Что может быть лучше взаимной ненависти...

Омега сопел в постели Чона, одетый и укутанный в его же одеяло. Сам альфа спокойно себе готовил ужин на кухне, болтая по телефону с Джуном. — Я не знаю, когда ему станет лучше, надеюсь, ты меня понимаешь, Джун. Я не могу. — Да, понимаю... Завтра можешь остаться дома, я один побуду. Вечером набери, решим, брать тебе отпуск, или обойдется без этого. — Да, хорошо. Спасибо, хен. До встречи. — Мужчина убирает телефон на обеденный стол и достает пачку чая с бергамотом, смотря на нее пару минут. — Чи,— альфа тихо заходит в спальню и присаживается на колени перед кроватью, держа в руках ту самую пачку. — Вот так я пахну. — Тянет тому. Омега кое-как открывает свои глаза, пытаясь вообще понять, что с ним происходит, и где он. Вокруг все та же обстановка, но внутри что-то не то. Картинки вчерашнего дня мелькают перед глазами. — Что это? — омежка очень аккуратно берет в руки пакет с чаем, поднося к своему носу, чтобы вдохнуть полной грудью приятный аромат, перемешанный с нотками черного чая. Чимин не большой любитель чая, но этот аромат ему явно нравится. — Вкусно. — Это бергамот, Чимин. Вот, как я пахну. Специально только себя назвал. Не хочет, чтобы Пак даже думал о ком-то другом. — Держи аккуратно, не рассыпь. — Он тоже так пахнет? — Чимин поднимает свои глаза на альфу, задавая немой вопрос, на который сам же знает ответ. — Ладно, проехали. У тебя есть сегодня какие-нибудь дела? Если да, то мне нужно уйти. Доктор сказал прямым текстом, что омеге не желательно куда-то уходить без ведома Чонгука, а лучше, чтобы он с Чоном и ходил, так будет безопаснее. Чонгук помнит слова дока. Он никуда не пустит омегу, и сам никуда не выйдет. Чимин не глупый, он с легкостью может попытать удачу и обманом вывести альфу из дома в магазин, например. — Я взял себе недельный отпуск за свой счет. Хочу, чтобы ты немного освоился и привык к проживанию со взрослым альфой. А куда это ты собрался? — забирает коробочку с чаем и закрывает ее, пряча в карман спортивных штанов. — А все тебе надо знать, — в такой же манере отвечает Чимин, потягиваясь на чужой кровати. Он не чувствует от Чонгука никакой опасности, он вообще ничего не чувствует к этому альфе, лишь малую благодарность за то, что вытащил из детского дома. Шатен никогда ничего не стеснялся, он без проблем снял с себя чужую футболку, проходя в ванную лишь в одних боксерах с ушками и хвостиком. Омеге кажется это забавным, наблюдать за реакцией альфы еще интереснее. Чонгук ему ничего не сказал, лишь цокнул языком и ушел на кухню. Телефон зазвонил. Надо ответить. Пока Чимин был в душе, Чонгуку знатно потрепали нервы. — Я не смогу приехать, Шишу, прости. Нельзя было выбрать местечко для церемонии чуть дешевле? — Ты обязан! — слышится писк на том конце вызова, на что Чонгук заебанно выдыхает и выключает плиту. — Ладно. Но я приеду не один. Обстоятельства немного поменялись и... — Обалдеть! Неужели братик себе кого-то нашел? Это же здорово! — девушка восторженно охает, а Чонгук ворчит. Вроде брат и сестра, но такие разные. — Нет, он... Агрх, потом все обьясню. Мне пора. — Удачи, братик. Передавай привет своей девушке. Пусть наденет самое красивое платье, что есть в магазине. А ты, естественно, должен его купить. — По-ка. — Отключает вызов. — Блять. — А ты знал, что каждое матное слово понижает потенцию, — Чимин выходит из ванной комнаты уже в новой одежде, но без белья, ибо все, что он мог бы взять осталось в гостиной. Конечно, он услышал всего пару фраз, но, кажется, грядет что-то слишком странное. — Что за грустное настроение? — скинув покрывало с дивана, подросток обмотал себя им по пояс, чтобы спокойно надеть нижнее белье, хотя он бы и так смог, потому что футболка очень длинная. — На следующей неделе состоится свадьба моей сестры. Нас пригласили и приехать нужно обязательно. И что с этим подростком не так? Ах, да, он немного умом тронутый. Самую каплю. — Ты поедешь со мной. Тебя надо познакомить с моими родителями и Шишу - сестрой. — Чонгук живо подходит к юноше и указывает ему пальцем на дверь своей комнаты. — Мог бы и там переодеться. И не переживай, проблем с потенцией у меня нет, все прекрасно работает. — Бе-бе-бе, какие мы неженки, — Чимин откидывает то самое покрывало на другой конец дивана, садясь в позу лотоса. Естественно, он как-то пытался поддеть, подстебнуть Чонгука, но что-то пошло не так, да и не смешно совсем. От всех мыслей и слов в голове творится полнейший хаос. — Ладно, я поеду с тобой, но у меня будет одно условие, — шатен покачивается из стороны в сторону, делая вид, что что-то думает, — ты отпускаешь меня сегодня гулять, не следя, а то я знаю ваши эти штучки, — показывая пальцами воздушные ковычки, омега кривит лицо в улыбке. — Ты мне еще одолжение будешь делать? Я у тебя не спрашивал, хочешь ты ехать, или нет. Я просто сказал, что ты едешь со мной. — Альфа недовольно хмурится и поднимает покрывало, намереваясь постелить его обратно. — Гулять я тебя все равно не пущу. Хоть в лепешку расшибись, я своего ответа не изменю. Теперь поднимись, либо это покрывало сейчас послужит для меня хлыстом. Чонгук шутки не любит, поэтому шутит редко. Почти никогда. Даже сейчас. Стоило ему замахнуться, скручивая покрывало в своеобразный хлыст, как омеги след простыл, а дверь спальни старшего с громким хлопком закрылась. — То-то же. Приведи волосы в порядок и иди есть.

