К чёрту эти мелодии — мы создадим свои

Будучи частым посетителем библиотеки, Стивен давно узнал, как пробраться сюда даже в такое позднее время. — Люмос, — прошептал он, убедившись, что внутри большого помещения никого нет. Парень подошёл к одной из книжных полок. — Посмотрим… Следующие три часа он провёл в компании ветхих страниц, полумрака и, запутавшихся из-за недосыпания, мыслей. Книги в руках когтевранца менялись одна за другой, но ни одна из них не казалась тому полезной. И Стрэндж тянулся за другой, продолжая лихорадочно размышлять. Стивен почувствовал на закрытых веках яркий луч света. Парень открыл глаза и поморщился. Первые несколько секунд пытался вспомнить, где он и что делает. А когда пришло осознание, Стрэндж тихо выругался и осмотрел стопку книг рядом с собой. — Нокс, — он даже потушить палочку не успел — так внезапно заснул. На больших часах, висящих в паре метров от когтевранца, стрелка указывала на восемь утра. Парень поспал меньше трёх часов, но всяко лучше, чем ничего. Спохватившись, что библиотекарь вот-вот вернётся сюда, Стивен сложил книги обратно в шкаф и поспешил выйти на коридор. Добравшись в Большой зал, Стрэндж сел напротив Тони, решив, что сейчас его спасёт только кофе. Наливая его себе в кружку, парень старался всеми силами не обращать внимания на немигающий взгляд Старка. — Как спалось? — не выдержав, спросил Стивен. — Прекрасно, — натянуто улыбнулся Тони. — А тебе как? Небось выспался на несколько лет вперёд. — Так всё и есть, — Стрэндж коротко улыбнулся подсевшему Брюсу и уткнулся в кружку. — У вас тут всегда такая напряжённая атмосфера, или я моменты умею подбирать? — осторожно усмехнулся Беннер. — Всего понемногу, — устало выдохнул Тони и встал. — Покину вас. Он даже обижаться на Стивена уже не мог. К тому же, было очевидно — в Большом зале слишком много лишних ушей, чтобы обсуждать такое там. Но Старк практически полностью был уверен, что Стрэндж не расскажет и в закрытой комнате без дверей да окон. Проходив весь день немного потерянным из-за постоянных мыслей о друзьях, Тони к вечеру и вовсе никого вокруг себя не замечал. Он шёл в свою гостиную с раскрытым конспектом в руках, то и дело обходя учеников. — Тони! — звонкий голос окликнул его. Старк дёрнулся и едва не изобразил на лице всё недовольство встречей. К нему стремительно приближалась гриффиндорка — после ночи на Хэллоуин они иногда пересекались в пабе «Три метлы», но, судя по всему, девушка думала, что между ними есть нечто большее. — Привет, — улыбнулся Тони. — Извини, я спешу… — О, это ничего, я просто хотела увидеть тебя, — улыбнулась гриффиндорка и забрала у него из рук листы пергамента. — А ты всё учишься. Какой прилежный. — Могу я забрать свои бумаги обратно? — Тони начинал сдавать, но девушка словно не замечала этого. Она завела руки за спину и потянулась к когтевранцу. — Что для этого нужно сделать? — её глаза засверкали, а на губах появилась лёгкая улыбка. Старк так резко поцеловал девушку, что она от неожиданности попятилась, едва не падая. Не переставая целовать гриффиндорку, Тони свободной рукой потянулся за рукописью. И уж кого он не ожидал увидеть в паре метров за спиной девушки, так это Питера. Стоило взгляду Старка попасть на него, как парень поспешил уйти из поля зрения, скрываясь за поворотом. — Чёрт, — прошипел Тони и схватил пергамент. — Мне тоже понравилось. Эй, ты куда? — ахнула девушка и так и осталась стоять одна, глядя вслед убегающему парню. Тони едва не упал на резком повороте, проскользив подошвой по гладкому полу. Однако то, что он удержался на ногах, ни капли не помогло — Питера здесь не оказалось. Старк побежал дальше, заглядывая в каждый поворот или кабинет, попадавшиеся на пути. В конце концов он уткнулся в пустую стену. Тупик. Тони обернулся и