Мгновения до смерти

На часах 23:59. Стараясь не заснуть, я перебирала в голове слова из родного языка и сопоставляла их со словами из английского, но подняв глаза я замерла, забыв обо всём… Перед застеклённым фасадом магазина маячила высокая фигура человека в дождевике. Темнота и ливень пугающей маской скрывали его лицо. Взрывная волна страха пройдя через сердце ударилась о внутреннюю поверхность пяток и отскочила в мозг; меня затрясло. Пристав со скрипучего стула я крикнула, что есть мочи: «Эй, ты кто?!». Он не реагировал и просто продолжил стоять. Хотя дождь скрывал глаза незнакомца, я чувствовала его недобрый взгляд. Даже будучи самым смелым человеком из всех, кого я знаю, мне стало до стыдного жутко, единственное на что мне хватало силы воли, так это не отводить от него глаз. Спустя пару минут незнакомец сделал два шага к магазину, схватился за дверную ручку и принялся трясти её изо всех сил. Дверь задребезжала, но не открылась. Прихватив пистолет, я подбежала к двери. «А ну отойди! Да кто ты такой? Отойди, дай открыть!» — командовала я, но незнакомец был словно глухонемым. «Не хочешь по-хорошему? Сейчас, сейчас, подожди у меня» — я бросилась к чёрному ходу, через минуту подобрала верный ключ и открыла. Незнакомец очутился ровно напротив меня, будто телепортировался. Если такое понятие, как душа существует — моя ушла в пятки, а то и в подошвы ботинок. Страх, словно электрические разряды молний, гулял по моему телу вдоль и поперёк, я едва нашла силы попятиться, совершенно забыв о кнопке и пистолете. Незнакомец бесцеремонно зашёл в помещение. В попытках сказать что-то, образумить пришельца, я жестикулировала, однако он продолжал игнорировать моё присутствие и доковыляв до прилавка упал на пол, как тряпичная кукла. Осторожно подкравшись к телу, я коснулась его носком ботинка: ноль реакции. «Так, на этом телефоне есть фонарь, интересно? Кажется, на всех телефонах должен быть осветитель или подсветка. Посвети фонарём, станет ясно, как днём… ах, чтоб меня!» — нажатие на кнопку привело к свечению экрана, слава Небу. Я присела и наведя лучи на тело, провела светом с головы до ног, но ничего подозрительного не обнаружила; может у него припадок? Я пощупала запястье незнакомца в надежде найти пульс… тишина. Мороз внутри крепчал, я отпрянула от тела, непроизвольно закрывая беззвучно-кричащий рот. Собрав волю в кулак, я кое-как перевернула тело на спину. Лицо мёртвого незнакомца скрывал мокрый, покрытый противными катышками шарф. Сдвинув тряпку кончиками пальцев на грудь, я наконец увидела его бледное, обескровленное лицо: молодое, с чёрными, как у меня глазами и волосами, ничего особенного; если бы его подали в розыск без фото, то в особых приметах стоял бы прочерк. Я никак не могла понять, что с ним случилось! Я всматривалась в лицо, осматривала тело, щупала пульс на запястье и шее раз за разом… ничего. Сдавшись, я встала и поправила волосы; вспышка молнии осветила помещение, открывая месторасположение выключателя. «Наконец-то. Да будет свет, Чэн!» — подумала я. Раздался короткий щелчок и свет зажёгся, раскрывая передо мной страшную правду. От чёрного хода шёл длинный кровавый след, а кровь текла явно из-под верхнего слоя одежды, покрывающей всё тело мужчины, словно он надел плащ после получения ранений. Внутри всё клокотало, я понятия не имела, что делать в подобной ситуации. На стене, рядом со стулом лежал телефонный справочник, натолкнувший на мысль, что