shadow like me

Тихое и неравномерное цоканье ногтей об стекло прерывает тишину, что до сих пор царила в просторной комнате. На улице уже стемнело, а часы показывают семь вечера, и это значит, что совсем скоро Сокджин сможет наконец развеяться. Он давно уже хорошенько не отрывался, поэтому эту ошибку нужно исправлять. Омега убирает руку с окна, и ловко спрыгивает из подоконника. В это время Намджун обычно навещает его: сначала принимая это за свою обязанность, а теперь, чтобы чисто побазарить. И хотя со дня их знакомства прошло меньше недели, они, кажется, уже успели сдружиться. Но где этот альфа? Неужели придется самим пойти его искать. «Вот же... совсем разленился, — думает Сокджин, становясь напротив зеркала, и аккуратно поправляя свои розовые волосы. — Если честно, мне вообще все равно, — и оглядывает одежду с ног до головы. — Я могу просто врезать ему зарплату, вот и все. Но мне абсолютно безразлично, — Джин открывает рот, чтобы посмотреть, не застряло ли что-то в зубах. — Даже если он сегодня не придет, то мне будет пофиг. Да, совершенно пофиг», — и, элегантно покрутившись на месте, выходит из комнаты, чтобы достать себе что-нибудь попить. По крайней мере, он так оправдывается перед собой. Но не успевает омега сделать и парочку шагов, как из лестницы начинают доносится звуки поспешной ходьбы. Мгновенно развернувшись на сто восемьдесят градусов, Сокджин делает вид, что идет в другую сторону, и уже через несколько секунд слышит за спиной знакомый голос: — Господин Ким! Господин Ким, здравствуйте! Омега наигранно лениво разворачивается, и, уловив на себе радостный взгляд Намджуна, сужает глаза. — Привет, мой самый ленивый слуга, — кивает Джин, после того как альфа обдаровывает его довольно низким поклоном. — Ленивый? — удивляется тот. — Я сделал что-то не так? — Ты опоздал, друг мой, — лаконично сообщает омега, и закладывает руки за спину. — Ты должен быть у меня ровно в семь. Забыл что-ли? Оценить состояние моей комнаты, и спросить на счет ужина. — Прошу прощения, господин. У меня были кое-какие дела, — неуверенно объясняет Намджун, прикусив губу. — Вот оно как, — протягивает Сокджин, и продолжает притворно отчитывать альфу: — Хорошо, на этот раз я тебе прошу. Но кто знает, какое у меня будет настроение в следующий. — Я понимаю, — виновато отвечает Намджун, который, похоже, воспринял все всерьез. — Кстати, поедешь сегодня в клуб? — вдруг меняет тему омега. — Чего? — переспрашивает альфа, видно, подумав, что ему послышалось. — Ну, в клуб. Мы с друзьями собираемся сегодня где-нибудь потусить. Хочешь с нами? Но перед этим мне нужно будет заехать к Чон Хосоку, — произносит Сокджин довольно. — Если мне, конечно, можно, — медленно протягивает Намджун. — У вас, наверное, друзья очень богатые, и я боюсь, что на их фоне буду выглядеть нелепо. — Да, ты прав, — соглашается омега. — Все они сказочно богаты, поэтому не захотят развлекаться с кем попало. Но не волнуйся, я сделаю из тебя первого альфу в городе. Один взгляд на твой внешний вид — и все двери клубов открыты. Ты же знаешь, я профессионал в этом деле. — Это действительно очень мило с вашей стороны, но, — альфа хитро улыбается, что заставляет Сокджина слегка удивиться, — но мне кажется, что ваш брат, Тэхен, лучше в этом разбирается. Он все-таки гендиректор модельного агентства. — Ах ты ж засранец! — резко восклицает омега, и снимает с ноги тапок, чтобы как следует врезать Намджуну. Но тот успевает среагировать, и отпрыгивает в сторону. Сокджин решает не терять время, и просто кинуть в альфу тапок, но и в этот раз его ждет поражение — «орудие» пролетает мимо, не задев мишень и миллиметром. — У вас ведь еще один тапок есть! — с улыбкой на лице выкрикивает Намджун, и подбирает снаряд из пола. — Используйте его тоже, господин! — Вот же наглец ты, Ким Намджун! — яростно шипит омега, и кидается на Намджуна, пытаясь отобрать у него обувь. Тот снова ловко отклоняется, и, уже не скрывая своего веселья, громко смеется. Беззаботные голоса обоих эхом отбиваются в стенах дома, наполняя его теми яркими и светлыми красками.