пошёл обратно, тяжело дыша. Его грудь сдавливало какое-то странное чувство. Будто ему нужно было поговорить с Питером, сказать ему нечто важное. «Но что…» — когтевранец и сам терялся в догадках. Он с раздражением засунул помятый пергамент обратно в сумку. — Привет. Ты чего такой поникший? — эмоции на лице Вижена сменились с небывалой быстротой, перейдя от радости к беспокойству. — Что? — Тони поднял голову и какое-то время молча смотрел на друга. Потом словно вспомнил, что нужно что-то ответить и сказал. — Устал наверное. Не смог вчера быстро уснуть после нашего вечера. — Понимаю, — рассмеялся Вижен. — Могу тебя обрадовать — ты был прав. — Вот все бы такие фразы произносили, гляди и я счастливее стану, — усмехнулся Тони. — С Вандой помирились? — Более того — она решилась поговорить со мной серьёзно и всё объяснила. — Поздравляю, ваша первая ссора прошла вполне безболезненно, — отметил Старк. — И всё благодаря тебе. Ты гений! — они остановились на развилке, и пуффендуец положил руку на плечо друга. Он улыбнулся. — Оставлю тебя, потому что ощущаю, что ты явно где-то дальше, чем я. — Извини… — Нет, всё хорошо. Ты и так много помогаешь. Спокойной ночи, — улыбнулся Вижен. Тони кивнул и наконец вернулся в гостиную Когтеврана. Он остановился возле высокого окна. Из него открывался прекрасный вид на горы и покрытое льдом озеро. Однако сейчас обзор закрывал снег, густыми хлопьями кружась в воздухе. Тони разочарованно выдохнул, оставляя тёплый след дыхания на ледяном стекле. Такими темпами он не узнает секрета, который взбудоражил жизни уже двоих, заставляя и его не находить себе места. Питер бежал. Долго, сбивая всех с ног, пока его самого не покинули последние силы. Он с размаху упал на стену, сдерживая рыдания. «В чём твоя проблема? Почему этот Тони Старк так действует на тебя?» — возмущался внутри маг. Питер зажал рот рукой, сдерживая подступавшую истерику. Пока Нореон продолжал посыпать Тони грязью, гриффиндорец пытался восстановить дыхание. Но перед глазами плыло, а в ушах звенело, сбивая парня с толку и заставляя придерживаться стены. «Если он такая проблема, то не стоит ли его убрать?» — вдруг предложил Нореон. — Закрой свой чёртов рот! — со всей силы сжав руки, прокричал Паркер. Он продолжал кричать, пока не почувствовал, что горло неимоверно болит, а в висках громко стучит кровь. Только теперь Питер понял, как много внимания мог привлечь. Однако поблизости никого не оказалось, поэтому парень спокойно выдохнул. Он задумался. Куда идти, что теперь делать? Перед глазами стойко держалась картина поцелуя Тони с той девушкой. Он знал её — на курс старше его, популярная гриффиндорка. Много друзей, влияния и превосходства над ним — жалким, немощным Питером Паркером. Питер поник. Когда казалось, что хуже уже некуда, под ногами открылась глубочайшая пропасть. Что значил его успех на уроках, обусловленный вечной опасностью быть пойманными за очередным злодеянием, если Тони никогда не заметит этого. «Считаешь себя жалким? Я тоже. А знаешь, кто ещё так думает? Тони Старк. Послушай меня, Питер. Он не просто игнорирует тебя, он ненавидит тебя…» — Замолчи, — прошептал Паркер, опускаясь на пол. «Ему плевать на что ты идёшь ради него, плевать на тебя и твоё существование. Ты думаешь, он вообще пытался понять, почему ты не общаешься с ним? Нет, ему всё равно. Так скажи мне, Питер, достоин ли он жизни?» — Да, — через какое-то время хрипло произнёс Паркер. — Я… Он замолчал, будто не решаясь произнести это вслух. — Люблю его, — уставившись на свои ноги, закончил Питер. «Твоя любовь слепа. Ты не видишь реальности. Тебе нужно убрать его с дороги», — настаивал маг. Паркер продолжал молчать, роняя слёзы на пол. Какое-то время спустя он взял себя в руки и смог встать. — Тут тебе письмо передали, — стоило