Расколотый Дар

Меана с грустью смотрела, как по цветным стеклышкам оконного переплета сбегают струйки дождевой воды. Как резко все переменилось в ее жизни! Чуть больше недели назад она жила безмятежно и не представляла себе другой жизни, и мир вокруг был таким незыблемым… Даже в голову не приходило, что эта прежняя жизнь сродни мыльному пузырю. Миг – и нет ее… Всего неделя, меньше дюжины дней! А кажется – вечность прошла… Больше всего угнетала необратимость событий. Если ты поссорился с другом, всегда есть шанс примириться и начать все сначала. Если ты потерял близкого человека – что ж, там, куда он ушел, вы однажды окажетесь оба и встретитесь снова – теперь уже навечно. А если верить некоторым учениям других народов, то после смерти будет другая жизнь, и те, кто был близок друг другу в прежнем существовании, неизбежно встретятся снова. Это было большим утешением для Меаны после смерти матери. Но то, что с ней случилось, исправить было уже невозможно. Это как потерять руку – новая уже не вырастет. А тут не руку отняли – душу… Она скучала по своему городку, по его извилистым улочкам, по тротуарам из тяжелых плах каменного дуба, по вишням, которые весной свешивали через заборы белоснежную душистую пену цветов, а летом – отягощенные пыльным багрянцем ягод ветки, словно выкрашенные блестящим красновато-коричневым лаком… Но пути туда больше нет. Даже если случится невозможное, и молва, так незаслуженно, так больно облившая ее грязью, вдруг забудется, а князь простит ей гибель сына, даже после этого вернуться будет уже нельзя. Потому что на ней оказалось клеймо Дара, о котором она не просила. Потому что она – Одаренная. Потому что Одаренные не должны жить среди простых смертных, чтобы суетные помыслы не отвлекали от главного. Место Владычицы – в Цитадели… И потому еще, что до сих пор по ночам ей снятся те мутные сны, и она кричит во сне от безысходной тоски, а потом долго всхлипывает, успокаиваясь, и верный Кром скулит тихонько и виновато, и лижет худенькие руки, вцепившиеся в густую шерсть… Раньше ей снились совсем другие сны. Но к ним тоже нет возврата… В дверь тихонько постучали. Девушка невольно вздрогнула, но тут же успокоилась: обострившееся чутье подсказало ей, что за дверью – женщина. - Не заперто, - Меана отошла от окна. В комнату скользнула тоненькая фигурка. Лицо вошедшей не было знакомо Меане, но вот ее огонек – знаком: она была одной из тех, кого девушка позвала на помощь. - Госпожа… - Зови меня сестра Лер, милая, - ласково улыбнулась Владычица. – Ты одна из нас, а между нами нет господ. Как ты себя чувствуешь? Я целительница… - Я знаю, - невольно вырвалось у Меаны. – И еще… вы Владычица Сердец. - Верно. Как ты догадалась? – с любопытством спросила гостья, присаживаясь на скамью напротив Меаны. - Я просто… вижу, - смутилась девушка. – Не знаю, как у меня получается. - Забавно… А что ты для этого делаешь? Или все выходит само собой? - Ну… не знаю. Я просто смотрю и… вижу. - А если тебе говорят неправду, ты тоже видишь? – тут же оживилась Владычица. – Даже если очень убедительно врут? Ее любопытство было столь искренним, что Меана чуть было не заподозрила свою посетительницу в каком-то тайном умысле. Но нет, это было и впрямь простое любопытство. Так она сама обрадовалась бы какой-нибудь интересной книге… Меана кивнула. - Так я и думала! – Владычица только что в ладоши не захлопала от восторга. – Милая девочка, если б ты только сама знала, какое ты чудо природы! Цитадель сидит как на иголках с тех пор, как мы тебя нашли! Нет, чуть раньше. С тех пор, как ты нашла нас. Личико Меаны исказилось страданием. - Если б только можно было от этого избавиться! – вырвалось