🌙 🌙 🌙

Хосок мечется и не знает, к чему бы ему прицепится. Может, пойти проверить, не вытворяют ли что-то Чонгук с Чимином? Альфа уже несколько дней с ними не виделся. Ох уж эта работа — времени нет даже на то, чтобы поорать на этих двоих. Но сейчас как-то лень. Возможно, получится зайти к ним в другой раз, а пока что пусть развлекаются. В таком случае можно посмотреть какой-то фильм. Да, Хосок уже давно не отдыхал, просто лежа на кровати, и страдая всякой фигней. В принципе, это неплохая идея. Не нужно ничего делать: просто лежишь, и ни о чем не волнуешься... Неожиданно размышления альфы прерывают отдаленные толчки в дверь, а следом за этим к уху доносится и лай собак. — Черт! — ругается Хосок вслух, и поспешает открывать дверь питомцам. Не успевает проем в дверях стать достаточно широким, как собаки радостно кидаются к хозяину. — Микки, Дейзи! Я совсем о вас забыл. И как же я мог? Сейчас пойдем гулять, да? Альфа по очереди гладит каждого питомца, хоть и с не очень большим энтузиазмом: все-таки он планировал провести этот вечер в компании кровати и ноутбука, а не бродить по мокрому саду. Однако Хосок постарается вернуться как можно скорее. За короткое время справившись с ошейниками и поводками, альфа вместе с собаками спускается вниз, и затем выходит на улицу. И не успевает он пройти и парочку метров, как ощущает, что зима действительно не за горами: холодные языки ветра прокрадываются даже под куртку, неприятно обжигая кожу, и, кажется, это чувствуют даже Микки и Дейзи. Но если они забывают про холод уже через полминуты, то Хосок еще долго привыкает к такой погоде, бегая за питомцами по парку. Через несколько минут беганины, альфа решает, что эти двое могут справиться и без него, а сам присаживается на одну из лавочек, что располагаются вдоль сада. Но не успев хорошо отдохнуть, Хосок начинает улавливать будто какой-то писк, доносящийся где-то неподалеку. Прислушавшись, он понимает, что этот звук ничто иное, как мяуканье. Кот? В его саду? Как его сюда занесло? Альфа, подумав, что зверька лучше найти, быстро поднимается с лавки, и начинает идти на звук. Совсем скоро он действительно замечает маленького котенка размером с его ладонь, сидящего в траве прямо около дома. — И что ты здесь делаешь? — спрашивает Хосок, аккуратно беря серого, немного испачканного кота на руки, и успокаивающе поглаживая его. — Пошли я тебя чем-нибудь накормлю, — и, кинув двум охранникам, стоящим неподалеку, чтобы присмотрели за собаками, возвращается в дом. Альфа нежно придерживает котенка, пока сам проходит коридор, имея за цель добраться к кухне. Но не успевает он пройти и половину пути, как нос к носу сталкивается с человеком, которого точно сегодня уже не ожидал увидеть. — О-о, так вот ты где! — протягивает Сокджин весело, хоть и потирает лоб, но его взгляд тут же перемещается на зверька, что удобно располагается в хосоковых руках. — А это что такое? — Это... это кот, — озадаченно отвечает Хосок. — Но он не мой. — Ой, неважно, — бросает омега, и приближает свое лицо к коту. — Такой милый. А как ты его назвал? — Да не мой он! — повторяет альфа уже более раздраженно. — Мне кажется, ему бы подошло имя... — Джин задумывается, с интересом рассматривая мордочку котенка. — Минни. — Минни? — сперва удивляется Хосок, но спустя мгновение добавляет, решив, что с другом лучше не спорить. — Да, да. Минни. Хорошее имя. — Кстати, а где ты был? — меняет тему Сокджин, потеряв интерес к зверьку. — Духван сказал, что ты дома, но в твоей комнате тебя не было. — Я был на заднем дворе, в саду, — объясняет альфа, коротко взглянув на вид друга: тот не одет так, чтобы провести вечер за чашкой чая. — Понял, — отвечает омега. — Так вот, зачем я приехал. Я сейчас собираюсь в клуб. Ну не сам, конечно, а еще с несколькими друзьями. Вот, заехал спросить, не хочешь ли ты присоединиться. — Насколько я понимаю, ты не спрашиваешь, хочу ли я ехать, а настаиваешь на том, чтобы я это сделал, правильно же? — произносит Хосок, смеясь. — Так и есть, — соглашается