Тройной шпион

      — Ну?! Ну как прошло?! — Сириус с порога ухватил Люпина за мантию и теперь, находясь в состоянии высшей степени нервного напряжения, бесцеремонно тряс друга, не давая толком ответить.       — Сириус… — Люпин мягко, но настойчиво отстранил хозяина дома и по одному принялся разжимать пальцы друга, мертвой хваткой вцепившиеся в ткань. — С ним. Все. В порядке. Он с Биллом и Флер. Они. Позаботятся. О нем. И его. Друзьях. Все обошлось.       — Обошлось, — сконфуженно повторил то Блэк. — Я должен идти к нему!       — Сириус…       — Я должен! Неужели ты не понимаешь, Римус?!       — Сириус!       В порыве Бродяга скинул с себя руки друга и, не обращая внимания на оклики, широким шагом направился к входной двери.       — Мистер Блэк, — вкрадчивый холодный голос скальпелем разрезал пространство. — Вы ведь помните о непреложном обете, не так ли? — Иво, выросший будто из ниоткуда, шагнул из тени коридора. Его выдавали лишь поблескивающие в густом полумраке жёлтые глаза. Среди обшарпанной обстановки одетый с иголочки, вежливо улыбающийся дворецкий выглядел жутко.       Сириус как вкопанный замер посреди коридора, а затем медленно повернулся к маледиктусу.       — Что, сальноволосый упырь решил не только запереть меня, но и охрану к дверям приставил? — с вызовом бросил он. — Что же сразу камеру в Азкабане не организовал? Надежнее было бы!       — Боюсь, мастер Снейп ни при чем, — змеиная улыбка на тонких губах стала шире. — Меня прислала миледи. Она выражает вам свое почтение и просит напомнить о том, что ещё одной своей смертью вы, вероятно, совсем разобьете своему крестнику сердце.       — Да что она знает о сердцах! — в злой безнадежности прорычал Сириус.       — Полагаю, достаточно, чтобы послать меня сюда, — хмыкнул змей. — Доброй ночи, мистер Блэк. Надеюсь, ваше сердце впредь будет отдавать право принятия решений голове. А теперь прошу прощения, я вынужден откланяться и…       Его речь прервал звук дверного колокольчика. Вальбурга с занавешенного портрета громко обозначила свое неудовольствие в самых непристойных выражениях. Люпин, опомнившийся первым, поспешил к дверям.       — Римус! — ввалившаяся в проход Нимфадора не теряя времени заключила мужа в объятия. — Скажи, это правда?!       — Заходи-заходи, — поторопил ее Люпин и, быстро оглядев мощеную булыжником пустынную площадь Гриммо, поспешил захлопнуть за женой дверь.       — Ну так что, Гарри правда удалось улизнуть от Малфоев?       — Правда, — хмуро ответил за друга Сириус. — Жаль, что я не могу быть рядом.       — Ох… Но ты же знаешь, по-другому пока никак, — Тонкс сочувствующе тронула дядю за рукав.       — Мда… — хмуро отозвался Блэк.       Прихожую дома на площади Гриммо окутала тяжелая тишина, нарушаемая лишь скрипом старых половиц да весенними сквозняками на верхних этажах.       — Кхем, может перекусим? Я ужасно голодная, — неловко кашлянув, улыбнулась Нимфадора и, стараясь придать себе как можно более беззаботный вид, направилась в сторону кухни.       — Я думал, право трансгрессировать в этом доме осталось только у Кикимера. Мы же наложили антиаппарационные чары еще в год, когда близнецам Уизли стукнуло семнадцать из-за их регулярных проказ. Очевидно, с тем колдовством что-то не так, его не смог бы преодолеть ни один человек. Надо бы обновить, — тихо проговорил Люпин.       — А кто тебе сказал, что он — человек? — буркнул Сириус. — Аккуратнее, этот тип ровесник школьному василиску, если не старше.

