Сестра истины

Первым по списку шёл Алан. Когда Роза назвала его имя, он поднялся на сцену и встал за столик, на котором лежала реликвия. — Клянусь использовать дарованные мне силы честно, мудро и храбро, во благо своей страны и рода, — Алан положил руку на пожелтевшую от времени страницу. Как и всякая чародейка её возраста, Юнна знала традиционные слова наизусть, но всё-таки мысленно повторила их в надежде, что ничего не перепутает в свой черёд. Госпожа Линник смотрела на Алана благосклонно. — Готовы продемонстрировать своё заклинание? — поинтересовалась она. Алан кивнул и, спрыгнув с кафедры, встал так, чтобы его было видно даже с задних рядов. — Мои чары называются «Взгляд древних», — сообщил он. — С их помощью можно создать карту любой местности. Вот, смотрите, — Алан заставил три глифа на своём браслете вспыхнуть. Несколько долгих секунд ожидания, и на пустовавшем до этого полотне занавеса вдруг проступили очертания знакомого здания с двумя башнями. Вслед за ним появились дома, скверы, улицы. Предстала глазам зрителей и река вместе с заброшенным поместьем на соседнем берегу — местом, уже много лет будоражившем умы юных жителей Яснограда. Не в силах удержаться, Юнна привстала на цыпочки, чтобы отыскать на карте свой сад. В зале поднялся гул, и Алану пришлось подождать, пока вновь наступит тишина. Полученная реакция ему явно понравилась: он выпрямился, а голос его звучал куда увереннее, чем прежде. — Я использовал магию земли и воздуха, чтобы получить информацию, а чары воды понадобились для картинки. — Так-так, — проговорила госпожа Линник, в то время как Роза отмечала что-то в блокноте. — Вышло, конечно, впечатляюще, однако необходимо задействовать все четыре стихии… — О, легко, — Алан не дал ей договорить. — По сути, в силе огня и заключается главная особенность моего заклинания, — он прошёлся по сцене, пристально разглядывая зрителей, затем вернулся и обратился к Розе. — Только чтобы показать её, мне понадобится чья-нибудь поддержка. Не окажете любезность? — В зависимости от того, что от меня потребуется, — серьёзно отозвалась та. С его стороны было рискованно вот так просить о помощи, рассудила Юнна. Использование чужой магии строго запрещалось правилами, и если кого-то поймают на жульничестве, всем причастным будет несдобровать. Да и вообще… Юнна вспомнила, как Алан дразнил её вместе с другими парнями, и поморщилась. От некоторых людей никогда не знаешь, чего ожидать. Вдруг он сам хочет кому-нибудь навредить? Алан пересказывал свой план полушёпотом, специально понизив голос так, что за пределами сцены не было слышно ни единого слова. Госпожа Линник выслушала его и лишь хмыкнула, в то время как на лице у Розы явственно читался интерес. Наконец она пожала плечами: — Ну, действуйте. Скрывать мне нечего, а звучит любопытно. В мгновение ока Алан направил энергию в глиф огня. Щелчок пальцами — и маленькая цветная фигурка двинулась от дома Ярцевых к Храму Чар, оставляя за собой яркий след. — Можно следить за кем угодно, — пояснил Алан. — Правда, чтобы результат был как можно точнее, желательно знать какие-нибудь мелкие детали. Чем яснее образ, тем лучше, — он немного замялся. — Если хотите, могу показать ещё раз. Не обязательно на присутствующем. — Нет-нет, достаточно, — остановила госпожа Линник. Заметив его волнение, она слегка улыбнулась. — Вы проделали хорошую работу. Теперь всё позади, не стоит волноваться. Можете вернуться на место: результаты, как полагается, будут в конце. Под бурные овации товарищей Алан спустился по лестнице и уселся на свою скамейку. По пути он несколько раз останавливался пожать кому-то руку, заставляя сердце Юнны сжиматься от одиночества. Большинство участников этого года были старше неё, и за всё время обучения ей вряд ли доводилось обменяться с ними хотя бы словом. Впрочем, горько подумала она, ничего бы не изменилось, сиди в зале её одноклассники. Нет, Юнну не обижали, Матвей и его приятели не в счёт, скорее, просто не обращали внимания, слишком уж стеснительной и неприметной она была. Но теперь, после испытаний, всё станет по-другому. Должно стать. — Следующий