Вспомнить

Драко тревожно ходил из угла в угол, изредка поглядывая на улицу, где уже вовсю светило солнце. Он всегда любил поваляться в кровати, и мать всегда укоризненно смотрела на него, когда Драко выходил из своей комнаты около двенадцати дня, довольный и растрепанный, но сегодня Малфой поднялся рано, особенно учитывая, что заснул около 3 ночи, уставший и немного подавленный. Еще бы, невежда Поттер умудрился заснуть, пока Драко рассказывал тонкости французской кухни. Какое неуважение к собеседнику! Драко и сам не мог понять, отчего смутился больше — то ли оттого, что Гарри сопел в его кровати, весь такой уставший и беззащитный, совершенно не похожий на самого себя, то ли оттого, что его пламенную речь так грубо проигнорировали. А сейчас Малфоя одолевали волнения. Если вчера, пока рядом сновали гости, а рядом щебетала с Дафной Панси, думать было некогда, а ночью он слишком устал и отключился почти мгновенно, то утром он наконец осознал всю тревожность ситуации: Поттер был влюблен в Грейнджер, а он даже не заметил! Конечно, он не стал делать огромные глаза и открывать рот, как сделал это Гарри, а попытался придать голосу скучающий оттенок и каплю самодовольства, мол, отношения Поттера не значат для него ровным счетом ничего, но информация была для него неожиданной. Драко и раньше замечал повышенное внимание Гарри к Грейнджер, но почему-то никакой симпатии в этом не видел. Максимум, обычная дружба. Да и не станет же он, в самом деле, следить за своим другом и — Мерлин! — гриффиндорской грязнокровкой, он слишком хорош для таких занятий. Но Паркинсон тоже не следила, хотя откуда-то и узнала… Как все сложно. И конечно, этот святоша, который сразу же хмурился и отводил взгляд от любой хоть немного пошлой шуточки Панси, что только смешило ее и заставляло подшучивать и дальше, сразу оскорбленно сбежал и спрятался так, что мы нашли его только благодаря домовику. Хотя, Грейнджер пошла к нему сама, только вот неизвестно, как долго она пыталась просунуть нос в запертые для нее двери. Драко довольно хмыкнул, представляя, как девчонка бегает от двери к двери, а они просто не открываются. Заклинание, насланное отцом с помощью домовиков на весь мэнор в целом, запрещало всем, кроме Малфоев, открывать любимые двери кроме уборной и входной, да и те лишь при наличии приглашения и отсутствию на руках опасных предметов и палочек. Исключением были Гарри и Панси, которым отец доверял. Но факт оставался фактом: Гарри питал (или все еще питает) чувства к Грейнджер, а значит риск того, что в один прекрасный — ужасный — день он просто сбежит в Гриффиндор к куче своих фанатов под крыло Дамблдора и Маккошки, становился в разы больше. Значит, нужно было заставить Гарри остаться. Не насилием, конечно, но чем-то действенным. На ум, как назло, ничего кроме угроз не приходило. Драко и сам не знал, почему этот придурок был ему так дорог. С Панси они были близки с самого детства, а с Поттером всего год, но степень привязанности к ним обоим была примерно одинакова. Почему? Поттер стал его первым другом-мальчиком, с которым было действительно комфортно и интересно. Драко познакомился и с Ноттом, и с Забини, и с Креббом с Гойлом еще давным-давно, когда их привели на очередной скучный прием и представили друг другу, настоятельно порекомендовав подружиться. Но Нотт был слишком скучный, Кребб и Гойл как неразлучная парочка тупоголовых тумбочек жутко раздражала младшего Малфоя еще лет с 7, Блейз был неплох, с ним было занятно, но все равно не то. А вот Поттер… Он заинтересовал Драко еще в том ателье, когда его привели и оставили мальчиков в одиночестве. Заинтересовал настолько, что он решил завести разговор, даже толком не зная ничего об этом мальчишке. А если бы он оказался грязнокровкой с какого-нибудь Хаффлпаффа? Отец