Джин, мило улыбнувшись. — У тебя нет выбора, дружище. — А кто еще будет? Что за «друзья»? — интересуется альфа. — Да ты их всех знаешь, — небрежно отвечает омега, махнув рукой. — Хенвон, Чунмен, Чжухон... Кто там еще... А, Минхек обещал, что приедет. Еще Бэкхен должен быть, ну, с ним и Чанель соответственно. О, и... — Ладно-ладно, хватит, — останавливает его Хосок и слегка хмурится. — Единственное, что я понял — это то, что народа будет много. — Зато все свои, — подмигивает Сокджин, но вдруг припоминает еще кое-что что, поэтому добавляет: — Кстати, еще Намджун будет. Я вас уже познакомил? — Намджун? — переспрашивает альфаи замысливается, думая, не слышал ли он это имя раньше. — Ким Намджун, — четко проговаривает омега. — Мой новый друг. Ну, почти друг. Он же работает на меня. А еще он секси. — О Боже, — неодобрительно стонет Хосок, прицмокивая языком. — Ты опять за свое? Неужели нельзя найти себе кого-то постоянного? — Да тише ты! — шепчет Сокджин, приложив палец к губам. — Он где-то недалеко меня ждет — может и услышать. К тому же, мы еще даже не спали. Так что не надо мне тут умничать. Нашелся мне постоянный. Сначала альфа никак не реагирует, лишь закатывает глаза, но только спустя пару секунд к нему доходит смысл сказанных другом слов, поэтому он, прикрывая из-за удивления рот рукой, спрашивает: — Подожди, ты сказал, что этот твой... Джумджум сейчас у меня? В доме? Внутри? — Намджун он! — возмущается омега. — Нам-джун. Понял? И чего ты так переживаешь за это? Он ведь не какой-то там шпион или грабитель. Хосок вопросительно смотрит на Сокджина, после чего последний дергает уголком губ и слегка приподнимает брови. Затем альфа тяжело вздыхает, и указывает глазами на дверь, мол веди меня к своему другу. Джин так и делает, и двигается через дом уверенно и без лишних слов, будто этот особняк и вовсе ему принадлежит. А Хосоку ничего не остается, как безнадежно плестись сзади, засунув руки в карманы. Как оказывается, Намджун действительно ждет недалеко. Когда альфа входит, тот неуверенно стоит в гостиной, неловко перебирая пальцами. И давно Сокджину начали нравится такие скромняги? — Здравствуйте, господин Чон, — вежливо произносит Намджун, подходя ближе. И что для Хосока становится сюрпризом, так это то, что тот выше него почти на полголовы. И тело у него какое! Такому монстру бы кулаками размахивать и груз таскать, а не у Сокджина на побегушках бегать. Может, получится забрать его к себе? Зарплата точно была бы выше, чем у Джина. — Здравствуй, Намджун, — сдержанно отвечает альфа. — Очень рад знакомству. — Взаимно, — таким же тоном говорит Намджун, и даже открывает рот, чтобы еще что-то сказать, но его перебивает омега: — Заканчивайте уже с формальностями, амигос. Мы сейчас не на работе. А я, кстати, уже выпить хочу. Уверен, другие уже в пути. — Мне еще нужно Микки и Дейзи с двора привести, — невинно обламывает его Хосок. — Так что мы немного задержимся. Я вообще не должен был в этот клуб ехать. Ты меня попросту заставил. — Разве твои люди не могут привести внутрь собак? — умоляюще спрашивает Сокджин. — Это ведь займет много времени, особенно если учитывать, что ты будешь еще сто лет одеваться. — Кто бы говорил! — вспыхивает Чон, уже и позабыв про присутствие Намджуна. — Я всегда должен ждать, пока ты оденешься! На прошлом месяце я ждал тебя гребаных полтора часа. Это же просто немыслимо. — Да ты просто ничего не понимаешь, — обиженно произносит омега. — Знал бы ты, как сложно подобрать подходящий наряд под тему вечера. — Действительно, — огрызается Хосок и, повернув голову вправо, встречается взглядом с Намджуном, который во время спора, наверное, себе места не находил. — Ну вот как ты его терпишь? — спрашивает он у альфы. — Тебе не сложно? Он хотя бы нормально платит? — Эй! — восклицает омега. — Вообще-то, Намджуну прекрасно со мной живется. Да и... — Да и вообще, мне нужно идти привести собак, — не дает ему договорить Хосок. — Так что ждите меня здесь, я буду через десять минут. Джин, засекай время.