следует обратиться по телефону службы спасения — 911. — Алло? Мы на связи, слушаем Вас. Опишите характер происшествия. — Вэй. Ой. Алло. Тут кровь и, кажется, кому-то нужна помощь и… — Диктуйте Ваш адрес. — Да. Адрес, — собираясь с мыслями я вспомнила, что не уточнила адрес магазина, о Небо, какая я идиотка, — одну минуту. Я выбежала на улицу, под дождь с телефоном в руках. Все четыре стены оказались идеально-ровными, недавно выкрашенными и без намёка на название улицы, словно магазин выстроили нелегально или не достроили, но я знала название! Поднеся телефон к уху в готовности его сообщить, я услышала тишину — аппарат умер, должно быть дождь намочил схемы или батарею. «Чёрт подери, что за ночь!» — подумала я, бросая телефон в карман. Вернувшись в магазин, я прикрыла глаза рукой, стараясь заставить себя думать: «видно придётся тебя спрятать, приятель, Вонгу не нужны неприятности». Наклонившись над телом, я сложила его ноги вместе, туго связала их верёвкой, подняла, закинула себе на плечо и поволокла, как мешок. На предыдущей работе мне часто приходилось проделывать подобный трюк, особенно при разгрузке грузовиков, хотя тело и было тяжелее любого груза раза в два. Я дотащила его до мусорных баков, открыла большую прямоугольную крышку и надрываясь, взяла тело на руки, как жених невесту и закинула внутрь. Вернувшись к магазину, я увидела подъехавшие машины службы спасения, должно быть отследили звонок… как быстро. Памятуя о словах Вонга про неприятности, я вернулась к бакам и притихла; дождь и тьма хорошо защищали от возможного обнаружения. «Там же кровь на полу!» — я закрыла рот рукой, чтобы даже моё и без того слабое дыхание никто не услышал, хотя в такой ливень даже крики никто не услышал бы, но я перестала думать и полностью отдалась инстинктам. Через пять минут один из спасателей вышел из «тысячи мелочей» держа в руках погасший телефон. «Какого чёрта? Дьявол! Он выпал из кармана!» — новая волна страха накрыла меня с головой, но я всё же рискнула и медленно, стараясь не издавать ни звука, уползла на четвереньках с места происшествия, а спустя два-три дома и вовсе вскочила, и побежала. Я бегала очень быстро потому, что в детстве занималась этим видом спорта, мечтала стать профессионалкой и выигрывать медали для своей страны, но судьба распорядилась иначе, тем не менее этот навык пригождался часто, к сожалению. Завалившись в ночлежку — это противное серое двухэтажное здание, выстроенное, ещё, наверное, во времена нашей культурной революции, я кое-как сбросила всю сырую, грязную одежду в угол, вытерлась запасной майкой и сразу бухнулась спать. Целую ночь меня преследовал образ того парня, что пришёл в магазин и помер, чтоб его. Надеюсь, это временно, а то солдаты из деревни говаривали, что если убил кого-то, то он всегда будет приходить к тебе во снах, но я-то этого бродягу не убивала! У меня и без него проблем хватает. Рассвело поздно, осень начала вступать в свои права. Раздался стук в дверь. Я кое-как поднялась с постели и вспомнила, что вся одежда отсыревает в углу, так, что верх пришлось обвернуть простынёй. Встав, я ощутила очень неприятный запах тухлятины. Сердце пропустило удар, а вдруг это мертвец ожил и пришёл за мной? Но страх испарился, когда я перевела взгляд на навал грязных мокрых вещей. «Вот дура» — прошептала я себе под нос, но отвлекаться времени не было. Подойдя к двери на цыпочках, я открыла. На меня разъярёнными глазами смотрел Вонг Сяожень.

