Самый ценный приз

— Дамблдор мурыжил меня Мерлин знает сколько времени! — пожаловался Гарри, вползая в Выручай-комнату. — Я пропустил ужин! — Я заметил, — фыркнул Драко, который на ужин как раз попал и загрузился едой на двоих. Парень восседал на широкой кровати с балдахином, такой, какая стояла у него в спальне в Малфой-мэноре. — Этот старый маразматик, видно, одними лимонными дольками сыт, — хмуро заметил Драко, наблюдая, как Поттер жадно жуёт бутерброды с мясом. Тот поморщился от такой характеристики Дамблдора, но ничего не сказал. До недавнего времени директор вёл себя хоть и чудно, но производил впечатление мудрого человека, у которого всё под контролем. В этом же году Дамблдор постоянно пребывал в раздражении и будто не мог организовать своё время.

***

Драко отправил отцу короткое письмо с приложенным к ним флаконом собственных воспоминаний о произошедшем год назад в Тайной комнате. Воспоминание воспоминания было значительно менее чётким, чем оригинал, но и этого хватило, чтобы лорд Малфой примчался в этот же день, используя камин в личных покоях Снейпа. Драко пересказал всё, что узнал от Поттера о Неназываемом, упомянул нынешнюю ситуацию в Хогвартсе и изъявил обеспокоенность психоэмоциональным здоровьем Мальчика-Который-Чудом-Всё-Ещё-Жив. — Кстати, до второго этапа осталось совсем немного времени, отец, ты нашёл какой-нибудь способ? — поинтересовался Драко, потому как Люциус и Северус не торопились задавать уточняющие вопросы, а сидели в глубочайшей задумчивости. — Да-да, — махнул рукой лорд Малфой, продолжая думать о чём-то своём. — Я заказал жабросли, должны доставить в срок. Ты знал об этом? — обратился лорд к Северусу. Тот покачал головой. — Дамблдор упоминал, что Неназываемый может вернуться, но я был уверен, он делает это только ради того, чтобы шумиха вокруг Золотого Мальчика не утихала. Героический младенец, лбом отбивший Аваду — это одно, а взрослый волшебник с дипломом Хогвартса, победивший Тёмного Лорда — совсем другое. — Но этот Квиррелл ведь был твоим коллегой? И коридор? Директор ведь не сам его сделал? — настаивал Малфой. — Это должна была быть полоса препятствий для проверки героя, — поморщился Снейп, — вроде как в школе спрятан Философский камень и Неназываемый непременно захочет его получить, чтобы возродиться. Но это была просто сказочка, приманка. Я и подумать не мог, что дух Тёмного Лорда действительно находился в школе! — он рывком встал и начал вышагивать от камина к двери и обратно. — А на втором курсе мудак-Локонс затеял свой дуэльный клуб, а повесили его в итоге на меня! Старшекурсники преследовали меня толпой, умоляя хоть чему-нибудь их научить, потому что официальный преподаватель ни на что не был годен. Пришлось совмещать зельеварение и ЗОТИ, а потом ещё экспериментировать с раскаменяющим зельем по древнему рецепту. Со всем этим на слухи об открывшейся Тайной комнате и наследнике Слизерина уже не оставалось времени. Нет, это не может быть правдой! — Снейп решительно остановился. — Я должен проверить Поттера легилименцией, наверняка ему всё приснилось! — А что насчёт дневника и домовика-Добби? — напомнил Драко, обращаясь к отцу. — Да не подкидывал я девчонке-Уизли никаких тетрадей, — пожал плечами