The Black Mirror

Я вернулся в клинику и узнал у медсестры, что тело Джеймса уже переместили в часовню на кладбище. - Могу я поговорить с вами? - Конечно. - Послушайте, меня кое-что интересует. Где тело Джеймса? - Что, простите? - Не спрашивайте, просто скажите мне, где оно? - Ну, хорошо, если вам так надо. Мы не смогли связаться с доктором Германом. Я не знаю, почему. Поэтому мы оставили тело в старой часовне на кладбище. До тех пор, пока он не прибудет. Но оно не может там дольше оставаться. Его необходимо перевести в морг. - Это все, спасибо. Посетив кладбище, я выяснил, что дверь часовни заперта. Разговор с кочегаром ничего не дал, кроме того, что я узнал, что ключи у него есть, но он их мне не даст. - У меня нет времени, я работаю. - Можно узнать, почему часовня на кладбище заперта. - Старая часовня? Я скажу почему. Она заперта, потому что там нечего делать. - А вы можете ее для меня открыть? - Нет, не могу. Туда, как я говорил, никому нельзя. - Но ключ от нее у вас? - Точно, и он останется у меня. «Мне нужно любой ценой попасть в часовню. Как же мне достать ключ?» - Может, дадите мне ваш ключ, и я скоро его верну. А на это время я вам оставлю в залог бумажник. - Ну, небольшая прибавка к моему мизерному жалованию не повредит. - Так что скажете? - Хмм… Нет, я не могу это сделать. Старшая медсестра может доставить мне кучу неприятностей, если кто-то об этом узнает. - Плохо, придется мне оставить бумажник себе. Не буду вас отвлекать. - Хорошо. Вернувшись к главному входу в больницу, я залез через люк в тоннель и проник в камеру Джеймса. Выйдя из камеры, я пробрался в котельную. Дверца шкафчика была открыта, но ключа я там не нашёл. Зато нашёл пару резиновых сапог гигантского размера. Есть идея! На перилах рядом с кучей угля я нашёл платок, но попытка открыть с его помощью дверцу топки закончилась тем, что я понял - надо его намочить, иначе ожог мне гарантирован. Вернувшись в камеру Джеймса, я смочил платок в унитазе. С помощью мокрого платка я открыл дверцу топки. Найдя вентиль, регулирующий тягу в трубе, я завернул его так, чтобы весь дым шёл в котельную. Вот теперь всё было готово для прекрасной дымовухи с участием резиновых сапог. Забросив сапоги в топку, я вернулся в коридор и выбрался на улицу. Моя дымовуха поработала на славу, и кочегара с улицы как ветром сдуло. Взяв ключи, торчавшие в замочной скважине двери в котельную, я отправился к часовне. Открыв часовню, я нашёл тело Джеймса. На полу я нашёл острый осколок стекла, и с его помощью отрезал прядь волос Джеймса. С образцом волос я вернулся в морг и сравнил под микроскопом волосы Джемса и убийцы. Как я и предполагал, Джеймс не был убийцей. Кто же тогда? Может, Моррис? Почти бегом я вернулся в поместье и сразу же направился к конюшням. Морриса нигде не было видно. Из письма на верстаке я узнал, что наш конюх решил сбежать из поместья, пока и он не стал жертвой убийцы. Но я ему не поверил. «Странные вещи здесь происходят. Все началось несколько дней спустя после похорон старого мистера Гордона, когда его наследник Сэм вернулся в имение. Я понятия не имею, что происходит, но когда кто-нибудь найдет это письмо, я уже буду далеко отсюда. Мне кажется, что этот следователь хочет повесить на меня убийство Генри, поэтому я не буду тут оставаться. Уйду пока есть время. Оставьте себе мою зарплату за прошлый месяц и не пытайтесь найти меня. Я не собираюсь возвращаться.

Морис.»

