сны в лесу кошмаров

— Скажи, что это — ошибка. Скажи, что у карт тоже бывает сбои, что ты пошутил на худой конец, — умоляет Юнхо, но Чонхо продолжает молчать и лишь окидывает его и Ёсана чудовищно мрачным взглядом, пока гладит уютно устроившуюся у него в ногах и дремлющую сквозь тихое мурчание черную кошку Юнхо. — Если тебе от этого станет легче, то я сделал этот расклад четырнадцать раз. Как думаешь, сколько раз мне выпадали другие карты? — фыркает он наконец и складывает руки на груди, пока Юнхо не спеша раскладывает все необходимые предметы на полу в неровном кругу, очерченным мелом. — Соль для защиты силами земли, — поясняет он, высыпая горстку соли справа от себя и затем поджигает ароматическую палочку, поставив на бамбуковую подставку по левую руку. — Сандал для защиты силами воздуха. Ёсан молча наблюдает за всеми подготовительными процедурами, разве что поднимает взгляд на сосредоточенного Юнхо, пока тот аккуратно ставит перед ним стакан доверху наполненный какой-то жидкостью. — И даже любовное зелье можешь сварить, ведьмак? — скалит он свои лисьи клычки, на что Юнхо только поднимает левую бровь, криво усмехнувшись. — Разве твоих способностей недостаточно, чтобы вскружить голову любому, кумихо? — Сказки побольше читай, — хмурится Ёсан и тут же переводит завороженный взгляд на маленькую чёрную свечку с белым шёлковым фитилём. — На ней заклинание? — Да, она из храма, — кивает Юнхо, щёлкая несколько раз зажигалкой. — Сейчас я начну заклинание. Вам нужно положить в центр амулеты и повторять за мной все слова, как только я возьму в руки ваш. Больше никаких комментариев, никаких смешков. Дело кажется очень серьёзное, поэтому нам стоит быть максимально осторожными. В знак согласия, Чонхо кладёт в центр образовавшегося круга свои карты. Ёсан, чуть помедлив, снимает с себя перстень с зелёным камнем и кладёт его рядом с предметами, которые Юнхо разложил заранее. Он достаёт из шкатулки на верхней полке свою подвеску с кроваво-красным рубином и прикрыв глаза, медленно нараспев начинает читать заклинание. Подносит к каждой из стихий. Окунает в нежном пламени свечи, окутывает дымком сандалового дерева, кладёт на горстку соли. Наконец, опускает подвеску в стакан с водой и снова. На короткое мгновение. Опять словно вспышка он видит вместо прозрачной воды чёрную, густую жидкость, более похожую на смолу. Но сейчас вода в стакане кажется снова прозрачной, поэтому Юнхо всё так же нараспев, заканчивает читать заклинание, сильно сжав свой камень в ладони. И словно подтверждая все его опасения чувствует нарастающий жар, который рвётся, рвётся наружу. Камень разогревается настолько, что в какой-то момент Юнхо не выдерживает и роняет его на пол перед собой. Он медленно раскрывает ладонь, которая, кажется сейчас взорвётся от пульсирующей боли и действительно видит большой ожог размером со свой кристалл. — Всё ещё хуже, чем мы думаем, — объясняет он то, что только что произошло. — Насколько хуже? — тихо спрашивает Чонхо, осторожно прикасаясь к свежему ожогу. — Такое раньше с тобой происходило? — И да, и нет, — отвечает Юнхо, встав с пола. Он осматривается в своей комнате и в конце концов тянется к верхней полке, где лежит обычная металлическая коробка с крышкой, откуда он достаёт мазь от ожогов. — Рубин раньше нагревался, когда я просил у него защиту от оморочки, и это сработало, но сейчас кажется, он уже не сможет меня защитить. — Мне кажется, в это новолуние произошло ещё что-то, — вдруг отчётливо громко, словно удар колокола, произносит Ёсан. Юнхо и Чонхо тут же синхронно переводят на него взгляды. — Той ночью было ещё затмение. И. — За спиной у новорожденной смерти случился ещё один ритуал, — продолжает за него Чонхо. Он уже забрал с центра круга свои карты и смотрит на них словно в раскрытую книгу, листает хаотично. — Грядут перемены, одним защитным заклинанием дело не обойдётся… — Есть ещё один вариант, — быстро проговаривает Юнхо и тут же закрывает себе рот. Он не думал, что осмелится сказать это вслух. Это невозможно, нет, даже не думай. — Но я раньше никогда не практиковал заклинания из той книги. — У нас сейчас есть выбор? — выразительно выгибает бровь Ёсан. Юнхо переводит взгляд то на него, то обратно на Чонхо, думает, думает. — Нам понадобится две вещи, — сдаётся он спустя пять секунд лихорадочных соображений. — Поехать ночью в лес в сорока километрах отсюда. И. Вампир. В комнате повисает очень долгая, тягучая пауза. Все почему-то смотрят на Ёсана, словно он здесь самый главный и будет решать, что им всем делать. Хотя, если так подумать, то действительно именно он был заказчиком заклинания защиты на амулеты, и это ему на самом деле больше их всех остальных нужна защита. — Нет, — наконец говорит он, глядя на пламя догорающей чёрной свечи, которую они так и не погасили. — Никаких вампиров. Даже не думайте.