Время все изменит...

Я не знаю сколько прошло времени, но когда я проснулся на улице было светло, во дворе никого нет, тишина... Надеюсь это не сон? Я спустился с вышки и направился к дому, но тут же почувствовал, как меня сзади кто-то крепко схватил за воротник куртки. Я, выхватив пистолет из внутреннего кармана, резко с силой огрел противника прикладом и обернулся. Это был один из людей группы "Тьмы", но откуда он здесь? Мгновение и послышался выстрел, я пригнулся и быстро переместился за угол дома, пытаясь разглядеть, кто стрелял. Вдруг позади послышался крик: К: ОБЕРНИИСЬ!! Я резко обернулся и пригнулся, в следствии чего нож влетел и воткнулся в стену деревянного старого домика. — Да что происходит, черт возьми?! К: молча, живо в дом! Только сейчас я заметил в отдалении Саро, что стоял с винтовкой и злобно смотрел на меня. Немедля, я заскочил в дом, где меня тут же перехватил Милохин. Д: все нормально? — Ну... Да Д: беги наверх и отстреливай врагом со второго фланга — Понял Я поднялся по ступеням и лестнице на чердак, открыв окно, оглядел местность. Поодаль стояла черная машина, во двор ломилась бригада группировки Милохина старшего, по крышам полуразрушенных многоэтажек разбросаны снайпера, которые так и наровили кого-то подстрелить. В: Расплодился буржуй — Вова? В: Да-да, наша задача отстреливать тех, кто окружает дом. — Понял, принял Д: выпустить заключённых! Послышался грубый голос Дани с первого этажа, и Вова тут же исчез внизу, а я продолжил отстрел. Знаете, это как на войне. Враги бегут на пролом, ты стреляешь во всех, кого видишь. Пусть я не участвовал никогда в войне, но это чувство я испытываю именно здесь, в Гайстере, и у меня нет никакого желания оставить этот город и уйти туда, где светло, тепло и безопасно. С первого этажа начали слышатся перебойные выстрелы, а позади меня выросли две тени. Это были те самые заключённые, которых Милохин младший когда-то пленил у отца, они вышли в свет на подмогу. Выстрелы теперь слышались с удвоенной силой, а во двор, завалив забор, ворвался большой американский джип с установкой на крыше, которая тут же приступила к обстрелу и первой целью стал первый этаж. Громкий выстрел и наш дом содрагнулся. Д: КАКОЙ ЖЕ ТЫ ПОДОК! Послышался истерический крик. — Вперёд!! А: открываем огонь! Теперь сплошные выстрелы полностью заглушали слова и выкрики людей, союзников и врагов. Пыль и огни мешали обозрению, но мы обстреливали врагов со всех возможных сторон. Но они ведь тоже не настолько глупы, чтобы просто бежать на пролом, снайперы начали свое дело, и я еле успел уклонится от полетевших осколков стекла. / — ты как? — обратились двое напарников. - Нормально, не останавливайтесь! Отстреливайте всех, кого видите и слышите! А: держимся в укрытии, никому не выходить! — Понятное дело, мы не настолько ещё идиоты, чтобы соваться на ражён. — ответил я, выстрелив во владельца пушки, которая тут же оказалась направленна на наш этаж. — Чёрт! Назад! Живо! — крикнул я и, как только двое двинулись назад от окна, с силой токнул стилаж, который с грохотом повалился на пол, отразив ядра, что вернулись в противоположную сторону. Взрыв машины, всё заволокло дымом, но стрельба не прекращалась и, едва разглядев сквозь дым, я заметил, как мало осталось нас и как много осталось тех, кто неустанно на нас нападает. Неужели мы проиграем в этом бою?