***

В миг передо мной предстали все ужасы прошедшей ночи. Сказать, что я немного растерялась — ничего не сказать, но я решила сыграть невозмутимость и скрестив руки на груди, машинально нахмурилась. Он перешагнул порог и сжав кулаки, видимо, еле сдерживал себя от рукоприкладства. — Даа? — спросила я, отводя глаза в сторону. — Во-первых, тебе следовало позвонить мне, а не 911, глупая, глупая девка! Во-вторых, тебе не следовало оставлять пистолет на виду, а в-третьих, ты глупая! С меня взяли огроменный штраф, ты больше у меня не работаешь и не знаешь меня, всё! Если увижу тебя у себя в магазине, вызову полицию! И благодари Небо, что не вызвал сейчас, — он пошарился в кармане и вынул оттуда пакет с телефоном, — а ещё вот это! Я же просил быть аккуратным. Я облегчённо выдохнула, тело осталось лежать в мусорном баке. — Что вздыхаешь? Всё! — Вонг, у тебя, рядом с магазинчиком, в одном из мусорных баков лежит тело, — я усмехнулась, — я бы рассказала подробнее, если хочешь услышать, но раз ты всё, то можешь идти и разобраться с этим сам. — Что? Ты? Ты убила кого-то? — он разжал кулаки и попятился, в его глазах мелькнула искорка страха. — Кто знает, Вонг, — я медленно закрывала перед ним дверь в надежде, что он уйдёт, какая глупость. — Стой, постой, что? Что случилось? — Хорошо, Вонг, если я расскажу тебе, то пообещай, что оставишь за мной какую-нибудь работу. — Нет, так не пойдёт! Но обещаю, что не позвоню в полицию, но только если расскажешь правду. — Ладно, давай хотя бы так, — я пригласила его присесть на тумбу, рядом с матрацем, после чего начала свой рассказ: — Ночью пришёл какой-то парень и довольно упорно ломился в магазин, я хотела выйти через запасной выход и посмотреть, чего ему надо, но он сразу оказался там, вошёл в магазин и… — Ты что? Не остановила его? Как ты?! Так вот откуда кровь на полу… — Не смогла, он был просто огромный и ни на что не реагировал. Он прошёл внутрь и просто упал. Кровь текла откуда-то из-под одежды, я не стала выяснять и… — И позвонила не мне, а 911, чёрт тебя забери! Ладно, допустим. И потом что? — Они спросили адрес, а я не знала, что ответить, нигде не нашла названия. — Глуп…! Оно же прямо на двери висит, слепая девка! — Вонг снова разозлился. — …а под дождём телефон промок и выключился, я ничего не могла сделать. Только оттащила бедолагу подальше, чтобы у тебя не возникли лишние неприятности. — Всё, глупая! Глупая и тупая девка, вот ты кто! — он застучал кулаками по тумбочке, — если бы ты оставила труп на месте, у службы спасения, да и у меня было бы куда меньше вопросов, а так, пришлось им врать! — Я, — меня охватило смущение и стыд, от этого смешанного чувства раздражения и стыда мне ещё сильнее захотелось прибить Вонга, но я держалась, — прости, Вонг. Как я могу загладить свою вину? — Хм… для начала помоги мне вытащить труп из бачка, посмотрим, кто это был, неспроста же он пришёл в мой магазин. Приходи сегодня ночью. Телефон я тебе больше не дам, поможешь мне, и разойдёмся. Видеть тебя больше не хочу! И оденься, тьфу, глупая! — Ладно. Я тоже тебя видеть не хочу, — сказала я спокойным тоном, который прозвучал подобно угрозе. У меня не было выбора, совесть приказывала мне согласиться, да и полицейский участок с допросом пугал не меньше… если не больше. Вонг ушёл, награждая меня лёгким облегчением. По крайней мере появилось понимание, что делать дальше. Закрыв за ним дверь, я вспомнила про грязные вещи и свой нелепый наряд. Куча белья поразительно быстро начала тухнуть… как же тут сыро. Выудив одну майку, я всё же надела её, хоть та и нуждалась в стирке не меньше остальных. «Чтож, сегодня день стереотипов» — подумала я, волоча испорченные вещи на помойку; может бездомным, они ещё послужат, хотя чем я теперь лучше? Взяв восемьдесят долларов: пятьдесят заработанных и тридцать украденных вчера, я отправилась в ближайший магазин одежды, что находился в половине квартала от ночлежки. Вывеска пестрела разноцветными буквами, я пыталась разобрать названия, но буквы никак не выстраивались в слова. «Что за чёрт!» — сказала я вслух и обратилась к прохожему: «мистер, извините, что тут написано?» — я обратилась к первому прохожему. Презрительно глянув на меня, он