***

      Сквозь витражные окна замка Хогвартс, дробясь, пробивались яркие лучи. Весеннее солнце успело пропитать толстые вековые стены теплом, и теперь студенты могли наконец передвигаться между аудиториями в лёгких мантиях, не опасаясь подхватить насморк. Идиллию нарушил раскатистый вопль:       — Что значит, вы не знаете, где он?!       Голос Алекто Кэрроу грохотом разносился по всему этажу. Случайные ученики, воскресным утром случайно свернувшие в коридор, где располагался личный кабинет Минервы Макгонагалл, в ужасе отшатывались от дверей и спешили скорее убраться из радиуса действия гнева профессора маггловедения.       — Ни за что не поверю, что вы не в курсе, Минерва! Я требую, чтобы этот червяк сейчас же выполз из своей норы и ответил за все, что сделал! Хваленый гриффиндорец! Герой, чтоб его! Где же его храбрость? Вся испарилась, едва запахло горелым?! — продолжала грохотать Алекто.       — Мистера Лонгботтома никто не видел со вчерашнего дня, профессор Кэрроу, — ответила Макгонагал со спокойствием ледяной статуи. — Насколько мне известно, мистер Филч сейчас прочесывает школу вместе со студентами слизерина из вашей инспекционной дружины, которые не разъехались на каникулы.       — А остальные?! — не унималась пожирательница. — Я точно знаю, что малолетний паршивец Джек Томпсон был там! И не только он! Сопляков было минимум шестеро, из них двое — девчонки!       — Насколько мне известно, Томпсон не был пойман. Его даже не видели там. Мистер Гойл ведь так и не смог внятно объяснить, кого помимо Лонгботтома застал убегающими из вашего кабинета, — едко произнесла преподаватель трансфигурации.       — Где ж ему было разглядеть, если они обмотали головы тряпками?! — фыркнула Алекто. — Если б Лонгботтом не взялся прикрывать своих дружков, а Гойл не ухватился за шарф на лице этого предателя крови, вы бы совсем не искали виноватых, так, Минерва? А Лонгботтом как ни в чем не бывало пришел бы на занятия после каникул?!       — Отчего же, расследование в любом случае было бы проведено, — сквозь стиснутые зубы процедила Макгонагалл. — Однако, в данное время мы не знаем, где находится мистер Лонгботтом. А расспросы учеников относительно других участников данного инцидента никаких результатов не дали. Потому я прошу вас покинуть мой кабинет, профессор Кэрроу, наш дальнейший диалог не видится мне конструктивным. Я ни чем не могу вам помочь.       Лицо пожирательницы исказил гнев, скулы от негодования горели пожаром.       — Вам это с рук не сойдет, — прошипела коренастая женщина, и, круто развернувшись на каблуках, озлобленным вихрем вылетела в коридор.       Едва за учителем маггловедения захлопнулась дверь, Минерва сдавленно выдохнула, сняла пенсне и, откинувшись на резную спинку кресла, прикрыла лицо руками. Гордая профессор Макгонагалл вмиг сделалась невыносимо уставшей и постаревшей. Груз забот и непрерывного беспокойства больно давил на женские плечи. Она благодарила судьбу и всех возможных богов за то, что действительно не имела ни малейшего представления о том, где находился Невилл.       Тишину коридора нарушил мерный стук каблуков. Анна-Луиза с самым спокойным выражением лица из возможных, стараясь не бежать, шла по галерее восьмого этажа. Воскресное утро в школе чародейства началось не с кофе. Алекто с маниакальностью служебной собаки взялась обыскивать Хогвартс, переворачивая с ног на голову все, что попадалось ей на пути: от личных вещей студентов до библиотечных книг и скрипучих доспехов в коридорах. Слизеринцы, входящие в инспекционную дружину, сосредоточенно злорадствовали и осыпали насмешками и шпильками всех остальных студентов.       — «Если он не там, то… то подумаю об этом позже», — пронеслось в голове у девушки, когда она наконец оказалась напротив заветной стены.       Профессор ЗОТИ с самым независимым и задумчивым видом прошлась вперед-назад и вновь подняла взгляд на каменную кладку. Стена, как ни в чем не бывало, осталась гладкой и ровной. Ни единого намека на дверь. Анна-Луиза нахмурилась и повторила попытку, но выручай-комната ответила ей отказом. Постояв еще немного в замешательстве, девушка развернулась, и, стараясь по-прежнему не ускорять шага, пошла к боковой лестнице, ведущей к директорскому кабинету. Не дойдя до ступеней пару метров, она охнула, схватившись за живот и, привалившись к холодным камням, медленно сползла на пол.       