лорд, удивлённый тем, как его вообще приплели к этой истории. Он сделал пару замечаний Артуру в книжной лавке и подарил сборной слизерина по квиддичу новые мётлы — только и всего. — Не иначе, сам многоуважаемый директор заподозрил у Поттера любовный интерес и решил сделать герою приманку покрупнее, — предположил он. — И никаких Добби в Малфой-мэноре нет и не было. Может, это Хогвартский домовик? Во всей этой истории было слишком много белых пятен. Итогом многочасовой беседы стало приглашение Поттера в личные покои Снейпа на сеанс легилименции, от которого тот наотрез отказался. — Он ненавидит меня! — воскликнул Поттер, выслушав пересказ Драко и едва удерживаясь от того, чтобы покрутить пальцем у виска. Гарри с трудом верил во вменяемость старшего Малфоя, и расширение заговора на одного ворчливого зельевара чем-то его неуловимо настораживало. — Не больше, чем других студентов, — приподнял плечи Драко, пытаясь разрядить обстановку. — Так он и не изъявляет желания препарировать мозги другим студентам! — не желал сдавать позиции Гарри. Он посмотрел на Драко с подозрением, но тот не торопился выдвигать новые аргументы или волочить его к Снейпу прямо сейчас. — Кстати, у тебя появился реальный шанс без потерь пережить второе состязание, — решил порадовать Гарри Драко, показывая ему книгу, что до этого держал под мышкой. Он открыл её на закладке, протягивая Поттеру. Тот с интересом вчитался в текст. — Значит, жабросли делают человека полутритоном, — резюмировал Гарри, — я буду дышать под водой, не чувствовать холода, к тому же смогу быстро плавать и пользоваться заклинаниями без опасения свалиться от магического истощения! На лицо сама собой вылезла счастливая улыбка. Из-за практики в одновременном использовании головного пузыря, чар утепления и атакующих заклинаний (Гарри небезосновательно опасался, что подводные жители будут мешать участникам выполнить задание), гриффиндорец сильно сдал в школьной программе и нередко отрубался прямо на занятиях. — И ты сможешь их достать? — неверяще уточнил Поттер. Судя по описанию, жабросли были очень редкими и чрезвычайно дорогими. — Само собой, — задрал нос Драко, — отец уже их заказал, должны скоро доставить. Упоминание старшего Малфоя снова вернуло мысли Гарри на неожиданную заинтересованность его персоной мастером зелий. — Я теперь буду опасаться ходить на занятия, — поёжился гриффиндорец, вспоминая сверлящий взгляд чёрных глаз, — надо обзавестись амулетом для защиты от легилименции. Малфой фыркнул. — Северус — мастер-менталист, вряд ли ему помешает висюлька, зачарованная каким-нибудь выпускником. У Поттера сделался какой-то загнанный вид. — Он не полезет тебе в голову силком, — поспешил добавить Драко, взъерошивая растрёпанные волосы парня, — если человек не идёт на это добровольно, велик шанс превратить его мозги в студень. — Он был бы этому рад, — пробухтел Гарри, подвигаясь к Малфою ближе, чтобы тому было удобнее его чесать. — Неужели нет амулетов, защищающих от ментальных атак? — От прямого заклинания — почти нет, — пожал плечами Драко, — таким артефактом, кажется, была Диадема Когтевран. После этих слов произошло две вещи: упомянутая диадема упала Драко прямо в руки, а Гарри схватился за вспыхнувший болью шрам.