участник Сафонова Дана. Пожалуйста, подойдите сюда! — объявила Роза. Сидевшая в конце ряда девушка подскочила и торопливо двинулась к сцене. Вид у неё был такой взволнованный, что, когда они оказались рядом, Юнна набралась смелости и прошептала: — Удачи! Дана ответила ей нервной улыбкой. Список постепенно сокращался. Наблюдая за выступлениями других чародеев, Юнна едва могла усидеть на месте. Молодые люди по очереди демонстрировали свои заклинания, объясняя, для чего те нужны и как работают. Дана справилась быстро и, кажется, заслужила одобрение, в то время как Матвея, к тайному удовольствию Юнны, изрядно помучили дополнительными вопросами. Однако в конце концов все спускались в зал под радостные аплодисменты и возгласы. — Ярцева Юнна, — голос Розы слегка дрогнул. Юнна встала, одёрнула на ходу мантию и потуже завязала непослушный пояс. Старые доски жалобно скрипнули у неё под ногами. Юнна была уверена, что все слышали этот звук. Поднимаясь на кафедру, она поймала на себе встревоженный взгляд сестры. Призрачный свет факелов отражался в пронзительно-синих глазах Розы, казавшихся ещё больше из-за густо подведённых век. Блестящие, идеально уложенные волосы шёлковым каскадом падали ей на плечи, а элегантный наряд выгодно подчёркивал фигуру. Юнна посмотрела вниз на заляпанные грязью ботинки и вздохнула. Как сестре всегда удаётся выглядеть такой безупречной? Со стороны даже не скажешь, будто они родные. Она встала за столик и замерла, не зная, что делать. По крайней мере, учителя не врали: воздух вокруг реликвии буквально искрился волшебством. Эта сила дурманила, сбивала с толку. — Приложите ладонь к книге, — госпожа Линник подсказывала не очень громко, но всё-таки достаточно, чтобы по залу прокатился недоуменный ропот. — Клянусь использовать… использовать… — в тишине Алтарной её голос звучал мышиным писком. — Дарованные мне силы, — одними губами прошептала Роза. — …во благо рода и страны, — Юнна не сразу поняла, что ошиблась. — Ой, простите, — лицо у неё сделалось пунцовым. — Ничего страшного, — терпеливо подбодрила госпожа Линник. — Хотите сразу перейти к практике или сначала расскажете, что вы подготовили? Юнна сошла с кафедры и посмотрела на зал. При мысли о десятках пар глаз, напряжённо следивших за каждым её движением, становилось не по себе. — Я не успела придумать название, — призналась она, — однако лучше всего это можно описать как голема. Да, пожалуй, так и есть. Маленький голем-помощник. Послышался заинтересованный шёпот: в тот день ещё никто не выступал с чем-то подобным. Дана Сафонова приветливо помахала Юнне, отчего та странным образом почувствовала себя увереннее. — Нужны земля и вода, чтобы создать тело, а также огонь и воздух, дабы вдохнуть в него жизнь, — она мысленно сосредоточилась на первых двух глифах. Следует хорошо представлять символ, который понадобится для заклинания. Затем, когда магия ответит на призыв и знак на браслете озарится светом, необходимо сконцентрироваться на результате своих чар. Юнна вообразила грузное, коренастое тело из серовато-коричневой глины. Массивные длинные руки едва не доставали до земли, а шея, напротив, была настолько короткой, что казалось, будто квадратная голова растёт прямо из плеч. Так рисовали големов в книжках, которые изучала Юнна, работая над своим заклинанием. Немного подумав, она надела на голову существа венок. Кто-то рассмеялся, однако это скорее вдохновляло, нежели выбивало из колеи. Оставалось самое сложное. Нарисовала перед мысленным взором глиф, немного подождала… Давай же, ну, давай!. В узких треугольниках глаз голема вспыхнуло розоватое пламя. Ещё мгновение, и он сделал шаг. Получилось! У неё получилось! — Подойди сюда, — несмело приказала Юнна. Оглушительно топая, голем приблизился к ней и замер в ожидании следующей команды. — Поймай, подними, покружись, — распоряжалась она. Существо исполняло всё быстро и точно, но затем просто застывало до нового повеления. Юнна вспомнила, как несколько месяцев назад с трепетом листала семейные книги, пытаясь найти хоть что-то, что поможет ей чувствовать себя не так одиноко. Как