Питеру зайти в гостиную, как к нему подошла его однокурсница. — Да? Спасибо, — парень попытался улыбнуться, но мышцы внезапно заболели так сильно, что улыбка вышла кривой. Тем не менее, девушка улыбнулась в ответ, вручая ему запечатанный конверт. Питер бросил сумку на пол, а сам сел на диван, рядом с которым никого не было. Конверт оказался без подписи, поэтому парень поспешил распечатать его. На аккуратно сложенном листе он удивительно быстро узнал почерк Наташи. Паркер нервно перевёл дыхание — его поразило внезапное желание даже не читать содержимое письма. Однако интерес взял вверх, и Питер развернул лист. «Привет, солнце. Как ты? На этот вопрос стоит ответить развёрнуто, потому что… Слушай, я волнуюсь. Сначала я подумала, что после того происшествия на Хэллоуин тебе нужно время успокоиться. Я решила оставить тебя в покое, потому что не знала, чем именно помочь. Но, Питер, прошёл месяц, а ты всё ещё не общаешься ни с кем из нас. И как бы мне не было обидно за то, что ты оттолкнул меня тогда, я надеюсь на твоё благоразумие. Пожалуйста, дай мне знать, что происходит. С любовью, Наташа». «С любовью…» — слова зацепили разум Питера. Он дотронулся пальцем до ровных букв, пытаясь осознать энергию, исходящую от письма. Парень готов был поспорить, что ощущает безграничное тепло. В голове что-то щёлкнуло. Гриффиндорец на мгновение почувствовал себя настоящим монстром, от чего по телу прошлась дрожь. «Два слова, а ты так раскис? Не думал, что столько времени со мной не изменило тебя», — насмешливо произнёс Нореон, пытаясь задеть Питера. Но тот вдруг воспрял духом. — Ты прав… Я не изменился. А значит, смогу всё вернуть, — с надеждой прошептал Паркер. И тут же внезапная боль пронзила его до яркого света в глазах. Парень буквально ослеп, а из широко раскрытого рта доносился только сдавленный хрип. Грудь сжала неведомая сила, перекрывая дыхание. Питер думал, что умрёт. Он чувствовал, как умирал. Медленно, мучительно, в комнате, полной людей. Он умирал. И никто не знал об этом, никто даже не думал о том, чтобы помочь ему. Как и любая другая, эта пытка закончилась. Питер мог лишь медленно вдыхать воздух, который непривычно обжигал лёгкие. «Эй, ничтожество. До тебя ещё не дошло? Ты моя игрушка. Даже не вздумай ослушаться меня», — Нореон говорил тихо, но его голос звучал подобно грому. Гриффиндорец устало прикрыл глаза. «Ты не будешь спать!» — взревел маг, и Питер тут же дёрнулся. Он уставился на камин. В нём размеренно потрескивали поленья, искры летели в разные стороны. Огонь излучал тепло. Об этом и старался думать Паркер, пока по его щекам текли слёзы. Наташа с улыбкой обняла Клинта. — Ну что, нам предстоит «весёлый» урок истории? — Самое время обсудить последние сплетни, — усмехнулся Бартон. — Кстати, этих двоих вроде всё устраивает. Наташа обернулась к Ванде и Вижену. Они сидели за последней партой, тихо о чём-то переговариваясь. — Ещё бы, — фыркнула девушка. — Поверить не могу, что уже через несколько недель Новый Год. Время так быстро летит… — Настолько, что мы скоро закончим обучение и выйдем на свой первый рабочий день. Будем разбирать кипы бумаг и упрашивать начальство на нормальное задание, — улыбнулся Клинт. — Мысли об этом нагоняют на меня тоску, — покачала головой Наташа. — Не то чтобы я не хотела этого, просто года в Хогвартсе… Есть в этом что-то прекрасное, ты не находишь? Например все мы — как бы мы ещё могли найтись, если не здесь. — Ты права, — кивнул Бартон. — Главное, чтобы наше прошлое не мешало светлому будущему. — Мы же не потеряем связь между собой? Понятное дело, что с тобой я до смерти буду, — тихо рассмеялась Наташа, — А вот другие? — Я не думаю, что такая компания, как наша, вообще может развалиться, — попытался убедить её парень. — О чём шепчетесь? — к