***

Гарри Поттер первым прибыл в деревню русалок, но надолго замешкался около «самых ценных людей». Чжоу Чанг, Рон Уизли, Падма Патил и незнакомая Поттеру младшекурсница с длинными светлыми волосами были привязаны за ноги и парили в толще воды, рождая нехорошие ассоциации с ритуалами и жертвоприношениями. Гарри недоуменно замер около шеренги, не зная, кого же ему спасать. Поттер помнил былые заслуги Рона и до некоторого времени надеялся, что парень снова станет тем смелым и преданным другом, которого он когда-то знал. Но после бала Уизли, личная жизнь которого оставляла желать лучшего, начал рьяно поддерживать слухи о слизеринке, с которой якобы встречается Гарри. Причём, сыпал такими откровенными подробностями, будто держал над ними свечку. Слушать об этом было откровенно мерзко, и Поттер, в очередной раз застав его в гостиной с толпой гриффиндорцев, воодушевлённо внимающих каждому слову рыжего болтуна, грубо посоветовал ему закрыть пасть и следить за собой. Это только лишний раз убедило всех, что девушка есть, и они с Поттером наверняка проделывают все те вещи, о которых с таким смаком рассказывал Уизли. Оставшись с Роном наедине, Гарри выразил надежду на то, что тот всё-таки одумается, перестанет распускать слухи и думать о Гарри гадости. — Это зашло слишком далеко, — хмуро говорил Гарри, пытаясь достучаться до воинственно скрестившего руки на груди парня. — Даже если тебе кажется, будто я бросил своё имя в Кубок, это не повод вести себя так. Хватит. Просто хватит, Рон. Но Уизли не сделал из его попыток вести себя, как вменяемые люди, никаких выводов, и Гарри понял, что дружбе конец. Чжоу Поттер некоторое время выделял среди прочих девушек, но после её отказа от приглашения на бал и признания Драко спасать когтевранку тоже было бы как-то странно. Падма Патил была просто сестрой однокурсницы, а четвёртую «жертву» Гарри вообще не знал. Пока он раздумывал, объявился Седрик. Он заклинанием перерезал удерживающую Чжоу верёвку и напомнил Поттеру о времени, не понимая, чего тот мешкает. Следом за хаффлпаффцем приплыл акула-Крам. Увидев быстро приближающуюся оскаленную морду, Поттер едва не швырнул в него оглушающим заклинанием. Участник от Дурмстранга, недолго думая, забрал Падму, и Гарри против воли усмехнулся организации Турнира. Никто не ковырялся в каких-то глубинных привязанностях участников, а «самыми ценными» обозвали тех, кого они приглашали на Святочный бал. Плохо, что среди «жертв» не было Мэнди. Спасать Рона Гарри по-прежнему не хотелось, и он шарахнул «секо» по верёвке светловолосой девочки. Какая, в принципе, разница, кого он выберет? Пусть Флёр вытаскивает рыжего предателя. Оказалось, разница была. Судя по реакции зрителей, все знали, кто кого должен был спасать, и явление Поттера с младшей сестрёнкой Делакур вызвало озадаченные перешёптывания. Очнувшаяся в ледяной воде Габриэль перепугалась и разревелась, и находящаяся на причале Флёр прыгнула в воду, помогая Поттеру вытащить девочку. Она же единственная, казалось, была рада тому, как Гарри выполнил задание. Едва оказавшись на суше, Флёр расцеловала парня в обе щеки, бормоча что-то по-французски. Гермиона не разделяла благодарственных чувств девушки. Она налетела на Гарри, как бешенная кошка. — Где Рон?! — заорала гриффиндорка так, что Поттер выронил очки и палочку. — Ты должен был спасти Рона! Как ты мог оставить его там? — она выхватила палочку, будто хотела заставить Гарри вернуться в озеро под её прицелом. — Экспеллиармус! — Драко забрал у Гермионы палочку и решительно протолкался к эпицентру конфликта, закрывая спиной Гарри. — Окстись, полоумная! — осадил он не находящую слов от возмущения гриффиндорку. — Вытащат твоего любовничка, не стоит так визжать! После этих слов лицо Грейнджер побагровело, и она бросилась на Малфоя с кулаками. Тот, не долго думая, наколдовал щит, в который девушка шарахнулась со всей дури, разбив лоб. — Вот так, значит, да, Гарри? — зло прошипела она, держась за голову. — Мы с Роном для тебя уже пустое место? Променял нас на него?! — она окинула сохраняющего невозмутимость Малфоя ненавидящим взглядом. — Рон назвал меня предателем, даже не потрудившись выслушать, а ты дала понять, что теперь я сам по себе, — возмутился Гарри, становясь рядом с Драко. — И после этого ты считаешь себя вправе предъявлять мне какие-то претензии? В этот момент русалки вытолкнули на поверхность Рона Уизли, и Гермиона потеряла к Гарри интерес. — Палочку даже не забрала, — недоуменно пожал плечом Драко и уронил деревяшку на землю. — Ну, раз ей не надо, то мне — тем более, — он обернулся к трясущемуся Гарри и торопливо бросил в него согревающие чары. — Спасибо, — тот вздохнул с облегчением. — Что-то фигово мне после этой трансформации. Вроде магией почти и не пользовался, а ощущения такие, будто дрался с троллем. Драко призвал ещё одно полотенце и заботливо набросил его на плечи гриффиндорца. Судьи очень долго спорили, кому какое количество баллов присвоить, и в конце концов Гарри Поттер оказался на четвёртом месте. Флёр начала было протестовать — она вообще сошла с дистанции, не добравшись до деревни русалок, а Гарри всё же выполнил задание. Но мадам Максим быстро угомонила свою студентку, и та ушла вместе с другими девочками из Шармбатона, бросая на гриффиндорца виноватые взгляды. Дамблдор же изъявил желание незамедлительно увидеть Поттера у себя в кабинете. — Дайте же ему переодеться! — возмутился Малфой. Директор посмотрел на него так, будто это было в порядке вещей — заставлять студента брести через весь замок в мокрых плавках и босиком. — Хорошо, Гарри, переодевайся, и сразу — в мой кабинет, — сурово велел Дамблдор, после чего переключил своё внимание на чем-то недовольного Каркарова.