выяснилось, нужно нечто большее, чем волшебство и фантазия, если хочешь обрести друга. — Что ж, весьма неплохо, — отметила госпожа Линник. — Обычно ученики не берутся создавать живых существ — слишком велик риск допустить ошибку. Тем приятнее видеть, что кто-то решил попробовать. Юнна расцвела. Плохое настроение вмиг улетучилось. И чего она так боялась, зачем переживала? Сейчас, когда звание адепта было почти у неё в кармане, все тревоги казались глупыми и далёкими. По хлопку существо исчезло. Юнна не без жалости посмотрела туда, где только что стоял голем. — Прошу прощения, — знакомый голос, от которого по спине у неё пробежал холодок, резко спустил её с небес на землю. — Участница говорила так тихо, что я не смог расслышать, как она применила каждую из сил. Вероятно, это от волнения, — господин Радимир Снежин скользнул по Юнне пронизывающим взглядом. Та стушевалась. Да, ей удалось сотворить заклинание, но ведь и хорошо рассказать тоже важно… — По-моему, выступление было отличным, — вступилась Роза. — Но, разумеется, правила не запрещают обращаться за разъяснениями, если уж они потребовались, — добавила она, поймав на себе строгий взор госпожи Линник. Господин Снежин кивнул. Юнна задумалась, действительно ли он не уловил сарказм в последнем высказывании Розы или просто не стал удостаивать её вниманием. — Надеюсь, вас не затруднит повторить свою речь ещё раз? — Ничуть, — отозвалась Юнна так небрежно, как только могла. В самом деле, чего ей стоит просто повторить то, что она уже сказала? Вот только само неожиданное проявление внимания никак не давало покоя. С какой стати ему — талантливому чародею и самому знаменитому детективу округа — вдруг интересоваться её заклинанием? Перед глазами тут же возникло злое, униженное лицо Матвея, каким оно было в тот момент, когда Юнна осмелилась дать отпор. — Прекрасно. Так что вы сделали в первую очередь? — не спуская глаз с Юнны, господин Снежин откинулся на деревянную спинку. Его цепкий взгляд отчаянно действовал ей на нервы. — Сначала я призвала силы воды и земли — в природе они дали бы глину, — протараторила она. — Потом использовала огонь и воздух. Первый понадобился, чтобы оживить его, а второй — чтобы заставить двигаться. Больше всего на свете Юнне хотелось спуститься в зал и заново слиться с толпой. В поисках поддержки она посмотрела на Розу. — Полагаю, на этом можно закончить, — сказала та. — Если, конечно, ни у кого больше нет вопросов, — Роза обвела глазами зал, но все молчали. Юнна поклонилась и уже почти подошла к лесенке, когда господин Снежин подал голос: — Позвольте задать ещё один. Здесь даже госпожа Линник вскинула бровь. Юнна надеялась, что сейчас за неё заступятся, но не тут-то было. Она готова была поклясться, что не мямлила, а говорила так чётко и громко, как только могла. Юнна стиснула зубы и, посмотрела туда, где сидел отец Матвея. В этом заключалась её главная ошибка. Когда их взгляды пересеклись, глаза  Снежина налились чернотой и странно блеснули. Колени у Юнны подкосились, однако виной этому был не только страх. Голова закружилась, и всё вокруг превратилось в калейдоскоп разноцветных пятен. Пришлось крепко вцепиться в перила, чтобы не упасть. — Как вы придумали идею? — прозвучало словно издалека. Юнна хотела было ответить, но не смогла произнести ни слова. Почувствовав себя совсем плохо, она медленно опустилась на ступеньку. Неожиданно её правое запястье обожгло болью. Юнна посмотрела на него и с ужасом заметила, что вырезанные на браслете глифы исчезли. Её пробила дрожь. Она подняла голову, чтобы отдышаться, и вдруг осознала, что Алтарная куда-то исчезла. Вокруг было пусто и темно, слабое мерцающее сияние исходило от нарисованных на стене символов — сложных, незнакомых. В паре десятков метров от неё, там, где только что находилась дверь, некто в чёрном глухом одеянии чертил на стене новый глиф. Ощутив её взгляд, человек обернулся и медленно двинулся к ней. Его лицо было скрыто капюшоном, а ноги, кажется, не касались к земли. Юнна вздрогнула. Внутреннее чутье подсказывало ей бежать, однако сама она словно приросла к полу. Когда