Кто она?

… Рыжик. … Лило. … Спаркс. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Моя. Черт тебя дери. Она моя. Ни с кем ею делится не хочу и не буду. «Ты уже.» «Уже отдал её ему» Мне не нужно и задумываться, чтобы понять чей это голос и чьи это мимолетные мысли. В стае пополнение и молодняк ещё даже чуть-чуть не умеет контролировать свои мысли. Они постоянно забывают о том, что их мысли теперь слышат все в «эфире». — Зря вы это, Фуллер, — голос Джареда был последним, что они слышали. Брейди и Колли — обратились чуть меньше месяца назад, в тот самый период, когда из-за подружки вампира на город надвигались новорождённые вампиры. Как жаль, что они были слишком близко. Мне не пришлось бы и напрягаться, чтобы лишь одним своим присутствием заполнить всё их сознание. Утробное рычание сдерживать было невозможно, и, поняв собственную глупость, они прижали уши, опуская морду к лапам. Пару метров и от них не осталось бы и живого места… Но голос Альфы буквально заставляет меня остановиться, борясь с желание дать им по шее, защищая собственное эго и нареченную, и выполнить приказ Альфы. — Прекращай, — обращается ко мне, выходя из-за кустов папоротника, — марш отсюда, — рычит на молодняк, который тут же скрывается за ближайшим деревом. — Дал бы ему ещё минутку, такое шоу прервал, — скулит Кэмерон. — Вон из «эфира», — командует Сэм, и тот тут же выполняет приказ, — выдохни, Пол. — Замолчи, — рычу я, совсем не скрывая этого. — Остынь. Они совсем молодые. — Мне плевать. — Я понимаю тебя. — Нет, не понимаешь! Сэм, Эмили рядом с тобой. — Я винил себя так же, как и ты. — Я не виню себя. — Не лги, — подходит ближе, надеясь на статус Альфы, но я всё также держу голову высоко, не желая поддаваться ему напору. — Это не чувство вины, Сэм. Оно совсем не похоже на то, что испытывал ты, когда провинился перед Эмили. Нет. Я ненавижу. Ненавижу весь мир, а в особенности себя. Ненависть, не вина, — по габаритам мы практически одинаковы, поэтому я могу смотреть ему прямо в глаза, не напрягаясь. — Когда ты в последний раз спал и нормально ел? — начало отеческих наставлений. — Это не важно. — Важно. — Если рядом нет её, то нет. — Пол, Духи свели вас, значит, у вас всё будет хорошо. — Духи учитывали её происхождение? Статус её семьи и её самопожертвование? Нет, Сэм. Ты знаешь, как делается выбор волка. — Ты убьёшь себя, — подводит итог Адли, сдаваясь. — Этого и добиваюсь. Если волк запечатлён, но по какой-то причине не может быть чо своей наречённой, то он погибает. Медленно буквально сгорает изнутри от ненависти и безразличию. Он ненавидит себя и всё вокруг, но ему безразлична жизнь. Ведь смыла в ней без неё нет. Вот я и жду, когда придёт моя очередь. Когда смогу забыть это. Забыть эти рыжие волосы, их мягкость и шёлковистость, эти серые глаза, напоминающие туман над сосновым лесом ранним утром в резервации, этот чудесный запах её кожи, который дурманит лучше любого наркотика. Я хочу раствориться в ней. Совсем не следил за временем, практически не обращаясь в человека. Здоровый, полноценный сон? Нет, давно он к нам не заходил. Питаться нормальной человеческой едой? Какой-нибудь заяц или лань — лучший приём пищи. Я вставал на две ноги, лишь когда этого требовала Эмили и то, раз в пару недель. Счет времени был потерян вскоре после того, как вернулся от моей девочки. Это было сложным решением. Уехать от неё, даже не попрощавшись. Но пусть лучше так, ведь иначе я бы не смог её отпустить. Эгоистично? Да, я эгоист до мозга костей, но ради неё, рядом с ней, я готов целовать её белоснежные стопы, лишь бы просто быть рядом с ней и видеть её чудесную улыбку. Готов переступить через себя, наплевать на свою гордость и самоуважение. Но это только ради неё. Моей девочки. Моего рыжика. Как обычно удобно устраиваюсь у ствола первого дерева, не заботясь ни о чем, кроме чудовищного чувства усталости, к которому я и стремится. Пару часов сна — то, к чему стремился последние несколько суток. Это лучшее чувство, когда есть возможность отключиться, не думая, не ощущая себя и свои чувства… У нас было мало времени, чтобы хоть как-то насладится друг другом, но этого времени мне хватило, чтобы привязаться к ней. Теперь я слишком сильно нуждаюсь