* * *

— Я тебя ненавижу, и я не перестану говорить об этом, Чон Чонгук, — Чимин бурчит уже второй час, сидя в зале ожидания. Их рейс слегка задержали из-за погодных условий, но все же, почему бы не скоротать это время обычными дониманиями своего оппонента. — Да, и накой черт я вообще тут, без меня что-ли не справишься, зачем я тут? Ау! Чон, чертов ты альфа, самовлюбленный урод, Чонгук! — с каждой фразой его тонкий голосок становится все выше и громче, привлекая внимание не только прохожих и сидящих рядом людей, но и охранников и полицейских внутри аэропорта. Честно, Чонгук сейчас хочет расплакаться, как маленький ребенок и забиться в истерике, как его все задолбало, но он ведь альфа, он должен быть сильным. Тем более, он должен уметь обращаться с детьми. И он умеет. — Ты можешь закрыть свой рот? — Чонгук злобно смотрит на юношу и дергает его на соседнее кресло с собой за руку. — Ты мой ребенок. Я обязан показать тебя своей семье. Это все равно, что у тебя есть сын, а твои родители знать не знают. Так нельзя, Чимин, еще тебя нельзя одного оставлять. Ты же мне весь дом разгромишь. Все. Засохни, или поцелую. — Ага, поцелует он, кишка тонка, — фыркает Чимин, даже не понимая, зачем и на что он огрызается, — и вообще, кто позволил тебе решать что-то за меня, я уже взрослый. И вообще, какого хрена, — не стоило вообще все это начинать. Омега резко срывается с места, убегая в совершенно противоположную сторону от мест, где сидел Чонгук. Да, он сбежал. Так просто... По всему залу разносится громкий хохот и топот чужих ног; кажется, Чимином заинтересовались не только прохожие, но и охранники. Чонгук не был бы Чонгуком, не закричи он свое фирменное «Стоять!». В конце концов, он полицейский. Погоня длилась не долго. Чонгук успел словить омегу раньше, чем охрана. — Прошу прощение. Такого больше не повторится. — Охранник тяжело вздыхает и кивает, хмуро зыркнув на Пака. — Бестолочь. Ты наказан. — Хватает его за руку и ведет в автобус. — Да пошел ты, имбецил. Что может сделать достаточно маленькая омега взрослому альфе, с явной физической подготовкой? Ответ очевиден. Тихо стиснув свои губы и проклиная про себя весь белый свет, а в особенности Чонгука, Пак терпел сильную хватку на руке, боясь даже пискнуть, ибо получить перелом не так уж и сложно. Посадка прошла более-менее, но шатену не нравилось абсолютно все. — Может вернёмся туда? Ну, давай, он еще не... — Чимин тыкает пальцем в окно, где видна земля, но в этот момент загорается панель, указывающая на то, что пора пристегнуть ремень. Чимин стал глубоко дышать, резко меняя цвет своего лица. — Если я умру, а я умру, то я не хочу умирать девственником, — шепчет, держась руками за подлокотник. Чонгук тяжело вздыхает и закатывает глаза, пристегивая ремень безопасности юноши. Не забывает тому отвесить хорошую затрещину. — Прекрати нести бред. Нам лететь всего лишь полтора часа, если тебе так страшно, постарайся отвлечься. — Пристегивает теперь уже свой ремень и берет Чимина за руку, посмотрев ему в глаза. — Не заставляй меня злиться и повышать голос. Мы пробудем там несколько дней. Ну, неделя максимум. Успеешь еще и с Хосоком повидаться, и с другими дружками. Ты должен быть мне благодарен, Чимин. Пока тебе нет восемнадцати, я имею право делать с тобой все, что захочу, так что закрой рот и сиди молча. — Лучше бы он меня забрал, — тихо сопя себе под нос, подросток сжал чужую руку в своей, аккуратно кладя голову на плечо альфы. Да, он только что сказал много всего того, чего не стоило, но чувствуя поддержку, он точно знает, что все будет в порядке. Чимин засыпает мгновенно, вот только снится ему далеко не профессор.

