Поцелуй

      Выстрелы гремели один за другим, эхом разносились по пустым коридорам больницы. Где-то на первом этаже уже вовсю кипел бой — люди Кенни и Маркуса встретили наёмников Зика градом свинца. Крики, маты, звон разбитого стекла — всё смешалось в адскую какофонию.       Леви сидел в палате, сжимая руку Эрена и пистолет. Каждый выстрел отдавался болью в груди. Он должен быть там. Должен защищать. Но обещание, данное Карле, и любовь к Эрену приковывали его к этому месту.       — Держись, — шептал он. — Всё будет хорошо.       Мониторы пищали ровно. Эрен не приходил в себя, но хотя бы не ухудшалось его состояние.       Дверь распахнулась. Леви вскинул пистолет, но это была Микаса — растрёпанная, с царапиной на щеке, но живая.       — Леви! — выдохнула она. — Четверо прорвались на второй этаж. Кенни держит левое крыло, но им нужна помощь.       — Я не могу оставить его, — Леви кивнул на Эрена.       — Я останусь, — твёрдо сказала Микаса. — Иди. Помоги им. Я защищу его.       Леви колебался секунду. Потом поднялся, передал сестре пистолет.       — Если кто-то войдёт — стреляй. Не раздумывая.       — Поняла.       Леви выбежал в коридор.       Там творился настоящий ад. Горело освещение, дым застилал глаза, на полу валялись тела. Свои и чужие. Леви перешагнул через одного из людей Маркуса — тот был ещё жив, но тяжело ранен.       — Держись, — бросил ему Леви и побежал дальше.       На лестнице он столкнулся с Кенни. Дядя был весь в крови — своей и чужой, в руках по пистолету, глаза горели безумным огнём.       — Малыш! — крикнул он, заметив Леви. — Рад тебя видеть! Как там твой парень?       — Микаса с ним. Сколько их осталось?       — Трое, — Кенни перезарядил пистолеты на ходу. — Засели в ординаторской на втором этаже. Баррикадируются, сволочи.       — Почему не идёте на штурм?       — Потому что у них заложница. Медсестра, которую не успели эвакуировать.       Леви выругался сквозь зубы.       — Что предлагаешь?       — Ты — отвлекай, я — захожу с чёрного хода, — быстро проговорил Кенни. — Как в старые добрые.       — Я никогда так не делал.       — Научишься по ходу, — усмехнулся Кенни. — Давай, племянник, покажи, на что способен.       Они разошлись. Леви двинулся к главному входу в ординаторскую, Кенни скрылся в служебных помещениях.       Леви подошёл к двери. Прижался спиной к стене рядом, крикнул:       — Эй, ублюдки! Выходите по-хорошему! Если отпустите девушку, обещаю, что умрёте быстро!       В ответ — выстрел. Пуля пробила стену в сантиметре от его головы.       — Пошёл ты, Аккерман! — заорали изнутри. — Мы уйдём только с трупом вашего художника!       — Не дождётесь!       Леви высунулся на секунду, выстрелил пару раз в сторону двери, снова спрятался. Ответный огонь был плотным. Он лишь надеялся, что Кенни успевает.       И вдруг — крики изнутри. Выстрелы, грохот, звон разбитого окна. Леви рванул вперёд, выбил дверь плечом.       В ординаторской творилось месиво. Двое наёмников лежали на полу, третий схватился с Кенни в рукопашную. Медсестра, бледная как смерть, забилась в угол.       Леви выстрелил. Попал в ногу наёмника. Тот заорал, ослабил хватку, и Кенни тут же прикончил его одним ударом.       — Чисто! — выдохнул Кенни, оглядываясь.       — Чисто, — подтвердил Леви, проверяя углы.       Он подошёл к медсестре, помог ей подняться.       — Вы в порядке?       — Д-да, — заикаясь, ответила девушка. — Спасибо... спасибо вам...       — Бегите вниз, там наши люди, — приказал Леви. — Быстро.       Девушка выбежала.       Кенни подошёл к Леви, хлопнул по плечу.       — Неплохо для первого раза, племянник. Есть контакт.       — Спасибо, — коротко ответил Леви. — Надо возвращаться к Эрену.       Они вышли в коридор, и в этот момент рация ожила голосом Микасы:       — Леви! Леви, срочно! Сюда кто-то идёт! Я слышу шаги на лестнице!       — Микаса, уходи оттуда! — заорал Леви, бросаясь бежать. — Уводи Эрена!       — Не могу! Он подключён к аппаратам! Если отключить — умрёт!       — Чёрт!       Леви летел по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Кенни не отставал, хотя был старше и тяжелее ранен.       Они ворвались на третий этаж и увидели картину, от которой у Леви кровь застыла в жилах.       Двое наёмников стояли у двери в палату. Микаса отстреливалась из-за угла, но патроны, видимо, заканчивались. А наёмники уже готовились к рывку.       Леви не думал. Он просто начал стрелять.       Первая пуля попала одному в спину. Тот рухнул как подкошенный. Второй обернулся, вскинул оружие, но Кенни уже был рядом — выстрел в упор, и всё кончено.       — Микаса! — Леви подбежал к сестре. — Ты цела?       — Цела, — выдохнула она, опуская пистолет. — Но патроны кончились. Ещё немного — и они бы ворвались.       — Всё хорошо, — Леви обнял её. — Ты молодец.       Кенни подошёл, оглядел поле боя.       — Кажется, всё, — сказал он. — Больше никого.       — Точно? — спросил Леви.       — Точно. Мои люди прочесали всё здание. Чисто.       Леви выдохнул. Опустился на корточки, упёрся лбом в стену. Дрожь била всё тело.       — Эрен, — прошептал он. — Как он?       — Стабилен, — ответила Микаса. — Я проверяла. Всё в порядке.       Леви зашёл в палату. Подошёл к кровати, взял Эрена за руку.       — Слышишь? — тихо сказал он. — Мы справились. Все живы. Теперь ты должен справиться ты. Проснись, пожалуйста. Я не могу без тебя.       Эрен не отвечал. Но мониторы пищали ровно, и это давало надежду.       В дверях появился Кенни. Опирался на косяк, тяжело дышал.       — Ранен? — спросил Леви, оборачиваясь.       — Пустяки, — отмахнулся Кенни. — Царапина.       — Дай посмотрю.       — Я сказал — пустяки. — Кенни выпрямился, хотя было видно, что ему больно. — Знаешь, племянник... ты молодец. Твой отец гордился бы тобой.       — Ты уже говорил.       — Повторю ещё раз. Ты настоящий Аккерман.       Леви молчал. Потом подошёл к дяде, протянул руку.       — Спасибо, — сказал он просто.       Кенни посмотрел на его руку, потом на лицо. Усмехнулся. Пожал.       — Всегда пожалуйста. Но если я тебе ещё раз понадоблюсь — лучше звони сам, а не через сестру. Договорились?       — Договорились.       В палату заглянул Маркус.       — Там полиция съезжается. И скорая для раненых. Что им говорить?       — Ничего, — ответил Кенни. — Скажи, что было нападение на больницу, мы защищались. Остальное я улажу.       — У тебя есть связи в полиции? — удивился Леви.       — У меня есть связи везде, — усмехнулся Кенни. — На то я и Кенни Аккерман.       Он вышел, оставляя Леви и Микасу наедине с Эреном.       Леви снова сел у кровати, взял любимого за руку.       — Ты слышал? — прошептал он. — Мы победили. Теперь твоя очередь. Проснись. Я жду тебя.       Где-то в глубине сознания, в темноте комы, Эрен услышал этот голос. Он не мог ответить, не мог пошевелиться, но знал — там, снаружи, его ждут. Любят. Верят.       И это давало силы бороться дальше.