точно не одобрил бы такое знакомство. К счастью, неразговорчивый и странный мальчишка оказался Гарри Поттером, да еще и введенным в род Блэков, да еще и отправленным в Слизерин. Драко сразу ухватился за этот шанс и буквально присосался к Поттеру, унизительно таскаясь рядом и навязывая свое общество. Поттер вертел носом и хмурился, но привык, и теперь он празднует четырнадцатилетние в Малфой-мэноре и засыпает на кровати Драко. И к этому, помимо прочего, шел еще и тернистый путь «проверки на вшивость» от отца, которая порядком нервировала и Драко, и самого Гарри, которого эти злобные взгляды и провокационные разговоры чуть не оттолкнули еще дальше. Но отец дал добро, и теперь Драко мог быть самим собой, и Поттер сразу же подобрел и стал более открытым, поэтому они могли просто побыть друзьями. А сейчас это все было на грани срыва, и Драко не был бы Малфоем, если бы не попытался все исправить и если не рассорить Гарри с Грейнджер, то хотя бы сблизиться сильнее, чтобы глупая привязанность Поттера меркла на фоне его дружбы с Драко. Поэтому Малфой торжественно принес ему зеркало, которое собирался отдать только в начале года, да и то разрывался между Гарри и Панси, и по восторженным глазам Поттера Драко сразу понял — попал в яблочко. Гарри сразу подобрел, поэтому Драко окончательно расположил его к себе предложением остаться. Правда, это пока особо ничего не давало, и следовало идти дальше, только вот как? Следует вести себя дружелюбно, но так он себя и ведет еще с Рождества. Гарри доверяет ему, раз сначала выболтал свою способность к парселангу, а потом еще и заснул, но этого все равно недостаточно. Драко зло рыкнул себе под нос и снова сел на кровать. С чего он вообще взял, что Поттер собирается уходить? Даже в самом начале, когда их отношения нельзя было назвать ничем хорошим, он резко отклонил предложение Уизли, хотя с Грейнджер уже общался. Почему вообще Грейнджер? Понятно, ему не надо заботиться о продолжении чистокровного рода, Сириус и так все испортил, женившись на полукровке, да и влюбиться это никак не мешает (хотя Драко было противно даже от мысли об отношениях с кем-то нечистокровным!), но что в ней такого, чего нет, например, в Панси? Она тоже красивая, тоже умная, тоже много читает и с ней тоже легко и приятно. Да и характер у нее получше, чем у этой грязнокровной рохли. А может, он уже не влюблен в нее? Панси задала вопрос в прошедшем времени, но судя по Дафне и Блейзу он распространялся и на настоящее. Но почему Грейнджер выглядела такой довольной, когда уходила? Откуда вообще взялась эта нездоровая зависимость к Поттеру? Да, он хороший друг, но если вдруг решит сменить факультет — скатертью дорожка. Хотя жизнь без него изрядно потускнеет, у Драко будет еще и Панси. Поэтому обойдется этот придурок без особого к себе отношения. Правда, не мешает быть потолерантнее к грязновровкам и другим факультетам — Поттер всегда начинает беситься, когда речь заходит об этом. *** Гарри проснулся поздно. Кровать была мягкой и теплой, а шторы скрывали комнату от солнца, которое ярко светило за окном. Он был в дорогущей пижаме под легким одеялом, которое приятно пахло свежестью, а голова покоилась на мягкой подушке. Вставать не хотелось, поэтому Гарри подтянул ноги к животу и свернулся комочком — так он всегда делал дома, начиная еще с девства, чтобы заснуть. Но в голову, как назло, полезли воспоминания вчерашнего дня, и последнее, что ему удалось вспомнить — монолог Драко и Франции, который постепенно обрывался. Только не это! Он снова заснул. Как маленький ребенок, честное слово! А ведь не зря Панси предупреждала… Оставалось надеяться только на Малфоя, который проникнется трогательной историей уставшего змееуста, который заснул, тяготимый мыслями о сложности бытия. Но Драко