Тройной шпион

      Снейп, хмурый и раздраженный больше обычного, шел по дороге, ведущей к Хогсмиду. Сгущались сумерки, из низин как по заказу поднимались сбитые плотные клочья тумана. Кое-где сквозь них мелькали нечеткие высокие фигуры в изодранных плащах.       — «Уже прибыли», — угрюмо подумал Снейп. — «Нет уж, с дементорами по соседству определенно будет лучше, если Анна-Луиза будет оставаться дома».       — «Ага, а преподавать ты будешь сам! Мало тебе геморроя со всем остальным было, давай еще будешь отвлекать на себя гнев студентов!» — противно пискнул внутренний голос.       Досадуя, Северус поморщился и ущипнул себя за переносицу, отгоняя навязчивые мысли. Картинка не складывалась от слова «совсем». На одной чаше перед ним были жизнь и здоровье собственной беременной жены, а на другой — целая школа чужих, но все же детей. Такое ожидаемое решение всех бед никак не хотело приходить на ум. Одна за другой в голову лезли безумные теории и планы, как суметь оградить всех и все от бледной, несущей смерть руки Темного Лорда. Одно пока радовало: Избранный был жив и даже начал действовать, хоть Снейп и не мог быть уверенным, что мальчишка идет в правильном направлении.       Зельевар поднялся из лога, затянутого туманом, и, наконец, шагнул на мощеную улочку магической деревни. Потяжелевшая от влаги мантия неприятно давила на плечи и сковывала движения. Глава Хогвартса передёрнул плечами и пробормотал высушивающее заклинание.       Все окна в Хогсмиде были закрыты. Лишь кое-где из-за неплотных ставень пробивались узкие полоски света. Поразмыслив минуту, Снейп шагнул в тень ближайшего дома и как можно тише пошел в сторону единственной на всю магическую деревню гостиницы.       Проходя мимо узкого тупикового проулка, Снейп остановился и пристально вгляделся в темноту. В дальнем углу ему почудилось какое-то движение, а затем крепкая рука резко ухватила зельевара за мантию и втянула в неприметную деревянную дверь, практически слившуюся со стеной.       — Да тише ты! — зашипел, отдуваясь, Ян Гринвин и, наконец, выпустил Снейпа.       — Какого драккла?! — взвился зельевар, наставляя волшебную палочку туда где, предположительно, находился аврор.       В помещении, где они оказались, было душно, пыльно и крепко пахло удобрением из драконьего навоза. Переминаясь с ноги на ногу в попытках найти наиболее устойчивое положение, Снейп постоянно натыкался ногами на какие-то железки, громко бряцавшие в густой темноте.       — Прекрати голосить, — буркнул парень, засвечивая Люмос на конце древка. — Говори, чего не знает Вацлав?       — Что?! — глаза зельевара сузились, он был готов проклясть Яна на месте.       — Не усложняй, Снейп, мы недавно об этом говорили, — едко произнес Гринвин.       Повисла неловкая пауза. Оба собеседника, стоя в тесной неуютной подсобке для хранения садового инвентаря, хмуро разглядывали друг друга, оценивая.       — Белый кот, — наконец буркнул Северус.       — Отлично, — облегченно выдохнул Ян. — Дело есть.       — Так пришли бы через камин, — фыркнул Снейп, морщась от света. — Зачем надо было вытаскивать меня в Хогсмид, да еще в такой час?       — Вацлав здесь, — хмуро ответил Гринвин. — А его карманная пожирательница смерти прошла ровно той же улицей что и ты буквально пол часа назад и еще не возвращалась.       Снейп разом подобрался и взглянул на парня уже без напускного недовольства.       — Так почему вы еще их не схватили?       — Потому что сделать это без шума не так то просто. В городишке полно дементоров, дежурных пожирателей, егерей и прочей нечисти, — хмыкнул Гринвин. — К тому же, если своего брата я еще смогу упаковать, то как быть с Алекто? Темный Лорд наверняка спросит тебя: как вышло, что твои преподаватели исчезают один за другим. Есть мысли, как все организовать?       — Есть одна идея, — помолчав, тихо сказал Северус. — Только она безумна, как и все происходящее. А еще она вам сильно не понравится.       — «Сильно не нравится» мне, когда ты говоришь загадками, Снейп, — буркнул Гринвин. — Рассказывай уже свой чудо-план. Надеюсь, по итогу его исполнения нам удастся выжить.       — Вы вправе отказаться и придумать что-то еще, — иронично вздернув черную бровь, сказал Снейп.       — У этих двоих скоро закончится романтическое свидание при свечах. Нет у нас времени на раздумья. Выкладывай, — ответил Ян.       Выбравшись из подсобки и наведя на себя скрывающие чары, двое мужчин, осторожно перебегая от тени до тени, направились в сторону гостиницы. Она была единственным зданием, где несмотря ни на что продолжал гореть свет.       Гринвин крадучись приблизился к приоткрытому окну и, заметив внутри человека, едва слышно шепнул:       — Confundus.       Стараясь не скрипеть входной дверью, волшебники прошли мимо неповоротливого хозяина гостиницы. Толстяк мотнул свиноподобной головой на крепкой шее, будто отгоняя невидимую муху, но так и не понял, что заставило его замереть.       Заговорщики бесшумно поднимались по деревянным ступеням. Наконец, добравшись до второго этажа, они огляделись. Их встретил длинный, узкий как пенал темный коридор с обшарпанными обоями, освещенный лишь слабым огнем старых газовых светильников. Из-под двери, которая располагалась у самой дальней стены, пробивался неверный тусклый свет, будто помещение освещалось лишь ночником.       Ян, кинув на Снейпа многозначительный взгляд, дернул подбородком в сторону лестницы. Северус взмахнул палочкой и наложил на проход заглушающее заклинание. Гринвин кивнул и, наслав под ноги амортизирующие чары, тихо, как кот, начал продвигаться к заветной двери.       Аврор прижался ухом к лакированному дереву, но попытки расслышать хоть что-то не увенчались успехом.       — Отойдите, — на грани слышимости произнес Снейп и, подняв волшебную палочку, что-то пробормотал. Узкий коридор мгновенно заполнил зычный низкий голос:       — В каком это смысле, «не поверила»?! — Вацлав определенно был чем-то недоволен. — Я же ясно выразился! Пока ты не влезешь в дело с головой и окончательно не расшатаешь союз этих недобитых влюбленных голубей, о поисках твоего брата можно забыть!       — О том, что моего брата упрятал Снейп, у нас только догадки, которые не подтверждены ничем, кроме твоих слов, — надменно фыркнула Алекто. — Так что уж извини, но мне хватает забот помимо тщетных попыток завоевать снейпов хрен! И вообще, с чего ты взял, что этот ублюдок так уж дорожит своей драгоценной куколкой? Как я поняла, он носится с ней лишь потому, что она — в каком-то там лохматом колене родственница Темному Лорду.       — Это потому, что у тебя вместо извилин в голове клубок вареных макрон! — фыркнул Вацлав. — Ты слепа как крот на поверхности, если не видишь, как директор Хогвартса увивается с этой тварью! Едва не стелется перед ней. Вспомнить хоть Рождественский прием у Малфоев! Не ожидал от потрепанного ворона, такой прыти. А уж Луиза-то как к нему льнула, аж тошно! Ты думаешь, этот твой Снейп — такая уж душка? Что он служит одному своему господину и все?       — Нет, он ублюдок, — усмехнулась Алекто, пропустив оскорбления мимо ушей. — Но он не раз и не два доказал свою преданность Темному Лорду. Я могу сколько угодно хотеть лично открутить его сальноволосую голову и повесить на воротах Хогвартса, но повелитель такое никогда не допустит. Даже подумать не могу, что такого должно произойти, чтобы он вдруг захотел избавиться от Снейпа. Этот ублюдок как-то раз напрямую сказал, что закопает меня, если стану путаться под ногами, а Темный Лорд будет ну максимум недоволен. И знаешь, мерзавец прав! Его заслуги слишком велики и на дуэли в открытую его убить довольно сложно.       — Это до тех пор, пока твой хозяин не в курсе, что Снейп — предатель, — с нескрываемым сарказмом усмехнулся Вацлав. — Польская делегация, которую возглавляет мой младший братец, думаешь, они пришли наблюдать? Нет! Весь сыр-бор из-за одной маленькой твари, которая выскочила замуж за драгоценного великого шпиона под крылышком Темного Лорда! Думаешь он просто так на ней женился? Нет! Тут что-то еще! Я проверял этого умника, у него в роду из чистокровных только мать. Он — полукровка! Как же Темный Лорд вот так взял и отдал ему свою родственницу? Нет, тут что-то нечисто! Должна быть причина.       — Снейпа предателем кто только ни называл, — фыркнула Кэрроу. — Может ты уже займешься поисками моего брата? Свою-то часть уговора я выполнила, но что-то кроме «завтраков» ничего не получила от тебя. Может мне пойти к повелителю и рассказать, что польские агенты открыли охоту на Снейпа по твоей инициативе? Тогда и тебе и твоему младшему братцу не жить.       — Выполнила?! — хохотнул Вацлав. — Скажи-ка на милость, почему ни Луиза, ни ее муженёк тебе не поверили, а? Может ты недостаточно хорошо сыграла свою роль, и Снейп раскусил подставу в воспоминаниях? Что было не так? Если бы все получилось как надо, я давно размазал бы этих двоих и заставил рассказать, где они прячут твоего брата! Если не сам Снейп, то уж его подстилка бы точно проговорилась! Но ты, ленивая задница, только и можешь, что ныть о том, как тебе сложно далось все происходящее! Да я абсолютно уверен, что за всю свою жизнь тебе не довелось участвовать ни в одном хоть сколько-нибудь серьезном предприятии! Гордись, что я вообще обратил на тебя внимание!       — А может ты просто хреново трахаешься, и ненаглядная миссис Снейп быстренько поняла, что ее муж в постели поинтереснее тебя будет?! От того и замуж за тебя не спешила выскочить?! Воистину, прозорливая соплячка! — гневно рявкнула Алекто, выходя из себя.       — Тварь! — прорычал Вацлав.       Послышался грохот мебели и звук разбившегося стекла. Узкая щель под дверью несколько раз озарилась вспышками разных цветов.        Ян, опомнившись первым, выбил плечом хлипкое лакированное полотно и вихрем влетел в комнату с поднятой наизготовку палочкой. Однако, было уже поздно. В гостиничном номере царила разруха. Занавески уныло раздувались и опадали над разлетевшимся вдребезги окном. Мебель была перевернута, кое-где виднелись подпалины от заклятий. Алекто Кэрроу лежала на полу и безразлично смотрела в потолок остановившимися навсегда глазами.       — Блять, — озвучил общее настроение Ян, глядя на бездыханное тело.

***

      Анна-Луиза, скрестив руки на груди, сидела за длинным столом в столовой дома на площади Гриммо и взглядом полным гнева сверлила столешницу.       — Не расстраивайтесь, миссис Снейп, все не так и плохо. В конце концов, вам предстоит сидеть дома не в одиночестве, — Сириус поставил перед девушкой кружку с чаем и, обойдя стол, опустился напротив. — Могу я узнать, что побудило сальноволосого уб… кхем… вашего мужа, конечно, завершить вашу преподавательскую карьеру за полтора месяца до окончания учебного года?       Девушка наградила Блэка взглядом василиска, но промолчала, вновь уперев глаза в столешницу.       — Лааадно, — тихо протянул Бродяга, откидываясь на спинку стула. — Но сюда-то вы зачем-то пришли, так ведь? Может расскажете уже, или так и будем в молчанку играть, а, миссис Снейп?       — Луиза, — поморщившись отозвалась девушка. — Меня зовут Луиза. А моего мужа зовут Северус. Я не знаю как здесь, мистер Блэк, но в Польше фамильярность не в чести.       — О, так меня все же удостоят беседой! — оживился хозяин дома. — Что ж, тогда и вы зовите меня Сириус.       — Как будет угодно, — безэмоционально ответила мисс Лисс и отхлебнула чай из предложенной чашки. — Я жду здесь мадам Помфри, нам надо поговорить. В Виндгорф она по некоторым причинам заходить не особо хочет.       — Так… хм… От чего же… эээ… Северус решил, что вам стоит посидеть дома? — едва сдержав рвотный позыв при назывании имени старого недруга, спросил Блэк.       — От того, что дети под давлением ведут себя так, как и положено детям под давлением, — фыркнула девушка. — Они бунтуют, встают на дыбы и бодаются.       — О, так он решил поиграть во «Всеобщее благо»? — расползся в улыбке Бродяга. — Плавали, знаем. Историю дома еще не предложил систематизировать?       — Это еще зачем? — приподняв аккуратную черную бровь, спросила девушка.       — Ну как же, я по его настоянию в последние месяцы только этим и занимаюсь! — хмыкнул Блэк.       — И как результат? — с сомнением проговорила Анна-Луиза.       — Да никак! — фыркнул хозяин дома. — Скука смертная! Уж не знаю, что такого я должен был там найти. Но даже просмотрев все материалы до семнадцатого века, я не нашел ничего, кроме длинных пространных описаний фамильного древа, утерянных артефактов и прочей дряни. Проку никакого, разве что Кикимеру помог немного пыль с полок стрясти.       — И что, никаких тайных загадок и скрытых знаков? — иронично улыбнулась мисс Лисс.       — Я не мастак копаться в этом всем, — махнул рукой Бродяга. — Вот Римус — да! Вот он как раз любит в книжках да пергаментах колупаться. Да только вот беда — половина томов здесь зачарованы на кровь. Только Блэк сможет их взять и прочесть.       — Так может на то и расчет, что, изучая фамильные древа, вы найдете того, кому эти книги принесут больше пользы, а заодно не сделают нового обладателя заложником черномагического проклятия? — полушутя хмыкнула Анна-Луиза.       — Погодите… — на лице Сириуса промелькнула тень великого озарения. — Вот же прохвост!       — Сириус, это шутка, — попыталась остановить полет буйной фантазии девушка, но за реактивной скоростью идей Блэка было уже не угнаться.       — Нет, в этом есть здравй смысл! Ублюдок всегда хотел мне досадить, а тут значит еще и ограбить решил!       — Сириус, хватит, — повысив голос прикрикнула Анна-Луиза. — Вы же видели библиотеку в Виндгорфе. Думаете, моему мужу мало книг оттуда?       — Загребущему всегда недостает, — философски пробурчал Бродяга, остывая. — А кто будет преподавать вместо вас, Луиза?       — Я не знаю, — вновь помрачнев ответила девушка. — Северус теперь вообще со мной не обсуждает дела. Говорит, я слишком много волнуюсь. Можно подумать, что взаперти я буду переживать меньше! Еще и Ян с ним спелся! Теперь, похоже, он знает о делах моего же мужа лучше меня!       — Мда… понимаю, — невесело пробормотал Сириус. — Ну, в любом случае, я буду рад вам, заходите почаще. Здесь довольно скучно. Римус в последнее время постоянно то уходит к Андромеде и Тонкс, то еще где-то слоняется-скрывается. Вообще, у меня такое чувство, что он приползает только чтобы переждать полнолуние, а от общения со старым маразматиком Кикимером я скоро сам стану таким же дряхлым брюзгой.       — Если даже Азкабан не сумел побороть ваше чувство юмора, старому домовику это точно не под силу, — усмехнулась мисс Лисс.       — Пусть ваши слова будут пророчеством, Луиза, — улыбнувшись, ответил Блэк и отсалютовал собеседнице кружкой чая.

