Поцелуй

      Прошло две недели с тех пор, как Эрен пришёл в себя. Он уже достаточно окреп, чтобы передвигаться по палате с помощью Леви, и даже начал понемногу рисовать — наброски карандашом, простые линии, но для него это было важно. Возвращение к жизни.       Но пока они наслаждались хрупким покоем, в тени уже зрела новая угроза.

******

      Роскошный офис в деловом центре города. Высотное здание из стекла и бетона, наверху которого располагалась штаб-квартира одного из крупнейших акционеров «Йегер Фарм» — Рода Райса.       Зик Йегер сидел в кожаном кресле напротив хозяина кабинета, попивая дорогой коньяк и с лёгкой усмешкой наблюдая за тем, как Райс нервно теребит галстук. За панорамными окнами простирался вечерний город, но оба мужчины не обращали внимания на красоты.       — Вы понимаете, господин Йегер, — осторожно начал Райс, — то, что вы предлагаете... это очень рискованно. Акционеры не любят, когда их втягивают в корпоративные войны.       — Акционеры любят деньги, Райс, — перебил его Зик, ставя бокал на стол. — А я предлагаю им очень много денег. Если, конечно, они поддержат меня в этом вопросе.       Райс нервно сглотнул. За те несколько месяцев, что он сотрудничал с Зиком, он успел убедиться — этот человек не терпит возражений.       — Чего именно вы хотите? — спросил он, хотя уже догадывался.       Зик поднялся, подошёл к окну, засунув руки в карманы идеально сидящего костюма.       — «Йегер Фарм» готовит крупный проект. Новое медицинское оборудование, многомиллионные контракты, выход на международный рынок. Всё это время проектом руководил Леви Аккерман как управляющий. Но по уставу компании, в таких стратегически важных инициативах должен участвовать главный акционер.       — Эрен Йегер, — тихо произнёс Райс.       — Именно. — Зик обернулся, в глазах его горел холодный огонь. — Сейчас этот щенок валяется в больнице, но это не отменяет устава. Акционеры имеют право требовать, чтобы именно он, а не наёмный управляющий, представлял компанию на переговорах, подписывал документы, нёс ответственность.       — Но он не в состоянии... — начал Райс.       — Меня не волнует его состояние! — рявкнул Зик, и его голос эхом разнёсся по кабинету. Он тут же взял себя в руки, продолжил спокойнее: — Если акционеры поднимут этот вопрос, если они заявят, что не доверяют управляющему, что хотят видеть реального владельца — компания окажется в тупике. Проект заморозят. Контракты повиснут в воздухе. И тогда...       — Тогда Леви Аккерману придётся либо вытаскивать Эрена из больницы, либо признать, что компания не может функционировать без главного акционера, — закончил Райс, начиная понимать замысел.       — Браво, — усмехнулся Зик. — А если Эрен появится — мы его достанем. Если не появится — компания начнёт терять деньги, акционеры взбунтуются, и совет директоров сможет поставить вопрос о смене руководства. Или даже о пересмотре прав наследования.       — Но как? По закону компания принадлежит Эрену...       — Закон можно трактовать по-разному, — отмахнулся Зик. — Особенно если у тебя достаточно денег на хороших адвокатов. А у меня их достаточно.       Он подошёл к столу Райса, навис над ним.       — Твоя задача — собрать нужных людей. Тех, кто проголосует так, как надо. Пообещай им долю в будущих прибылях. Припугни, если надо. Ты умеешь, Райс. Ты же не просто так сидишь в совете директоров столько лет.       Райс молчал, обдумывая. Это было опасно. Очень опасно. Леви Аккерман не тот человек, с которым можно шутить. А его сестра, эта чокнутая Микаса... если она узнает, кто за всем стоит...       Но выбора не было. Зик держал его крепко — компромат, общие тёмные дела, подпись под сомнительными сделками. Один шаг в сторону — и он полетит со своего места, а возможно, и в тюрьму.       — Я понял, — наконец сказал Райс. — Я всё организую. Через неделю совет директоров поднимет этот вопрос.       — Умница, — Зик похлопал его по плечу, словно нашкодившего пса. — Не подведи меня, Райс. Ты же знаешь, что бывает с теми, кто меня подводит.       Он направился к выходу, но у двери остановился.       — И передай привет своей дочери. Как там её? Хистория? Красивая девушка. Было бы жаль, если бы с ней что-то случилось.       Райс побледнел как полотно. Дверь закрылась, оставляя его одного с ужасом в глазах.

******

      Через три дня в больничной палате Эрена раздался звонок.       Микаса ответила, послушала, и лицо её стало мрачным.       — Что там? — спросил Леви, отрываясь от ноутбука.       — Плохие новости, — Микаса села на стул. — Завтра совет директоров собирает внеочередное собрание. Они требуют, чтобы главный акционер лично участвовал в утверждении нового проекта.       — Что за бред? — Леви нахмурился. — У меня есть доверенность, я имею полное право...       — Устав компании, параграф 14, — перебила Микаса. — В особо важных стратегических решениях требуется личное участие владельца не менее чем пятидесяти процентов акций плюс одна. У Эрена — контрольный пакет. Без него проект не утвердят.       — Кто поднял этот вопрос? — спросил Леви, хотя уже догадывался.       — Род Райс и ещё трое акционеров. Все — люди Зика.       В палате повисла тяжёлая тишина.       Эрен, сидевший в кровати с альбомом на коленях, поднял голову.       — Значит, мне придётся пойти, — тихо сказал он.       — Нет, — отрезал Леви.       — Леви, если я не пойду, они заблокируют проект. Компания потеряет миллионы. Акционеры начнут паниковать. Зик получит то, что хочет.       — Ты ещё не окреп! — Леви подошёл к нему, взял за руки. — Ты едва ходишь! А если это ловушка? Если они попытаются убить тебя прямо там?       — Значит, нужно сделать так, чтобы не смогли, — спокойно ответил Эрен. В его глазах горела та самая решимость, которую Леви так любил и боялся одновременно. — У нас есть Кенни, есть твои люди, есть Микаса. Мы можем обеспечить безопасность.       — Это безумие, — покачал головой Леви.       — Это единственный выход, — Эрен сжал его руки. — Я больше не хочу прятаться. Я хочу жить. С тобой. Свободно. Для этого нужно покончить с Зиком раз и навсегда.       Леви смотрел на него долго, изучающе. Потом выдохнул, притянул к себе, поцеловал в макушку.       — Ты уверен?       — Уверен.       — Хорошо. — Леви повернулся к Микасе. — Готовь всех. Мы идём на совет директоров. И пусть Зик только попробует сунуться.       Микаса кивнула и вышла, уже набирая номер Кенни.       А Эрен прижался к Леви, чувствуя, как бьётся его сердце.       — Всё будет хорошо, — прошептал он. — Я верю.       — Я тоже, — ответил Леви. — Потому что у нас есть мы.       За окном сгущались сумерки, но в их сердцах горел свет. Свет борьбы, надежды и любви.