Мне никогда не достичь величия главного героя

Линг Сяо решил немедленно вернуться в столицу. Обожествление и поклонение младших родственников, после пережитого ими ужаса, его удручало. Он не добился успеха с тайным сокровищем нефритового камня. Больше дел у него тут не было. К тому же куда то запропастился Цзи Ло. Он не видел его больше с той паники устроенной людьми при их встече. Расставаясь с рыдающей родней Линг Сяо очень удивлялся разнице в встрече и прощании. Люди так же заискивали перед ним, но уже совсем по другому. Потому что взрослым донесли дети, что было за поворотом дороги Нуо Хань. ***** Дома родитель встретил его радостно, словно не три дня прошло, а вечность. Линг Юэ повернул сына несколько раз по кругу, смотрел на него с той и другой стороны, огорченно цокая языком. — Сяо-эр, ты снова похудел. Ай-яй… Огорчение отца было таким искренним, что Сяо забеспокоился, тут же приложил ладони к лицу, ткнул себя пальцем в бок… вроде ничего не менялось. — Отец, где ты видишь, что я похудел-а? Ты не заметил, что моя духовная сила стала чуть больше-а?» С хорошим настроением Сяо шутил с отцом. Как и полнота и культивация у него, на его взгляд не изменилась. Услышав последний вопрос, Линг Юэ изучил культивирование своего собственного сына и воскликнул: — Хороший ребенок! Хорошо, ты продвинулся в последнюю стадию ранга. Линь Юэ искренне смеялся в течение минуты, но затем он вспомнил кое-что. Он достал из рукава конверт и передал его Линг Сяо. — Это приглашение на зачисление в Академию культивации духовного мастерства Юньци. В этом году ты уже достиг крайнего возраста для поступления. Может ты хочешь туда поступить? Не бойся. Твой отец будет любить тебя, даже если одна тысяча Солнц и десять тысяч Звезд скажут, что ты не подходишь для Академии. Линг Сяо взволнованно посмотрел на плотный конверт из хрустальной бумаги с киноварной печатью духа своих руках. В своем прошлом перерождении он никак не мог приспособиться к этому странному миру. Тогда он увидел уведомление о зачислении в Академию Юэньцин, он не захотел записываться. Испугался, зная как там прессуют новичков. А он толстый. Двойной повод его задевать. В Академию принимали до 14 лет. Опомнившись, Сяо был слишком взрослым. «Добро пожаловать всем, кому еще нет 14 лет, и тем, кому уже исполнилось 13 лет. Подростки, достигшие стадии Хуань, очищения Ци девятого ранга, могут посещать Академию. Доверьтесь силе нашей Академии, остальное вы узнаете сами. Если вы заинтересованы в присоединении к Академии Юэньцин, пожалуйста, приходите в течение месяца Тан. Действительно шикарное предложение… У Сяо осталось чуть меньше месяца, чтоб доехать до Туманного хребта и попасть в Академию. А сколько времени у Ло? Ведь недавно Сяо встретил его с пятым уровнем. Туманный хребет далеко, если идти туда пешком прямо сейчас, то можно не успеть к сроку. Когда же поднимать свой уровень главному герою? Как он успеет везде? В романе повествование резко обрывалось на появлении у Цзи Ло тайного помощника и продолжалось сразу на пороге Академии Юэньцин. «Не мое дело. Не моя забота» — убеждал себя Сяо, однако же волновался за сюжет. Думая об этом, Линг Сяо сказал отцу: — Можем ли мы отправить это уведомление о зачислении в Академию в семью Цзи города Нуо Хань? Когда я там был, то видел, что у них есть талантливый ребенок. Отец Сяо глупо рассмеялся. Да, его сын был добрым ко всяким людям. Но кто такие семья Цзи из города Нуо Хань? Он кивнул головой: — Не проблема… Для него получить лишнее уведомление из Академии действительно не было проблемой вообще. Кроме того, семья Цзи города Нуо Хань стала совсем маленькой и многое потерпела. Если сын будет рад, то Линг Юэ решил, что он также пошлет им немного Киноварного лекарства. *** Город, в котором жил Сяо был столицей страны Цветочных Долин. Эта страна была известна угодьями лекарственных трав. Многие семьи занимались выращиванием трав и производством духовных таблеток. С северной стороны, от холодных дождей и бурь страну ограждал Туманный Хребет, а за ним располагались густые леса и холмы Империи Ледяного Духа. Империя была большим государством, занимающим почти половину материка. Ее огромную территорию покрывали густые леса с дикими животными высокого уровня. Соответственно люди из этой империи были выше в уровне