🌙 🌙 🌙

— Тоже мне, десять минут, — специально громко бурчит Сокджин, когда закрывает дверцу своего мерседеса. — Ты больше получаса одевался. Хоть бы какого-нибудь чая предложил нам с Намджуном. — Какого чая? Сейчас будете пить что-то покрепче, — спокойно отвечает Хосок, тоже выходя из своего автомобиля, припаркованного рядом с джиновым. — И раз уж я заставил вас немного подождать, то выпивка будет за мой счет. — О-о, вот это я уже понимаю, — лыбится омега и продолжает, но обращаясь уже к Намджуну, стоящему около него. — Вот видишь, общаться нужно с такими людьми, которые смогут оплатить тебе выпивку. Оба альфы никак не комментируют эту реплику, но Намджун слегка качает головой, и улыбается, показывая ямочки. Хосок же глядя на него думает, как можно быть таким нелепым и беззаботным в его возрасте. — Кстати, все эти твои друзья уже внутри? — спрашивает альфа у Сокджина, кивая в сторону клуба. — Да. Пока мы ехали, звонил Чжухон и спрашивал, будем ли мы сегодня, — он кривится, будто съел весь лимон за раз. — Наверное, все уже решили, что мы передумали. — Ты мог ехать и без меня, — прямолинейно произносит Хосок, на что друг не церемонясь адресует ему средний палец. Через несколько минут музыка уже конкретно бьет в уши, а алкоголь приятно разливается по телу. Хосок, удобно развалившись на том диванчике, где еще два дня назад распивал виски в одиночестве, медленно попивает какой-то коктейль, вслушиваясь в всеобщий разговор. Сокджин не соврал: собрались действительно все, кого он пересчитывал. Через то, что компания вышла немалая, за столом творится хаос, но, кажется, никто не обращает внимания — каждый занят чем-то своим. Чжухон весело хохочет вместе с Минхеком, время от времени толкая его под локоть; Чанель и Чумнен, что уже успели неплохо напиться, пытаются найти контакт с Намджуном; Сокджин тихо общается с Бэкхеном, хотя последний нередко бросает предупредительные взгляды на Чанеля; а Хосок перекидывается словечками с Хенвоном — его хорошим знакомым. Альфа прикрывает глаза, почесывая свою рыжую макушку. Хорошо, когда наконец можно просто расслабиться в хорошей компании. Забыть про работу, про ежедневные заботы. Просто развалиться на диване, и наслаждаться дорогими напитками, постукивая ногой в такт музыке. — Знаете что? — слышит Хосок голос, что звучит из противоположного конца стола, но глаз не открывает: и так знает, что говорит сейчас Чанель. — Давайте сыграем в «я никогда не»? Как по мне, то с этой игры всегда начинаются лучшие тусовки. — Милый, ты и так уже неплохо выпил сегодня, — категорически возражает Бэкхен строгим тоном, хотя остальные одноголосно поддерживают идею Чанеля. — А мне нравится, — пожимает плечами Минхек. — Я тоже не против, — соглашается Хенвон. Все оставшиеся активно кивают головами, поэтому Бэкхену ничего не остается, как смириться с этой затеей. — Ладно, — вздыхает он. — Пусть будет так. Но только чтобы потом я один не тащил его в машину, — и тыкает пальцем в Чанеля, который как раз взял из стола новый стакан с виски. — Но нам не хватает напитков, — отмечает Сокджин, после того, как замечает, что стол почти опустел. — Нужно пойти и взять еще. — Я могу, — предлагает свою кандидатуру Хенвон и поднимается со своего места. — Но примите во внимание, что возьму я на свой вкус. Минута времени, и я снова здесь. Хенвон отдаляется от их компании, направляясь к барной стойке, в то время, как оживленный разговор