«Морис бежал… Я знал, что ему нельзя доверять. А что если это он совершил все эти убийства?» Включив свет в стойле, я увидел кепку Морриса. Осмотрев её, я обнаружил несколько волосков и положил их в пластиковый пакет. Вернувшись в морг, я сравнил волосы Морриса и убийцы. Опять мимо! Да, кто же это тогда? Вернувшись в замок, я нашёл Бейтса и рассказал ему о смерти Роберта. - Бейтс? - Да, сэр. - Бейтс, я только что вернулся из Эшбурри. Я говорил со старшей медсестрой. - Новости о сэре Роберте? - К сожалению… - Судя по вашему тону, новости плохие? - Они... Бейтс, все еще хуже. Намного хуже. Роберт... мертв. - Что? Сэр Роберт. Это невероятно! Боже, я чувствовал, что случится трагедия. Все это время, с исчезновения Роберта… для мадам это будет настоящий шок. - Может, вообще не стоит ей сообщать. По крайней мере, пока. - Но... как же мы можем ей об этом не рассказывать? - Бейтс, попытайтесь понять, сейчас мы не можем ей сообщить. Должно пройти время. - Но мадам продолжит искать, сэра Роберта. Скоро она сама поймет правду, и тогда ей будет еще хуже. - Поверьте, мне, Бейтс, чем позже она узнает о смерти Роберта, тем лучше. - Возможно, вы правы, сэр, нужно дать мадам время. Сейчас ее эта новость просто уничтожит… Вы меня извините, сэр? Мне нужно разобраться со своими мыслями. - Думаю, мне пора. - Я вернусь к работе. Мне стоило большого труда уговорить старика не рассказывать пока всё Виктории, старушка и так пережила слишком много за последние несколько дней, пусть хоть придёт в себя сначала. Ключ от комнаты Роберта оттягивал карман, и я решил осмотреть его кабинет. С помощью ключа я проник в кабинет Роберта и приступил к обыску. На стене рядом с дверью я обнаружил картину нашего предка, которого я раньше никогда не видел. Более того, в руках у мужчины я увидел ключ! Надо будет спросить Викторию, кто это. На столике рядом я нашёл коробку из-под какао. Внутри меня ждал маленький ключик. С помощью ключика я смог открыть верхний ящик стола. Внутри я нашёл картонную карточку. На карточке был какой-то код, но понять его я не мог. В нижнем ящике стола я нашёл фотографию жены Роберта, бросившую его много лет назад, но меня тогда больше занимал код, чем чужие бывшие жёны. С карточкой в руках я в задумчивости бродил по кабинету, когда мне на ум пришла история В. И. Ленина и его писем, написанных молоком. А это идея! Поднеся карточку к одной из газовых ламп у книжных полок, я с радостью увидел, как на бумаге проступили цифры: 6, 3, 0, 8, 1! Вот это удача! На полке рядом я увидел дату, записанную римскими цифрами MCXX. Вспомнив курс пятого класса по математике, я перевёл дату в арабские цифры - 1120 год, год основания замка. Интересно. У стены я приметил старинные часы, чьи стрелки замерли на полуночи. Я нажал на красную кнопку в центре циферблата и передвинул стрелки на 11 часов 20 минут. Затем нажал на стрелку наверху. Стрелка совершила полный круг по циферблату, и я услышал громкий щелчок. Повернув голову, я замер - часть книжных полок отъехала в сторону, и я увидел сейф! Код у меня был: 6 3 0 8 1. Я ввёл каждую цифру в окошечко, и дверца открылась. Внутри мне ждал дневник Роберта, из которого я узнал об экспериментах над людьми и моём неполученном наследстве. Дневник доктора Роберта 2 Мая Завтра я встречусь с доктором Германом в морге если он понял. Что я написал ему в письмах, убедить его. Должно быть нетрудно. Я думаю, он нужный человек. 3 Мая Поездка к доктору Герману удовлетворила мои ожидания. Наш секретный договор облегчит дальнейшее продвижение моих исследований. Его убеждение не потребовало больших усилий, как я и ожидал. Герман понимает, что наука и исследование новаторских идей иногда требует жертв. Он согласился позаботится о первой доставке, уже завтра, что отлично вписывается в мои планы. Если бы не он, я бы даже не знаю, как бы я смог бы избавится от этих проклятых тел. Заставить несколько тел бесследно исчезнуть, конечно же не будет, проблемой для него, патологоанатома. По крайней мере, я могу продолжить роботу над своими экспериментами... 8 Мая Предыдущие эксперименты оказались бесполезными, и несколько месяцев работы пошли на с марку. Ради всего святого, где же я совершил ошибку? Где? Я перечислил все компоненты почти тысячу раз и все равно не могу понять, в чем я ошибался. Я начинаю от этого уставать. Это занимает слишком много времени и с каждым днем я все больше боюсь, что кто - то об этом узнает. Мне очень повезло, что я вовремя убедил Германа сотрудничать со мною. Либо я усовершенствую структуру в целом. Либо увеличу дозы таким каким они есть. Иначе я не смогу продвигаться дальше. Да! Вот оно! Структура неверна! Мне всего лишь нужно увеличить дозу. Да! Мне нужно было сделать это раньше! Завтра я увеличу дозу в 100%... 12 Мая Я думал, мне не придется делать записи несколько дней. Но сегодня я разговаривал с Джеймсом. Он вел себя иначе и говорил о вещах, которые не должны выходить наружу. Он знает слишком много о методах моих исследований и может меня выдать. И хуже - ему поверят. Я не знаю, что мне делать. Запереть в своей клетке; он пытается загнать меня в угол. Как иронично! Никогда я раньше не задумывался о прямом насилии... Но он угроза всем моим усилиям, всему чего я так добивался. 13 Мая Видимо, все хуже, чем я думал. Главная медсестра говорила с Джеймсом, и сама предложила мне отпустить его на некоторое время. Потребовалось некоторое усилие, чтобы убедить ее. что Джеймсу необходимо остаться на месте из-за его состояния. Я понятия не имею что он, что бы ее убедить, но я боюсь что, что в следующий раз он может ей рассказать, все. Это не должно произойти! Он не такой дурак, как я думал. Мне нужно как-то от него избавится. 15 Мая Все, что я держал, когда - то в своих руках, начинают дрожать и рассыпаться, как карточный домик. Большие дозы не возымели не какого эффекта, я проверил все вычисление дважды. Я не знаю, как продолжить, проблема с Джеймсом не имеет решение! Его нельзя отпустить в Черное Зеркало! Я сделаю то, что должен. Осталось одна возможность, всего одно решение. Я пренебрегу вычислениями, и увеличу активное вещество еще на 100%. Я знаю, знаю в чьи вены ведут сыворотку в этот раз. «Герман помогал Роберту скрывать результаты его экспериментов. Тела его пациентов заканчивают свой путь у него в морге, и никто ни о чем не подозревает.» Письмо Уильяма «Дорогой Сэм, мне было нелегко найти нужные слова для этих строк, которые, я надеюсь, ты сейчас читаешь. Впрочем, это было не легче, чем добыть твой адрес. Я надеюсь, что мое письмо попадает тебе в руки как можно скорее, так как времени осталось мало. С момента твоего отъезда я потратил много бессонных ночей, пытаясь узнать правду о нашей семье. Я чувствую, что уже очень близок к концу поисков, и боюсь, что у меня может не хватить сил взглянуть правде в лицо самому. Поэтому я обращаюсь к тебе, Сэм, так как знаю, что ты услышишь мой призыв. В этом конверте ты обнаружишь старинное кольцо нашего рода. Очень важно, чтобы ты всегда держал его при себе. Береги его, как зеницу ока. Пожалуйста, возвращайся в наше поместье и помоги мне. Я знаю, что мое время на исходе, я это чувствую. Я боюсь…» «Уильям что-то знал, но сейчас невозможно выяснить, что именно. Возможно, мне удалось бы помочь ему, если бы я получил письмо вовремя. Надеюсь, ты горишь в аду! Слышишь меня, Роберт?»