ним повернулся Барнс, лениво забросив руку на спинку стула. — Ничего важного, Баки, как всегда. — Тогда я пожалуй посплю, а то… Не важно. От его последней реплики Наташа не удержалась и засмеялась громче, чем должна была. — Молодые люди, я вам не мешаю? — растягивая каждое слово, обратился к ним профессор. — Извините, мистер Бинс, мы молчим, — поспешил с улыбкой успокоить призрака Баки. Он бросил один из своих насмешливо-уничтожающих взглядов на Наташу и, сложив руки на парте, положил на них голову. Безэмоциональный монолог прекрасно усыплял абсолютно любого, так что обычно ученики с недостатком сна радовались урокам истории. — Питер ответил на письмо? — шёпотом спросил Клинт. — Нет, — немного помолчав, ответила Наташа. Она почувствовала ком в горле и опустила голову. — Наверное ещё думает, что сказать. Не хочу верить, что Питер… — Прости, лучше не стоит, — обеспокоенно заметил Бартон. — Хочешь, вместе попробуем найти его? — Не нужно. Это только испугает его, — покачала головой Наташа. — Стивен уже пытался, несколько раз, и всё в пустую. Может, дистанционно получится лучше. — Всё закончится хорошо, вот увидишь, — попытался улыбнуться Клинт. Девушка благодарно кивнула. Вот только проходили дни, а ответа не следовало. Наташа находила оправдание Питеру первые несколько дней, но потом и сама потеряла надежду на ответ. К всеобщему волнению добавилось то, что Паркера не замечали даже мельком в коридорах замка. Парень словно испарился — Больничное крыло пустовало, в тайной комнате его тоже не обнаруживали. Пару дней даже Стив вставал и ложился куда раньше и позже, лишь бы застать выход Питера, но ни разу не увидел парня. — Нат, я сходил к его комнате, — обняв подругу, сразу перешёл к делу гриффиндорец. — Чёрт… И что? — Его там нет, — хмуро ответил Стив. — Парни, соседи по комнате, сказали, что он несколько ночей не появляется в спальной. — И они не забили тревогу? — скорее разозлилась, чем удивилась Наташа. — Они думали, что он у кого-то из нас, — взмахнул руками Роджер и вздохнул. — Либо мы подключаем к этому профессоров, либо прекращаем. Мне тоже не нравится, но это единственный выход! — Забить на одного из нас? Эти слова я слышу от тебя, правда? — вспыхнула Наташа. — Неужели больше никто не обеспокоен? — Нат, он подросток… Сама знаешь — в таком возрасте и проходят самые трудные переживания. Он сможет справиться с этим. — Один?! Когда через это проходил ты, тебя окружали твои друзья и близкие, — Наташа ткнула друга в грудь. — Так было с каждым из нас. А Питер внезапно остался один! Я уже ни черта не понимаю, веришь? Однако я не собираюсь просто бросить это. Соберу всех, давно пора поговорить. — Нат… — протянул Стив, но девушка уже развернулась, всем своим видом показывая, что разговор окончен. За три недели до Рождества у Наташи получилось осуществить задуманное. Конечно, изначально повод назначили другой — отметить начало Рождественских каникул. Все собрались на закате всё в той же Астрономической башне, предварительно обогрев её. — Ты в порядке? — Да, — Наташа, нервно покручивая стаканчик в руке, улыбнулась Ванде. Девушки развешивали некоторые украшения, пока парни таскали наверх нужную им мебель и посуду. — Эти пластинки выглядят не только занятными, но и винтажными, — Сэм задумчиво взял одну из них в руки. — Где откопал? — Если хоть что-то, в чём ты не разбираешься? — усмехнулся Тони. — Нашёл в Тайной комнате среди кучи хлама. — Интересно. А разбираться везде поверхностно не так сложно, — с улыбкой заметил парень. — Ты раньше вроде не любил музыку. — Кто сказал, что сейчас полюбил? — Старк нервно покрутил в руке вторую пластинку и поспешил отложить её в сторону. — Пойду помогу кому-нибудь. Сэм же запустил одну из мелодий, наполняя воздух музыкой. — Прошу вас, — Вижен с улыбкой