за столом продолжается. — Подождите, а мы говорили ему заказать еще закуски? — вдруг спрашивает Чумнен. — Вот же блин, — недовольно морщится Бэкхен. — Я хотел ему напомнить, но забыл. Не думаю, что он сам догадается. Ну, ничего страшного. Чанель сейчас же пойдет и напомнит ему, правда же? — Сам иди и напоминай, — фыркает альфа, блокируя свой мобильник. — Это ведь ты забыл ему напомнить. — Я пойду, но только успокойтесь, — прерывает разгорающейся спор Хосок. — Минута... Нет-нет.... Полминуты, и я снова здесь, — и, так же, как недавно Хенвон, растворяется в толпе. Когда он подходит к барной стойке, то рядом с ней уже стоит приятель, ожидая свой заказ. — А ты зачем тут? — спрашивает Хенвон, увидев альфу. — Пришел сказать, чтобы ты взял закуски, — объясняет Хосок и прислоняется к стене. — Точно, а я ведь совсем не подумал про них, — отвечает вдумчиво и через несколько секунд снова подзывает бармена. Не проходит слишком много времени, как приятели возвращаются к своему столу, каждый держа свою ношу. Но, вернувшись к их столику, они с огромным удивлением обнаруживают, что тот пуст. — И куда они все подевались? — спрашивает Хенвон в недоумении. Хосок не отвечает. Он кладет поднос с различными закусками на стол и подходит к перилам, что находятся от него в двух метрах. — Они внизу, — вскоре объясняет альфа и возвращается к Хенвону. — Там внизу что-то происходит. Уже целая толпа собралась. Заинтересовавшись, альфы тоже спускаются на первый этаж и держат свой путь туда, где много народа. Интересно, что же вызвало у людей такую реакцию? — О, вы вернулись, — произносит Сокджин, заметив приятелей, которые как раз присоединились к остальным. — На что вы все смотрите? — спрашивает Хосок, пытаясь найти причину такой всеобщей заинтересованности. — Там какие-то чуваки собрались набить морду Мин Юнги, — хохотнув, отвечает Бэкхен. — Как по мне, эффектное зрелище. — Не могу не согласиться, — вклинивается в разговор Чжухон, внезапно появившиеся за хосоковой спиной. Хосок хмурится, и пытается пробраться как можно ближе. О да, ему невероятно сильно хочется увидеть, как Юнги, озлобленный, но усталый, дерется с таким же неуравновешенным омегой. И как потом молит о пощаде после поражения. Интересное зрелище получается. Спустя несколько секунд Хосок наконец замечает главных виновников собрания: четыре крепких альфы и один человек поменьше — наверное, омега — кольцом окружили Юнги. Хосок мысленно торжествует. Это не то, что он думал, но, может, даже лучше. Однако, кажется, эта шестерка только о чем-то говорит. — С чего вы взяли, что они драться будут? — вдруг интересуется альфа у Сокджина, который тоже решил пробраться наперед. — Насколько я вижу, они просто разговаривают. — Несколько дней назад этот мерзавец вместе со своей бандой побили парочку ни в чем не виновных людей, — проясняет тот. — Эти чуваки — друзья тех двух, и они настроены решительно. Не думаю, что Юнги все легко сойдет с рук. Как только Сокджин произносит последние слова, до Хосока доносится грубый мат от одного из окруживших Юнги альф. И как же он удивляется, поняв, что тот, с кем разговаривает омега — Кан Чанхек. Неприятный тип: имеет свою банду, главарем которой является, и иногда торгует наркотиками. Однако даже несмотря на это, альфа пользуется популярностью среди Сеульского высшего общества — без дела он никогда не сидит. — Так мы договорились, или нет? — ехидно спрашивает