Мне никогда не достичь величия главного героя

В клане Линг было 21 пословица на все случаи жизни. Такой семейный катехезис изучали все дети с ранних лет. Избежал этого Линг Сяо, воплотившись в тело 13-тилетнего мальчика, не зная его прошлого. Однако совершив овердрайв, умерев в этом мире, вернувшись, прочитав роман и снова переродившись, таким завороченным образом Сяо мог полагать, что знает больше и лучше теперь, чем в первый раз. Однако, в романе описывалось подробно и много о самом главном герое. Об персонаже Сяо упоминалось лишь с целью противоставить злодея с его кознями первому жеребцу. Сяо мог подробней узнать о жизни своего персонажа вне освещенной сюжетной линии только сам. Не читая роман, а прожив эту жизнь в этом теле. Поэтому до семейных поговорок у него не дошло. Он просто продолжал идти вперед мимо толпы детей из местных семей. Когда его заметили, заметил и он, что среди этих подростов атмосфера была угрожающая. Переступив еще несколько шагов по инерции, Сяо остановился, покосился на придорожный кустарник. Может еще не поздно сделать вид, что занялся охотой, например на воробьев или белочек. Тут же должны жить белки. Или суслики на крайний случай. Те, кто обернулся к Сяо, не показали к нему интереса, продолжая внимать самому старшему из них в центре сборища. Сяо подумал, что в этот раз обойдется и местная гопота не такая задиристая, как в столице. Вытерев льющийся на шею пот остатком рукава, он продолжил свое шествие. Успокаивая себя, что вот за поворотом уже видно стену города. А в городе верховодит семья Линг, пусть и опущенная столичной. Его взгляд осмелел, спина выпрямилась, шаг стал устойчивей. В это время среди кучи детей продолжился разговор: — Ублюдок! Ты так груб. Этот мастер четыре раза прокричал твое имя. Как ты посмел показать мне спину! Мы проучим тебя недоносок! — Да! Мать не воспитала его уважать старших! — Его мать околела, кто будет его учить! — Она выздоровела… я слышал. Так совпало, что в этот момент Линг Сяо был ближе к толпе… в ту долю секунды раздался глухой удар и вскрик. Затем много вскриков, метушня, звуки ударов и оскорбления. Завязалась уличная потасовка «все на одного» Кого то в центре толпы повалили на землю и дружненько избивали. Причем воплей самой жертвы слышно не было. Только ругань нападающих. Слабенький червячок сомнений загрыз Сяо. Еще пока звучали гневные реплики, он догадался о чем дальше пойдет речь. Обычное дело среди подростков, самоутвердится за счет слабых. Или не слабых, зато толпой. Он не собирался вмешиватся. Он не дурак и не герой. Герой! Что там заводила кричал по поводу чьей то матери? Слишком знакомая вырисовывалась ситуация. Сам Сяо был свидетелем разговора, когда хлипкий подросток врезал взрослой женщине за то, что она унижала его мать. Там Цзи Ло? — мысль была напуганной и острой. Почему Цзи Ло был здесь в это самое время? Вот дерьмо! Чудовищное совпадение! Этот небольшой сюжет был описан в «Небесном потрясении основ». Тогда, зацикленного на утрате родителей Ло избили сверстники прямо на улице и это дало результат небольшой встряски, заставившей главного героя взятся за ум и устремится к преобретению большей силы. Это подвинуло его рост вперед. Что же делать Сяо? Он не смог переиначить сюжет. Мама Ло скорее всего жива, а главному герою по прежнему нужна встряска, что именно сейчас и происходит. А если Сяо вмешается? Выручит беднягу Ло. Это сгладит эффект потрясения. Тогда, может быть, он не будет таким одержимым в достижении своего могущества. Мысленно Линг Сяо потер от удовольствия руки. Я злодей? — Злодей! Но правильный. Буду вершить правосудие! — А ну, разойдитесь! Кыш, мелкотня! — встрял он, пытаясь переорать шум драки. На него мало обращали внимание. Его уже видели остальные, особенно крайние дети. Оценили, что он выглядит слабо, к тому же толстый. А толстяки все трусливые жабы. Несмотря на грозный окрик, Сяо пришлось бы руками всех распихивать, чтоб не дать детям довести до конца свое черное дело. Сяо задумался, чем можно исправить ситуацию. А если так? Грозная волна силы накрыла побоище, заставляя всех поблизости падать на землю. Его культивация на последней стадии Хуан позволяла выпустить внутреннюю силу против врагов, подавляя их. Это подействовало, если не было никого выше его уровнем. Подростки стали ворочатся по пыли и стонать, пытаясь поднятся. Сяо был слишком уставшим и не таким агрессивным, чтоб дратся руками. — Вы глухие? Так будете наказаны. — изрек он, переступая через поверженных