налил Ванде и Наташе напиток. — Спасибо, — улыбнулись девушки, и все вместе подошли к остальным. — С началом конца! — рассмеялся Баки. — Шучу. Рождество не за порогом, так выпьем же за это! Все поддержали его дружными криками. Следующие несколько часов прошли легко и беззаботно для всех и тяжело для Наташи. Она нервно покусывала пластиковый стаканчик, пытаясь угадать лучший момент для начала разговора. Конечно, девушка ловила на себе взгляд Стива и понимала — он, скорее всего, знает о её плане. Но какая теперь разница. Если большинство её поддержат, то они сумеют справиться и прийти хоть к чему-то. Стоять на мёртвой точке Наташе надоело. Вокруг осколками торжества разливалась мелодичная песня, навевающая ту ещё атмосферу. Вижен закружил с Вандой по широкой площадке, а за ними и Баки со Стивом решили не стоять в стороне. Сэм и Клинт, как истинные друзья, вместе пустились в пляс, то и дело посмеиваясь над собой. — Я могу пригласить вас на танец? — улыбнулся Тони, протягивая Наташе руку. Девушка бегло подняла на него взгляд, но быстро заставила себя принять небрежный вид. Она с улыбкой кивнула, отставила стаканчик в сторону и вложила свою ладонь в протянутую руку. — Мы тут перебросились парой слов со Стивом, — слегка наклонившись к слизеринке, прошептал Тони. — Ну конечно, — тут же разочарованно протянула Наташа. — И что он сказал? — Какая разница? Я целиком и полностью поддерживаю тебя. Так что не затягивай с тем, чтобы сказать всем, пока мы ещё не так пьяны. Девушка удивлённо посмотрела на Старка, пока тот улыбался, глядя в ответ. Стоило мелодии притихнуть, а Тони отпустить Наташу из своих рук, как слизеринка бросилась к своему стаканчику. Она сделала глоток, едва не подавившись, и оглянулась. Ванда подбирала следующую пластинку, пока Сэм и Клинт окружили Вижена. Брюс сидел за одним из столов, а Стивен стоял возле перил, отделяющих площадку от пропасти в десятки метров вниз. — Так, хорошо, мне нужна минута вашего внимания! — собравшись с силами, провозгласила Наташа. Большинство тут же обернулись на неё, остальные подошли следом, пока девушка пыталась стать куда-нибудь, чтобы быть заметнее. — Дело в том, что… — слизеринка замялась, бегло осмотрев толпу. Стив стоял вдали, скрестив руки на груди и неодобрительно наблюдая за Наташей. Девушка продолжила, вздохнув. — Нет смысла подбирать слова, скажу как есть. Не думаю, что кто-то не заметил того, что с одним из наших друзей происходит что-то странное. Что-то, с чем-то мы, как его близкие люди, должны помочь. Хотя бы попытаться! — Это глупо! — не выдержал Стив. — Хочешь сказать, ему угрожает опасность? Мы все такими были — вспомни себя. — Да, но… — Тебе стоит успокоиться и трезво смотреть на вещи. Не Питер ли оттолкнул тебя, когда ты пришла к нему, как старшая сестра? Не он ли проигнорировал твоё письмо, в котором ты объясняла, что тебе больно наблюдать за происходящим? И после этого ты хочешь сказать, что должна и дальше пытаться помочь ему? Да, что-то случилось, но неужели существует проблема, которая вынуждает его вести себя, как последнего подонка? — Ни ты, ни я, ни кто бы то другой не знаем ситуации, — повернулся к Стиву Тони. — Может существует? Что тогда? — Тогда помочь ему мы уж точно не можем! Обратимся к профессору МакГонагалл, к Дамблдору. Это будет верным решением, — решительно проговорил Роджерс. — У меня всё. — Всё? Прекрасно, потому что я не думал, что именно ты, Стив, сдашь назад в такой ситуации. Ты же всегда был героем, где всё это сейчас? Ваша ублюдская гриффиндорская натура диктует вам бросить друг друга или что, я понять не могу? — не на шутку вспылил Тони. — Тебе лучше припасти гневные речи для другого случая. Питер тоже гриффиндорец, — ехидно усмехнулся Баки. — А я предлагаю всем наконец замолчать! — крикнула