явно был не настолько благороден, и наверняка Панси уже успела нахохотаться над письмом друга, настрочив своим птичьим почерком ответ. Гарри тяжело вздохнул и поднялся с кровати, недовольно поежившись. В мэноре не было холодно, да и лето за окном, но после ночи под одеялом кожа моментально покрылась мурашками. Темпус показал 11:23, поэтому Гарри сразу же пошел в ванную, дабы привести себя в порядок и не выглядеть отвратительно перед всегда идеальными Малфоями. Гарри выглядел… непривычно. Вместо обыденно немного взъерошенных волнистых волос в отражении во всю сторону торчали кудряшки, а челка теперь прикрывала шрам еще больше, но это можно было назвать только плюсом. На полке рядом лежала расческа, и Гарри провел ей по волосам. Они оказались на удивление податливые и практически сразу приобрели нормальный вид, перестав делать Поттера похожим на барашка. — Гарри, ты спишь? — в комнате раздался громкий стук, и Гарри чуть не выронил расческу из рук. Впрочем, обладателю голоса — а им оказался Драко — и не требовался ответ. — Ты где? — В туалете, — крикнул Гарри, торопливо оглядывая себя напоследок. — Ты в курсе, что спать так долго просто неприлично? — спросил Драко, к счастью не предпринимая попыток открыть еще и дверь в туалет. — Я давно проснулся, — соврал Поттер, включая воду и умывая лицо. — Не ври, — укоризненно отозвался Драко, чей голос почти заглушался шумом воды. — Домовик сообщил, что ты проснулся. — Зачем ты тогда спрашивал сплю ли я, идиот, — проворчал Гарри достаточно громко, чтобы Малфой смог расслышать. — Чтобы не врываться тебе в комнату просто так. — Но в итоге ты ворвался просто так. Я даже не успел тебе ответить. — Это мелочи, — протянул Драко, и его голос был чуть тише, чем раньше. Видимо, он наконец соизволил отойти подальше от двери и успокоиться. Гарри обнаружил рядом зубную щетку и пасту, любезно оставленную хозяевами через домовика, и принялся чистить зубы. Малфой за стеной замолчал. — Ты еще долго собираешься там стоять? — недовольно спросил Гарри, когда Драко постучался в дверь и поинтересовался, не утонул ли там его дорогой друг. — Пока ты не выйдешь, — отрезал Малфой, снова отходя в другой конец комнаты. — Я должен проводить тебя в столовую. Родители будут там через 15 минут! Гарри еще раз придирчиво осмотрел себя и только после этого вышел. Малфой сидел на кресле, закинул ногу на ногу и недовольно смотрел на причесанного и умытого Гарри, и Поттер не мог не заметить, что Драко выглядит как-то по другому. В школе Гарри привык видеть друга в мантии, надетой поверх идеально чистых и выглаженных белых рубашек, или в пижаме, которая была одна и та же, но в разных цветах. Даже по выходным Драко предпочитал надевать рубашки с брюками, в то время как Гарри свободно носит магловскую, но зато удобную одежду, а Панси и вовсе носила все подряд: блузки, юбки, платья, брюки, кофты всех видов — начиная от водолазок и заканчивая свитерами крупной вязки. На магловские толстовки и джинсы Панси заглядывалась, но носить не решалась, предпочитая носить только распространенную у магов одежду. Сейчас же Драко был более домашним и почти неузнаваемым. Впервые на памяти Гарри он надел шорты, да еще и натянул простую белую футболку. Волосы причесаны, но не уложены, а на ногах — кто бы мог подумать! — теплые носки. — Чего пялишься? — недовольно скривился Драко. — Так и знал, что будешь пялиться. — Малфой, да ты впервые надел теплые носки и шорты, — выдал в свое оправдание Гарри, взглядом пытаясь найти оставленную вчера где-то в комнате одежду. Трансфигурация одежды хоть и была сложной, но все же являлась посильной задачей. Чары будет поддерживать нелегко и к вечеру он наверняка вымотается, но не ходить же в пижаме! О чем он только думал, когда соглашался остаться, не имея при себе