усмехнулся и бросил: «тут написано пошла нахер чин-чонг’ка грязная». Я возмутилась от такого необоснованного хамства и злобно на него посмотрела: передо мной стоял невысокий чернокожий в шортах и кроссовках с позолоченной цепочкой на шее и чёрной банданой с черепом, на лысой голове. «Думаешь, это нормально, так общаться с незнакомцами? Сам и иди! Я же ничего не сделала тебе!», — он цыкнул зубами, повернулся ко мне спиной и пошёл дальше. Сейчас он у меня получит. «Эй, чёрный!» — крикнула я ему вслед. Дуло пистолета оказалось перед моим лицом быстрее, чем я успела испугаться. Он тряс им, точно погремушкой и грубо кричал что-то на сленге, половину слов я не разобрала и решила, что самое время извиниться. Удача, что он отвалил; видимо перед магазином стояли камеры. «Какая наглость, грубить, а затем в ответку бить» — подумала я, но потом сообразила, что, видимо, это тип из какой-то преступной группировки. В действительности, название магазина меня не интересовало; содержимое выдавала витрина… больше волновало, почему же я не могу прочесть названия. Но я решила выяснить это позже и открыла двери магазина. Свет заливал помещение, создавая неслабый контраст с хмурой погодой на улице. Справа и слева лежали дорогие на вид костюмы, но стоило к ним подойти, как становилось понятно, почему ценники низкие; магазин наполняла старая и поношенная одежда: «секонд-хэнд». Пройдясь по рядам, я старалась высмотреть подходящую вещицу, но ничего не западало в душу… сплошное старьё, либо рваньё, либо слишком дорого, а это мало, а это просто отвратительно. «Вот чёрт! Даже в бедности не стоит забывать о стиле» — думаю я, если уж собралась чего-нибудь покупать. В конце помещения на деревянном стуле с резными узорами, выглядящим дороже, чем все вещи вместе взятые сидел продавец, он держал в руках газету и что-то внимательно читал, но заметив моё присутствие, поприветствовал. — Вам подсказать что-нибудь? — вежливо спросил он. — Да, пожалуйста. Какую-нибудь куртку, но не дороже полтинника. Вы здесь новенький? — Нет, что Вы. Я просто владелец этого заведения, редко сам работаю, только, как говорится «для души». Вы меня понимаете? — Не уверена, но ладно, это Ваше дело. Покажите куртку. Он провёл меня вглубь магазина, к примерочным, и показал на хорошую, крепкую джинсовую куртку с капюшоном. На подкладке последней была пришита кожаная вставка с названием фирмы-производителя, я попыталась прочесть, но снова ничего не вышло. — Извините, что здесь написано, никак не разберу? — спросила я. — Как же, Levi’s! Стоит ровно 50 долларов, главное — почти новая. Хотя, Вам может, не понравится её история… — Я слушаю. — Её сняли с мертвеца, вот тут даже небольшая дырка — след от пули. Знаете, у нас тут частенько криминальные разборки, к счастью, если ты не замешан в них, то тебя это почти и не касается, главное пораньше возвращаться домой, — он подмигнул. — Понятно… — я задумалась и вспомнила про вчерашнее происшествие. — Брать будете? Настоящий Levi's всего за 50 баксов нигде сейчас не найдешь, разве что только какую-нибудь китайскую подделку, — потом он вспомнил, с кем говорит и смущённо добавил, — простите, конечно, вырвалось. У меня самого, вот, компьютер китайский… — Ничего, — перебила я, — бывает, что вещи у нас шьют плохие, не нужно извиняться. — А вы очень смышленая, без, как это… предрассудков в голове, да? — Сегодня я сама, как ходячий предрассудок, — я усмехнулась и улыбнулась из вежливости, — так, в общем, беру. — Знаете, Вы такая красивая, я Вам отдам куртку за тридцать, если согласитесь, сегодня вечером поужинать со мной, — его взгляд изменился, а на лице появилась самодовольная улыбка. — Спасибо, конечно, но сегодня вечером я очень занята. — А что насчёт завтра? — продавец — мужчина, лет тридцати, с густой, но ухоженной бородой и игривыми глазами, бритый налысо, не отступал, — если Вы уйдёте, то я больше никогда не смогу насладится лицезрением Вашего прекрасного личика, всё-таки я здесь нечасто работаю! Не могу сказать, что мне неприятны комплименты, но были слишком очевидны его намерения. Более не отвечая, я достала из кошелька пятьдесят долларов, протянула ему, схватила куртку, переоделась в примерочной, накинула