого-нибудь наверняка посетит мысль выяснить все самостоятельно! К тому же держать Кингсли в подвале все это время… ну такое себе удовольствие.       — Мерлиновы подштанники… Гринвин, что вы с ним сделали? Опоили чем-то? — вздернул бровь Снейп, как-то уж слишком пристально вглядываясь в школьного недруга. Ян удивленно моргнул. — Это невероятно, но кажется Блэк начал подавать признаки разумной жизни. Никогда бы не подумал, что доживу до такого.       — Катись лесом в свое змеиное гнездо, Снейп, я не буду терпеть оскорбления в собственном доме! — прошипел Бродяга.       — Это был комплимент, неблагодарный! — протянул зельевар, возводя глаза к потолку. — И если б не «змеиное гнездо», тебя бы здесь не стояло.       — Подеритесь тут еще! Ей богу, как дети малые, — потирая переносицу пробормотал начальник польского аврората. — Блэк прав, нельзя допустить, чтобы Орден наделал глупостей. Вот только практика показала, что намеков они не понимают.       — Предлагаешь влобовую на них идти? — поджав губы проговорил Снейп, между бровей у него залегла глубокая складка. Вся слизеринская сущность вопила и отпиралась от такого варианта развития событий. — А если не сработает?       — А если не сработает — мы все покойники! — сверкнул глазами Гринвин. — Даже если нам придется запереть их всех до единого здесь, на площади Гриммо, это будет лучше, чем если они пойдут под Аваду с гордо поднятым носом. Про «запереть» я не шучу. Если они и дальше продолжат собираться в том же месте, их перебьют еще до Пасхи.       — Настолько все плохо? — вздернул бровь Северус.       — Летний тесный коттедж на берегу моря гораздо меньше подходит для подобных мероприятий, чем окруженный древней магией дом старинного рода, — ответил аврор.       — Что ж, у тебя, Блэк, есть лишний повод прибраться, — хмыкнул зельевар.       — Еще хоть слово, Нюниус, и я…       — Мне все равно сколько слоев паутины на твоих кастрюлях! — закатив глаза, повысил голос Снейп. — А вот Молли… Бедняжка так много сил вложила, чтобы этот дом обрел очертания чего-то, что можно назвать жильем…       — Артур, его нет уже вторые сутки! Это все не просто так! — оперевшись на стол, воскликнула Молли Уизли. — Надо выяснить, куда пропал Кингсли! А вдруг его схватили пожиратели?!       — Мы не можем прямо сейчас высовываться, милая! — попытался урезонить жену мистер Уизли.       Гостиная коттеджа «Ракушка» на берегу моря была полна народу. Из нескольких стульев магией были трансфигурированы крепкие скамьи, на которых теперь тесно расселись оставшиеся в живых члены Ордена Феникса.       — Римус! Да скажи же ты ему! — в надежде поворачиваясь к оборотню, воскликнула маленькая полная женщина.       — Артур прав, Молли, — тщательно подбирая слова, ответил Люпин. — Мы не можем рисковать лишь потому, что произошло очередное исчезновение. И в особенности не может рисковать твоя семья. Я ни на секунду не забываю о том, что прямо сейчас Рон бродит где-то вместе с Гарри и Гермионой, и одному только Мерлину известно, что сейчас с ними происходит. А ведь у вас еще есть Джинни, и она в Хогвартсе, прямо под прицелом пожирателей.       — Но ведь мы не можем просто спустить все на тормозах и сидеть сложа руки… — с выражением последней надежды на лице пробормотала миссис Уизли. Плечи ее поникли, в глазах поблескивали первые признаки слез.       — Разумеется не можем, — кивнул Римус. — Но и соваться в мэнор, пока мы точно не знаем что случилось с Кингсли, — это верное самоубийство. Посмотри, как мало нас осталось. Почти у всех семьи. Никто не хочет умирать. Поэтому сейчас надо все силы бросить на поиски Бруствера, и если окажется, что в поместье Малфоев нас ждут, то, к сожалению, с освобождением Олливандера придется повременить. Я тоже тяжело переживаю каждую нашу потерю. Все присутствующие здесь мне как семья, Молли. Но если мы будем срываться и делать глупости, нас перебьют за считанные дни.       