Чанхек, тыкая Юнги в грудь. — Уже бегу соглашаться! — злобно восклицает тот, делая шаг назад. — Отстань от меня, придурок недоделанный! Я тебе ничего не должен, и вообще идите вы все нахрен. «Вот же черт, этот мелкий никогда не поменяется, — думает Хосок, с интересом ожидая, что же будет дальше. — Несмотря на то, что пять человек сейчас собираются хорошенько врезать ему, он все равно находит в себе смелость хамить». — Что ты сказал? — сердито шипит Чанхек, медленно приближаясь к омеге. — Все вопросы не ко мне, — вздыхает Юнги, качая головой в разные стороны. — Я ни с кем не дрался, и никого не бил. Поэтому, на-хуй. Хорошо? — Ах ты ж... Альфа, который, видно, не выдержал такого хамства, делает резкий рывок в сторону Юнги, из-за чего тот не успевает увернуться. Припечатав омегу к стене, он размахивается, и кулаком заезжает прямо в нос. Тот хрипло стонет, пытаясь схватиться за больное место, но противник не дает ему это сделать, хватая две руки омеги. Толпа реагирует по-разному: одни громко кричат, подбадривая банду, другие удивленно охают, но ни один человек не осмеливается остановить драку. Интересно, а где сейчас охрана? А тем временем схватка лишь набирает обороты. Юнги, не придумав ничего лучше, что есть силы пинает Чанхека, но тот даже не сдвигается с места — лишь сильнее прижимает омегу к стене. Не проходит и мгновения, как Мин грохается на пол, а мускулистый соперник нависает сверху. Хосок облизывает обсохшие губы, и делает глубокий вдох. — Ну что, говнюк малой? — издевательски усмехается альфа, который даже не пытается как-то отбиваться от юнгиевых попыток вырваться. — Доигрался? Я тебя предупреждал. Мы все тебя предупреждали. И что сейчас? Ты даж... Договорить он не успевает: большая крепкая рука ложится на его плечо и без особого напряжения отталкивает от омеги. — Что за черт? — поднимаясь, гневно спрашивает Чанхек, но, увидев лицо напавшего, застывает. — Ты? — Я, — спокойно отвечает Хосок и снова идет в нападение. Одним резким движением он запрыгивает на главаря банды, тем самым сваливая его на пол. Не успевает тот хоть как-то отреагировать, как Чон, не церемонясь, начинает бить, нанося тяжелые удары по всему лицу. Хосок не слышит того, как толпа все больше неистовствует, как люди от запала хлопают в ладоши и в восторге выкрикивают. Он не обращает внимания даже на Юнги, что в ужасе и удивлении отползает от места битвы. Но альфа чувствует, как в нем застилает бесконечная ярость. Он не может ничего поделать с ней, и тонет, задыхаясь, утопая с головой. Соперник пытается сопротивляться, но видно, что с каждым ударом он значительно слабеет. А Хосок останавливаться не собирается. Он наваливает все больше и больше — похоже, что усталость его совсем не тревожит. Через несколько секунд к уху альфы начинают доносится твердые и громкие голоса, перекрикивающие всю остальную толпу. Кажется, что шум понемногу стихает. Не успевает Хосок это осознать, как ощущает, что его грубо оттягивают от Чанхека, но даже несмотря на это он до последнего продолжает наносить удары по окровавленному лицу. Его хватают, и, даже ничего не спрашивая, куда-то ведут. С другим альфой делают тоже самое. Хосок вместе в двумя крепкими охранниками заходит в какое-то помещение, но не успевает он сделать несколько шагов, как мир перед глазами начинает плыть, а тело отказывается слушаться. Последнее, что альфа видит — испуганное лицо только что вошедшего Сокджина.

