Тройной шпион

      — Вы уже видели?! Видели?! — Симус, задыхаясь, влетел в гриффиндорскую гостиную. Он прижимал ладонь к правому боку и силился восстановить дыхание. — Я только что… столкнулся с Амикусом Кэрроу на выходе из Большого зала! Едва ноги унес!       — Видели. Его вообще сложно не заметить, не маленький, — мрачно буркнул Джек Томпсон.       — Невилл уже знает? — наконец ровно вздохнув, спросил Финиган.       — Мы не в курсе. Парвати видела его последней, но это было еще вчера в обед, — разведя руками, ответила Лаванда.       — И что же нам, интересно, сейчас делать? Ладно Алекто, с ней еще худо-бедно можно было справиться, но когда сладкую парочку ей составляет братец, дело пахнет керосином, — мрачно заявил Джек.       — Не хочешь же ты сказать, что мы отступим только потому, что вместо одной пожирательской задницы в замке теперь слоняется целых две! — фыркнул Дин Томас. — Представь, не исключен тот вариант, что, когда Снейп поймет нашу задумку, он притащит сюда еще десяток-другой своих дружков.       — Нет, — отозвался шестикурсник, однако в голове его слышалось сомнение. — Но я надеюсь, что Лонгботтом все продумал.       — Продумал! — фыркнул Симус. — Будь готов к импровизациям! Никто из нас не ожидал, что профессор Лисс вот так внезапно уйдет, а ублюдок Кэрроу — вернется. Что еще выкинет наш обожаемый директор — одному Мерлину известно! С чего, кстати, Снейп свою жену сместил, кто-нибудь может мне сказать? Все 1ж нормально было!       — Может решил, что нам вдруг стало житься больно хорошо? — невесело хмыкнул Дин.       — Ага, замерил настроение в Хогвартсе и решил снизить с «терпимо» до «отвратительно», — закатил глаза Симус.       — Или раскусил, что профессор Лисс только вид делает, что младшекурсников напару с Кэрроу пытает, — подхватила Парвати.       — Что?! — на семикурсницу разом уставились полтора десятка пар глаз.       — Что? — заозиралась девушка. — Вы не знали?       — Ну-ка, ну-ка! — вкрадчиво сказал Симус. Он подвинул стул поближе к Парвати и сел напротив. — Что это еще за новости? Давай колись!       — Да нечего там рассказывать, забудь, — замялась девушка.       — Не, не, не! Парвати! Раз уж сказала «А», говори и «Б»! — выглядывая из-за спинки дивана, потребовал Томпсон.       — Ну… В общем я случайно подслушала разговор девочек-второгодок. Одна говорила другой, что ей нечего бояться наказаний, если распределят к профессору Лисс. Мол, они с профессором Кэрроу хоть и накладывают одинаковые заклинания, но у Алекто действительно больно, а у миссис Снейп выходит так, что кричишь, извиваешься, но при этом совсем не чувствуешь ничего. Я тогда не удержалась, подошла к тем девочкам, расспрашивать стала. Так мне второкурсница сказала, что об этом все давно знают и молятся, чтобы на наказаниях попасть именно к профессору Лисс. Та девочка, правда, просила меня не рассказывать никому, все боятся, что правда раскроется, но сейчас-то профессора ЗОТИ у нас все равно опять сменили.       — Вот это новости, — присвистнул Джек. — Что ж это выходит? Снейпова баба все прошедшее время действительно из кожи вон лезла, чтобы нас защитить и хоть чему-то научить?       — Ну не знаю, — проговорил Симус, потирая подбородок.       — А может поэтому Снейп и убрал ее? К тому же Амикус так кстати нашелся. Ну прям подарок судьбы!       — Не в этом дело, — раздался тихий голос Рамильды Вэйн. Старшекурсники обернулись. — Это неточно, конечно, но очень похоже, что профессор Лисс ушла… по состоянию здоровья.       — Ты о чем, Рамильда? — помрачнел Томпсон. — Не хочешь же ты сказать, что наш обожаемый директор отрывается не только на нас, но и на собственных домочадцах? Это что ж такого надо было со здоровьем сделать, чтобы миссис Снейп больше в школе не появлялась?       — Да нет же! — сконфузилась Рамильда. — Я как-то к ней за дополнительными заданиями заходила, а она без этой своей вечной темно-зеленой мантии была, в одном платье. Профессор Лисс как меня увидела, так сразу мантию на плечи накинула и запахнула, но я все равно заметила.       — Да что заметила-то? — нетерпеливо спросил Джек.       — Живот, — окончательно смутилась Вэйн и, покраснев до самых кончиков ушей, закрыла лицо руками. — У меня под Рождество родился младший брат, я хорошо помню маму летом, они с миссис Снейп даже ростом примерно одинаковые.       — А может наш драгоценный директор настолько невыносим, что его жена заедает стресс? — фыркнул Томас.       — Ну ты и дурак, Дин, — закатила глаза Лаванда.       — А чего сразу «дурак»? — оскорбился парень.       — Когда человек увлекается хлебо-булочными пополам с шоколадом, он вширь растет плюс-минус равномерно, во всех местах сразу. А не придатком в области живота, — фыркнула гриффиндорка.       — По твоей логике выходит, что Снейп жену не насильно дома упрятал, а наоборот настолько трясется над ее здоровьем, что готов наизнанку вывернуться и дома запереть, — хмуро буркнул Дин, все еще обижаясь на «дурака».       — Одно другое не исключает, — задумчиво проговорил Симус, продолжая тереть подбородок. — Как вам версия? Амикус резко отбывает куда-то по заданию Вы-Сами-знаете-кого, на это время Снейп вынужден кого-то ставить в преподавание, но никого, кроме собственной беременной жены, под рукой у него не оказывается, и он цепляется за этот шанс. А в момент, когда мы разбомбили кабинет Кэрроу, наш директор перепугался, что нечто подобное мы устроим в отношении его ненаглядной и по-быстрому запер ее дома. И о чудо! Подземельной летучей мыши повезло! Амикус как раз вернулся!       — Похоже на правду, — кивнула Парвати. — Только это совсем не объясняет, почему директорская жена все же пыталась нас хоть чему-то научить и вытворяла какие-то финты ушами, лишь бы не применять непростительные. Еще и в Выручай-комнате нас натаскивала. Мы с вами как-то всегда обходили этот вопрос, но все же: как она вообще нас там нашла?! Ведь войти туда может лишь человек, который точно знает: что ищет и куда идет.       — Невилл ей сказал! Он же и до того к ней на занятия ходил! — сверкая глазами от гениальности собственной догадки, воскликнул Томпсон.       — Ты лицо его видел, когда она впервые на пороге появилась? — скептически возразила Лаванда. — Лонгботтом был ровно в том же шоке, что и все остальные.       — Ну не сам же великий и ужасный директор Снейп отрядил свою жену помогать студентам! — закатил глаза Джек.       — Либо все это время профессор Лисс помогала нам на свой страх и риск. А когда драгоценный муженек узнал правду, то пришел в такую ярость, что посадил ее под домашний арест, и теперь мы снова совершенно одни в Хогвартсе, — пробормотал Симус.       — Она ведь родственница Сами-Знаете-Кого. Какие уж тут благородные порывы, — покачал головой Дин.       — Можно подумать, каждый, кто как-то связан с древними чистокровными семьями, обязательно должен быть отпетым негодяем, — поморщилась Лаванда. — У меня с Малфоем общий прадед, и что-то я не рвусь примыкать к пожирателям.       — У тебя? С Драко Малфоем? — вскинул брови Дин.       — Все чистокровные, так или иначе, родственники, — пожала плечами Браун.       — Дела это не меняет. Если профессор Лисс и была на нашей стороне, то свой счастливый шанс мы уже проморгали. Теперь у нас с вами снова шастают по коридорам пожиратели. Еще, блин, возмущались после Рождества, что задают много по ЗОТИ… Теперь, небось, так много задавать не станут, зато число Круцио на квадратный метр резко возрастет, — проворчал Финиган, запуская в волосы пятерню.       — Надо к Невиллу сходить, он может быть не в курсе. В конце концов, уроки ещё не начались, и Кэрроу не так часто выползает из кабинета, — сказал Дин.       — Надо. А еще не помешал бы какой-нибудь способ связи, о котором не знают преподы, — хмурясь, кивнул Симус.       — Фальшивые галеоны! — воскликнула Лаванда. — Помните, Грейнжер делала для ОД. У меня остался, где-то в чемодане лежит.       — Самое то! У меня тоже был, надо найти, — кивнул Финиган.