***

— Он не дал мне пароль от кабинета! — всплеснул руками Гарри, утолив голод. — Я почти час проторчал под каменной горгульей. Думал уже, что стоит пойти на ужин и зайти к директору после, но тут он вылетел из башни так, будто в его кабинете материализовался Пушок.

***

— Что ты здесь делаешь, Гарри? — возмутился директор и брезгливо поморщился, услышав о проблеме с паролем. Видимо, гриффиндорец должен был узнать его телепатически. — Я обеспокоен твоим поведением, Гарри, — протянул директор, садясь за стол и указывая парню на кресло. В этот момент он стал похож на привычного директора, мудрого и понимающего, но после того, как тот таскал его за воротник, Гарри не мог относиться к нему, как раньше. — Почему ты решил спасать студентку Шармбатона, а не Хогвартса? — спросил Дамблдор с лёгким осуждением в голосе. — Цель Турнира — международное магическое сотрудничество, — без запинки оттарабанил Гарри. Гермиона столько раз повторяла эту фразу, что она была на слуху у всего факультета. — Время уже заканчивалось, а Габриэль была младше остальных, и я опасался, как бы она не пострадала, — вдохновенно вещал Поттер, потому как решил, что если скажет директору, что спас бы кого угодно, кроме Рона, это его не обрадует. Наверняка пожилому волшебнику их ссоры показались бы детскими шалостями. — Неужели эти мысли не посещали тебя в отношении лучшего друга? — удивился директор. — Рон, — Поттер запнулся, подыскивая синоним к слову «мудак», — изменился. Директор поднял брови, намекая пояснить. — Он не верит, что я не бросал своё имя в Кубок, грубит и распускает обо мне сплетни, — сухо перечислил Гарри, — думаю, наша дружба стала для него в тягость. — Мальчик мой, — Дамблдор лукаво прищурился, — сейчас вы находитесь в таком возрасте, когда трудно отличить правое от неважного. Я уверен, что Рональд по-прежнему ценит тебя, ты говорил с ним об этом? — Я пытался, но он засыпал меня обвинениями, — пожал плечами Гарри, не вдаваясь в подробности. — Ты ведь знаешь, мой мальчик, что старые друзья лучше новых? — спросил Дамблдор так, что сразу стало понятно, он не одобряет общения с Малфоем. Гарри промолчал. — Тебе стоит извиниться перед Роном, — со знанием дела посоветовал директор. Парень подавил желание смахнуть многочисленные магические приборы со стола Дамблдора. — Вы считаете, что это я в чём-то перед ним виноват? — Это неважно, — усмехнулся пожилой волшебник. — Иногда стоит сделать шаг навстречу, даже если неправ кто-то другой. Гарри молчал, и Дамблдор продолжил. — Подумай о том, что есть у тебя и чего нет у Рона. Ты богат и знаменит, а Рон всю жизнь находится в тени старших братьев. Он просто позавидовал, и ты должен пойти навстречу. Проявить понимание. Гарри сжал челюсти и стиснул кулаки. Бедняжка-Рон — у него такая большая семья! Поттер сейчас же побежит в Гринготтс и выгребет из сейфа всё состояние покойных родителей, чтобы он почувствовал себя лучше. — Ладно, — буркнул Гарри, не желая продолжать этот разговор, — я проявлю. — Вот и славно, мой мальчик, — довольно протянул Дамблдор. — Я могу идти? — вздохнул Гарри, делая вид, что сейчас вырубится от усталости. — Соревнование было не из лёгких, а мне ещё эссе по чарам писать. — Конечно-конечно, — махнул рукой директор, — иди.