у нее. – Чего бы я не отдала за то, чтобы все стало как прежде! Владычица Лер пересела к ней, взяла за руки, заглядывая в глаза с живейшим сочувствием. - Маленькая моя, но это ведь невозможно… Я понимаю тебя, милая, ты не первая и не последняя из тех, кто вовсе не рад собственному Дару. Но что поделать, если именно тебе выпало родиться с ним? Это как цвет глаз – выбрать нельзя… Ты сильная девочка, ты обязательно справишься. Подумай о том, как много пользы ты теперь сможешь принести людям! Пройдя обучение, ты станешь и для них, и для нас незаменимой. У тебя наверняка есть дар целителя, если уже сейчас так сильно развита эмпатия, эти две вещи обычно сопутствуют друг другу. Если заболеет или попадет в беду кто-то из твоих близких, ты сможешь им помочь. Ты никогда не будешь клясть себя и судьбу за бессилие хоть что-то изменить в случившемся… - Я уже не могу хоть что-то изменить в моей собственной судьбе, - тихо отозвалась Меана. – От меня уже ничего не зависит… - Еще как зависит! – энергично встряхнула кудрями Владычица. – У тебя есть шикарный выбор: кукситься и тратить драгоценное время на жалость к себе, или же принять все происходящее как данность и извлечь из всего максимальную выгоду. Это как в торговых делах твоего отца, - подмигнула она девочке. – Он мог плакать над своим рухнувшим делом до конца жизни. Но вместо этого принял наше приглашение – и теперь он один из управляющих нашими торговыми делами. Быть купцом средней руки в провинциальном городке – или весьма значительным человеком в стране, есть разница, а? - А почему… почему вы его пригласили? Ведь вы же не приглашаете родителей всех детей, которых находите. - Потому что Цитадель в долгу перед вами, - серьезно сказала Владычица. – Не каждого из детей находят при попытке зачарования. Глава Гильдии Магов, Мастер Морн, настоял на том, чтобы причиненный вам вред был возмещен. Мы не возражали. - Все так изменилось… - прошептала Меана. - Ничего не изменилось! – Владычица сжала руки Меаны в своих маленьких, но удивительно сильных ладонях. – Совершенно ничего, понимаешь?! С тобой не случилось ничего сверх того, что уже было или обязательно было бы в самом ближайшем будущем! Ты не приобрела Дар – он у тебя был всегда, просто ты ничего об этом не знала. И в этом с тобой не произошло никаких изменений. Теперь ты знаешь о себе немного больше – только и всего. Стоит ли отчаиваться из-за этого? Ты покинула родной дом – что ж, это повод для печали. Но ведь рано или поздно тебе все равно пришлось бы это сделать. Ты бы вышла замуж и уехала навсегда, это неизбежно. Насколько я знаю, в вашем сословии обычно заключают браки в своем кругу, и, скорее всего, тебе пришлось бы уехать в другой город или даже в другую страну. А теперь отец будет рядом с тобой всегда, и если даже вам придется расстаться, ты всегда сможешь вернуться к нему, где бы ни была, как только позволят обстоятельства. Так что теперь ты даже в лучшем положении, чем, скажем, при замужестве! Меана невольно улыбнулась, поддавшись оптимизму и очарованию этой миниатюрной женщины – того и другого в той хватило бы с лихвой на дюжину других. Впрочем, улыбка тут же увяла. - А теперь мне вообще не придется выйти замуж, - тихо сказала девушка. - Что?! Кто сказал тебе такую глупость?! - Но ведь Владыки всегда так заняты, - удивилась Меана. – Где им взять время на детей? И как им жить вместе? Мужу и жене всегда есть из-за чего поссориться, и порой даже соседям становится не по себе из-за этих ссор. А если ссорятся Владыки? Я, наверное, что-то не то говорю, да? Владычица с искренним недоумением смотрела на Меану. - Хорошее же у тебя сложилось представление о семейной жизни, - только