***

      Анна-Луиза стояла на кухне, опершись спиной на столешницу, с кружкой в руках и с задумчивым видом рассматривала коренастого мужчину, увлеченно поглощавшего бутерброды с чаем.       — Луиза, а ты до какого времени своего мужа будешь на «вы» называть? — Амикус Кэроу с хрустом откусил кусок от тоста с ветчиной и, утерев рукавом рот, добавил. — Я вообще думал, у вас более-менее отношения с ним.       — Я… Не думала об этом, — запнувшись, пробормотала девушка и отпила из чашки. — А тебе-то какая разница?       — Да никакой, дело целиком и полностью твое. Я вообще каждый раз на него смотрю и думаю: как тебя угораздило так противоречиво замуж выскочить.       — В смысле «противоречиво»?       — В коромысле, милая, — фыркнул Кэрроу. По лицу пожирателя пробежала волна. Волосы посветлели и вытянулись, плечи раздались вширь. Мгновение, и за кухонным островом вместо пожирателя смерти сидел, шипя и теребя ворот мантии, недовольный Ян Гринвин. — Чертов прихвостень Темного Лорда отныне и впредь будет страстно обожать носить балахоны! — чертыхаясь, проворчал аврор и поспешил расстегнуть верхние пуговицы. Мантия Кэрроу была ему критически мала. — Тебя с ненаглядным возьми по отдельности — ни в жизни не подумаешь, что вместе ужиться сможете. С одной стороны — Снейп твой, который вечно такую физиономию носит, будто прямо сейчас готов уничтожить все живое в радиусе пары километров. А с другой ты: с виду домашняя девочка, которую вообще сложно представить за такой аферой как замужество вслепую.       — «Домашняя девочка», значит? — иронично вздернув темную бровь, хмыкнула Анна-Луиза.       — Не обижайся, милая. Я, когда увидел тебя впервые, так и подумал. Это потом уже выяснилось, что тебе палец в рот не клади — откусишь по локоть, да еще скажешь, что невкусно было. Историю с судами и Вацлавом я до сих пор вспоминаю как что-то нереальное. Надо ж так прижать польский магический суд!       — У меня был отличный помощник, — улыбнулась девушка, поднося кружку к губам.       — Который за свою помощь жизнью едва не поплатился, — фыркнул Ян. — Хотя погодите… Вообще-то ведь поплатился!       — Что это тебя в воспоминания потянуло? — напряглась Анна-Луиза.       — Да так… Не бери в голову, милая, — пожал плечами парень. — Так как у тебя дела семейные? Муж не обижает?       — Да… Нормально, — неопределенно пожав плечами отозвалась мисс Лисс. — А почему ты спрашиваешь? Что-то не так?       — Не виделись давно, вот и спрашиваю, — огрызнулся аврор. — И вообще, супруг твой — ни разу не торт с кремом, и мы оба это знаем. У меня есть вполне себе конкретный повод для беспокойства!       — Твое беспокойство за пол года еще ни разу не оправдалось, — поморщилась девушка. — Северуса можно упрекнуть в мнительности и маниакальном стремлении контролировать все вокруг, но уж никак не в жестоком обращении с домочадцами. По крайней мере, в текущий момент.       — Школьники бы с тобой не согласились, — хмыкнул Гринвин. — Говорят, он всегда был исключительно на стороне своего родного факультета, а всех остальных старательно и со вкусом смешивал с грязью. Я могу ошибаться, но педагогичным подходом тут и не пахнет. И это еще без учёта той мутной истории с пророчеством.       — Я знаю, что он пытался выторговать у Темного Лорда жизнь Лили Поттер в обмен на жизнь ее ребенка и мужа, — тихо произнесла Анна-Луиза.       — И ты по-прежнему считаешь, что все нормально? — хмурясь, констатировал Гринвин.       — Ян, в моей жизни уже пять лет нихрена не нормально! С того самого момента как я узнала о категории «магия» все идет наперекосяк! И сейчас мне остается только жить с тем, что имеется. А имеется у меня: огромный особняк, из которого я не могу надолго уехать, нерасторжимый магический брак, беременность, муж-двойной-агент-пожиратель-смерти-директор-Хогвартса! Ничего не упустила?! — вскипела девушка. — И уж извини, во всей этой системе под названием «Лютый звездец» я собираюсь остаться минимум — живой. Максимум — живой и счастливой в составе семьи из мужа и двоих детей. И вообще, его преданность родному факультету скорее даёт основания полагать, что «своих» он будет защищать даже если все вокруг станут твердить, что они вдоль и поперек виноваты.       — Мерлиновы портки… милая, да ты влюбилась в него, — вытаращившись на подругу, тихо проговорил Ян.       Кухню наполнила гулкая тишина.       — С чего ты вообще этот разговор завел? Мне казалось, вы поладили, — хмурясь, спросила наконец мисс Лисс, переводя тему.       — Потому и спросил, что у меня одно с другим не сходится, — хмыкнул Ян и привычным движением пригладил длинные волосы. — Снейп — скользкий гад, каких ещё поискать надо. Но так самоотверженно впрягаться в борьбу со змеелицым, буквально жизнь этому отдать, столько лет шпионить… Пожалуй, за это ему можно с лихвой спустить скверный характер. Но если все это закончится, а он станет превращать твою жизнь в ад, мой кулак будет долго и упорно объяснять ему, как надо правильно с женщинами обходиться.       — Скорее, вы всем дружным коллективом будете пить до беспамятства, а потом втирать друг другу за жизнь. Еще Блэка с Малфоем позовете и кого-нибудь из польского аврората для полного комплекта.       — И Люпина, — улыбнулся Гринвин, вновь откусывая приличный кусок бутерброда.       — И Люпина, — кивнула девушка.

***

      Секундная стрелка за кварцевым стеклом плавно текла, отмеряя время. Казалось, будто каждый раз как она оказывалась в высшей точке окружности, вместе с ней своего пика достигала очередная удушающая волна мигрени. Директор Хогвартса сидел, откинувшись в кресле, за своим столом и всеми силами старался унять накатывающую боль. Выходило плохо. Обстановка вокруг совсем не располагала к спокойствию.       — Прекратите голосить, Филиус, я в десятый раз повторяю: это не Амикус Кэроу, это наш союзник, — сжимая пальцами виски, как можно спокойнее повторил Снейп.       Разговор с Флитвиком шел по кругу,. Спокойный обычно профессор чар ни в какую не желал сбавлять обороты и продолжал в трехэтажных красноречивых выражениях объяснять директору, куда тот может пойти вместе со своими выкрутасами, оборотным зельем, польскими агентами и Темным Лордом как коллективно, так и в частном порядке.       Раздался треск. Из камина позади директорского стола вышел Амикус Кэрроу, отхлебывая на ходу из затянутой в коричневую кожу фляжки.       — Вот вы где, профессор Флитвик! Я вас весь день ищу-ищу, чтоб в кабинет директора для разговора позвать, а вы все бегаете от меня. Ян Гринвин, будем знакомы, — усмехнувшись, сказал аврор и протянул преподавателю руку.       Флитвик при виде пожирателя едва не сполз с кресла под стол, но, справившись с первым шоком, подал дрогнувшую ладонь в ответ.       — Так это правда… — сощурившись, с сомнением пробормотал Филиус.       — Только не надейтесь, что я вам государственную тайну раскрою в рамках проверки на вшивость. Меня за это по голове не погладят, — хмыкнул Ян.       — У вас есть допуск к подобному? — скептически вздернув бровь, спросил Снейп. — Как вас только родное министерство за границу отпустило?       — А я бываю убедительным, — съязвил Гринвин. — Ты уже рассказал своему коллеге о нашем щекотливом положении?       — «Нет, все это время я просто пытался заставить его заткнуться», — едва не слетело с языка у зельевара. — Мы как раз подошли к обсуждению этого вопроса, — с каменным лицом выдавил Снейп. — Филиус, у нас есть Амикус Кэрроу в подвале, и есть мистер Гринвин под оборотным. К сожалению, зелье не дает татуировке свойств темной метки. Мы можем как-то подделать или скопировать Протеевы чары, с помощью которых наложено заклятие?       — Северус, вы вроде неглупый человек. Если мне не изменяет память, ЖАБА по чарам вы сдали на отлично, как и все остальные предметы за исключением пары дисциплин, от изучения которых просто отказались. Протеевы чары — высший уровень колдовства, их невозможно подделать.       — Но сам-то Темный Лорд вербует новых последователей, — скрипнув зубами, проговорил Снейп.       — Так то Темный Лорд! — закатив глаза, фыркнул низкорослый профессор. — Он автор этой вариации заклятия и может накладывать его столько раз, сколько пожелает! Но скопировать, подделать — это выше здравого смысла, тем более мы говорим о магии, наложенной волшебником такого уровня как Темный Лорд! Нет, господа, я даже браться за это не стану. Даже учитывая, что я обладатель степени магистра чар, это просто невозможно!       В кабинете повисла звенящая тишина.       — Итак, Снейп, ты вписал меня в этот сыр-бор, заранее не проверив информацию, так? — сузив глаза, тихо проговорил наконец Гринвин. — И что дальше? Инсценируем безвременную кончину Кэрроу? Что-то они уж больно часто у нас пропадают да умирают, не находишь?       Снейп не ответил, невидящим взглядом сверля поверхность стола прямо перед собой.       — «Идиот! Просто клинический идиот, Нюниус! Где только были твои хваленые мозги, когда язык самозабвенно втирал всем вокруг, что ты абсолютно уверен в своих действиях?!».       — Таааак… — протянул Ян, проводя рукой по волосам. — И что теперь? На кой мы тогда вообще труп Алекто прятали и Нимфадору во все это дерьмо тащили?! Снейп, где твои расчеты сломались? Черт… А моя-то голова где была…       Гринвин в теле пожирателя, не находя себе места, мерил ногами директорский кабинет, матеря ситуацию в целом и действующих лиц в частности. Снейп, замерев ледяной статуей, невидяще смотрел перед собой, отчаянно пытаясь сообразить: что двигало им в момент разработки такого сомнительного плана.       — Что значит «труп Алекто»? — насторожился Флитвик. — И при чем тут Тонкс? Вы ведь о ней говорите, я прав?       — Ты и этого не сказал? — усмехнувшись поинтересовался аврор. — Алекто Кэрроу убита. Не нами, что печально. На ее месте сейчас Нимфадора Тонкс. Ваш дражайший директор решил, что дешевле будет держать в школе подставных пожирателей, чем звать настоящих.       — Сейчас это уже не имеет значения, — поморщился Снейп. — План провалился, надо было проверить, а потом делать. Если вы не явитесь к Лорду по сигналу метки, вас мгновенно раскроют.       — А какой сигнал у метки? — подал голос Флитвик.       — Боль, — безэмоционально бросил Снейп, откидываясь на спинку кресла.       — Мэрлинова борода! Так вам нужен сигнал метки, а не она сама! — просиял Флитвик.       — Что вы имеете ввиду? — нахмурился Северус.       — Протеевы чары подделать невозможно, это всем известно, — кивая, заговорил префект когтеврана. — Но кто сказал, что нельзя отслеживать на расстоянии состояние другого человека? Скажем… Через предмет! Как раз это будет уже элементарная магия! Если я не ошибаюсь, с помощью подобных чар матери контролируют, что происходит с маленькими детьми. В Косом переулке продаются специальные медальоны. Внутрь кладут прядь малыша и, если с ним что-то случится, подвеска сильно, обжигающе греется, заставляя мать бежать к ребенку.       — Ты говорил, что тут у тебя работают гениальные волшебники, Снейп, — тихо проговорил Гринвин. — Теперь верю.