призрак остановился напротив одного из глифов, Юнна увидела, что дрожащий свет просачивается сквозь тёмную ткань. — Он твой, — свистящий шёпот раздавался прямо у неё в голове. — Прими его, прими, прими… — Очнись, пожалуйста, ну же! Да что с ней такое? — кто-то энергично тряс её за плечи. — Людям, особенно молодым девушкам, часто становится дурно во время публичных выступлений. Нужно послать за экипажем и отправить её домой. Я сейчас же отправлю служащего… — Сначала она должна прийти в себя. Юнна открыла глаза, но тут же снова зажмурилась из-за слепящего света. Она опять очутилась в Алтарной и, кажется, по-прежнему сидела на ступеньке. Вернее, лежала. — Не вставай так резко, — Роза осторожно помогла ей подняться. Она побледнела, в лице у неё читались волнение и испуг. — Как ты? — Всё нормально, — язык у Юнны с трудом ворочался. Она улучила момент и украдкой взглянула на свой браслет, но тот ни капли не изменился. Глифы находились там же, где всегда, и выглядели совершенно обычно. Никогда ещё этот факт не приносил ей столь сильного облегчения. Юнна обернулась, дабы убедиться, что со стеной тоже ничего не произошло. Волшебные факелы в позолоченных подставках, фиолетовая драпировка и ни намёка на загадочные символы. Юнна сглотнула. Наверное, она действительно просто упала в обморок, вот кошмар и привиделся. — Мне нужно закончить церемонию, — тихонько сказала Роза. — Если хочешь, можешь выйти подышать, а потом мы вместе пойдём домой. Юнна покачала головой: — Я подожду завершения вместе со всеми. Как-никак, моё выступление тоже засчитали, верно? — она нашла в себе силы улыбнуться. — В таком случае, возвращайся на место и постарайся не нервничать. Пожалуйста, держись за перила. Вот так, аккуратнее. А следующий и заключительный участник… Не без тревоги Юнна спустилась в зал. Какой-то юноша из первого ряда любезно подал ей руку, а на пути к скамейке её приветствовали не меньше, чем остальных. Однако мысли теперь занимало нечто совсем иное. Точно сквозь пелену Юнна наблюдала за происходящим на сцене: худенький молодой человек в очках пытался управиться с большим зубастым растением. Может, она и правда всего лишь потеряла сознание, но почему видение было таким пугающе реалистичным? Темнота, неизвестные глифы, призрак... Как вы придумали идею? Юнну пронзила дрожь. Она мигом вспомнила и размеренный ледяной тон, и сосредоточенный на ней взгляд чёрных глаз. Ответ нашёлся сам собой. Снежин-старший заколдовал её. — Большое спасибо, — госпожа Линник отпустила последнего ученика. Судя по всему, его выход не оказался таким уж удачным: плечи юноши поникли, очки сползли на кончик носа. Никто, впрочем, не обратил на это особенного внимания. Испытания подходили к концу, и всех волновало только то, что им вот-вот предстояло услышать. Госпожа Линник взяла у Розы блокнот: — Итак, первый этап завершён. Независимо от проявленного уровня мастерства, старания каждого из вас достойны уважения и похвалы. Юнна поддержала жидкие аплодисменты, хотя на самом деле мечтала, чтобы торжественный монолог поскорее закончился. — Однако не стоит забывать, что никто не может дать более честного и справедливого ответа, чем Книга Мудрости — драгоценный артефакт, источник силы и гордость нашего Храма Чар. Поэтому вам придётся самим задать ей вопрос. Среди учеников поднялось волнение. Даже Юнна, которая уже бывала на церемонии, позабыла об этом обряде. Госпожа Линник поспешила всех успокоить: — Не бойтесь. В наши дни это скорее дань традиции, чем реальная часть испытаний. Книга никогда не отказывает тем, кто достойно справился с первым этапом. Напоминаю, что для этого нужно было соединить четыре стихии в оригинальном заклинании, — она зашелестела исписанными страничками. — Сейчас я буду называть фамилии, а вы, когда услышите свою, поднимайтесь ко мне и стройтесь в линию. Вот он! Самый важный момент в её жизни! Сердце у Юнны затрепетало. Госпожа Линник двигалась по алфавиту, и к тому моменту, как она добралась до буквы "Я", почти все участники вновь оказались на сцене. Не повезло всего нескольким, и, несмотря на сочувствие, Юнна то и дело