Скрипнули петли. На том месте, где еще секунду назад была сплошная стена, четко обозначилась приоткрытая дверь.       Мадам Помфри заботливой пчелкой носилась по лазарету. После нашествия бунтующих школьников на кабинет Алекто Кэрроу среди учеников гриффиндора разом участились случаи внезапных падений с лестницы и стычек с полубоевыми проклятиями. Поппи едва успевала раздавать банки с заживляющей мазью и стаканы с исцеляющим отваром и к полудню была взъерошенной и раздраженной, а потому увидев в дверях Невилла, придерживающего полуобморочную профессора Лисс, колдомедик, схватившись за сердце, едва не рухнула на кушетку.       — Сюда! — обретя наконец дар речи, скомандовала мадам Помфри и быстро пошла вглубь больничного крыла, где находились несколько отдельных коек для тяжелых пациентов. — Что произошло? — бросила она, откидывая с кровати покрывало.       — Я нашел ее на восьмом этаже, — отозвался Невилл, аккуратно опуская девушку на простыни.       — И вы вот так тащили ее через весь замок? — вздернула бровь колдомедик.       — Ну, сначала-то я ее на руках нес, это в последнем коридоре уже из сил выбился, — смутился гриффиндорец.       — Вы вообще в курсе, что существует левитация, мистер Лонгботом? — фыркнула мадам Помфри.       — Да я в чарах-то не мастер совсем, — обиженно буркнул семикурсник, опускаясь на табурет рядом с койкой.       Поппи водила палочкой над телом профессора Лисс, бормоча какие-то заклинания и свивая тонкую сеть исцеляющих чар.       — Вроде обошлось, — пробормотала женщина, сдавленно выдохнув. — Просто чудо, что вы оказались рядом, мистер Лонгботтом. Если бы не вы, профессор Лисс потеряла бы слишком много, — уже теплее произнесла она. — А теперь займемся вами.       Невилл задумался, нахмурившись. Он пропустил момент, когда колдомедик приблизилась к нему, выскребая со дна стеклянной банки исцеляющую мазь, и очнулся лишь ощутив обжигающий холод на багровом фингале, занимавшем пол лица. Вздрогнув от неожиданности, гриффиндорец посмотрел на Поппи, затем снова на неподвижное тело и на грани слышимости спросил:       — Она что… это… ждет ребенка… от…?       — Мистер Лонгботтом, вы что, прогуливали обязательные лекции на четвертом курсе? — строго спросила мадам Помфри. — Я думала, вы куда ответственнее подходите к обучению.       — Да нет же, нет! — заверил ее Невилл. — Просто… Я давно заметил, что что-то не так, но не думал, что это действительно… Ну… «То самое», — смущенно пробормотал гриффиндорец.       — О, Мерлин! — закатив глаза фыркнула колдомедик. — Да, Лонгботтом, это именно «то самое». Полагаю, не нужно объяснять, что обсуждать это ни с кем не стоит?       Лицо гриффиндорца оскорбленно вытянулось, он хотел было ответить женщине что, совершенно не собирался ни с кем об этом говорить, как мадам Помфри взмахнула волшебной палочкой и в воздухе, сотканный из серебристого тумана, возник барсук.       — Скажи директору, что профессор Лисс в больничном крыле, — произнесла Поппи, и барсук, кивнув, перевернулся в воздухе и растаял.       Невилл, опешивший от произошедшего, дернулся было, чтобы подняться, но замер, затравленным кроликом глядя снизу вверх. Его пронзительно сверлили черные колкие глаза главы школы чародейства.       — Я принес то, что вы просили, — не сводя со студента взгляда, сквозь зубы процедил Снейп и протянул колдомедику шкатулку, отозвавшуюся стеклянным звоном.       — Благодарю, — на грани слышимости выдохнула Поппи.       Женщина попыталась было подвинуться так, чтобы загородить собой ученика, но зельевар опередил ее. Отточенным жестом он выдернул из рукава волшебную палочку и упер ее в горло сидящего на табурете гриффиндорца. Невилл, тяжело дыша, с неподдельным презрением заглянул в ненавистное лицо. Все его нутро бунтовало, требовало идти до конца. Внезапный прилив безбашенного бесстрашия подстегивал высказать пожирателю все, даже если ценой станет собственная жизнь.       