в её глазах, голосе, улыбке, запахе…я могу перечислять до бесконечности, ведь она — лучшее в моём мире. «…Мы лежали в кровати, находясь в пентхаусе её жениха, после того, как я прикоснулся к каждому миллиметру её нежной кожи, ощутив под подушечками пальцев сотни мини-фейерверков от этого наслаждения. — Рыжик, — её огненная макушка покоится на моей груди, а руки касаются живота. — Да? — её нежный голосок, словно звон колокольчиков, окутывает мой слух. Она устала и, кажется, хочет спать, но через силу старалась бороться с этим желанием. — Он тебя не обижает? — касаюсь пальцами ее обнажённой талии, проводя ими до её пупка. — Нет, он…он держит дистанцию, — она зевает, и её ладони скользят по моим мышцам, заставляя их буквально гореть от этих райских ощущений. — Держит дистанцию, но хочет, чтобы ты была его супругой, — закатываю глаза, принимая её тело ближе к своему, и, обхватывая её поперёк талии, буквально перекладываю на себя. — Я счастлива, что ты здесь, — усаживается на мои бёдра, упираясь коленями о матрас и ладонями мне в грудь, прогибается в пояснице, — давай не будем о плохом. — Не будем, — улыбаюсь я, стоит мне увидеть огонёк в её глазах и изогнутые в ухмылке губы, — мне нравятся твои прикосновения. — Я прикасаюсь к тебе. — Но мне этого мало. — Да ладно тебе, — улыбается, обнажая ряд белых зубов, — а так? — скользит руками выше и, обхватывая мою шею, прижимается своей обнаженной грудью к моей. — И даже так, Рыжик, — в свою очередь сильнее принимаю её к себе, наслаждаясь мягкостью её тела и бархатом её безупречной спины, — мне всегда будет мало. — Лейхот. Она улыбается. — Ты меня смущаешь, Серый Волк. — Если из-за этого ты будешь чаще улыбаться, Рыжик, то я не перестану. — Рядом с тобой я всегда улыбаюсь. И пусть так будет всегда. …» Ну, вот, опять переборщил со сном. На улице раннее утро, и в «эфире» вновь никого нет. Не порядок. Адли за такое бошку откусит. Но это уже не моя проблема. Вновь на четырёх лапах, все чувства обостряются до максимального значения. Но мне хочется обратного. — Пол. Голос звучит не в голове и это пугает. Не слышать мысли того, с кем разговаривает в облике волка крайне неудобно. В ушах стоит стук чужого сердца, доносящийся откуда-то со стороны спины. Разворачиваюсь и вижу Сэма. Он стоит лишь в шортах и смотрит на меня, как на ненормального. — Я не слышу твоих мыслей, — говорит он, и в его глазах вижу обеспокоенность, — как ты разорвал связь? — Никак, я… — понимание, что он слышит лишь рычание, пришло поздно. — Обратись, и поговорим, — его приказной тон больше не отзывается во мне чувством долга. Лишь киваю и выполняю приказ добровольно. Пару минут и вот, мы уже стоим в метре друг от друга и не понимаем, почему я отрезан от стаи. — Сначала обсудим всё у меня, а вечером объявим всё остальным, — коротким кивком головы приглашает следовать за ним. — Эмили не нужно знать. — Почему? — Не хочу её тревожить, — тропинка была не нужна, чтобы найти дорогу к дому Альфы. — Откуда столько заботы? — Хотя бы о ней… — Хватит, я о ней забочусь. Этого достаточно. — Нет смысла ревновать, Сэм. Эмили твоя. — Как ты оборвал связь? — переводит тему мужчина, явно раздражённый моими словами. — Я её не обрывал. — Тогда почему я не слышал тебя? — Я не знаю. — А кто-нибудь знает, Лейхот? Это просто так не происходит. — Вчера всё было нормально. — Это может быть из-за запечатления, — предполагает мужчина, замечая в собственных словах смысл. — Из-за расстояния? — Волк обрывает связь со стаей, чтобы укрепить связь с наречённой. — У нас с ней нет связи. Абсолютно. Никакой. — Он ищет её. Возможно из-за этого и оборвалась связь. Мы подходим к его дому, где на крыльце уже стоит Эмили, увидев нас из окна на кухне, девушка успевает выбежать на улицу. Мне даже не нужно смотреть на Адли, чтобы быть уверенным в его улыбке. — Я хочу в отставку, Пол. И ты прекрасно займёшь мой пост, — резкий тон Альфы не достиг нужной реакции с моей стороны. — Нет. Это должен сделать Блэк. — Он помешан на Свон и Калленах. А тебе нужно отвлечься. — Только после того, как я найду её. — Она в Лондоне, её не нужно искать, — мы подходим к Эмили, которая тут же скрывается в его объятиях. Я хочу также, и имею на это полное право.