* * *

Посадка, как и говорил Чонгук, прошла мягко и спокойно, без особых проишествий. Но Чимин все равно умудрился выделиться - он забрал чужой багаж. К счастью, чужое вернули, а собственное забрали. Как выяснилось чуть позже, Шишу решила не экономить на отеле для своих горячо любимых родственничков, она забронировала все номера класса люкс. Это приятно удивило альфу. Неужели хахаль настолько богатенький? — Церемония будет проходить завтра вечером. Сейчас вы можете отдохнуть, господин Чон. — Милая девушка вручает Чонгуку их с Чимином ключ-карту от номера и возвращается на свое рабочее место. — Пойдем. — Все также тянет за собой омежку и спешно заходит в лифт, нажимая на кнопку пятнадцатого этажа. — Посмотрим, как дела в номере, а потом мне надо позвонить отцу. — А что ты скажешь про меня своим родителям? — Чимин тащит за собой чемодан, фыркая, когда альфа пытается ему помочь. Не стоит, шатен уже достаточно взрослый и достаточно сильный, чтобы сделать все самому. До лифта они дошли без препятствий, но вот внутри что-то пошло не так. Толпа народу привалила на третьем этаже, где, как оказалось, был большой банкетный зал, откуда эта арава вся и шла. — Ай, да тихо там, — Чимина прижали к стене настолько сильно, что его щеки надулись, а губы стали еще больше, складываясь в трубочку. Чонгук стоял точно так же вплотную к омеге, прижимаясь слишком сильно, и, если Чимин не особо заметил упирающийся в него орган, то Чонгук еще как. Кончики его ушей покраснели в мгновенние, а руки плавно скользнули по талии Пака, чуть сжимая рядом с ягодицами. Омега полностью напрягся, выпрямляясь, как струнка. С ним разное бывало, но чтобы лапать — никогда. — Скажу, что ты у меня хороший мальчик. Верно же? — альфа тяжело выдыхает и улыбается, посмотрев юноше четко в глаза. Чимин сейчас таким невинным кажется, таким безобидным и привлекательным, что Чон неосознанно жмется к нему ближе, упираясь локтем в стену, чтобы просто не раздавить подростка своей грудью. Возможно, это было не лучшей идеей, положить голову ему на плечо, но Чонгу чувствует себя не очень хорошо. Доказательство тому его крепко сжатый член между телами. Черт, вот бы сейчас остаться на едине и... — Расскажешь кому-нибудь - прибью в этом же лифте. — Шикнул тому и прикрыл глаза, замолкая. Черт, как не вовремя. Чимин молчал, стараясь прижаться к стене как можно сильнее. Как только двери открылись на нужном этаже, младший вылетел пулей из лифта, где почти никого не осталось, забывая чемодан. Все слишком странно и непривычно. Омега залетел в номер, запираясь изнутри. Да, он просто стырил карточку из штанов Чонгука, все элементарно. Таким образом он решил проучить альфу, чтобы тот не лез к нему больше.