Ванда. Парни продолжали пожирать друг друга злыми взглядами, но уже молча. — Так вот, я продолжу, — Наташа сжала кулаки, чувствуя, как её начинает трясти. — Предлагаю проголосовать. Кто за то, чтобы оставить всё на Питера и вероятность, что он обратится к профессорам — оставайтесь стоять. Поднимите руку те, кто считают лучшим решением помочь парню. В следующие несколько секунд произошел тот самый момент, которого так боялась девушка. Руку подняли совсем не многие — она, Тони и Клинт. — Но почему?.. — глаза слизеринки забегали. — Стивен? — изогнул бровь Тони. — Что скажешь? — Стив прав, — сухо начал Стрэндж и поспешил добавить, — Не во всём! Но он прав — мы не сможем сами помочь ему. Именно поэтому сейчас мы ничего не будем делать. — И чего же мы ждём? Пока ты найдёшь книжку, в которой будет написано, что делать? — Тони… Успокойся, — протянул Сэм, пытаясь удержать парня, который чересчур быстро подходил к когтевранцу. — Мы не сможем помочь парню, если он сам того не хочет. Прости, Нат, — сказал Вижен не без сожаления. — Вот, что предлагаю я, — медленно, но достаточно громко произнёс Брюс. — Наши мнения разошлись в любом случае. Сейчас, при явном преимуществе одной из сторон, мы поступим так, как решили. Однако некоторые считают наше решение не лучшем и могут быть правы. Срок — Рождество. Если за эти две-три недели ничего не поменяется или станет хуже, то мы вмешаемся сами. Все вместе, как бы сильно кому-то это не понравилось. Договорились? — Да, — за всех согласился Стивен, тут же принимаясь судорожно размышлять. — Хорошо, — подавленно проговорила Наташа. Девушка посмотрела на друзей, и стало очевидно — подавлена не только она. Наташа взмахнула рукой. — Хватит строить похоронные лица, включите лучше музыку. Питер сидел, прислонившись к холодной плитке на стене. На полу он расстелил какое-то покрывало, чтобы было хоть немного теплее. Паркер смотрел через разноцветную мозаику из стекла на улицу, пытаясь сконцентрироваться на этом. Под глазами зияли яркие синяки, уже больше походившие на два больших фингала. — Почему ты сидишь здесь? — к нему вылетела Плакса Миртл. — А что мне ещё делать? — едва улыбнулся парень, поворачиваясь к призраку. — У тебя здесь очень даже уютно. Девушка широко улыбнулась, тут же засмущалась и вновь задала вопрос. — Ты поэтому живёшь со мной? Мы теперь словно настоящие друзья! Питер промолчал, продолжая всматриваться вдаль. — Я не могу спать. Не могу поговорить с кем-то или пойти в свою спальню. Потому что он… Тот голос в голове — он не даёт мне этого сделать, — через какое-то время ответил Питер. — Иногда мне кажется, что ещё немного — и моя жизнь станет лучше. Я преуспею во всём, смогу почувствовать себя живым. Только вот… Вряд ли я прав. — Рано ты сдался, — пожала плечами Миртл и посмотрела прямо в его глаза. — Вот взять меня — я призрак, давно умерла. Моя жизнь уже никогда не станет лучше, я никогда не пойду на занятие снова. Дело ведь в том, что я мертва. Боюсь, что только этим я отличаюсь от тебя. Но это даёт тебе большое преимущество. Пока ты жив, ты можешь всё! Девушка закружилась возле потолка, радостно поглядывая вниз на Питера. Парень невольно задумался над её словам. «Серьёзно?» — странно, но одного насмешливого слова от мага теперь хватало, чтобы Питер дёрнулся от испуга. Он зажмурился, пытаясь переключить свои мысли, лишь бы не дать Нореону повода вновь поиздеваться над ним. — Ты в порядке? — Плакса Миртл опустилась рядом. — Нет… — Паркер помотал головой. — Хочется спать. Призрак девушки грустно поник. Она не знала, как помочь парню. И он сам не знал, как помочь себе. Только если… — Миртл, — внезапно позвал Питер девушку. Он понизил голос, будто говорил о великой тайне, а их подслушивали со всех сторон. — А что, если мне договориться