Завещание

«Я, Уильям Гордон, решил завещать все свое имущество следующим людям: Моей дорогой Виктории я завещаю все свое лично имущество, семейные драгоценности и ценности, так как они принадлежат ей по праву. Моему внуку, Сэму гордону я завещаю права на владение замком Черное Зеркало со всеми прилегающими землями. Ему я также передаю управление нашей семейной резиденцией. Пусть он заботиться о ней, как это делал я. Моему любимому сыну Джеймсу я предоставляю полное право жить в его родном особняке так долго, как он пожелает, до конца его дней. Этим я надеюсь хотя бы частично возместить необходимость тебе жить в полном одиночестве, мой дрогой Джеймс. И последнее – моего первенца Роберта, после долгих размышлений я решил лишить прав на собственность нашей семьи. Однако, я признаю его право пользоваться собственностью и вещами, которые принадлежат ему в нашей резиденций. Я знаю, что ты хорошо осведомлен о причинах такого решения, Роберт. В моих глазах ты больше недостоин носить имя Гордонов. Эти решения я принял по доброй воле, находясь в здравом уме и трезвой памяти.»

Уильям Гордон

«Последняя воля Уильяма, очевидно, должна была быть скрыта от всех. Роберт, теперь я вижу, что совсем тебя не знал, проклятое создание.» Но о мёртвых либо хорошо, либо ничего, хотя я даже был рад, что Роберт погиб. В сейфе я нашёл кольцо наследника, которое по праву принадлежало мне. На кольце были какие-то надписи на латыни, но я плохо учил этот язык в школе и ничего не понял. Прочитав письмо Уильяма, адресованное мне, я вышел из комнаты и постучался в дверь покоев Виктории. - Я хотел бы вас спросить кое, о чем. - Я слушаю, Сэм. - Виктория, я был в кабинете Роберта и увидел портрет человека, которого я раньше не видел. Это кто-то из нашей семьи? - Портрет? Вам не надо было заходить в эту комнату, Сэм. Роберт не любит, когда туда кто-нибудь заходит. Даже я. - Я просто пытался найти что-нибудь, что помогло бы нам узнать, где может находиться Роберт. Все его вещи в порядке. - Хорошо. Он бы разозлился, если бы узнал, что вы были у него в кабинете. Это картина, портрет нашего предка, Лотера Гордона. Это он основал санаторий, где работает Роберт. - И когда это было? - Около двухсот лет назад, я точно не уверена. «Санаторию Эшбурри уже много лет.» - Расскажите мне о Лотере Гордоне. - Он долгое время был главврачом в санатории для умалишённых, хотя в то время не говорили о терапии и лекарствах. Он, скорее всего, продолжал бы работать, если бы не заболел. - В чем заключалась его болезнь? - Со временем это место полностью поглотило его. Все эти больные умы, с которыми он проводил дни и ночи. В конце концов, он сломался и тоже сошел с ума. Он умер одним из тех, кому помогал. Грустная история. - Когда Лотер умер, где его похоронили? - Я вижу, вы проверяете мою память. Насколько я знаю, его тело, как он и просил, осталось там. Его похоронили в скромной могиле за санаторием. Позже это место превратилось в кладбище. Многие умершие в стенах санатория нашли там своё пристанище. Вы извините меня, Сэм. Я расспросил Викторию о картине в комнате Роберта, и она сказала, что мужчину, изображённого на холсте, звали Лотар и он когда-то работал в клинике. После смерти он был похоронен на кладбище за клиникой.