* * *

Попасть в номер было крайне сложно, но Чонгук все же смог. Смог докричаться до омеги и пригрозить ему жуткой расправой, если тот его не впустит. Как теперь видно, Чимин может быть послушным. Чон отвесил Паку хорошую затрещину и мигом швырнул на диван чемодан с их шмотками. — Ты невыносим. — Шикает тому в лицо и достает телефон, набирая отцу. — Врагу не пожелаешь такого ребенка. — Уходит на балкон, начиная супер скучный разговор со своим отцом, а-ля, привет, привет, я на месте, я тоже, ну пока, пока. Все. — А тебя только вынести и остается. — Омега садится на диванчик в гостиной, складывая руки на груди. Чонгука нет уже пять минут, десять, пятнадцать. Естественно Чимину стало скучно, поэтому он аккуратно вышел из номера, причем босиком, решая разведать, что тут, и как. Но дорогу ему преградила милая девушка с большой корзинкой спелых фруктов. — Здравствуй! Ты, наверное, парень Чонгука? — Шишу хихикает и вламывается в номер братика, забрав Чимина с собой за руку. — Чонгук~а, почему ты оставляешь своего возлюбленного одного? Так нельзя. — Девушка хохочет, на что Чонгук тяжело вздыхает, выходя к ним в гостиную. Не получилось сбежать. Не фортануло Чимину. — Он мне не возлюбленный. — Альфа хмыкает и обнимает девушку, хмуро прожигая Пака взглядом. — А куда это он собрался, а? — Да чтобы я был его омегой. Так низко я никогда не паду, импотент ты хренов, — Чимин резко скидывает чужую руку со своей, надевая большие пушистые белые тапочки. — Почему мне всегда все пытаются помешать. Я хочу просто выйти погулять, так какого хрена я буду сидеть тут. Я свободный человек, отвалите от меня! — крик стоит такой, что прохожим становится и страшно, и интересно. Чимин топает ногой, снова уходя в сторону дверей. Чон что есть силы зарычал и схватил юношу за шкирку, прижимая к себе. — Ты никуда не пойдешь. Сядь на диван и успокойся, пока я тебе голову не откусил. — Ничего не понимаю, но вы очень похожи на наших родителей. — Девушка хихикает и гладит брата по волосам. — Успокойся. — Он мой приемный сын. Я теперь обязан забыть, что такое спокойствие. — Обалдеть... — Отпусти меня, пусти! — вырываясь из захвата, Пак, естественно, упал на ковер, слишком сильно ударяясь коленкой о маленький кусочек пола, единственный кусочек, не закрытый мягкой тканью. — Ты придурок! Чимин упал достаточно сильно, стирая кожу на коленке до такой степени, что маленькие капли крови просто падали на поверхность, марая ее. По чужим щекам стали катится слезы, а тихие хныки так и вырывались из чужих уст. Шишу мгновенно села на корточки, пытаясь оказать хоть какую-то помощь. — Ши, тебе пора. — Альфа фыркает и указывает девушке на дверь, на что младшая лишь виновато кивает и уходит к выходу. — Прости, я пойду. Дверь тихо хлопает, и в комнате снова гробовая тишина. Чонгук пару секунд витает в своих мыслях а после поднимает Чимина на диван. — Обработаешь, а потом иди, куда душе угодно. Не хочу тебя видеть. — А я тебя, — на этом разговор был закончен.