с ним? Такое уже работало раньше. — Он заставит тебя сделать что-то плохое, — догадалась девушка. — Что, если попросит убить кого-то? — Я не смогу, — быстро проговорил Питер. «А придётся», — рассмеялся Нореон, заглушая собой не только мысли Паркера, но и Плаксу Миртл, которая пыталась поговорить с Паркером. — Прости, я… — Питер хотел сказать, что маг снова мешает ему слушать её, как вдруг в голову пришло решение. Его глаза радостно загорелись, и парень едва ли не вскочил. — Ты чего? — удивилась Плакса Миртл. — Я попрошу немного усыпляющего зелья у мадам Помфри, — быстро, словно боясь забыть это, проговорил Питер. — О, — понимающе протянула девушка. — Удачи. Если что, я всегда здесь. Питер хотел было побежать, но сил оказалось чересчур мало. Придерживаясь стен, он, пусть и не так стремительно, но приближался к Больничному крылу. Возможность поспать всего пару часов уже несказанно воодушевляла парня, заставляя переставлять уставшие ноги. И вот, громко постучав в дощатую дверь и разбудив мадам Помфри, Питер слёзно умолял её дать ему зелье. На самом деле его упорство было напрасным — женщина с ужасом осмотрела парня и заключила, что учёба совсем истощила его. Вручив Паркеру пузырёк, она отправила парня спать. «Тебе это не поможет», — пусть всю дорогу назад Нореон и пытался донести это до Питера, парень слабо верил. И голос мага становился всё тише и тише, понимая свой провал. «Ну ничего, всего на пару ночей мы с тобой расстанемся», — прошипел Нореон. Зайдя в гостиную, Паркер на ходу осушил пузырёк и только тогда увидел, что на него кто-то пристально смотрит. — Я бы пожелал тебе доброй ночи, если бы из-за тебя все мы не потеряли спокойный сон, — отозвался из темноты Стив. — Так сложно было ответить Наташе? — Извини, я обязательно что-нибудь придумаю… — Питер сделал несколько шагов к Роджерсу, но зелье только начинало действовать, всё ещё не полностью заглушая мага. Его громкий голос заставил Паркера застыть на месте. — Делай, что хочешь. Только не заставляй страдать других, — Стив ушёл, поспешно поднимаясь по лестнице вверх. Питер разочарованно смотрел ему вслед, а потом и сам поднялся. Тихо открыв дверь своей спальни, Паркер зашёл туда, падая на кровать. Такого наслаждения он давно не испытывал. Вдыхая свежесть мягкой подушки и буквально ощущая, как маг затихает, Питер заснул с улыбкой на усталом лице. Резкий подъем. Потом не менее резкое падение. В конце концов, Паркер признал это лучшим описанием его состояния. Потому что через неделю даже мадам Помфри отказалась выдавать ему снотворное. «Какая незадача…» — начал было Нореон. — Заткнись, — пробормотал Питер. Он продолжал бороться, зная — долго без сна не протянет. «А поспать теперь ты вообще не сможешь, мой дорогой. Через сутки я предложу тебе сделку. Там и поговорим», — на удивление быстро закончил Нореон, оставляя Питера в покое. Пока что. Первую ночь без сна парень спокойно пережил — такое ему доводилось прочувствовать не в первый раз. На вторые сутки стало куда сложнее. Питер иногда терялся, его веки слипались, а все звуки возвышались грохотом над парнем. Несколько раз за день он пытался заснуть, но Нореон поразительно быстро причинял гриффиндорцу ещё бóльшую боль. «Хочешь спать?» Питер сидел в библиотеке с книгой в руках. Он решил игнорировать мага настолько, насколько это возможно. «Знаю, что хочешь. Я озвучу свою сторону сделки. Понимаю, ты не сразу примешь такое решение, но поверь — время сделает это за тебя. Что ж, я, как и раньше, разрешу тебе спать. Помнишь, какое сладостное время было… За эту возможность тебе придётся всего-то убить кое-кого». «Правда думаешь, что я соглашусь? Ни в жизни», — Питер с отвращением поморщился. «Никогда не говори нет», — усмехнулся маг. Парень молча размышлял. Питер понимал, что рано