ловила себя на мысли, что не переживёт, если окажется в их компании. Едва её имя прозвучало, она пулей взлетела на сцену и замкнула собой длинную шеренгу. Юнна даже не сразу осознала, что стоит на том же месте, где лишилась чувств. Правда, долго подумать над этим ей не удалось. Госпожа Линник шла вдоль учеников, поправляя им мантии и напоминая о правилах приличия: — Встаньте ровно. Прекратите разговаривать. Выньте руки из карманов. Ярцева! Хватит приплясывать. Или вам опять плохо? — спросила она довольно обеспокоенно. Только тогда Юнна заметила, что от нетерпения начала перекатываться с пятки на носок. Она покраснела, но госпожа Линник уже переключила внимание: — Нет повода смеяться, Снежин. К тому же, у вас развязались шнурки. Роза тем временем инструктировала первую участницу: — Положите руку на книгу и сосредоточьтесь. Постарайтесь не думать ни о чём, кроме своего вопроса. Когда будете готовы, задайте его. Вслух или про себя, не имеет значения. — Достойна ли я стать адептом магии? — едва слышно проговорила участница. В ответ книга озарилась уже знакомым голубым сиянием. Глифы на браслете девушки вспыхнули, то же случилось и с висевшим у неё на шее амулетом. Нежный свет сочился сквозь её пальцы. Она прикрыла глаза и рассмеялась. Роза выкатила из-за занавеса тележку с лежавшими на ней небольшими бархатными коробочками. Открыла одну из них и приколола на грудь участницы маленькую серебряную брошь. — Поздравляю! — сердечно воскликнула она. — Надеюсь в скором времени встретиться с вами на службе! Сбивчиво пролепетав слова благодарности, девушка поспешила навстречу сопровождавшим её друзьям и родственникам. Роза отозвала госпожу Линник в сторонку. — Юнна Ярцева! — окликнула та через пару секунд. Юнна уставилась на неё с удивлением. Неужели она опять сделала что-то не так? — Вы дурно чувствовали себя сегодня. Не хотите пойти первой, чтобы мы могли побыстрее вас отпустить? Юнна замялась. Предложение звучало заманчиво, но соглашаться всё-таки было страшно, да и лишнего внимания ей совсем не хотелось. Роза энергично кивала головой из-за спины госпожи Линник. "Вперёд!" — шёпотом велела она. И Юнна решилась. Вышла из строя и медленно двинулась к кафедре. — Нечестно! — сердито воскликнул Матвей. Юнна уже встала напротив книги, но тут замерла и подумала, что лучше бы ей вернуться назад. — Почему другие должны задерживаться из-за чужих проблем? Пусть идёт домой, если ей так уж плохо. — Вот именно, — поддержал Алан. — Согласно правилам, все должны быть в равных условиях. Или я ошибаюсь? — В правилах ничего не сказано насчёт очерёдности, — в голосе Розы прорезались угрожающие нотки. — Но, раз уж так хочется, мы можем обсудить это позже. Другие не должны задерживаться. Юнне захотелось провалиться сквозь землю. Долгожданное окончание церемонии превращалось в место пикировки, и виной этому она. Почему ей даже делать ничего не надо, чтобы привлекать неприятности? — Хорошая идея отложить дискуссию, — вмешалась госпожа Линник. — Пожалуйста, задавайте вопрос. Вы знаете, что нужно делать? — Угу. Юнна нерешительно воззрела на реликвию, вновь ощутив источаемую ей древнюю, могущественную энергию. Пожелтевшие страницы были усыпаны причудливыми изумрудно-зелёными символами. Они странным образом дрожали, и оттого казалось, что книга дышит, будто живая. Ещё немного помедлив, Юнна опустила руку на тёплую шершавую бумагу. Человек никогда не замечает, сколько у него в голове самых разных мыслей, пока не приходит время их разогнать. «Я не выгляжу глупо со стороны?», «Что, если у меня не получится?», «Разрешат ли мне сразу приступить к службе?». Юнна едва заметно потрясла головой. Нет, так не пойдёт. «Сконцентрируйся», — приказала она себе. Достойна ли я стать... — Всё равно у неё ничего не получится, — долетело до её слуха. Матвей. Господин Снежин. Заклятие. Действительно ли он зачаровал её? И что теперь будет? Пальцы обожгло огнём. Юнна вскрикнула и посмотрела на книгу. Вместо ласкового голубого света она на мгновение будто вспыхнула пламенем, а затем узор из символов на странице поблёк. Дурной знак. Очень-очень дурной.