культивации, чем в странах с более мягким климатом. Суровые условия давали возможность выжить и процветать только очень сильным людям. В остальных странах, с теплым климатом и мягкими условиями, народ процветал и жил в довольстве, не достигая больших высот в формировании основы души стадии Сюань. Для жизни им было достаточно Очищения Ци и повышения мастерства в производстве низкоуровневых таблеток. Поскольку Академия Юэньцин располагалась на Туманном Хребте, между теплыми, низкоуровневыми странами и грозной высокоуровневой империей, это место пользовалось популярностью для обучения детей обоих сторон света. От столицы Цветочной долины до горного массива было много дней пешего и конного пути. Поэтому Линг Сяо, оставался в семье лишь в течение нескольких дней, необходимых его отцу, чтоб собрать сына в путь надлежащим образом. …… Две недели жирные телеса и хрупкие косточки Сяо подвергались жестокому издевательству. По началу, ободренный своими достижениями Сяо, выбрал себе коня. Через три дня упрямство его духа было поверженно. Смотрителю за наследником пришлось купить для него повозку не лучшего качества, какую можно найти в небольшой деревне у крестьян. Странствуя Цветочной Долиной Сяо убедился в точности названия этой страны. Ее поля с проращиванием разных трав были бескрайними. Сидя на спине жеребца и покачиваясь из стороны в сторону мальчик буквально засыпал с открытыми глазами. Впереди до горизонта простирались лиловые или розовые или синие поля и холмы с травами, (цвет можно выдумать и такой цвет тоже там будет). Вместе с Сяо ехали шесть телохранителей, один лекарь, его мастер-наставник и главный распорядитель отца — Пао. Ехали верхом. Чтоб дать мальчику, привыкшему к легкой жизни освоится в седле, они ехали шагом. Никто из людей, служащих семье Линг не торопил Сяо, не смотрел на него косо изза того, что им предстояло плестись по дороге медленно, когда приближалось время приема в Академию и в ту же сторону проносились отряды и одинокие всадники, сломя голову, стараясь успеть в срок. Если молодой господин опоздает, отец его с радостью примет обратно, чтобы хранить свое сокровище рядом с сердцем, а не волноваться о сыне, спящем где то там в сырых и холодных горах. Перед отъездом Линг Юэ основательно поговорил о сыне с отобранными людьми. Сам юноша притупил свою бдительность, полагаясь на взрослых, не подозревая отца в таком отцовском коварстве. Они пытались скакать, когда Сяо сказал, что готов, но через секунду он валился на бок. Хорошо обученный конь останавливался. Сяо лечил свою пострадавшую филейную часть и снова пытался. Его подбрасывало на седле, как мешок с чем то неприглядным. Охранники прикрывали лица и отворачивались, пряча улыбки. В конце концов юноша уставал и развлечение прекращалось. Их отряд двигался неспешно, ночуя в палатках или в ближайших селениях. Через три дня Сяо разговорился с хозяином маленькой гостиницы за обедом и тот обмолвился, когда услышал, что юноша собирается поступить в Академию, что не ждал уже гостей, так как основная часть желающих уже давно впереди. Трактирщик дал Сяо хороший совет, поторопиться. Спор с распорядителем Пао, о том что юному господину не прилично ехать на сене, как бедному крестьянину, заставил заподозрить Сяо, что окружающие его люди не заинтересованы в том, чтобы он успел поступить. Юный мастер встал в позу, проявил характер и настоял на своем. Больше не было частых перекусов на травке и сонного созерцания окружающей красоты. Они мчались, сбивая копыта коней и ломая оси повозки, как жаждущие спасения своих жизней. ..... За день до окончания приема в Академию Сяо с сопровождением добрались до небольшого городка под ее стенами. Академия Юэньцин оказалась огромной крепостью, окруженной высокими стенами и барьером, конца края которому не было видно. Позади остался тяжелый подъем по вырезанным в камнях ступеням. Лошадей и повозку группа Сяо ос авила в подгорной деревне, практикующей именно такие услуги, как прием и содержание животных для тех, кто поднимался горными тропами Бессмертных. Странное дело, селение, расположенное у подножья горной гряды было крупней и богаче знакомого Сяо города Нуо Хань в провинции Цветущей долины. Однако же тут оно называлось деревней. Много двух и трех этажных домов с кучей народа, несколько шумных базаров, множество