🌙 🌙 🌙

Оглушающий шум, громкая музыка и любопытные взгляды людей остаются позади. Выйти боковой дверью клуба было лучшим решением: возле главного входа собралась бы не одна пара глаз. На улице сейчас свежо и прохладно, и даже колючий ветер кажется приятным — настолько душно внутри. Хосок вдыхает на полную грудь. Свежего воздуха так не хватало в последние несколько часов. Тесная, темная комната — все, что можно было видеть. Альфа аккуратно касается своего лба, туго перевязанного бинтом, но тут же отдергивает руку — резкая, острая боль будто пронизывает пол головы. Он бросает себе под нос какое-то ругательство и присаживается прямо на среднюю из трех небольших ступенек. Затем опускает голову, и сталкивается со своими руками. Вот же блин! Все костяшки побиты, а в некоторых местах еще осталась кровь, что не смогла отмыться. Скорее всего придется перенести все появления на публике и собрания. В таком виде не в офис ходить. Вдруг размышления Хосока прерываются: дверь, через которую он сам недавно вышел, снова открывается, и вышедший, ничего не спрашивая, садится рядом с альфой. — Выпей воды, — предлагает Сокджин, преподнося стакан с водой другу. Тот отрицательно машет головой, но омега так просто сдаваться не собирается. — Выпей воду, и не действуй мне на нервы. Альфа убийственно смотрит на приятеля, но воду все-таки выпивает. — Ты поэтому сюда пришел? — спрашивает он, отдавая уже пустой стакан назад. — Я пришел, потому что ты — мой друг, — уверенно отвечает Сокджин, ни чуть не смутившись от прямолинейности Чона. — А еще потому, что не... — Спешу ответить на вопрос, за которым ты сюда пришел, — перебивает Хосок, все так же смотря вниз, и замечает, что в добавок ко всему еще и сумел порвать джинсы. — Я сделал это ради справедливости. Силы были неравные: настоящие альфы так не поступают. К тому же, у меня были давние счета с этим долбоебом. Давно хотел надрать ему зад. — Но в итоге надрал лицо, — тихо произносит омега, и подпирает голову рукой. — И тебя настолько заслепила тяга к справедливости, что ты даже забыл, кем тебе приходится Мин Юнги. С ним у тебя ведь тоже «личные счета». К тому же, я думал, что ты будешь рад наблюдать за тем, как мелкий наглец наконец получает по заслугам. Или я не прав? — Я тебе все рассказал, — огрызается альфа, давая понять, что на эту тему разговор окончен. Затем он, порывшись несколько секунд в карманах куртки, вытягивает новенькую пачку сигарет и зажигалку. — Ты ведь бросил курить, — упрекает Сокджин, когда тот уже делает затяжку. — Откуда у тебя сигареты? — Только что купил, — говорит Чон каким-то отдаленным голосом и замолкает. Тогда он, наверное, впервые за вечер поднимает взгляд на небо, и на мгновение задерживает его там. Ночь сегодня такая звездная. Куда не глянь — везде эти сверкающие огни, что целое небо покрывают и так завораживают своей загадочностью. Странно, а ведь Хосок думал, что сейчас облачно. Иногда достаточно лишь посмотреть вверх, чтобы узнать все секреты небес. — Я едва тебя отмазал, — заявляет омега тихо, хотя в голосе его проскальзывают нотки раздражения. — Эти ненормальные даже планировали тебя в полицейский участок отправить, пока ты валялся без сознания, хотя про скорую помощь даже никто не заикнулся. Вот же тугодумы. И где только такие берутся? Альфа на это молчит. Так и сидит неподвижно, лишь время от времени выдыхая клубки дыма. И хоть он не подает виду, но верхняя часть головы все также продолжает безостановочно пульсировать. Главное, не выказать это перед Сокджином: он точно заставит пойти в больницу. — Насколько это нужно было быть озлобленным, чтобы не ощутить, что тебя шарахнули по голове? — спрашивает омега, будто прочитав мысли Хосока. — Я ощущал только свои удары, — честно отвечает альфа, все больше хмурясь. — Еще бы ощущал наличие мозгов, — корчит гримасу Сокджин, который явно не одобрил недавние действия друга. Хотя, если подумать, Хосок и сам теперь задается вопросом, зачем же он так поступил. Что это был за внезапный толчок к такому шагу? Конечно, у него присутствовала неприязнь к Чанхеку, но так открыто на него нападать альфа никогда не планировал. Сплетни расползутся по всему городу еще до того, как Хосок доберется