капюшон и собираясь уже выходить, вдруг услышала его оклик: «прошу, возьмите хотя бы визитку!». Скосив глаза и сжав губы, я недовольно помотала головой. Мужчина, немного расстроенный, вернулся на своё место, а я, наконец, покинула магазин. «Вот гад, всё настроение испортил своей выходкой, никакого удовлетворения от покупки. Ещё и денег почти не осталось…», — в голову снова поползли воспоминания, перед глазами вспыхивали картины Линьфэна, лица покинутых родственников, которых я никогда не увижу. Мне снова стало грустно, но усилием воли я постаралась прервать сеанс назойливых воспоминаний, остановилась и сказала себе: «я же в Америке, чёрт побери!». Самодовольство — не всегда плохо и перебив им грусть, я двинулась дальше. По пути я вспомнила о существовании такого прекрасного заведения, как прачечная. Не обязательно выбрасывать майку, которую можно постирать. В большом городе трудно найти то, что тебе нужно без карты, хотя, порой и интересно просто побродить и поискать, но меня ограничивала договорённость с Вонгом, к которому я должна вернуться сегодня вечером… К счастью, теперь мне попадались добрые люди, вежливо направляющие на верный путь, и вскоре я отыскала прачечную, куда и сдала майку. Не прошло и часа, как мне её отдали. Белую ткань покрывали розовые пятна, словно майка заболела ветрянкой. — Что это? — возмутилась я. — Это наш практикант, — жирная седая тётка махнула головой в сторону молодого парня в очках, что стоял перед стиральными аппаратами, — к нему все претензии. — Но это Вы тут главная, может объяснитесь? — Слушай, иди себе по-хорошему, — она ехидно улыбнулась, увидев мои грязные джинсы и истрёпанные ботинки. — Так вот она какая, «прекрасная страна», хамство и грязь в душе и сердце! — я ответила такой же улыбкой. Ухмылка исчезла с её лица, а я поспешила выйти. Остаток дня я провела на улице, гуляя меж высотных зданий мегаполиса. А под вечер зашла в Mc'Donalds и наелась всяким до отвала на последние деньги. Ночью, как и было оговорено, я прибыла к Вонгу. Приходилось сдерживать накопившуюся за день усталость, чтобы не упасть в глазах Вонга ещё ниже — Наконец пришла, дурная голова, чего так долго? — злые глаза владельца магазина метали молнии. — Так ты сам сказал — ночью, — ответила я, немного недоумевая, он что, собрался тащить тело прямо на глазах у прохожих. — Ладно-ладно, неважно… идём, показывай, какой бачёк. Мы прошли мимо магазина и остановились возле мусорных баков, к счастью, мусоровоз до сих пор сюда не приезжал и сами баки никто, судя по всему, не трогал. — Тело в одном из этих, проверяй. — Сама и проверяй, — Вонг закрыл глаза и надменно отвернулся от меня, — ишь, раскомандовалась. Он меня здорово бесил, ещё немного и я точно его ударю! Мы распахнули первый ящик — пусто, затем второй — посередине, в нём и лежало тело. Поток трупного смрада обрушился на нас, как извержение вулкана. Вонг помахал перед собой ладонью и крикнул: — Вытаскивай, чего стоишь? — Помоги мне! — я почти кричала, поведение Вонга меня раздражало всё больше и больше. — Ладно, давай. На раз-два! — Й! Эр! Взяли! — крикнула я. Окоченевшее и вонючее тело перекатилось через бортик мусорного бака и с треском упало на асфальт. Вонг присел на корточки и посмотрел на его лицо, почти минуту он разглядывал его, после чего встал и дрожащим голосом произнёс: — Я его знаю. — Кто же это? — поспешила узнать я, он сделал небольшую паузу, а потом ответил. — Чэн, иди домой. Лучше тебе больше не приходить сюда. Надеюсь, они тебя не видели. — Кто не видел? О чём ты? Вонг. — Ладно, я расскажу, но обещай, что уйдёшь потом, хорошо? — он как-то странно посмотрел на меня, совсем не злобно, словно беспокоился за моё здоровье. — Посмотрим, Вонг. — Хорошо или нет?! — он прикрикнул. — Ладно, рассказывай. — Все товары в моём магазине — контрабанда, дешёвые подделки или ворованное барахло, в лучшем случае. Я связался с этой бандой, когда только-только приехал, ведь это помогло мне сделать быстро и много денег. Чёрт, если бы не они, я бы до сих пор не смог расплатится за первый год обучения в этом… — Так, пахнет криминалом. — Да, я понимаю, так и есть, но вот недавно я решил разорвать с ними контакты, даже отдал им больше