драчунов. Почти в центре побоища лежал на боку, поджав ноги к груди и закрывая руками голову избитый Ло. Он не двигался, в отличии от остальных. Это вызвало беспокойство Сяо. Одна его часть напоминала, что перед ним будущий враг, его личный и его семьи. Другая возражала, что над этим работает. Не все так категорично. Он присел на корточки перед Ло, потянул его за рукав, стараясь глянуть в лицо и определить его состояние. Небольшие удары ног подростков не могли убить человека, однако, кто знает, какую сильную боль нужно вытепрпеть, чтобы наполнить кубок удачи героя. Если б у Сяо с собой были лекарственные таблетки, которые в большом количестве изготавливали мастера его семьи и хранились они в его доме просто в неприличных количествах. Он сам жменями мог глотать качественные травяные пилюли, чтобы поднять свой уровень духовного мастерства. Жаль, но сейчас он не догадался взять с собой ни одной самой простенькой таблетки. — Ты как там? Живой? — сморозил Сяо первое, что пришло в голову. Глаза Ло были закрыты. Веки подрагивали несмело. Губы поджаты, из уголка рта потянулась алая капля. — Такое дерьмо где хочешь всплывет, — отозвался за его спиной вставший первым юноша. По злому, брезгливому взгляду и тону голоса Сяо узнал главного зачинщика распри. Разгневанный видом Ло, Сяо поднялся. Его аура злодея взяла свое. Он злился, что кто то, не он сам, посмел навредить главному персонажу. Сжав кулаки он вытянулся во весь рост и глянул на говорящего. — Кто ты такой? — спросил он, зная, что у кого будет инициатива, тот и сдюжит противостояние. Задира хмыкнул, не спешив отвечать, показательно осмотрел Сяо с головы до ног, хмыкнул еще раз. — Я Лей Шаоняо, — заявил юноша, — а вот кто ты я и так знаю. Отброс! И он презрительно сплюнул Сяо под ноги. Конечно Сяо не красавец и не боец. То что он показал свое «кунг-фу» конечно могло вызывать уважение, но как в столице, так и в провинции людей принимали по одежке, а провожали по «кунг-фу». Вид у Линг Сяо был самый обычный, даже немного ниже. Вид нищего, побирающегося по свалкам. Как сказал юноша — просто отброс. Это совсем не уязвило Сяо, испытавшего куда большее горе и разочарование. Как вам прожить собственное убийство? Это закаляет. Не так ли? На сколько он помнил из свитков отца, главарем местной шайки детей оказался второй молодой мастер семьи Лей. В романе его имя ни разу не упоминалось. { его имя означает 'меньше плакать’} Подпевалы главаря тут же отозвались дружным смехом. Сяо не знал как быть. Бить этих детей он не собирался. Тащить не подающего активности Ло куда то он не мог. Сил бы не хватило. Одна надежда была выкрутиться. Затянуть разговор, чтобы Ло оклемался сам. Стая волков, почуяв вой вожака тут же тявкает в ответ и обретает смелость. Мальчишки вокруг уже поднялись. Некоторые с удивлением впервые видели Сяо, который был на голову ниже их предводителя. Он не выглядел угрожающим, а недавнюю силу, припечатавшую их к земле они посчитали каким то обманом. — За отброса ответишь, урод! — этим Сяо собирался перетянуть внимание толпы на себя, чтоб дать немного времени Ло. Лэй Шаоняо нахмурил тонкие брови, окруженный преданными ему друзьями, он действительно был смел и конечно же далеко не урод. — Ты сказал. урод твой папа… — Кто издевается над другими людьми уродлив внутри — Ах!. Ты… а ты… Сложно было мальчику, хоть и старше Линг Сяо на вид, состязатся в словестной баталии со взрослым разумом. Он пытался найти слова поумнее, но ничего не получалось. Тогда ему на помощь пришли подпевалы, используя аргументы не мудрости, а силы. Ближний к Сяо парень размахнулся и ударил толстяка в живот кулаком. С виду, это был сильный удар, но если вы не вложили в него духовную силу или не умеете ею ползоватся — это дохлый номер. Сяо только резко выдохнул и пошатнулся, чуть отступив. На его лице появилась ликующая улыбка. Слой жира хорошо сдетонировал, как подушка. Удар парня просто увяз в толстом мягком теле, не причиняя особого вреда. Еще трое собрались повалить подрывающего авторитет главаря незнакомца, схватили за руки, толкнули в спину. Эти шлепки для Сяо были ничем, он стал посмеиватся над ними. Стоял, стараясь удержатся на ногах. — Это все, что вы можете? Бейте сильнее, может вам повезет не сломать себе кости и я что то почувствую. Линг Сяо продолжал провоцировать их, краем взгляда посматривая на Ло. Как он там. Тот привстал опираясь на руку, утирал лицо. Уже хорошо. Еще немножко и можно драпать вместе. Нападки молодежи Сяо не считал чем то опасным. Это