***

      Воздух в гостиной Малфой-мэнора был стылым и влажным. Темный Лорд, восседая в высоком резном кресле, лениво поглаживал Нагайну по треугольной голове.       — И как же тебе удалось выбраться? — с прохладным радушием спросил Воландеморт.       — У этих идиотов из Ордена кишка тонка применять действительно серьёзную магию, — хрипло усмехнулся Амикус. — Они не убили меня, все пытались узнать что-то о ваших планах, повелитель. Я не сознался. Пытать меня они не решились, наверное, побоялись запачкать свои беленькие ручки. Они ограничились тем, что заперли меня в каком-то подвале, палочку же сломали.       — Это не имеет значения! — оборвал его Воландеморт. — Как. Ты. Выбрался?       Амикус замер, тяжело дыша и опустил глаза, набираясь храбрости.       — Вчера вечером меня охраняла неповоротливая курица Амалия Белфорт. Я огрел ее камнем по затылку, а потом задушил. Забрал палочку и трансгрессировал, — заглянув Реддлу в глаза отчеканил пожиратель.       — Покажи метку, — склонившись вперед, потребовал змеелицый.       Пожиратель под пристальным взглядом красных глаз с вертикальными зрачками закатал рукав до локтя и продемонстрировал татуировку на предплечье. Темный Лорд долго молчал, вглядываясь в лицо верного последователя, затем обернулся и тихо произнес:       — Что скажешь, Северус? Похоже, наш блудный друг не врет?       — Может и так, но я бы… поостерегся, — растягивая слова, ответил зельевар. Неприятный взгляд черных глаз оценивающе скользнул по Амикусу.       — Не тебе говорить об осторожности. Сам-то сколько лет за пазухой у Дамби просидел, а?! В тепле и достатке, пока мы гнили в Азкабане! — зло выплюнул Кэрроу. — И вообще, где моя сестра, почему ее здесь нет?       Реддл не обратил на перепалку ни малейшего внимания.       — Что ты имеешь ввиду? — настороженно спросил он, сверля зельевара пристальным взглядом красных глаз.       — Орден терпит поражение, это так, — продолжая разглядывать Амикуса проговорил Снейп. — Однако, не стоит исключать того факта, что все наши противники — искусные волшебники. Пусть среди них нет достаточно сильных легилиментов, но скорректировать воспоминания под силу даже Кингсли Брустверу. Будет лучше, если Амикус вернётся к выполнению своих обязанностей в школе. Мне как раз понадобится лишняя волшебная палочка, ученики гриффиндора затеяли бунт.       — Я надеюсь, ты держишь ситуацию под контролем, — улыбнулся одними губами Темный Лорд.       — Разумеется, — кивнул зельевар.       — Что ж… Пусть будет так. Ты можешь вернуться в Хогвартс, Амикус.       — Благодарю, повелитель, — низко поклонившись пробормотал пожиратель.       — Однако, — повысил голос Реддл. — Я не могу оставить без внимания тот факт, что человек из моего ближнего круга дал запереть себя в подвале на несколько месяцев. Ты будешь наказан. Crucio!

***

      Снейп вернулся домой необычайно рано. Солнце еще только начинало клониться к горизонту, а в зарослях терновника вокруг поместья Виндгорф весело щебетали птицы. Зельевар остановился, оглядывая территорию. Деревья и кустарники подернулись зелёной дымкой, которая через пару-тройку дней непременно превратится в настоящую листву. А еще через две недели плодовые деревья укроют буйные цветочные шапки.       Среди разросшихся яблонь и груш дежурно переругивались домовики. Они с усердием сгребали в тачку прошлогодние листья, а затем вывозили их к оранжерее на заднем дворе. Дорога к теплицам шла под горку и эльфы, развлекаясь, запрыгивали на бегу в переполненную тачку и с визгом неслись на ней вниз.       Зельевар глубоко вдохнул носом воздух и замер. Весна никогда ему особенно не нравилась. Точнее, он никогда не разрешал себе наслаждаться этим временем года, скрываясь в подземельях и шипя на всех и каждого, кто принимался щебетать о великолепном времени всеобщего цветения и благоденствия. Северус снова вздохнул и направился к домовикам, намереваясь выяснить, где находилась его жена.       Анна-Луиза сосредоточенно перекладывала на длинном потертом столе небольшие пакетики с семенами. Напротив нее стоял длинный до краев заполненный землёй ящик. Расправившись с сортировкой, девушка надорвала один из пакетиков и, ловко орудуя миниатюрной лопаткой, стала сеять зелень.       — Похоже, вы все же сумели найти себе занятие, — Снейп остановился в дверях оранжереи прислонившись плечом к косяку.       — Как видите, — хмыкнула мисс Лисс кинув на мужа нечитаемый взгляд из-за плеча.       — Я кое-что принес, может выпьете со мной чаю?       Девушка замерла на мгновение, а затем медленно обернулась. На ее лице застыло удивление.       — Как зовут кота? — настороженно спросила она.       — Сэм, — поморщившись, ответил Снейп. — Луиза, давайте не будем портить этот день недоверием и проверками. Вы идете пить чай или нет?       — О, теперь я точно вижу, что все в порядке, — усмехнулась Анна-Луиза.       Она стянула с тонких ладоней резиновые перчатки, полила из стоявшей рядом лейки рассаду и, взмахнув палочкой, отправила ящик на другой стол, расположенный прямо у стеклянной стены.       — Я надеюсь, в нашем хозяйстве не заведутся дьявольские силки? — на выходе из оранжереи хмыкнул Снейп, и взял жену под локоть.       — Я даже не знаю что это, Северус. Преподавание ЗОТИ отодвинуло для меня на второй план все остальные дисциплины — невесело улыбнулась Анна-Луиза.       — Почему вас вообще так расстраивает мое решение? Вы ведь понимаете, что все это делается для вашей безопасности и для здоровья наших детей, — сдвинув брови, спросил зельевар. — Помнится, вы были не особо в восторге от перспективы стать преподавателем. Что изменилось?       — Когда человек сидит все время дома, он тупеет, Северус, — отведя взгляд ответила мисс Лисс. — Я не страсть какая общительная, но пока не закрутился водоворот с нашим браком и Темным Лордом, у меня стабильно была возможность видеться с семьей и друзьями. Хогвартс чудесен своей атмосферой. К сожалению, мне не довелось видеть его в то время, когда доктрина чистой крови ещё не победила здравый смысл. Но дети невероятны. Они как молодые ветви, их можно гнуть, но сломать чрезвычайно сложно. Ощущая их запал и огонь, если честно, гораздо проще переносить ежедневный страх и переживания. А уж видеть их успехи — это отдельный вид радости. Когда у Невилла впервые получилось невербальное рикошетящее заклинание, у меня было чувство, будто это не он, а я две недели непрерывно билась и наконец получила долгожданный результат. И таких моментов ровно столько, сколько студентов приходит на занятия. Я с трудом передаю это словами, но если где и можно построить настоящее сопротивление Темному Лорду, то оно не в Ордене Феникса. Оно там, в Хогвартсе, в головах детей. Не удивительно, что Дамблдор желал оставаться только директором школы, а не становиться министром магии. Ведь гораздо проще вырастить себе соратников с малолетства, чем ломать и склонять на свою сторону уже взрослых людей.       Снейп молча шагал по мощеной шероховатыми квадратными плитами дорожке, ощущая на локте тепло ладони Анны-Луизы и не мог найтись с ответом, слушая ее.       — Я не смогу вернуться в школу в обход вашего решения запереть меня, — шумно вздохнув, сказала девушка. — Сила на вашей стороне, и в вашем праве просто приказать мне остаться дома. Но какой бы путь вы не выбрали, я хочу знать обо всем, что происходит, и чем вы занимаетесь. Неизвестность пугает не меньше внезапной навозной бомбы от школьников. И переживания эти постоянны. Вам ли не знать той безнадежности, которая накрывает, когда вы никак не можете влиять на происходящее.       — Я не могу допустить повторения того инцидента, Луиза. Просто не могу, — прикрыв глаза, выдохнул Снейп. Он остановился посреди дорожки и, переплетя свои пальцы с пальцами жены, слегка сжал ее ладонь. — Я обещал вам сделать все возможное, чтобы совместное проживание со мной было как можно более сносным. Я обещал, что, пока жив, буду защищать вас и наших… детей. Так дайте же мне возможность сделать это.       — Возможность у вас есть, Северус, пользуйтесь на здоровье, — сжав руку мужа в ответ, улыбнулась Анна-Луиза. — Но если вы будете позволять себе ультиматумы, подобные тому, накануне, это не приведет ни к чему хорошему. И еще, несмотря на мое безграничное доверие, если я почувствую неладное, буду действовать так, как считаю нужным. Поэтому в ваших интересах держать меня в курсе дела.       — «И кто тут спрашивается ставит ультиматумы?!» — зельевар смерил жену пристальным взглядом. — Хорошо, Луиза. Тогда для начала вам стоит знать, что польская делегация выяснила достаточно и покинула Англию, — кивнул он, гадая, чем ему грозит подобное соглашение.