и смогла сказать она. – Ничего подобного. Владыки очень тонко чувствуют друг друга, и если у нас бывают разногласия, мы всегда готовы решить все без ссор. Мы ведь взрослые люди, не так ли? А уж что касается детей… Это так о нас думают простые люди? - Ну… да, - кивнула Меана. – Я никогда не слышала, чтобы кто-то из Владык женился или вышел замуж, или родил ребенка… - Пожалуй, мне есть чем тебя удивить! – вдруг обрадовалась Владычица. – А ну-ка, пойдем со мной! Подхватив растерявшуюся девушку под руку, она устремилась к двери. Кром потрусил за ними, поводя носом на новые, непривычные запахи. Крытыми переходами они добрались до западной части сада, где располагался Круг Огня. Там находился домик Владычицы Лер. Следом за хозяйкой Меана перешагнула порог и оказалась в уютно обставленной, чистенькой комнатке. У самого окна в кресле с высокой спинкой читал Владыка со следами легкой одутловатости на лице. Он аккуратно положил книгу на подоконник, поднялся и приветствовал Меану как старую знакомую. Девушка было напряглась, но тут же узнала в мужчине того Владыку, который пришел за Кромом к колдуну. Этого мужчину она готова была терпеть возле себя. - Эйта, мы тихонько, - сказала Владычица Лер и на цыпочках пробежала в дальний конец комнаты, к изящной винтовой лесенке в углу. Удивленная девушка последовала за ней. Кром сунулся было следом, но посмотрел на Владыку, подумал и улегся у двери. В этом доме он не чувствовал угрозы. Наверху Меана увидела сплошь застланную мягким ковром комнату. Никакой мебели в ней не было, кроме маленькой кроватки под полупрозрачной занавеской. Владычица Лер подошла к ней, приложила палец к губам и поманила к себе девушку. Меана заглянула в кроватку и тихонько ахнула. На большой подушке спала девочка, месяцев двух-трех от роду. Закинув вверх ручки с крохотными, плотно сжатыми кулачками, она улыбалась во сне той неясной, блуждающей улыбкой, какую можно увидеть только у таких маленьких детей, и от которой губы у взрослых невольно растягиваются в ответной улыбке. Полюбовавшись на кроху, Владычица Лер кивнула Меане и позвала ее вниз. Присев на скамью у окна, девушка с интересом уставилась на хозяйку. Владычица не заставила ее долго страдать от неудовлетворенного любопытства. - Это Лири, наша дочь, - пояснила она. - Ваша? – удивлению Меаны не было предела. - Конечно. Моя и Эйты. Видишь ли, Эйта – мой муж. Мы поженились уже пять лет тому назад. Лири – наш первенец. Правда, она красавица? - Она просто чудо! – вырвалось у Меаны. – Но… а как же… - О чем, собственно, речь, дамы? – Владыка Эйта в некотором недоумении смотрел на них из своего кресла. - Девочка решила, что попала в монастырь! – прыснула Владычица. – Представляешь, Эйта?! Она искренне считала, что теперь ей никогда не суждено выйти замуж и родить детей! - Что, серьезно?! – поразился Владыка. - Более чем… Мы просто не придаем этому такого значения, милая, - повернулась Владычица Лер к Меане. – Если мы создаем семью, то это только наше дело. Никаких пышных праздников и шествий, глашатаев на каждом перекрестке… Поэтому, наверное, и считают, что семейная жизнь – не для Владык. Но мы все-таки люди! Нам тоже хочется домашнего уюта, любви, тепла… и детей, конечно! - А как же вы искали меня – когда у вас такой маленький ребенок?! - А для чего тогда все остальные? – искренне удивился Владыка Эйта. – Любой из нас всегда готов посидеть с малышом, пока родители заняты. Не понимаю… - Кажется, я понимаю, - задумчиво сказала Владычица. – Если женщина родила ребенка, в ее жизни не остается места ничему другому. Так, Меана? Девушка смущенно кивнула. - У нас это не так. Рождение ребенка – это радость, а не