торговых палаток и павильйонов, целые стойбища для табунов и амбары для провизии. Деревенька бурлила активностью, как кипящий котел. Сяо почувствовал себя попавшим в столицу в самый разгар торговли. Несмотря на середину лета тут часто шли дожди, холодные туманы утром и вечером накрывали местность белым маревом. Поговоркой местных жителей было: ночью -зима, утром — весна, в полдень — лето, а вечером — осень. Действительно, в разгар дня Сяо захотелось выпрыгнуть из кожи и проветрить организм. Так сильно пекло солнце. Такой же «приятной» была погода весь их путь до стен Академии. Понятно от чего при появлении из стылого тумана первых жилых домов горного поселка Академии все сразу испытывали огромную радость и облегчение. Поселок не был окружен по обыкновению стеной и звание городка носил номинальное. Старожилы помнили, что раньше тут ставили только палатки на горном склоне. Те, кто собирался поступать в академию приезжали к ее воротам, открывающимся на заре и закрывающимся на закате, ждали своей очереди, организовывая себе временное пристанище. Академия пользовалась большим спросом. Приезжали сюда очень много семей со своими подростками. Старших не пускали за стены и они были вынуждены ждать своих детей снаружи. Со временем, там где есть спрос — есть предложение. Кто то умный и предпреимчивый поставил палатку, чтоб продавать горячую еду пришельцам. Кто то — лавку с травами и лекарствами. Временные палатки для тех кто приходил сюда выросли, как грибы от дождя. Дела торгового и мастерового люда быстро пошли в гору. Успешные предприниматели быстро сообразили, что выгодней один раз построить дом, чем нанимать носильщиков каждый сезон. Так вырос поселок, открылись гостинницы и таверны. Появились постоянные жители. Земля Туманного хребта не принадлежала никакому государству. Условно эти горы охранялись Академией. Только у мастеров Академии были способности обратить дурную сырую погоду гор в безоблачное небо и яркое солнце. По сути дожди и туманы были хорошей защитой от нежелательного проникновения за стены Академии. Руководство Академии и старейшины поселка были в хороших отношениях с друг другом к обоюдной выгоде. … Как оказалось группа семьи Линг не быда последней из припозднившихся. Перед последним днем приема городок был заполнен до отказа, теми кто еще не уехал, провожая своих детей и теми, кто еще собирался пройти отбор. В воздухе веяло напряжением. Не все могли успеть, дождаться своей очереди даже попасть за ворота. Не говоря уже о самом экзамене — проверке способностей. Смотритель Пао было обрадовался такому положению дел. Он думал, что Сяо удастся уговорить бросить эту затею и вернутся домой. Оказалось, что ночевать в поселке было негде и стоило поспешить. В двух часах пешего перехода, ниже по тропе находилась небольшая гостиница. С закрытием ворот на закате, ясное небо с легкими облачками затягивало свинцовыми тучами. Хорошо, если не проливался дождь. Хватало пронизывающего ветра с ледяных вершин. Так длилось до самого рассвета, когда первые солнечные лучи касались шпилей надвратных башень. Ходить по горной тропе в такую погоду в сумерках было форменным самоубийством. Риск был запутатся в темноте, принять ступеньку за уступ над пропастью. Просто подскользнутся на влажном камне и сломать руку — самое мягкое наказание для смелых и отчаянных путешественников. Сяо был так настойчив, как упрямый длинноухий друг человека. (подсказка: это не заяц). Он получил свой номер в текущей очереди у привратника с сочувствующим взглядом, оборвав Пао на полуслове его длинной заумной реплики, вернулся в поселок к остальному отряду, поджидающим ведущего и молодого господина прямо на улице. — Вы, — указал Сяо на людей семьи Линг, — отправляйтесь немедленно назад. Не смейте возвращатся. Я определенно поступлю в Академию и не хочу вас тут видеть. Ни одного! — Молодой мастер, будьте благоразумны… Сяо поднял руку и отвернул лицо в сторону. Он не желал слушать. Приближался вечер и скоро тропа станет опасной, а ночевать негде. Их вещи с палатками остались в подгорной деревне. Спать на улице будет холодно. Поэтому Сяо соврал. — Я видел знакомого по дороге сюда. Он обязательно поделится со мной комнатой. Неблагоразумные это вы. Я один найду себе место, а куда деть столько людей, сколько вас? Слуги Сяо все