Адреналин кружил голову, и Лонгботтом уже собрался было реализовать свою безумную идею, когда рот Снейпа дернулся, и парень почувствовал, как его будто облило с головы до ног чем-то вязким и прохладным. Его глаза расширились в немом шоке, перепутать с чем-то эффект дезиллюминационного заклинания было очень трудно.       — Вы случайно не видели мистера Лонгботтома? — отвернувшись, как ни в чем не бывало произнес Снейп. — Его настойчиво ищет профессор Кэрроу, возможно, он заходил к вам за помощью? Я слышал, мистеру Гойлу удалось зацепить его дробящим проклятием по лицу.       — Зацепить? Да этот кабан промахнулся! Мне досталось отлетевшими от стены камнями! — не сдержавшись, фыркнул Невилл.       На лице мадам Помфри застыло выражение абсолютного ужаса. Она быстро переводила взгляд с директора на то место, где предположительно находился семикурсник и обратно.       — Кажется, кто-то из ваших пациентов уже вполне здоров, судя по его чрезмерной болтливости, — мученически закатив глаза к потолку, сказал Снейп.       Невилл едва сдержался, чтобы не побиться головой о стену и, стараясь ступать как можно быстрее и тише, двинулся к выходу из больничного крыла.       — Представить не могу, чего вам это стоит, Северус, — дрожащим голосом прошептала колдомедик, когда дверь лазарета захлопнулась с легким скрипом.       — О чем вы, мадам Помфри? Я всего лишь принес недостающие лекарства для больничного крыла, — холодно ответил глава Хогвартса. — Что с профессором Лисс?       — Конечно, — тихо пробормотала женщина. — У вашей… хм… жены… — она тяжело вздохнула, собираясь с мыслями.       — Ну?!       — В общем, мистер… один из студентов очень вовремя принес ее ко мне, — наконец выдохнула Поппи. — Была угроза потери детей, Северус. Ей нужен отдых и наблюдение. В школе зреет бунт, дети становятся все более отчаянными. Не приведи Мерлин, начнут нападать на преподавателей и инспекционную дружину.       — Из всех преподавателей, на которых студенты будут нападать, в школе остались только я да профессор Кэрроу, — поморщился Снейп.       — И вы полагаете, что ваша жена не полезет разнимать драку, если заметит ее? — фыркнула колдомедик.       — С ней я сам по этому поводу поговорю, — хмуро процедил Снейп.       — Ей нельзя продолжать преподавание, Северус! — воскликнула Поппи.       — И кого же вы предложите на замену?! Долохова? Лестрейндж? Может мне самому стоит начать пытать студентов между делом?! — напустился на нее зельевар.       Женщина отпрянула, с тревогой глядя в лицо Снейпу.       — Извини, Поппи, — устало проведя рукой по лицу, пробормотал директор Хогвартса. — Все будет зависеть от состояния здоровья профессора Лисс. Если ее положению будет угрожать опасность… будем решать проблемы по мере их поступления.       — У вас ведь есть план, Северус? — с замиранием спросила мадам Помфри.       — Любая надежда опасна, Поппи. Альбус был великим строителем планов, и где мы все оказались в результате? Нет уж. Лучше, если вы будете думать, что никакого плана у меня нет. Дайте мне знать, если что-то изменится, — хмуро откликнулся зельевар, неотрывно глядя на лежащую на кушетке девушку.       Женскую спальню в гриффиндорской башне заливал яркий полуденный свет. Печка-буржуйка не топилась за ненадобностью и за неделю успела покрыться пылью. Несмотря на духоту, полог одной из кроватей был плотно задернут, и даже если бы кто-то из любопытных постарался его приоткрыть, у него не вышло бы даже прикоснуться к бархатной красной ткани. А уж расслышать, что происходило за занавесями, и подавно.       — Я говорю тебе! Они точно схватили его! — заговорщики прошептала Лаванда, в полумраке сверкая глазами не хуже хищной кошки.       — Никто ничего в точности не знает, Лав! — нахмурившись, так же тихо ответила Парвати. — Его же никто не видел с того вечера. Томпсон сказал только, что он прикрывал отступление. И вообще, если бы его действительно схватили, Кэрроу уже во всю трубила бы об этом по школе. Да она фейерверки бы прямо в Большом зале запускала на радостях, а может и пытала бы его на глазах у всей школы, ну или еще какую гадость придумала бы.       — Нет, точно тебе говорю, надо пробраться в кабинет маггловедения и проверить, вдруг его там держат, — убежденно заявила Браун. — Мы ведь тоже были там! Мы обязаны ему помочь!       — Да, были, и едва унесли ноги! — хмуро фыркнула гриффиндорка, откидывая за плечо толстую черную косу. — Если ты не забыла, именно твою спину я только что полчаса обрабатывала после режущего проклятия, потому что ты не захотела идти к мадам Помфри.       — Мы же уже говорили об этом! — закатила глаза Лаванда. — По пути до больничного крыла я могла попасться кому-то на глаза. Если бы слизеринцы решили выкинуть что-нибудь, то наверняка поняли бы, что с моей спиной что-то не так. Крэбб, конечно, туп как полено, но даже ему хватило бы мозгов понять, что он кинул режущим проклятием именно в меня.       — Даже не проси меня больше выслушивать это, — поморщилась Парвати. — Не пойдем мы никуда. Уж точно не вдвоем.       — То есть, если я уговорю остальных, ты согласна? — почувствовав слабину, вновь блеснула глазами Лаванда.       — Не ты ли еще пару месяцев назад умоляла всех не высовываться во имя безопасности первокурсников?! — рассердилась темноволосая семикурсница.       — Так сейчас обстановка другая, — развела руками гриффиндорка. — Так что на счет всех остальных?       — Если все пойдут, то куда ж я денусь, — пробурчала девушка. — Еще и этот слух, что Гарри едва не схватили Малфои…       Из общей гостиной донесся шум. Подруги замерли, прислушиваясь.       — Герой вернулся! — раздался радостный вопль Дина Томаса.       Семикурсницы выскочили из-под полога и, перепрыгивая через ступеньки, бросились вниз. Там, улыбаясь и принимая поздравления, стоял Невилл.       — Отважный лидер сопротивления вырвался из окружения врагов и пришел подержать боевой дух! — не унимался Джек.       — Тише ты! — шикнул Симус. — А то еще чего доброго тебя услышит Кэрроу и плакало все наше сопротивление. Ну что, Невилл, как ты вырвался от них и где был? Эти гады уже раза четыре приходили к нам в спальню с обыском. Перевернули все вверх дном. Свиньи самые натуральные!       — Будет повод прибраться, — хмыкнула подошедшая Лаванда.       — О, ну давай еще позлорадствуем над этим! — закатил глаза Финиган. — У вас-то почему обыска не было?       — Может потому, что мы не смогли бы впустить Невилла к себе, даже если бы очень захотели? — хмыкнула Браун, откидывая за спину светлые кудри.       — Девчонки! — фыркнул Симус, отворачиваясь. — Неплохо выглядишь кстати. Тебя ж вроде осколками зацепило, нет? Как тебе удалось незаметно пробраться в лазарет? — меняя тему разговора добавил он.       — Да… — замялся Невилл. Рассказывать о профессоре Лисс и о том, что Снейп отпустил его из больничного крыла, почему-то совершенно не хотелось. Гриффиндорец так и не смог толком собрать мысли в кучу и сообразить наконец, что произошло. — Я сначала спрятался в выручай-комнате, потом под дезилюминационными чарами дошел до мадам Помфри, а затем — сюда, — наконец сказал Лонгботтом, попутно раздумывая, насколько тяжким является вранье, если оно вранье лишь наполовину?       — Молодчина! Отличный ход! — воскликнул Дин Томас. — Но что делать дальше? Не можешь ведь ты как ни в чем не бывало продолжать ходить на уроки?       — Я не думал об этом, — признался Невилл. — Возможно, я смогу брать задания у остальных учителей и выполнять их заочно. А в остальном… Хогвартс не сдастся так просто! Я сделаю все возможное, чтобы Кэрроу сбежала отсюда сверкая пятками!       В гриффиндорской гостиной повисло молчание.       — Выходит, мы тоже будем воевать? — тихо спросил Джек Томпсон.       — Я не стану никого за собой тянуть, — ответил Невилл. — Последняя вылазка показала, что пожирательские выродки не собираются нас жалеть. Эти гады уже забрали Полумну, и эти слухи о Гарри… если это правда, не думаю, что Джинни вернется в школу. Тем, кто соберётся действовать вместе со мной, надо быть готовыми к худшему. Круцио — меньшее из возможных зол, но выручай-комната будет укрывать нас столько, сколько простоит замок.       — Мы с тобой, — тихо проговорила Лаванда, окружающие согласно закивали.       — Хорошо. Тогда наша задача — действовать максимально скрытно. Чем дольше инспекционная дружина во главе с Кэрроу не будет знать, за кем гоняется, тем лучше, — сказал Невилл.