каторга. Я безумно люблю Лири, но это не мешает мне заниматься всем остальным. И если ты однажды полюбишь кого-то и выйдешь за него замуж, а потом родишь малыша, это вовсе не будет помехой ни для твоего обучения, ни для твоей работы. Хотя если ты решишь на какое-то время посвятить ему всю себя, никто не станет отрывать тебя от ребенка. Понимаешь? Меана снова кивнула, теперь более уверенно. - Вот и прекрасно. Поговорим здесь или вернемся к тебе? - А… можно? - Что? – удивился Владыка Эйта. – Здесь остаться? Да сколько угодно! Кстати, меня в беседу примут? Я любопытный! Меана слегка покраснела. Ей не приходилось раньше на равных разговаривать с взрослыми, и она чувствовала себя немного неловко. А уж с Владыками… В ее воображении Владыки были совершенно непостижимыми существами, все свое время посвятившими управлению магическими Силами и стихиями мира за неприступными стенами грозной Цитадели, с какими-то им одним понятными заботами … А представлявшаяся ей мрачной и страшной твердыней Цитадель оказалась вовсе не крепостью. Небольшой городок, чуть поменьше ее родного. Огромные сады – место для отдыха и практических занятий. Маленькие уютные домики. Крытые переходы между Залами и Кругами – на случай дождя. И совершенно неожиданный домашний халат, тапочки на босу ногу и кресло – вместо мантии, зачарованных предметов и шаров из обсидиана и оникса. Да еще и ребенок… Создатель, может, Владычица Лер и пеленки сама стирает?! Похоже на то – никакой прислуги в Цитадели Меана по сей день не заметила. У нее сладко заныло сердце. Она не особо рвалась замуж, отлично понимая, что после замужества вся ее вольница кончится раз и навсегда. Но вот дети… У тех подруг, в чьих семьях появлялись маленькие братья и сестры, Меана особенно любила бывать и охотно нянчилась с малышами. Когда крохотный теплый комочек в ее ладонях начинал изо всех сил сучить ножками и смеяться, она испытывала ни с чем не сравнимое удовольствие. А запах?! С чем можно сравнить этот чудный, теплый, завораживающий запах маленького ребенка? Другого такого в мире просто нет. Особенно вкусно пахнет макушечка, и Меана никогда не могла удержаться и не чмокнуть младенца в самую маковку. Надо сказать, младенцам это было очень по душе… Замечтавшаяся девушка не заметила, как Владыки обменялись понимающими взглядами – для них маленькое сердечко Меаны было сейчас как раскрытая книга. Мир, в котором она жила, рухнул, и девушка осталась в пустоте, растерянная, напуганная, ничего не понимающая, не знающая, как жить дальше и для чего жить. Ей нужно было дать опору, на которой она выстроит собственный мир. Интуиция не подвела Владычицу Сердец – сегодня Меана эту опору получила. - Что теперь со мной будет? – неожиданно спросила девушка. – Что я должна буду делать? Владыки снова переглянулись. Это был уже дельный вопрос, а не лепет перепуганного ребенка. - Пока ничего особенного. Для начала нужно будет провести обряд распознания, чтобы точно знать, к какому из Даров ты наиболее склонна. - К какому из… - Меана поперхнулась. – А как это может быть?! - Чтоб я сам это знал! – Владыка Эйта воздел руки в шутливом негодовании. – Ты у кого спрашиваешь, милая? Разве это я наградил тебя всеми Дарами оптом? - Как… всеми? – растерялась Меана. - Так вот и всеми, - пожал плечами Владыка. – Лично у меня были сомнения насчет одного… но теперь я думаю, что есть все пять. - О чем ты? – удивилась Владычица. - Владыка Мечей, - пояснил он. – Сама понимаешь, ни в каких сражениях она не участвовала, но вот то, как быстро и легко перешла от беспросветного отчаяния к дельному разговору… Это все-таки качество боевого мага, и весь Совет меня не разубедит. Ну, и если уж