ничего, кроме парадной мантии и костюма. — Это не повод так глазеть, — проворчал Драко, наблюдая за попытками Поттера обнаружить одежду. — Что ты ищешь? — Одежду, — просто ответил Гарри, смутно припоминая, что оставил мантию в шкафу. — Ты собираешься ходить в костюме? — приподнял одну бровь Драко. Гарри очень бесила эта его привычка, и дело было даже не столько в самом жесте, сколько в том, что у Поттера так упорно не получалось, и брови поднимались вместе, да еще и лицо перекашивалось при этом. — Я трансфигурирую во что-нибудь другое. — Ну и кто из нас идиот? — хохотнул Драко, поднимаясь с кресла. — Я конечно понимаю, что ты у нас очень много умеешь и все такое, но это же жуткая трата энергии. — У меня не другой одежды, — сердито ответил Гарри, демонстративно отвернувшись от хихикающего Малфоя. — Наблюдать за твоими стараниями было бы забавно, — сообщил Малфой, когда Гарри наконец-то нашел рубашку и начал пытаться сделать из нее футболку. — Но когда-нибудь в другой раз. Родители наверняка заждались. — Ну и что ты предлагаешь? — вздохнул Поттер, когда болтовня Драко сбила его и рубашка чуть не осталась с одним коротким рукавом. — Довожу до вашего сведения, мистер Поттер, — Малфой встал в позу и сделал серьезное лицо, на что получил лишь недовольный взгляд Гарри. — Мистер Люпин сегодня появился в мэноре с кучкой магловских тряпок и сказал, что ты совершенно не собранный. Гарри заметно оживился и снова оглянулся, как будто вещи могли появиться прямо сейчас. — Тинки, — усмехнулся Драко. — Принеси Гарри вещи. Спустя минуту в комнате появился домовик с черной футболкой, которую Гарри носил пару раз и берег для особых случаев (которых до этого момента, правда, не было), и легкими домашними серыми штанами в клетку. — Странный выбор, — не очень оценил Драко. — Хорошо, что он не принес твои ужасные джинсы, мама бы в обморок упала. — Дай мне переодеться, — потребовал Гарри, проигнорировав последнюю фразу. Малфой послушно направился к выходу, в голове проклиная себя за столь нелестное высказывание о магловской одежде. Мама и правда не оценила бы, да и сам Драко не понимал такой любви друга к тем самым джинсам, но ведь он всего час назад решил не оскорблять магловские замашки Поттера! — Я жду тебя за дверью, — сухо сказал Драко, закрывая за собой дверь. *** — Гарри, — попривествовала Нарцисса, как только мальчики зашли в столовую. Родители Драко уже сидели за столом, на котором стояла куча различных блюд, начиная от сэндвичей и заканчивая чем-то странным и непонятным, чьего названия Гарри не знал. — Добрый день, молодые люди, — строго сказал Люциус. — Вы опоздали. — Извини, отец, -буднично отозвался Драко, сразу же усаживаясь на стул. Несмотря на то, что все вроде были дома, Люциус был в костюме, а Нарцисса в длинном, и не очень похожим на домашнее, платье. — Извините, — повторил за ним Гарри, садясь рядом. — Должна признать, Гарри, твоя… кхм, ночевка была для нас неожиданной, — Нарцисса хоть и обращалась к Гарри, смотрела на Драко, который пристыженно отвел взгляд и резко выпрямил спину. — Извините за доставленные неудобства, — ответил Гарри, смутно понимая, что вообще стоит отвечать. — Это я его позвал, — сразу встал на защиту Драко. — Прошу прощения что не спросил у вас. — Да уж, — только и вздохнула Нарцисса, затем отпила кофе и снова укоризненно взглянула на сына. — Это было невежливо. Впредь такого не должно повториться. — Конечно, — лучезарно улыбнулся младший Малфой, осматривая стол на предмет еды. Остаток завтрака прошел в молчании. Все были заняты едой и почти не разговаривали, изредко перекидываясь короткими фразами. Люциус ушел первым, поцеловав жену в щеку и попрощавшись с сыном. Скорее всего, он направлялся в Министерство, потому что из коридора послышался его приказ принести