По гостиной пробежал рокот одобрения. Окружающие согласно закивали.       — Если мы будем сидеть и выжидать, то поголовно превратимся в змей! — подала голос курносая рыжая волшебница в твидовой мантии, сидевшая в самом дальнем углу тесной гостиной. — Я работала с мистером Бруствером, это последний человек, который стал бы делать глупости. Его наверняка схватили, и он ждет нашей помощи!       — А я наоборот слышал, как он спорил с Николасом. Кингсли доказывал, что надо сначала сходить в разведку, и что лучше идти кому-то одному, — пробасил коренастый маг из другого угла комнаты.       — Тише, тише, послушайте! — подскочил с места Римус, стуча о затертый до проплешин стол раздобытой невесть где деревянной киянкой. — Не важно, мог Кингсли или не мог. Собирался или нет. Он пропал. Точка. Хуже всего, что он был главным нашим осведомителем в министерстве. Именно он сообщал нам о тех, кого схватили пожиратели. Без Бруствера нам будет куда сложнее добывать информацию. И…       БАМ! Входная дверь с грохотом отворилась. Волшебники, сидящие ближе ко входу, повскакивали со своих мест, вскидывая палочки. Раздался хлопок и комнату заволокло густым белым туманом. В воздух, свистя, взвились заклинания и крики.       — Они блокировали аппарацию! — воскликнул кто-то в суматохе.       — Нас предали!       — Пожирательские выродки!       Схватка в тумане была недолгой. Совсем скоро заклинания стихли, туман начал оседать, и Люпин, стоя спиной к спине с женой и четой Уизли, начал различать силуэты. Чем больше удавалось рассмотреть, тем сильнее скручивался тугой пружиной страх под ребрами оборотня. Взгляд Римуса заметался из стороны в сторону, судорожно стараясь найти хоть призрачный шанс вывернуться из захлопнувшейся мышеловки.       Весь пол был завален телами собравшихся членов Ордена Феникса. Не Авада, всего лишь парализующее заклятие, как подметил Люпин, но зрелище все равно оставалось жутким. На ногах оставались лишь те, кто стоял с ним спиной к спине. Глаза оборотня расширились, когда он увидел того, кто, стоя перед ним, направлял ему в грудь палочку. Он открыл было рот, собираясь что-то произнести, но так и не смог выдавить из себя ни слова. В жизни Ян Гринвин куда больше походил на Поттера, чем, на снимках в «Пророке». Вокруг вдоль стен стояли люди в одинаковых утепленных кожанках и высоких шнурованных сапогах на армейский манер. Но хуже всего был человек в черной мантии, замеревший посреди гостиной с поднятым на уровень груди древком.       — Опусти палочку, Люпин, — холодно сказал Снейп. — И все останутся в живых.       — Дамблдору ты то же самое говорил на Астрономической башне? — яростно выдохнул Артур.       Зельевар бросил на Гринвина красноречивый взгляд, твердящий: «А я тебе говорил!».       — Что ж, теперь давайте выдохнем, господа, мы пришли сюда поговорить, а не убивать вас, — самым спокойным тоном, на который только был способен, проговорил Ян, забирая на себя инициативу.       — Конечно, «поговорить»! — вскинулась Тонкс. — Знаю я, как твои «преподаватели» с детьми в школе «разговаривают», директор Снейп! Как только совести явиться сюда хватило!       — Захоти я вас убить, миссис Люпин, я сделал бы это еще во время облавы на вашу прошлую штаб-квартиру, а не изобретал бы химеру, отражая заклятие твоего мужа в потолок и гадая: верно все рассчитал, или вас все же придавило! — прошипел Снейп, гневно сверля волшебницу взглядом. — И уж тем более мы бы не рисковали, подсовывая вам поддельные порталы, лишь бы ваша очумелая компания не заявилась к Малфоям! Это ж додуматься надо! Чья это была идея вообще?! Кого фестрал по темечку клюнул?! Ну?! — под конец Снейп уже едва не орал в бессильной злобе, переводя взгляд с одного орденца на другого.       