так случилось, что четыре Дара есть наверняка, то почему бы не быть пятому? - Возможно. Обряд покажет точно. Но я все-таки полагаю, что какой-то один окажется доминирующим. Хотя может оказаться и так, что Дар все-таки один, а остальные – отблески Дара. Так бывает. - Ничего подобного! – живо возразил Владыка. – Отблески бывают у неодаренных, долгое время подвергавшихся воздействию Дара. Но где ты видела отблеск, который позволяет порвать сеть? Или влезть в магический круг? А, кроме того, Дар и его отблеск просто не могут соседствовать в одном человеке. Или Дар, или отблеск. Третьего не дано. Во всяком случае, истории такие примеры не известны. - Примеры множественного Дара ей тоже не известны, - откликнулась Владычица. – Но не будем забегать вперед. Обряд все расставит по местам. - А если… если все окажутся… ну, одинаковыми? – подала голос Меана. - По силе, ты имеешь в виду? – уточнил Владыка. – Пустяки. Что-нибудь придумаем. - Ну, например, будем уделять каждой из разновидностей один из дней недели, - предположила Владычица. – Можно, конечно, изучать и развивать каждый в отдельности, один за другим, но, пожалуй, в комплексе это будет выгоднее. - А когда это можно сделать? – робко спросила Меана. - Да хоть завтра! – Владычица даже руками всплеснула. – Благо далеко ходить не надо. Мы все-таки в Цитадели живем, нам Мастеров не приглашать. Гильдия в соседнем Зале. Услышав про Мастеров, Меана чуть не завопила от ужаса. - Мастера?! Ни за что! - Тссссс… Малышку разбудишь, - Владычица Лер присела на корточки перед Меаной, заглядывая ей в глаза. – Я все понимаю, но… скажи мне, если рыжий человек обидел тебя, будешь ли ты считать всех рыжих отъявленными мерзавцами? Ведь нет? Меана медленно покачала головой. Упоминание о девочке отрезвило ее, теперь она постепенно приходила в себя. - Так и с Мастерами. Да, один из них принес тебе много горя. Но это вовсе не значит, что они поголовно дурные люди. Уверяю тебя, они как никто другой, кроме разве тебя и твоего отца, сожалеют о случившемся. Они очень хотят исправить причиненное тебе зло. Если бы тот Мастер остался в живых, будь уверена, его бы очень сурово наказали. Я думаю даже, что он легко отделался, погибнув на месте. Меана поежилась. - Крому за это ничего не будет? - Крому?! – у Владыки поползли вверх брови. Такого неподдельного изумления Меана еще ни на одном лице не видела. - А при чем тут Кром? – растерялась и Владычица. - Ну… я имею в виду – за того… колдуна и молодого человека. - А почему ему что-то должно быть? - Минутку, - вмешался Владыка. – Так тебе ничего не сказали? - Н-нет. - Я все ломал голову – зачем ты свечу задула? – задумчиво сказал Владыка Эйта. – Теперь, кажется, понял. Ты не хотела, чтобы кто-то видел, как Кром их убивает? Чтобы можно было сослаться на то, что в темноте ничего нельзя было разглядеть, а потому и невозможно было бы обвинить собаку в убийстве? Так? - Нет, - созналась Меана. – Я просто не хотела сама это видеть. - Ну, так можешь успокоиться, - засмеялась Владычица. – Эйта свидетель – твой Кром на них даже ногу не задрал. Он только свалил подсвечник с погасшей свечой и тут же убежал. Остальное сделали демоны. - Это правда?! У Меаны словно гора с плеч свалилась. - А кто меня нынче уверял, что чует ложь? – улыбнулась Владычица, и тут же снова стала серьезной. – Не бойся Мастеров, милая. Они очень достойные люди. Рано или поздно тебе все равно придется иметь с ними дело, и ты убедишься, что боялась зря. Владыка Эйта, все так же задумчиво глядевший на девушку, вдруг поднялся из кресла, подошел к ним и сел рядом с Меаной на скамью. - Девочка моя, - сказал он, - а ты ведь не Мастеров боишься. И не мужчин. И