мантию. Нарцисса закончила второй и, протерев рот салфеткой, чинно удалилась. — Она наверняка пошла в сад, — поделился Драко как только его мать ушла достаточно далеко. — Она любит сидеть там. — Понятно, — немного потерянно отозвался Гарри. Для Малфоев такие завтраки может и были самыми обыденными, но для Гарри точно нет. Дома они всегда обсуждали новости и смеялись вместе, иногда и вовсе завтракали по отдельности, когда у родителей были дела. И сейчас, в тишине мэнора, Гарри немного терялся. После Рождества все было по другому. Да и сами они были другими. Дом хранил праздничную атмосферу, а мальчики просто маялись какой-то ерундой, в то время как старшие Малфои почти не появлялись. Портреты неодобрительно на них смотрели, но некоторые улыбались вместе с мальчиками, иногда даже снисходили до простого разговора. — Чем хочешь заняться? — спросил Драко, как только они доели. — Честно говоря, без понятия, — слегка усмехнулся Гарри. Места было много, но вот заняться здесь было почти что нечем. Можно было наведаться в обширную библиотеку, побродить по саду, просто поговорить, послоняться по тем местам мэнора, которые Драко еще не успел подробно показать и… все? — Что ты делаешь тут целыми днями? — Странный вопрос для человека, который 13 лет почти не вылазил из дома, — ответил Малфой и встал со стула. — Это мой дом. Причем весьма большой. Тут много чем можно заняться. — Например? — Гарри тоже встал, и они вышли из столовой. — Учеба, — пожал плечами Драко. — Я пытаюсь достичь твоих высот. Должен же я хоть как-то соответствовать герою. — Ты и так соответствуешь, — Гарри решил не обращать внимая на явный сарказм в голосе друга. — Как тебе идея немного полетать? — внезапно спросил Драко, хитро улыбнувшись. *** — Я собираюсь уйти из команды, — сказал Гарри, когда они с Драко легли спиной прямо на землю, оба потные и уставшие. В погоне за снитчем Гарри выиграл, но Драко не сильно ему уступал, хоть по словам самого Малфоя он «давно не тренировался». — Что?! — Драко аж поднялся на локтях, посмотрел на Поттера как на сумасшедшего. — Опять твои комплексы? — Нет, — недовольно ответил Гарри. Он ожидал примерно такой реакции, но он думал об этом еще с начала лета. Ему нравилось летать и он не собирался забрасывать, но матчи отнимали не столько силы, сколько нервы. Летать с Драко или одному было в разы приятнее, чем стрессовать перед огромным количеством зрителей, когда от твоих действий зачастую зависит исход матча. — Это взвешенное и обдуманное решение. — И как долго ты думал? — скептически взглянул на него Драко, снова укладываясь на спину. Его волосы блестели на солнце, ярко выделяясь среди травы, а на лбу был пот. Малфой тяжело дышал и крутил в руках какую-то длинную травинку и даже измотанный после длительных полетов выглядел по-аристократически элегантно, и Гарри даже хотел украдкой проверить, не успел ли друг наложить на себя какие-нибудь отталкивающие грязь чары, потому что сам Поттер уже успел испачкаться в грязи и выглядел далеко не так изящно. — Два месяца, — конечно, Гарри приврал. Обдумать уход из команды он успел пока пытался заснуть в начале июня, а потом два месяца лишь изредка вспоминал об этом, но решение менять не собирался. — Почему? — Мне нравится летать, но только для самого себя, — пояснил Гарри. — Наша команда рухнет без тебя, — тяжело вздохнул Драко. — Прошлый ловец был намного хуже. — Если ты попадешь в команду, то все будет хорошо, — слегка улыбнулся Поттер, разглядывая облака. — Я бы возмутился, что мне не нужны твои подачки, — протянул Драко. — Но я и правда хочу туда. — Вот и славно. — Ты же ушел не из своих глупых благородных целей? — нахмурился Малфой, скосив глаза на Поттера. — Нет конечно, — не стал врать Гарри, и Драко удовлетворенно улыбнулся и закрыл глаза.