***

— Я подозревал, что он с прибабахом, ещё с того момента, как нас отправили ночью в Запретный лес на первом курсе, — проворчал Малфой. — И нет, Гарри, поступать так ненормально. — Скажи ещё, что правильно было бы казнить Клювокрыла, — не согласился с ним гриффиндорец. — Нет, — протянул Драко, — скотина в некомпетентности преподавателя не виновата. Он выделил слово «преподаватель» так, будто сомневался, что этот термин применим к Хагриду. — Почему тогда твой отец этого добивался? — нахмурился Поттер. Драко удивлённо округлил глаза. — Он добивался того, чтобы для занятий по уходу за магическими существами наняли квалифицированного преподавателя, а Дамблдору больше никогда не доверяли подбор кадров, — пояснил он. — Хагрид — хороший человек, — пробормотал Гарри, — ты не знаешь, что он пережил. — Так расскажи мне, — Драко склонил голову набок, — и если ты заметил, я не критикую его личные качества, только его манеру преподавания. Вспомни, какую жуть он демонстрировал нам на занятиях! Это ведь надо додуматься, скрестить мантикору с огненным крабом! — Хагрид учился в Хогвартсе пятьдесят лет назад, — проговорил Гарри, — тогда же Неназываемый впервые открыл Тайную комнату, и Плакса Миртл погибла от взгляда василиска. Но во всём обвинили Хагрида — он держал в сундуке акромантула. — Типичный Хагрид, — Малфой всплеснул руками, но тут же посерьёзнел. — Хагрида исключили, а его палочку сломали, — продолжал Гарри. — Дамблдор помог ему, позволил остаться в школе. Малфой покачал головой. — Как можно было перепутать смерть от укуса акромантула и от взгляда василиска? — недоуменно вопросил он. Гарри замолчал. А ведь действительно, как? В воспоминании Тома Реддла тело Миртл, хоть и прикрытое простынёй, было целым. Даже если кто-то посчитал укусом какой-нибудь синяк, ведь должны же её были проверить на наличие яда? — Понятно всё, — буркнул Малфой. — Вместо того, чтобы оправдать Хагрида официально, добрый директор оказал ему величайшую услугу, взяв на копеечную должность, чтобы тот чувствовал себя обязанным ему по гроб. Гарри открыл рот, но не нашёл что сказать. Дамблдор был первым взрослым, который проявлял к нему заботу, и гриффиндорец чувствовал к нему какую-то сыновью привязанность. Однако факты говорили сами за себя. Похоже, Дамблдор вёл какую-то свою игру, поддерживая Гарри настолько, насколько требовалось, чтобы тот поступал в соответствии с его ожиданиями. Но принять это было больно. — К Клювокрылу ты сам полез, — фыркнул Гарри, меняя тему, — и нечего винить Хагрида! — Так на тебя же хотел впечатление произвести! — засмеялся Малфой. — Думаю, сейчас я этого гиппогрифа уложу одной левой, и Гарри ахнет! — Да ладно тебе, — Поттер пихнул его локтем. — Что-то причитал ты потом не очень героически. — Это был запасной план, — Драко возвёл указательный палец, — доблестный гриффиндорец у постели умирающего, — он полюбовался на озадаченное лицо Поттера и возмущённо добавил, — а ты даже в лазарет не зашёл! И после ни разу не справился о моём самочувствии, хотя я очень громко жаловался всем на своё плачевное состояние! — Ты серьёзно? — уточнил Гарри без улыбки. — Уже тогда? — Бери выше, — фыркнул Малфой. — Ещё с первого курса. — Да ну, — не поверил парень. — Ну, да, — Драко подпёр голову рукой, — не поверишь, как я хотел проклясть Уизли, когда ты отказался со мной дружить. Малфой был готов к тому, что Гарри снова не поверит, но тот вдруг нежно тронул его лицо кончиками пальцев. А потом поцеловал. Тоже аккуратно, будто Драко мог рассыпаться. Малфой собирался объяснить, что хотел привлечь внимание гриффиндорца любым возможным способом, что занял место соперника, раз дружба ему не светила, что ему тоже было жаль Клювокрыла, что он рассказал Макгонагалл о драконе на первом курсе, испугавшись за жизнь Гарри. Но тот, похоже, и сам всё понял.