потому, что уровень его культивирования был выше, чем у всех остальных. Он вкладывал в тело силу, оберегая себя. Ему показалось, что у Цзи Ло тоже уровень был очень низким. Как же так? Разве у главного героя не врожденный дар? Только потом вспоминая этот момент он догадался, что с тех пор, как мать Ло болела в течение трех лет, Цзи Тянь и Ло каждый день передавали свою духовную силу больной женщине. Если для взрослого в стадии Сюань это было просто усталостью, то младшему Ло принесло ухудшение его культивирования. Ло не успевал развиватся, пренебрегал медитацией, не уделял этому времени, день за днем выполняя работу по дому и помогая матери выжить. Всего лишь Пятый слой очищения Ци стадии Хуан. Семья Цзи обнищала и разорилась. Поэтому в городе Нуа Хань их перестали уважать. Взрослые не опускались до оскорблений и драк, когда их дети были более смелыми. Задиры остановились, умаялись повалить эту тушу на землю. Какая может быть сила у толстяка? Разве он не ест все дни напролет? Постойте. Где вы видели толстого нищего? Да еще с высоким (выше местного) уровнем культивации. Что то тут не клеится. Первым задумался Лей Шаоняо. Лэй Шаоняо был ошеломлен, его подчиненные были ошеломлены, Цзи Ло, сидящий на земле и смотрящий на безуспешные попытки повалить оборванца, был ошеломлен… только Линг Сяо был все еще спокоен. — Хватит. Стой здесь отброс, — произнес Шаоняо. С мрачным лицом он свирепо посмотрел на Цзи Ло, а затем на Линг Сяо, потом бросил многозначительный взгляд на свою группу поддержки. Покивав головой он заявил: — Стой на этом месте, отброс, я вернусь с моим братом и мы убьем тебя и этого… Под одобрительное гудение дети собрались и ушли вместе в сторону города. Сяо оценил тактическое отступление юного преступника, тоже покачал головой, но не осуждающе, а с облегчением. Он наклонился, помогая встать раненому Ло, потянул его за руку, поправляя на нем одежду. В этот момент Ло поднял на него взгляд и окаменел. Это же … Линг Сяо? Кроме общего непрезентабельного вида, фигура Сяо вытянулась, обрела более четкую форму. На круглом лице появились скулы и глаза перестали быть глубокими щелками. Этот парень стоял, как стена перед кучей народа. Пусть его тело покрыто слоем жира, но оно плотное и упругое. А уровень духовной силы Ло испытал на себе. В палатке же был пухленький ребенок, слегка запыленный и все. Прошло не так много времени. Да? Слова благодарности, приготовленные им заранее прилипли к его гортани, не прозвучав. В этом толстом нищем парнишке он узнал того странного добросердечного мальчика из столичной палатки с травами. Как этот и тот мальчик может быть один и тот же человек? Где Нуа Хан и где столица? Он никогда бы не подумал, что молодой хозяин столичной семьи Линг появится в таком убогом месте, как город Нуо Хан, и более того, он снова поможет ему. Может быть… он хотел произвести впечатление? Цзи Ло убедился за все эти три тяжелых года, что этот мир, где процветает сила культиваторов, довольно жесток. Человек человеку во первых конкурент и противник, особенно посторонний вне семьи. Линг Сяо, вступился за него во второй раз без особой выгоды и причины. Для него это выглядело подозрительным. — Линг Сяо? — спросил Ло. Вот уже второй раз ему надо выразить благодарность этому человеку. В переделку сейчас Ло попал по своей глупости. Как повелось, главного героя ждали беды и испытания. Он привык к этому и не думал о себе слишком много. Однако, если ругать его было вполне приемлемо, то ни в коем случае нельзя было плохо отзыватся о его матери. Импульсивно он поддался ярости и поплатился, что поделать, Цзи Ло был именно таким человеком. Несмотря на то, что он был избит Лэй Шаоняо, он не получил никаких серьезных травм. — Да, это я, — согласился Линг Сяо и пожал плечами. Сейчас он лучился довольством и умиротворением. Кто молодец? Я молодец. Я такой-сякой, нехороший, разогнал толпу злых детей. Для кого? Для главного жеребца романа! Правда, он не собирался помогать Цзи Ло, правда не хотел.