даже не себя… Циэль совсем, видимо, ослепла… Меана растерялась и промолчала, ожидая продолжения. - Я сел рядом с тобой. Я мужчина. И ты не вскакиваешь с криком, не убегаешь, не падаешь в обморок. И дело вовсе не в том, что я из числа тех, кто тебя спасал, и не в доверии, которое ты ко мне испытываешь. Для женщины, которая действительно боится мужчин, между ними нет разницы. Будь он хоть сотню раз ее благодетелем – она будет бояться его точно так же, как обидчика. Я так понял со слов Лер, что ты – эмпат и чувствуешь ложь. Меана молча кивнула. - Будучи эмпатом, ты не можешь не чувствовать, как к тебе относятся окружающие тебя люди. Меана залилась густым румянцем. - Это правда! – прошептала она, пряча взгляд. – Когда я видела того человека… сына лорда, он так на меня смотрел… мне каждый раз хотелось вымыться с головы до ног! Ужасно… Владыки переглянулись. - Так я и думал. Сейчас я, мужчина, сижу рядом с тобой. Но ты совершенно спокойна. Ты не просто думаешь, что я для тебя абсолютно не опасен – ты это ЗНАЕШЬ! Точно так же ты можешь знать это о любом из мужчин. Но продолжаешь от них шарахаться. Почему? Я не выпытываю у тебя ответ – ты его сама не знаешь. Но постарайся поразмышлять об этом и найти его. Для тебя это важно. Меана молча кивнула. - Теперь о Мастерах. Меана, они только люди. Мужчины. Такие же, как и все. И точно так же о любом из них ты можешь судить, опасны они или нет – для тебя лично или для общества в целом. И бояться их только потому, что они владеют Высоким Искусством, бессмысленно. Ну и что, если они Мастера? Ты-то тоже не погулять вышла. Что пользы было Мастеру изощряться и создавать непроницаемый для Владык круг? Ты орех дольше бы грызла. И если бы не боялась так сильно, наверняка еще и оплеух ему надавала – если бы успела раньше демонов. Меана невольно улыбнулась. - Так что тебя пугает на самом деле? На самом деле, девочка? Поищи это. Назови свой страх по имени. И он потеряет над тобой власть. Я бы посоветовал тебе провести обряд безотлагательно. Ты уже задумалась над моими словами. Ты посмотришь на Мастеров, ты увидишь, какие они, и твое чутье все тебе о них расскажет. Ты перестанешь их бояться, потому что бояться-то в сущности нечего. - Есть! – вырвалось у Меаны. – Мне есть чего бояться! Владычица Лер подалась было к девушке – ободрить, утешить, и тут же замерла. Нет, это был уже не просто страх. Меана нашла то, о чем говорил ей Владыка. Теперь – только дать выговориться, не спугнуть… - Эти сны, - лихорадочно заговорила девушка. – Мне раньше снилось только прекрасное – белые города на вершинах холмов, похожие на застывшие облака, мне снились леса и горы, где живут мудрые звери – они говорили со мной! Даже когда мне приснился дракон – он со мной говорил, и смеялся, и называл маленькой сестрой. Я летала с ним рядом! Я до сих пор помню кончиками пальцев, как по ним скользит ветер… Я никогда не боялась ночи. В этих городах я была как дома, я могла войти в любую дверь, и меня принимали как родную. Там было так хорошо! А теперь? Мне снится только тьма! Там, в этой комнате, я видела душу колдуна – там была тьма! Даже демоны были не так черны, как она… И эта тьма была живая. Она радовалась тому, что меня не станет! Я никому не причиняла зла, но меня все равно обрекли на смерть, только потому, что мужчина меня захотел и не смог получить! Я понимаю, что меня не убили бы по-настоящему, мое тело осталось бы жить, но моей души не стало бы, а что это как не смерть? Меня уже почти нет! Все, что было во мне хорошего – все сгорело с этой свечой. Теперь во мне только такая же тьма. И то, что мне снится… это ужасно. Там, во сне, я вхожу в пустой темный зал, где