положенного за проданный товар, почти девяносто процентов, но им этого, видимо, мало, они хотят большего! Хотят несколько сотен тысяч долларов, понимаешь ли, просто за мой выход из дела, ведь «я слишком много знаю» про их делишки. А если я не заплачу, то меня просто уберут из игры и всё. — Убьют, что ли? И? Что ты сделал? — Я мог бы продать магазин и поехать обратно в Китай, но магазин… в общем, магазин тоже принадлежит этой банде. Само помещение записано на кого-то из них, кто лично не имел проблем с законом. Хитрая банда, чёрт её забери, но это не твои проблемы, Чэн. А этот молодой человек просто один из моих продавцов, которого я сам нанял, чтобы не делить прибыль. — И я после этого глупая, Вонг? — я понимала, что Вонгу очень несладко, но после всех его оскорблений, мне до дрожи хотелось отчитать его. — Прости и, можешь идти. Больше не приходи сюда, слышишь? — Э… Ну, тогда прощай, глупый Вонг. — Да, да, иди уже. Спасибо за помощь, ты ни в чём не виновата. Сзади нас послышались шаги. Из переулка вышло трое мужчин. Я махнула Вонгу головой в их направлении. Он развернулся, вскрикнул и сорвался с места, как ошпаренный, а я осталась стоять, готовя себя к серьёзному разговору. Да, Вонг оказался низким и неразумным человеком (даже по моим меркам), к тому же хамом, но узнав его историю, я решила попробовать помочь ему… не знаю как, не знаю получится ли, я тупо повиновалась внезапно нахлынувшему внутреннему порыву. Парни подошли ко мне, сначала указали на тело, потом на бегущего Вонга, а затем не задавая вопросов один из вытащил пистолет, наставил на меня и нажал на курок. Пустынную улицу пронзил резкий звук, а в ушах раздался неприятный писк. На мгновение мне показалось, что мир вокруг меня остановился. Пошатнувшись, я упала, но спустя мгновение нашла силы подняться с сырого асфальта и обнаружила себя окружённой этими бандитами. Видно, выстрел оказался холостым или он намеренно промахнулся? Странно, в животе из ниоткуда появилась боль. Очень странно. — Ты его подружка что ли? Чего не бежишь? — смеясь, спросил меня один из них, его лицо скрывала хоккейная маска. — Я не его подружка! — я сжала кулаки и процедила сквозь зубы, — что вам нужно, чтобы вы оставили Вонга в покое? — Конечно, мы бы не отказались немного выпустить пар, — сказал второй, с бородой и игривыми глазами, — но этого будет слишком мало. — Я тебя знаю! Ты тот продавец из… магазина с дешёвой одеждой. — Верно, надо было идти со мной на свидание, — он крутанул ус, — ну да ладно, шутки в сторону. Ты же понимаешь, что будет дальше? — Что же? — я поняла, они собираются убить меня, но вдруг есть ещё варианты. — Мы должны убрать свидетелей, но есть и другой вариант. Знаешь, ты, и правда здорово мне понравилась, — он усмехнулся, — я могу похлопотать и убедить босса, чтобы он принял тебя в наше комьюнити, тем более я знаю, что ты работала у Вонга охранником в ту ночь, а значит умеешь стрелять, или наплела Вонгу, что умеешь… но это уже не так важно, научить стрелять можно и обезьяну. Что скажешь? — А смогу ли я помочь Вонгу? — с надеждой спросила я, — хоть как-то? — Забудь о нём. Вонг — мерзавец, к тому же, уже мертвец, просто не знает об этом. Лучше подумай о своей шкуре, девочка. И, честно говоря, нам даже нужны такие как ты. — Какие такие? — удивилась я. — Нелегалы. Ну что ты, не удивляйся так, у нас отличная сеть осведомителей, считай, что весь район принадлежит нам и не только он. Но не беспокойся, возможно, нам удастся тебе и с этим помочь. Знаешь, если бы не я, тебя бы уже затащили вон туда, — он махнул пальцем в тёмный угол, между зданиями, — изнасиловали и убили, или просто бы убили, так что тебе очень повезло. Кстати, это Джонг, — он указал на самого крупного бандита в маске, — я знаю, вы, китайцы, друг за друга, так что даже не думай, присоединяйся! Или можешь и дальше прикрывать своего приятеля Вонга, только уверяю тебя, ты продлишь его существование не более чем на десять минут. Кстати, Джонг, что стоишь? Беги за ним, держи, — бородатый бандит дал китайцу пистолет с глушителем. Я стояла в смятении, чувствуя, как в груди всё сжалось, умирать мне в свои двадцать три не хотелось, и опустив глаза я прошептала: «согласна».