как один покачали головами. Молодой мастер, хоть и был из богатой семьи, вырос неиспорченным ребенком, заботящимся о благополучии своих людей. Пао тоже стоял со смиренным лицом, принимая слова молодого хозяина. Вскоре они попрощались. Сяо вручили мешочек цзянькун с припасами и деньгами, проговорили последние, вовсе не нужные наставления и ушли по тропе вниз. Избавившись от сопровождающих взрослых, Сяо осмотрелся свободней и вздохнул. Своим людям он соврал, но не себе. Где же найти ночевку? Мир культиваторов жил с искривленной логикой на взгляд современного человека 20ти лет, каким попал сюда Сяо. Он уже привык к этому. Ну… почти привык. В его мире дети в 13ть лет не могли оставатся без взрослых долгое время. Их бы одних никто не отправил в другую страну, даже в другой город, если он не знаком. Обязательно требовались гарантии и связи. Как это случилось сейчас с Сяо, он остался один в не знакомом городе, не устроенный, не присмотренный. На улице было довольно оживленно. Много таких же детей, как он ходили, стояли, беседовали. Если твой духовный уровень хоть немного высок, можно быть немного смелым. Некоторых сопровождали взрослые. Изза переполнености городка люди не брезговали сидеть на земле и камнях. Кое кто кушал прямо на улице у открытых лапшичных и покупал еду у разнощиков. Чтобы протиснутся в какую то тапезную — не могло быть и речи. У входа стояли ожидающие своей очереди. В этот раз одежда Сяо не была ни простой, ни богатой. Для путешествия в дороге он носил обычный костюм странников, смиряющий богатых и бедных, авантюристов и обывателей. Длинный халат серого цвета, подпоясанный широким поясом, с подворачивающимися рукавами. В пути могло произойти всякое. Жарко или нужно куда то влезть, рукава собирались на плечах специальными петлями. Под ним носили теплые простые рубахи и штаны из льна. Сапоги или кожанные туфли — на что тянет кошелек носителя. Сейчас фигура Сяо в обычной одежде выделялась среди других подростков только умеренной полнотой. Он вытянулся за немногие месяцы, но в сравнении оставался среднего роста. Волосы, которые доставляли в пути не мало проблем, он закручивал в простой пучок на голове, закрепляя обычной заколкой. За годы своего попаданства он так привык к отражению в зеркале, что не отмечал за своим лицом какой то особой красоты. Середнячок по всем пунктам, что очень устраивало юношу. Вспоминая сюжет романа, Сяо побрел вдоль улицы без всякой цели, сворачивая на другую улицу, если ему хотелось. Цзи Ло поступил в Академию в самый последний день. У него был конфликт с каким то мужчиной изза какой то девчонки. Что сказалось на очереди его поступления. Разумеется, каждый раз, когда главный герой сталкивается с опасностью, это будет иметь какое-то отношение к девушке… Так как Сяо был расстроен, когда читал, он не мог вспомнить подробностей. Только радовался, что кто то навалял проклятому Ло. Остановившись на перекрестке, Линг Сяо не знал, должен ли он искать Цзи Ло. Уже случился тот самый конфликт или нет? Если еще не случился, то встречатся с Ло будет крайне опасно. Поблизости может ошиватся тот самый дерзкий мужик. Но ведь опасность и возможности обычно, по закону жанра, сосуществовали вместе, не так ли? В последнюю встречу с Цзи Ло Сяо отметил, что тот уже не так яростно заверял его в своей благодарности. Даже казался немного отчужденным. Тогда, в том волнении, которое вызванно было их появлением у ворот Нуо Ханя, было не до размышлений о психологии. Сейчас, очевидно, ему не понять стиль мышления главного героя, хотя он первый, кому это было по силам, как читателю. Тем не менее, Цзи Ло остался должен Сяо. Он это себе обеспечил. Почему б не подвинуть главного героя немного и не клюнуть каплю от его возможностей? Думая об этом, Лин Сяо направился к соседнему дому с вывестой из тарелки лапши. Удивительно, но там не толпилась у входа очередь. Внутри, сразу с порога на уши Сяо навалилось давление от шума многих голосов. Зал трапезной был полон посетителей. Люди разговаривали больше, чем утоляли голод. Таверна оказалась с гостиницей. В глубине зала находилась лестница на второй этаж, по которой ходили посетители и слуги. Замерев на месте, Сяо высматривал свободное место, теряя надежду на удачный ужин и кров. Миг спустя он невольно вскрикнул. Искал он место по всему