только статуи в нишах. И все они – мужчины! Они говорят со мной… приказывают мне, и я повинуюсь! Я творю зло – и радуюсь этому, радуюсь, понимаете?! И я не могу это остановить! И сделал это со мной мужчина и Мастер! Я не хочу, не должна учиться! Если я сделала то, что не под силу даже Владыкам, значит, я уже сейчас сильнее многих из вас. А если меня научат, как правильно пользоваться моим Даром – что будет тогда? Сможете ли вы меня остановить, когда меня во мне не останется совсем?! - Вот оно что… Так что ж ты молчала, глупенькая? Столько страданий из-за такого пустяка… Глаза Меаны широко распахнулись. То, что так ее угнетало – пустяк? Значит, от этого очень просто можно избавиться? - Как это сделать? – почти потребовала она. – Как убрать из моей души эту мерзость? - Очень легко, - пожал плечами Владыка. – Обряд, Меана. Когда проводится обряд, ты встаешь лицом к лицу со своей сутью. Ты узнаешь о себе все. И то, что является твоей подлинной сутью, остается с тобой навсегда. А то, что наносное, ненужное, ложное – оно уйдет без возврата. То, что так тебя страшит, на самом деле не твое. Это как отсвет огня, понимаешь? Он может пугать, но опалить не может. Лер говорила об отсветах Дара. То, что в тебе поселилось, тоже отсвет, только другой. И он уйдет, потому что не является твоей сутью. - Но в предыдущие две ночи я колдуна не видела! А во мне все равно было что-то, что отзывалось этим снам! - И ты думаешь, это то же самое? - Не знаю… - растерялась Меана. – А что это тогда? - Темная сторона души, девочка. Она есть в каждом. Возьми вот нас, например. Мы – Владыки. Мы по определению должны быть очень осмотрительны в применении своего Дара, честны насколько это возможно, добры – далее весь список человеческих добродетелей по пунктам. Но попробуй обидеть нашего ребенка! Сотрем с лица земли, и откуда только что возьмется! Тут и гнев всплывет, и ненависть, и жажда убийства… далее тоже по списку. Понимаешь? Нет в человеке ничего такого, у чего не оказалось бы оборотной, темной стороны. Где любовь – там с изнанки ненависть, где смех – там и слезы. Я, кажется, понял, что затеял тот Мастер – он выворачивал твою душу наизнанку, поднимая на поверхность то темное, что в ней было. - За ребенка я и сама кого угодно… - сердито пробурчала, успокаиваясь, Меана. – Даже и не за своего. - Тут вы с Кромом солидарны, - хмыкнул Владыка. – Он тоже своего бывшего… за ребенка. - Что, правда?! - А ты не знала? - Мне не говорили… - Экие все неразговорчивые… Ладно, так что с обрядом? Пойдешь к Мастерам? Один из них тебе напакостил – ну, так другие это исправят. - Пойду, наверное, - задумчиво сказала Меана. – А без них – никак? Ну, я имею в виду – Владыки это сделать не могут? - Владыки не могут, - развел руками Владыка Эйта. – К сожалению или к счастью, но только человек, Даром не обладающий, может показать Одаренному его самого, не привнеся ничего своего. Мы вот с Лер пять лет вместе – и посмотри, до чего дело дошло! Я тут за Владычицу Сердец распинаюсь, ковыряюсь в твоем сердечке по живому, а она только молчит и размышляет – ну, в точности Владыка Снов! Это уже давно заметили – если двое или больше Владык работают в связке, их Дары дополняют друг друга, усиливая и усиливаясь, и как бы сливаются со временем. Так получается боевая Звезда. Ну, может быть, со временем ты одна такую Звезду сможешь заменить. Поживем – увидим. Меана тихонько прыснула. - Тот дракон, который во сне, - пояснила она озадаченным Владыкам. – Он говорил: пожуем – увидим… - Так что насчет обряда? – Владычица Лер испытующе посмотрела на Меану. – Когда ты его пройдешь? Девушка замялась на миг, но решительно ответила: - Как можно скорее!