***

      В камине с громким треском и искрами лопнуло влажное полено. Анна-Луиза, жмурясь, заворочалась под одеялом, а затем, морщась, приподнялась на локте. Голова отозвалась тяжестью, от резкого движения картинка перед глазами смазалась. Охнув, девушка опустилась обратно на подушку и скосила взгляд в сторону огня. В кресле, боком к жене, сидел Снейп, перелистывая пятничный номер Ежедневного Пророка.       — Вы больше не пойдете в Хогвартс, — не оборачиваясь, произнес зельевар.       — Что? — глаза девушки округлились.       — Не припомню, чтобы вы жаловались на слух, — хмыкнул Северус. — Вы больше не станете учить студентов Защите от Темных Искусств, Луиза.       — Это еще почему? — мисс Лисс все же поднялась, подоткнула за спину подушку и поерзала, устраиваясь поудобнее. — Обмороки — обычное дело при беременности, Северус.       — Угроза выкидыша — тоже? — зельевар наконец повернулся к жене, его лицо застыло непроницаемой маской. — Лонгботтом принес вас в больничное крыло. Чудо, что его по пути никто не встретил учитывая переполох, который поднялся в школе после его выходки. Будь он рыцарем, его девизом было бы: «Слабоумие и отвага!». Хотя, это вообще ко всему гриффиндору отнести можно. Если бы не он… — Снейп вздохнул и отвел взгляд на каминное пламя. Несмотря на весну, по вечерам в древние стены поместья продолжал пробираться промозглый влажный холод.       — Что говорит мадам Помфри? — напряженно произнесла Анна-Луиза. Из ее голоса моментально исчезла наигранная веселость и легкость.       — Что если вы продолжите нервничать, о пополнении можно будет забыть, — выдавил Снейп. Он сжал кулак, до боли впиваясь ногтями в ладонь. Собственные слова комом вставали в горле. — Это необходимость, Луиза, — не в силах выносить собственных давящих мыслей, он встал и прошёлся по спальне.       — Вы думаете, что здесь мое «интересное положение» под более бдительным присмотром? — фыркнула мисс Лисс. — Смею напомнить, что из всех обитателей поместья только Бастер имеет хоть какое-то представление о колдомедицине. Да вот незадача, я — не племенная кобыла! Под наблюдением мадам Помфри я буду в куда бОльшей безопасности, чем здесь.       — Ученики затеяли бунт. Случай с кабинетом Кэрроу — только первая ласточка. Я не допущу, чтобы вы носились по замку, рискуя собой и разнимая обезумевших детей, у которых гормоны бьют ключом и все по голове! — рявкнул Снейп, резко обернувшись к жене.       — И кто же будет преподавать вместо меня? Вероятно, среди пожирателей уже готова достойная кандидатура? — прошипела Анна-Луиза ядовито улыбнувшись. — О, а может мы зачистим память Амикусу и выпустим его?!       Снейп замер, в упор глядя на жену. Его лицо застыло непроницаемой маской.       — Нет, Северус, даже не вздумайте. Вы — искусный окклюмент, но такое… — на грани слышимости выдохнула мисс Лисс. Глаза ее расширились в ужасе, грудь тяжело вздымалась от сбившегося дыхания.       — Конечно нет, Луиза… Конечно, — вынырнув наконец из задумчивости, отстраненно пробормотал Снейп.