залу, буквально под носом крайний столик занимал юноша, сидящий к нему спиной. Сидел он один за небольшим столом, за которым могли сидеть двое. Оказалось, юноша пользовался каким то способом отвода глаз, поэтому на его столик никто не позарился до сих пор. Сяо же настойчиво искал и ему улыбнулась удача или его уровень культивации позволил заметить столик сквозь пелену. Не успел он использовать свое преимущество, как за спиной хлопнула входная дверь и впуская промозглую сырость вечера в трапезную вошла красивая девочка и суровый высокий мужик. Скорее всего телохранитель маленькой красавицы, судя по разному стилю одежды. Девочка была чудо как мила и аккуратна. Подол ее платья, рукава и воротник были расшиты узорами, в волосах, собранных в высокую прическу раскачивались подвески из бусинок. Главное… неожиданно, на поясе этой малышки висела скрученная кольцами плеть. Помните о вывернутой логике романов сянься? Дети носили оружие и никто этому не удивлялся. Наоборот, оружие означало статус в обществе и его отсутствие могло нанести ущерб репутации определенной категории граждан. Свой собственный меч, подаренный ему отцом на 13-летие, Сяо держал в цзянькун, не собираясь поддерживать дурной, на его взгляд, принцип. Девочка, так же как Сяо, по началу замерла, осматриваясь, потом с улыбкой заметила одинокого юношу за столом. Гомон голосов в зале постепенно стих. Люди оглядывались рассмотреть красивую девочку, замолкали, поэтому так звонко и четко прозвучал ее голос. — Ты! — она шагнула вперед и протянула руку, указывая в спину юноше. Тот, несмотря на всеобщее внимание к девочке, даже не поинтерисовался, что происходит за спиной. — Немедленно уступи свое место! Голос малышки был очень красивым, но капризный тон портил все очарование. Девочка повела себя как избалованное дитя. Сяо же видел, что она вызывает восхищение и одобрение у людей, несмотря на дерзкое поведение. Юноша никак не отреагировал, что услышал ее, продолжал есть. — Ты не слышишь? Эта госпожа научит тебя слышать! В зале стали тихо посмеиваться. Девочке стало обидно. Обычно ее словам все внимали и если не могли ей в чем то уступить, старались сгладить все неудобства. Поэтому она позволяла себе злиться. Разрешая себе быть невежливой, она навязывала быть вежливыми всем остальным. Заодно вид сурового лица телохранителя за ее спиной был очень веским аргументом. Сейчас телохранитель просто изображал каменный столб, позволяя своей хозяйке немного повеселиться. Он явно скучал, зная, чем все закончиться. Изящным движение руки малышка взялась за рукоятку плети. Зрелищно, явно работая на публику, замахнулась. Свитая из необычной стали плеть с шелестом взвилась в воздух, нарушая все физические законы, удлиннившись и засияв духовным светом, устремилась в сторону юноши. Зал ахнул. Во-первых это было красиво. Во-вторых уровень мастерства малышки подтверждался владением таким сложным и непредсказуемым оружием. Таким же капризным в обращении, как его хозяйка. В-третьих, сила удара такой плетью могла отделить от костей мясо. Все приготовились к худшему. Однако за этим продолжалась странная тишина. Ни воплей, ни звука удара. Молчала и маленькая хозяйка оружия. Молчал Сяо. Он проморгался, пытаясь уразуметь, что он видит. Свечение стальной плети потухло, шипы, покрывающие эту плеть и проявляющиеся в момент атаки — исчезли. Сама плеть натянулась между рукоятью в руках хозяйки и… совсем другой рукой. Юноша ни разу не обернулся, ни во время атаки, ни после. В полном молчании, воцарившемся в зале, он наклонился к тарелке за очередной порцией лапши. Он ел! А свободная его рука в приподнятом состоянии удерживала конец плети в незащищенном ничем кулаке, как обычную бельевую веревку. Это ненаучно! Девочка не могла поверить в то, что уже проиграла этот спонтанно вспыхнувший духовный поединок. Зато все остальные это понимали. Без ущерба схватить и держать чужое духовное оружие, означало, что уровень этого юноши превышал уровень девочки. Она сморщила хорошенький носик, надула губки, упираясь сапожками в пол, тянула свою плеть назад, требуя натужным от усилия голосом: — А-ну-ка, отдай! — Забирай… — произнес юноша тихо, не повышая голос, но его все услышали четко. Он расслабил хватку и… юное очарование хлопнулось на свою очаровательную попку, прямо под ноги своему