домой. Однако он ни капли не сожалеет. Что-то подсказывает, что он сделал все верно. Пятеро против одного — нечестно, и неважно даже то, что жертвой стал Юнги. — Спасибо за компанию, но лучше будет, если сейчас я поеду домой, — произносит альфа, докуривая сигарету, и поднимается, чтобы выкинуть окурок в урну. — Ты на своем порше? — спрашивает Сокджин, поднимаясь вслед за ним. — Уверен, что поедешь один? Ты сегодня выпил. — Поверь мне, Джини, сейчас я трезвее, чем когда-либо, — признается Хосок. — Поблагодари от меня ребят за вечер, и... попроси прощения за эту затею. — А ты сам не можешь этого сделать? — говорит омега, суживая глаза. — Моя гордость мне не позволяет, — не задумываясь, отвечает альфа. — Но не забудь им это передать. Еще увидимся. Сокджин в свою очередь тоже прощается, и Хосок бесшумно идет к своему автомобилю. Да, он не соврал, когда сказал, что чувствует себя трезвым. После того, как альфа пришел в себя после удара, из него будто вышел весь алкоголь. Возможно, так даже и лучше. Разблокировав дверь, Хосок уже было хочется садится внутрь, но быстрые, приближающиеся шаги заставляют его задержаться. — Чон Хосок, подожди, — слышит альфа взволнованный голос. Юнги добегает и придерживает дверцу автомобиля, отсапываясь. — Чего тебе? — сухо произносит Хосок и замечает красные капли у омеги под носом. — У тебя кровь из носа идет. — Ну блин, опять! — стонет тот и тянется в карман за салфеткой, но, не обнаружив там ее, шумно сопит. — Короче, я... — Держи, и не задерживай мое время, — все так же монотонно продолжает альфа, подавая Юнги свой платок. Тот удивляется, но вещь принимает. — Так вот, я... — снова пытается начать омега, но слова ему что-то не очень клеятся. — Ну, я... В общем мне самому это не нравится, но я ведь не просил тебя меня защитить... — Я тебя не защищал, — ледяным тоном возражает Хосок и сжимает челюсти, чтобы еще больше не выказать своего раздражения. — Я ведь просил тебя не тратить мое время. — Да-да, но... э-э, ну... — Юнги снова мнется, пытаясь подобрать правильное выражение. — Как ты уже сказал, ты меня не защищал, но благодаря тебе я хотя бы не в реанимации. Поэтому, чтобы не чувствовать, что я тебе что-то должен, я подумал, что отплачу тебе деньгами. — Ни в коем случае, — уже едва не шипит альфа сжимает руки в кулаки. — Я никогда не буду брать деньги с рук вашей семьи. — Повторяю еще раз: я тебя не защищал. У меня с тем придурком свои счеты, я давно хотел врезать ему. — Ну, как хочешь, — безразлично отвечает омега. — Может, хотя бы так расплатишься за свой должок. — Что?! — сразу же недоумевает Хосок, машинально приближаясь к Юнги. — Что ты только что сказал? — А что? — омега смелеет, ехидно усмехаясь. — Напомнить тебе номер статьи? — Давай-ка я лучше напомню тебе номер твоей, — таким же тоном выговаривает альфа и вдруг еще ближе подходит к Юнги. — Я уже тебе сотню раз повторял, что, затеяв это, ты сухим из воды не выйдешь. Вы проиграете эту войну. А твой любимый отец потеряет шанс баллотироваться в депутаты. В принципе, ты и сам должен это понимать, — и Хосок хлопает омегу по плечу. Тот сразу отскакивает, брезгливо кидая: — Руки! И вообще, я тебе деньги предлагал. А ты меня тут запугивать начал, — Юнги на секунду задумывается, но потом продолжает, смотря куда-то в одну точку: — Псих какой-то. Даже деньги уже не нужны? Пиздец какой странный человек. Как же я рад, что он наш враг, а не какой-то там друг семьи. Было бы стремно иметь что-то общее с ним. Альфа наблюдает за этим монологом сначала ошарашенно, потом с интересом. Удивление на лице постепенно превращается в улыбку, и омега, заметив это, замолкает. Потом еще несколько секунд стоит неподвижно, после чего надломленным голосом спрашивает: — Я сказал все это вслух? — Что именно? — валяет дурака Хосок и садится за водительское сиденье. — Прекращай меня тут заговаривать. Ты и так уже много моего времени потратил, — альфа заводит автомобиль, кивая Юнги, чтобы тот отошел. — Сваливай с дороги, если не хочешь, чтобы я переехал твою ужасную рожицу. И передавай привет своему отцу от друга семьи. Омега громко и протяжно ругается, в то время как Хосок выезжает из парковки, заставляя Юнги лишь глотать пыль.