Откуда-то сверху раздался детский плач. Нимфадора дернулась всем телом, но поняв, что не может уйти, в бессильной панике оглядела всех присутствующих. Плач стих также резко, как начался. Наверху сквозь тонкие деревянные перекрытия послышался скрип половиц. В гостиной повисла гробовая тишина. Все взгляды были прикованы к узкой лестнице ведущей со второго этажа.       Молли задушенно вскрикнула, опуская палочку и вжимаясь в мужа. Глаза Люпина округлились, и он на всякий случай крепко прижал к себе жену. По ступеням вниз сползала огромная черная лоснящаяся кобра, а следом за ней, хватаясь за шаткие перила, шла темноволосая молодая женщина с полугодовалым малышом на руках.       Анна-Луиза с улыбкой прошипела что-то обращаясь к змее на парселтанге, и чудовище, заскользив, скрылось в дверях коттеджа.       — Глазам своим не верю, — едва слышно выдохнул Снейп и уронил руку с зажатой в ней палочкой. Зельевар как заворожённый глядел на жену с ребенком на руках. — Ладно Уизли, ладно Бруствер… Но ты, Тонкс… От тебя точно не ожидал, — глухо проговорил директор Хогвартса. Он в один момент сделался белее мела, черты лица заострились, делая его по виду больше похожим на вампира, чем на человека. — Скажи, Нимфадора, мне просто интересно, а если бы я действительно оказался тем, кем меня тут все считают, что ты стала бы сейчас делать? Что, скажи на милость, ты стала бы делать, приведи я сюда твою родную тетку Беллу?! ЧТО ТЫ, ТВОЮ Ж ДУШУ, СТАЛА БЫ ДЕЛАТЬ?! Я уж молчу о том, куда твой муж смотрел, — уничтожающе глядя на девушку, яростно пророкотал зельевар.       В гостиной вновь повисло тяжелое молчание, нарушаемое лишь гулением малыша, да тихими разговорами Анны-Луизы, которая всеми силами старалась не допустить новой трели истеричного плача. Девушка, казалось, не замечала ничего вокруг. Она развлекала ребенка, вырисовывая перед его личиком узорчатые серебристо-белые завитушки       — Не слушай его, Дора, это чистой воды провокация. Они пришли сюда узнать тайны Ордена, — безапелляционно заявил Артур. Гринвин, стоявший рядом, прыснул саркастичным смешком.       — Тайны? Я вас умоляю, мистер Уизли. Все ваши секреты мы знаем по меньшей мере уже месяц. Вам стоит тщательнее выбирать места для встреч. Площадь Гриммо в этом отношении куда интереснее.       Лицо рыжего мужчины вытянулось, взгляд в панике забегал по фигурам в утепленных кожанках. Однако он лишь крепче перехватил в руке древко и упрямо взглянул в лицо Снейпу.       — Порадуемся, что мистер Бруствер оказался достаточно неосторожен, и мы успели появиться раньше, чем вы все смогли наделать глупостей, — хмыкнул Ян.       — Так и знала, что его схватили пожиратели! — гневно сверкнув глазами, прошипела миссис Уизли.       — Строго говоря, его схватили мой дворецкий и пара домовиков, — прохладно улыбнулась Анна-Луиза.       В прихожей раздался топот, и через мгновение в дверях показались Сириус и Мари, переодетые все в те же универсальные кожанки.       — Мы проверили периметр, никто никуда не делся, все здесь! — с гордостью заявил Блэк, сияя как начищенный галеон. — Римус…       Улыбка Бродяги сделалась шире. Он сделал было шаг навстречу Люпину, но осекся. Друг его детства трясущейся рукой навёл на Сириуса волшебную палочку. В лицо Римуса было страшно смотреть. Он был смертельно бледен, шрамы и ранние морщины резко обозначились на коже, будто были высечены на грубом камне, нижняя челюсть нервно прыгала. Пальцы, продолжавшие судорожно сжимать древко, дрожали.       Стоявшие рядом с ним соратники выглядели не лучше. Молли пребывала на грани обморока. Артур сжал ладонь так, что волшебная палочка готова была вот-вот переломиться пополам. Нимфадора совершенно забыла о том, что она вообще-то должна защищаться и изо всех сил зажимала ладонями рот.       — Так, я понял… Момент неподходящий… — поднимая руки в примирительном жесте, пробормотал Сириус.       — Ты вообще в курсе, что некромантия запрещена, Снейп? — дрожащим от гнева голосом выдохнул Люпин. — Или это оборотное? Насколько же у тебя больная фантазия, что ты додумался до такого?! Неужели за то, что было в школе, ты настолько его ненавидел? Из Джеймса ты тоже сделал бы вот «это», если бы Темный Лорд не пал?       — Твой выход, Блэк, — закатил глаза зельевар.       — Кикимер! — скомандовал Блэк.       — Кикимер здесь, хозяин. Кикимер живет чтобы служить благородному дому Блэков!       — Ты выполнишь абсолютно любой мой приказ? — проговорил Сириус. Обращался он к домовику, но продолжал неотрывно смотреть в глаза школьного друга.       — Кикимер повел себя недостойно, уйдя из дома и рассказав о хозяине Сириусе лорду Малфою. Бедный Кикимер раскаивается! Так раскаивается! Хозяин ступил за грань и вернулся невредимым, для Кикимера честь служить ему, принадлежать ему! Даже если он так часто расстраивал свою матушку, мою возлюбленную госпожу, — прошамкал домовик, качая с каждым словом своими огромными ушами, покрытыми седой шерстью. Лицо Люпина все больше и больше вытягивалось в удивлении, а палочка опускалась все ниже.       — Это невозможно, — нервно хохотнул оборотень. Его ошалелая улыбка косила на одну щеку из-за шрама, придавая лицу безумное выражение.       — Ты не хуже меня знаешь, что чары наследия невозможно обойти, а домовик при любых обстоятельствах будет говорить правду о том, кто его хозяин. В противном случае его будет ломать и корчить. Эти существа патологически честны. Иначе все использовали бы домовиков для своих грязных делишек, — холодно бросил Снейп. — Бруствер сейчас в доме Блэка… — зельевар запнулся на полуфразе.       Левое предплечье лизнуло ледяным огнем. Воландеморт назначал свидания как всегда в самый неподходящий момент. Гринвин, заметив перемену, скользнул по напряженной фигуре зельевара краем взгляда. Не подав виду, Северус сжал в кулак левую ладонь и продолжил:       — И держу пари, Кингсли уже очень ждет, когда его освободят. Только не забудьте ему успокаивающее зелье дать прежде чем покажете Блэка.       — А ты не идешь? — настороженно спросил Люпин.       — Я похож на человека, которому стоит там часто бывать? — ядовито ухмыльнулся директор Хогвартса. — Луиза, отдайте миссис Люпин ее ребенка, пока она не прожгла в вас дыру.       Нимфадора кинула затравленный взгляд на побледневшего Снейпа, силясь понять, чем вызвано выражение вселенской ненависти на его лице. Затем посмотрела на мужа и, получив одобрительный кивок, стала пробираться к лестнице, перешагивая через оглушенных волшебников. Мисс Лисс, дружелюбно улыбнувшись, протянула Тонкс весело гулящего малыша в зеленом фланелевом комбинезоне. Метаморфиня, издав облегченный прерывающийся выдох, вернулась к Римусу.       — Иди уже, — вновь окинув зельевара взглядом, тихо хмыкнул Гринвин. — Если что — пиши письма мелким почерком.       — Обязательно. Фломастером на простыне, — фыркнул в ответ Снейп и, пошатываясь, вышел.       В гостиной повисла неловкая пауза.       — Ущипни меня, милый, — пробормотала Нимфадора на ухо мужу, покрепче прижимая к груди Тедди, — Кажется, мы только что видели, как Снейп шутит со своим другом.       — Тебе показалось, дорогая, — так же тихо ответил Люпин.       — Кегхем… Ну что ж, если мы разобрались с тем, что не собираемся друг друга убивать, давайте-ка приведем всех в чувство, и я расскажу, что тут вообще происходит и как нам действовать дальше, чтоб члены Ордена Феникса прекратили наконец вымирать как мухи от дихлофоса. А то я тут ваше радио послушал на досуге, мне аж тошно стало, — хлопнув в ладони, громко проговорил Гринвин, привлекая к себе внимание. — Но сначала, Люпин, возьмите еще кого-нибудь и сходите с Блэком на Гриммо, заберите оттуда мистера Бруствера. Не держать же вечно взаперти вашего главного информатора. А я буду надеяться, что он не попытается оторвать мне голову за то, что я на днях наставил на него пистолет.