***

      Снейп с самым задумчивым видом стоял перед коваными воротами, увенчанными гербом Лиссов, и прокручивал меж пальцами увесистый стеклянный шар. Опорные столбы со светильниками были плотно увиты темно-зеленой порослью плюща. Из густых терновых зарослей у дороги доносилось несмолкаемое многоголосое щебетание. На милю вокруг цвело и пело абсолютно все, что обладало хоть малейшей способностью к этим двум действиям.       — «Надо же как промчалась зима, будто и не я еще пару недель назад тонул тут по колено в сугробах, а потом, по то же самое колено, в грязи», — рассеяно подумал глава школы чародейства.       Он сделал шаг к ограде, и ворота, повинуясь, послушно отворились. Однако, зельевар не спешил идти к особняку. Сейчас, когда в череде безумной гонки со смертью наконец выпало мгновение спокойствия, хотелось просто стоять вот так и дышать, дышать, дышать… Помедлив ещё немного, Северус все же сделал несколько шагов по мощеной дорожке и свернул вправо, к цветущему саду.       Солнце практически скатилось за горизонт, и небо расцвечивал мягким градиентом долгий весенний закат. Стойкий аромат цветущих яблонь и вишен наполнял ноздри, бередя память и вызывая совершенно ненужные сейчас воспоминания.       Вот ему девять, и они с Лили тихо смеются над Петуньей, которая не может их найти, играя в прятки. Хотя надо всего-то лишь поднять голову и вглядеться сквозь пышно цветущие ветви старой кряжистой дикой яблони. А здесь ему десять, и Лили хмурится, когда видит на его скуле свежие следы воспитательных работ отца.       Ему пятнадцать и он, стараясь не дышать, замер под лестницей на пути в Северную башню. Северус безбожно опаздывает на отработку по трансфигурации, но не может просто встать и пройти мимо Мародеров, которые, хохоча во все горло, устроили посиделки на лестнице. Пыль и доставучий цветочный аромат с упорством дьявольских силков лезут в нос и щекочут ноздри. Не удержавшись, Снейп зычно, от всей души чихает. Смех на лестнице мгновенно стихает.       — Нюниууус! — ласково растягивающий слова голос Блэка он узнает из тысячи. — Подслушиваем?       — «Гребаная весна»…       Чем все кончилось, вспоминается уже с трудом. Наверное, опять больничным крылом.       Ему двадцать, уже ночь, он стоит у могилы под проливным дождем и все не может унять дрожь в руках и клокотание в горле, когда раз за разом читает на надгробии «Лили Поттер». Он ходит сюда уже полгода каждый день и все никак не может преодолеть это жуткое, выворачивающее наизнанку чувство. А запах цветущих деревьев все продолжает и продолжает настойчиво лезть в нос, несмотря на ливень. Вчера Дамблдор прислал приглашение занять пост профессора зелий, совсем скоро он уже не сможет так часто приходить.       — «Прости, Лили».       Ему двадцать три. Он снова у могилы, только вот принадлежит она совсем другой женщине. Руки не трясутся, щеки сухие, слез совсем не осталось, и даже горло ведет себя спокойно. Надо же какая ирония, выплакать всю свою душу, отдать все горе той, которая ни дня не любила его, и быть не в состоянии выдать хоть что-то, провожая в последний путь собственную мать. И снова эта чертова весна с ароматом яблонь.       Снейп прикрыл глаза, покачнулся с пяток на носки и зашагал вперед по дорожке. Солнце продолжало все дальше и дальше скатываться за горизонт. Сад окутали плотные влажные сумерки, лишь птицы продолжали звонко петь. Оказавшись уже в самой глубине лабиринта из деревьев и кустарников, зельевар опустился на скамейку. Разбуженные воспоминания заставляли хмуриться и судорожно искать хоть что-то в собственной голове, чтобы отвлечься. А теплый воздух, пропитанный весной, все продолжал настойчиво бередить сознание.       — «Вот всегда так: только ослабишь хватку на собственных мыслях, и сразу всякая дрянь в голову тянется», — фыркнул про себя Снейп и тут же насторожился. Справа послышались приглушенные шуршащие шаги и невнятное бормотание. Северус напрягся, осторожно, стараясь делать как можно меньше движений, извлёк из рукава волшебную палочку и замер в ожидании.       —       … И тронет легкою рукой       Того, чей путь безмерно долог,       Пройдет сквозь бурю и покой       Презрев преграды всех дорог…       Ой! Северус, как вы меня напугали! — Анна-Луиза подпрыгнула на месте, схватившись за сердце, и, оступившись, непременно улетела бы в сиреневые кусты, не ухвати Снейп ее за руку.       — А вы кого-то ещё ждали? — усмехнулся Северус, помогая жене вновь принять вертикальное положение.       — Я вообще никого сегодня не ждала, — хмыкнула мисс Лисс, и зельевару показалось, что он уловил на ее лице печаль, а может это был лишь отсвет фонаря.       — Вот как, — дернув уголком рта, ответил он.       — Полагаю, вы слишком заняты в последнее время. Все же такой переполох с этим оборотным, да и Лонгботтом наверняка…       — Луиза, в чем дело? — оборвал бормотания Снейп и пристально взглянул на жену, продолжая придерживать ее за локоть. — «Сколько весенних могил… А тут на тебе… Живая…» — мелькнуло в голове.       — Ни в чем, — быстро ответила девушка, с самым честным видом глядя на мужа.       Директор Хогвартса закатил глаза, развернув жену в себе, опустился на скамейку и посмотрел на нее снизу вверх.       — Мы с вами, кажется, уже обсуждали это. Выкладывайте, миссис Снейп. И не вздумайте мне больше врать. Вы перед Темным Лордом лучше притворяетесь, чем передо мной. Что нелогично, учитывая разность в степени опасности.       — Вы недооцениваете степень собственной опасности, Северус, — попыталась отшутиться мисс Лисс, нервно хихикнув. Темные непроницаемые глаза на красиво очерченном бледном лице бегали из стороны в сторону, старательно избегая встречи со взглядом мужа.       — Так что случилось?       — Да в том-то и дело, что ничего особенного. И это тревожит меня куда больше, чем все остальное, — вздохнула девушка. — Мы по-прежнему не знаем, что задумал Мальчик-который-должен-уничтожить-крестражи. Это раздражает.       — Вы все еще не сказали мне правды, — констатировал Северус. Чертовы птицы в сиреневых кутах все никак не желали затыкаться, и глава Хогвартса начинал закипать. Внезапно девушка вздрогнула всем телом, взгляд ее вновь заметался.       — Вот снова, — пробормотала она и отстраненно улыбнулась.       — Луиза? — с нажимом произнес зельевар, пристально вглядываясь в ее лицо.       — Дети начали толкаться, — отозвалась мисс Лисс и перевела взгляд на мужа. — Пока совсем легко, но чувствуется каждый раз.       Снейп замер, пытаясь найти основание, чтобы все с той же уверенностью сказать, что Анна-Луиза вновь говорит неправду. В голову вдруг пришла мысль, что было бы неплохо и дальше сердиться, играя в угадайку, чем получить вот такой прямолинейный, до боли интимный ответ и совершенно не представлять, что делать дальше. Все это время интересное положение жены хоть и признавалось Снейпом, но казалось чем-то далеким, нереальным. А тут вдруг… это. Его взгляд медленно скользнул вдоль женской фигуры вниз и остановился на округлившемся животе.       — Можно? — будто со стороны услышал зельевар собственный голос. — «Поперек твою Моргану, Нюниус! Выражайся конкретнее!», — ругнулся он и едва не упал со скамьи, увидев молчаливый кивок. Он уже не знал, что было более безумным в текущем моменте: внезапное откровение жены или собственный язык, который говорил прежде, чем голова успевала подумать.       Медленно, словно боясь обжечься он поднес пальцы к животу. Сколько раз он проводил по этому самому месту носом, оставлял губами влажные следы и чувствовал, как податливое тело выгибает в руках. А теперь… теперь под пальцами сквозь ткань платья он почувствовал слабый, едва различимый толчок.       — Боже… — только и сумел выдохнуть Снейп и рассеяно, совершенно безумно улыбнулся. Голову наполняли противоречивые мысли от «Увезти жену подальше, и гори оно тут все синим пламенем, Избранный разберется. Он же Избранный в конце ты концов! Виндгорф на воздух взлетит? Ну и хрен бы с ним! Они с женой осядут в Польше и забудут все как страшный сон!» до «Пойти к Воландеморту прямо сейчас и самолично его завалить, чего бы это ни стоило, тогда у мальчишки будет больше шансов угрохать остальные крестражи».       — Луиза, может мы Темного Лорда сюда пригласим, а ваш дружок Гринвин его из пистолета пристрелит? — не узнавая собственного нервного, с истерическими нотками голоса прохрипел Северус.       — Не поможет, — в тон ему хихикнула мисс Лисс. — Между мной и лордом Федеусом несколько веков, а Виндгорф по-прежнему считает нас родственниками. Не думаю, что Темный Лорд станет исключением.       — Жаль, — иронично хмыкнул Снейп. — Вам не холодно?       — Есть немного. Я вообще не планировала так долго гулять, — отозвалась Анна-Луиза.       — Тогда какого драккла вы продолжаете со мной лясы точить?! — прошипел Северус. Он подскочил, расстегнул застёжку мантии и, укутав жену, за руку уверенно повел ее по садовой дорожке.       — Северус, дом не там! — сквозь смех запротестовала девушка.       — Лабиринты! Мордред бы их побрал! Волшебник я или нет? Держитесь! — буркнул Снейп, и, крутанувшись на месте, аппарировал вместе с женой.       — Северус? — раздался в темноте спальни тихий голос Анны-Луизы.       — Да?       — Иво завтра будет выговаривать нам за трансгрессию на территории поместья.       — Пусть только попробует, гад скользкий. Я его на змеиный фарш спущу и Темному Лорду на обед подам, — фыркнул зельевар.       — Да вас-то все равно дома не бывает, выслушивать лекцию о безопасности предстоит мне, — грустно хмыкнула девушка.       — Скажите ему, что я запретил вас отчитывать, — полусонно отозвался Снейп.       — Эм…       — Что?       — Пытаюсь себе это представить: «Иво, мой муж запретил вам меня ругать. И вообще, это его идея была, я просто по садовой дорожке мимо проходила»…       На мгновение повисла тишина, а затем спальню наполнил дружный смех.       — Хотел бы я посмотреть в этот момент на его лицо, — приведя наконец дыхание в норму, сказал Снейп.       — Я вам точно говорю, Северус, так и будет.       — Разрешаю свалить все на меня, — устало махнул рукой зельевар. — Не только в этом случае, вообще.       — Вам не кажется, что вы многовато на себя берете? — улыбнулась Анна-Луиза.       — Нет, но я хочу кое-что взамен, — полушутя ответил Снейп.       — И что же? — напряглась девушка.       — Давай уже перейдем на «ты», Луиза. Мы не при королевском дворе.       — Пол года не прошло! — фыркнула мисс Лисс. — Согласна.       — Как раз прошло, — засыпая, пробормотал Северус.