невозмутимому телохранителю. Вся трапезная разразилась хохотом. Многим было жалко маленькую девочку, но ее сапожки так забавно мелькнули в воздухе. Звук падения ее тела был мягким. Сама она выглядела, как милый, забавный котенок, который шипел на обидчика, выпустив коготки, а потом запутался в собственных лапках и упал. Смех не был злым. Однако девочке он не понравился. Она поднялась с помощью своего старшего, отряхнулась, посмотрела на всех смеющихся свирепым взглядом. От ее взгляда, картинка с котенком стала еще забавней и почти стихнувший хохот грянул снова. В конце концов двери таверны громко бахнули. Телохранитель пристойно увел девочку подальше от позора, чтоб она не наделала еще больших дел, достойных всеобщего веселья. Итак, тот юноша продолжал кушать и сидел один. Конфликт, готовый разразится нешуточной дракой потух сам собой, за отсутствием главного опонента. Никто не вздумал делать замечание такому важному человеку лет тринадцати на вид. Только Сяо, не привлекающий внимания, скромно стоящий под стеночкой заметил очень злой взгляд телохранителя, брошенный им вскользь в спину юноши. Такой взгляд, с которым стоило бы считаться. Казалось, что парень, ставший местной звездой этого вечера ничего не заметил. Сяо решил использовать этот момент, чтоб познакомится с этим человеком. Где б сейчас не находился Цзи Ло, искать его дело хлопотное, а Линг Сяо нужна еда и отдых. Почему б не начать здесь? — Кхм… добрый вечер. Меня зовут Линг Сяо. Могу я спросить разрешения посидеть вместе с вами? Юноша поднял равнодушный взгляд от тарелки и кивнул через секунду осмотра говорящего к нему. Он продолжал есть. Сяо, убедившийся, что хозяин стола не против его присутствия осторожно сел. Под коротким взглядом парня по шее Сяо замаршеровали мурашки. Ему показалось, если б он встретил где то в пустом темном переулке убийцу, у него должен был быть такой же «мертвый» взгляд. Это было страшно, друзья. Но отступать некуда. Сяо очень нужен был ночлег. Неплохо было бы разговорить этого парня, хотя разум советовал бежать и как можно дальше. «Не связывайся с этим человеком» — шептала интуиция. Его неуверенность разрешил слуга-подавальщик. Он расторопно принес новому клиенту полную тарелку лапши и кувшин кваса. От вида еды живот Сяо крикнул: «Ура! Слава хозяину! Еда!» Конечно, животы не разговаривают, но именно так можно было расшифровать утробное урчание его желудка. Сконфузившись, Сяо молча стал есть. Как только Цзи Ло увидел знакомую упитанную фигуру, он испытал удивление. Чтоб не выдать себя, сразу уткнулся в тарелку. Опять Линг Сяо? Что он забыл здесь? Конечно же, поступление в Академию. Талант у него не плох. Узнать его Сяо не мог бы, каким бы уровнем не обладал. Ло сменил внешность заранее с помощью наведенной личины, усредняющей черты лица во что то неприметное. Ло пока не решил, открыватся ли ему перед этим человеком. Тот был добр к нему несколько раз и Ло чувствовал себя обязанным. Однако не хотелось терять свое инкогнито. Пока он не войдет за стену Академии его поджидает опасность. По дороге сюда у него возник конфликт с группой людей. Теперь эти люди могли искать мести, зная его в лицо. А на территории Академии запрещено приносить ученикам вред. Ло таким образом мог скрытся от преследователей на много лет и получить неприкосновенность, если кто то из них так же поступит в Академию. Пока что он окажет дурную услугу благодетелю Сяо, сопровождая его. С одной стороны зала находилась открытая внутренняя терраса. Там располагались столики для особых важных персон. Стояли они не так кучно и посетители там не толпились. Однако, кое кто обратил внимание на поднявшийся в зале шум и был свидетелем выступления маленькой девочки. Пара сияющих, как яркие звезды, глаз под маской выделила фигуру молчаливого юноши и присмотрелась к его новому собеседнику. Губы незнакомца растянулись в довольной улыбке: — Как интересно.- прошептал он, — Похоже, мой приход в Юэньцин не был напрасным. С другой стороны зала, внизу, среди группы красивых парней и девушек, окруживших круглый стол, одна из них не отрывала взгляда от скромного юноши и делала она это задолго до появления глупой малышки. Утонченная девушка за этим столом была глубоко заинтересована Цзи Ло и чувствовала, что на его теле было что-то, что он скрывал… какая тот тайна.