или поздно наступит тот самый момент, когда он не сможет больше держаться. И тогда для него наступит по-настоящему тёмное время. — Питер Паркер! Вы собираетесь ответить на мой вопрос? Гриффиндорец попытался сфокусировать взгляд на профессоре. — Да, прошу прощения, можете повторить его? — С Вами точно всё в порядке? — МакГонагалл пусть и продолжала говорить не самым милым тоном, но можно было заметить явное волнение в её взгляде на ученика. — Да, — Питер нервно сглотнул, смотря на профессора снизу вверх. — Хорошо, тогда я продолжу… — женщина вернулась к доске, объясняя тему. «Как себя чувствуешь?» Паркер окунул лицо в холодную воду. Подняв голову, он посмотрел в зеркало. С порядком помятого лица стекали капли воды, но не это заставило парня застыть от внезапного ужаса. В отражении за своей спиной он увидел расплывчатый силуэт какого-то человека. Резко обернувшись, Питер никого там не заметил. В отражении тоже оказалось пусто. Парень устало выдохнул. Перед глазами плыли черные круги, и безумно хотелось прилечь. — Прекрасно, — пробурчал гриффиндорец. «Какие это сутки? Пятые? Не помнишь, сколько вы, смертные, без сна можете? Ах да, дней семь. Если повезёт, десять протянешь…» — продолжал напоминать Нореон. И, как бы сильно Питеру не хотелось признавать, маг был прав. Его дни были сочтены. Уже к этому моменту парню приходилось жить практически бессознательно. Его мозг и тело экономили и без того небольшой запас энергии. — Хей, Миртл… Раз уж на то пошло — возможно я скоро присоединюсь к тебе, — грустно усмехнулся Питер. Он проводил с ней дни и вечера. Ведь девушка была призраком — её парень не смог бы покалечить. — Мне нравится проводить с тобой время, но не до такой степени, — вздохнула она. — Что думаешь делать? И кого он попросит убить? — Я не знаю, — вздохнул Паркер. Вопрос Миртл заставил его задуматься. Действительно, на кого выбор падёт в этот раз? «Не притворяйся, будто не знаешь ответ», — фыркнул Нореон. Питер опустил взгляд. — Он выберет Тони. Моего…близкого друга, — прошептал парень. Он обхватил голову руками. — Что же мне делать?.. Питер сдавал. Он чувствовал это. Сердце колотилось, словно бешеное. В лёгкие меньше обычного поступал кислород, заставляя парня тяжело вдыхать воздух. Его охватил внезапный страх, голову сдавило будто меж тисков. Паркер швырнул сумку вдаль помещения. Призрак девушки испуганно взлетел вверх. Шестые сутки без сна, сопровождающиеся паническими атаками и криками мага. Питер практически был уверен — он не доживёт до рассвета. Ужас охватывал его подобно пламени, заставляя царапать на себе кожу, лишь бы почувствовать — он ещё живой, может дышать. — Я умру… Я не могу больше, — гриффиндорец обессиленно упал. — Согласись! Согласись на сделку, — к нему подлетела девушка. — Ты так ужасно страдаешь! Питер что-то прошептал сухими губами. Он медленно подполз к умывальнику. Оперевшись на него, парень встал и принялся жадно глотать воду. Потом умылся ледяной водой — и это, на некоторое время, помогло. «Я вижу, что ты стоишь перед выбором. Позволь помочь тебе сделать его. Подумай. Тебе хочется жить? А ведь всё только впереди. Друзья, учёба, отношения, работа. Целая насыщенная жизнь — вот она, только руку протяни. А что Тони Старк? Кто он тебе? Тот, кого ты так отчаянно любишь, а он не соизволил и слова тебе сказать за эти недели? Что ты чувствуешь к этому жалкому человеку?» — эхом отозвался Нореон. Какое-то время Питер, не мигая, смотрел на своё лицо в отражении. Парень принимал решение, зная — один из них умрёт. Так почему он должен выбирать себя? «Просто скажи это…» — в предвкушении прошептал маг. — Я ненавижу Тони. Я так сильно ненавижу его, — Питер со всей силы сжал стенки раковины. На руках выступили вены, а глаза налились кровью. — Я убью чёртово Старка.