… он просто немного облегчил жизнь бедняге, чтобы в будущем этот герой поменьше геройствовал. Цзи Ло хотел еще что то сказать, внезапно его ноги подкосились, он застонал и стал оседать вниз. Что это? Что? Взгляд Сяо заметался из стороны в сторону в поисках незримой опасности, а руки сами собой подхватили за пояс юношу, чуть не упавшего обратно ему под ноги. Никакой опасности не было. Заставляя Ло опиратся на свое плечо, он проверил его состояние и понял. Всего лишь Пятый уровень очищения Ци стадии Хуан … Линг Сяо вежливо улыбнулся, подтянув повыше Цзи Ло и затем мелкими шагами повел его в город, собираясь как можно раньше уйти с дороги. Он то забыл совсем, как слаба и не уравновешенна пятая стадия. Сам, исцарапавшись уже не замечал следов. Все заживало быстро. — Тебе нужно домой. Куда ты шел? О тех ребятах не думай. Это те, кто совершенно бесполезен. Только кричать могут. Так увещевая Ло и тянув его за собой, Сяо рассуждал вслух. А мысленно торжествовал. В любом случае, эта группа детей перед Линг Сяо не сможет ничего сделать. Быть героем оказывается приятно, даже с приставкой «анти». В это время Цзи Ло молчал, сдерживая во рту глоток порченной крови. Он изначально хотел выйти из города и найти место, где он мог бы тренироваться. В конце концов, он должен был стать могущественным. Тем не менее, он не расчитывал, что Лэй Шаоняо и его друзья будут поджидать его вне города. Настроение Цзи Ло было немного холодным. Ему снова помог чужой, а он ничего не смог сделать. Он определенно должен много старатся в будущем, чтобы быть сильнее, не позволять обижать себя и тех кто ему дорог. А так же он сможет вернуть все долги этому странному человеку. Он станет могущественным. Он наверняка станет могущественным. …… Неровная горная дорога за поворотом стала более удобной, впереди появилось широкое место перед воротами и сторожевой пост. Как обычно днем ворота были открыты, но для активной трудовой деятельности еще рано. Каким же было удивление бредущих по дороге мальчиков, когда вид города был похож на растревоженный улей. Стражи стояло у ворот на много больше обычного. И не стояли они, а размахивали руками, крича друг на друга. На самой центральной улице люди стояли кучками, переговаривались, ходили от компании к компании. Мрачные лица, резкие голоса. Где то в глубине плакала какая то женщина. Один старик затянул заунывную мелодию на цитре. В общем, происходило что то незаурядное, сравнимое с объявлением войны соседнего государства. Дело то было вот в чем… Ночью Линг Сяо сбежал из поместья и города. Нашумел конечно, напугал людей. Но это мелочи. Мало ли что кому показалось. Утром хозяева провинциального поместья Линг долго ждали, когда их гость подаст голос. Затем послали слугу с водой для умывания и завтраком. Нужно же было реабилитироватся перед пацаном и получить преференции старшей семьи Когда слуга, выкатив глаза вернулся, убеждая, что молодого мастера унесли духи, затем другой рассказал утренние сплетни из города, потом стражники дома, оправдывая свою трусость наплели с три короба и тележку всяких небылиц — глава Линг Аошэн держался с достоинством. Но не тронутая постель в гостевой комнате, а так же поиски по поместью и городу не дали никаких результатов, даже древнего старика захватила паника! Они потеряли наследника столичной семьи. Молва их не пощадит, не поверят, что опальные родственники старались изо всех сил, как лучше. Они скажут, что Линг Аошэн хитростью выманил и уморил ребенка семьи Линг! Что делать? Посыпать пеплом голову? Бежать в столицу, бить поклоны главе Юэ? Все понимали, их ничто не спасет, не убелит их одежд. Вой и ропот в поместье Линг поднялся нешуточный. В этом маленьком городе, семья Линг была доминирующей. В ее рядах было много землевладельцев и шкурные интересы многих оказались под угрозой. Можно сказать, существованию города мог наступить конец от мести столичного рода Линг. Только потом Линг Сяо узнал и осознал все детали истории, подивившись такому совпадению, что он снова оказался «потрясающим небесные основы» только в плохом смысле. А пока парни приближались к воротам их увидели взрослые. Узнать в бедно одетом оборванце Линг Сяо было сложно, однако, все любопытные предыдущим днем видели его. Такого полного ребенка нельзя было не узнать. Сначало не уверенные, потом все громче удивленные возгласы разносились по городу. Кто то побежал в поместье Линг и не один человек. Кто то наоборот кинулся к детям на дороге, крича и спрашивая что случилось. Ло и Сяо не успели ничего сообразить, как вокруг них собралась волнующаяся толпа. Пропавший наследник вернулся! Больше всего Ло сразило поведение уважаемых старейшин города, прибежавших к ним и упавших в ноги Линг Сяо, рыдая, хватая его за ноги, благословляли небеса и землю, за то что вернули им сына великой семьи. Делали они это от страха перед родственниками, а не от искреннего уважения. Однако зрелище было удручающим. Ло оттеснили в сторону, пропащее чадо на руках многих людей унесли в главный дом семьи.