Мета

Первое, что он увидел были кровавого цвета стены. Их рисунок чередовался с черных полос на золотистые, а легкий блеск материала напоминал бархат. Второе: удивительно высокие потолки, кажется в четыре, если не больше, метра в высоту. Какая этажка может себе такое позволить? Правильный ответ — никакая. Кристофер находился в чьем-то частном доме, а такие — редкость, это уж точно. Руки странным образом затекли, а двинуть ими не представлялось возможным. Как можно сильнее повернув голову, Тайлер разглядел безвкусные розовые наручники с каким-то узором — на такой херне, такую роспись, надо же! Железная цепь намертво цеплялась за резной комод из темного дерева. Ноги упирались в подножье огромной кровати. Она была достаточно высокой — ничего дальше пушистого светлого покрывала, свисающего по краям видно не было, зато отлично смотрелся полупрозрачный балдахин, закрепленный на потолке. Тот, кто закрыл его в этом месте чертов эстет, хотя больше похоже на извращенца. Крис встряхнул головой, роняя отросшую челку на глаза. Надо. Блять. Постричься! Заебали. Что мы имеем? Кто-то напал на, скорее всего, вооруженный (иначе, что там делал ЛИС?) отряд корпорации. Во всей Республике по пальцам левой руки пересчитать людей, способных противостоять МЕТА Со. и то, Крис не уверен, что все они до сих пор остались в живых. Может, некоторые кинозвезды, вроде той же Лилии Лоренхайт. Но это уже, если совсем в крайность впадать. Зачем какой-то звездульке так париться из-за сына директора корпорации… Вот и нашелся ответ. Он — сын Мортимера Тайлера. У того, кто завладел такой информацией действительно появится мотивация к действию. Еще и это…видение? Сон или что это было. Кристофер и вправду болен раздвоением личности? Почему воспоминания об этом настолько размытые, хотя, если верить копии — происходили четыре года назад? Он и правда лично виделся с Мисс М.? По словам лже-Криса тело сейчас не под его контролем — это хорошо. Наверное. Только одна мысль о том, что Кристофер на самом деле не Кристофер заставляло что-то внутри завязываться в тугой узел. Это… Это ужасно осознавать, что все, о чем ты помнишь, может быть ненастоящим. Нельзя поддаваться этому тупому состоянию! Лже-Крис ясно дал понять, что стоит Кристоферу оступиться — его тело займет менее добродушная ипостась. Этого нельзя было допустить ни под каким предлогом. А теперь обратно к повестке дня: Какого хрена происходит?! Марка ранили, прямо перед лицом Криса, люди в черных одеждах. Это какая-то группировка? Кому они подчиняются — корпорации? Бре-ед. Зачем корпорации красть у самой себя… Если только, это не члены директорского состава. Да. Криса вычислил ЛИС — стало быть, Мисс М. первая узнала о его местонахождении. Может ли быть так, что, скажем Мортимер или…пусть будет Норингтон, узнали это и пошли на перехват? А нахера тогда его пристегивать?! Тайлер со злости пнул спинку кровати. В ворохе одеяла послышалась какая-то возня. — Кто здесь?! — Нервы уже сдавали, и высокие потолки перестали вызывать восхищение — только голова кружилась. Кончики пальцев стали гореть, неприятно покалывая у основания. Еще пару минут и можно будет ампутировать. Ну что за дерьмо. Некто на кровати вновь шевельнулся и Кристофер заметил серебряные цепи у изголовья. — М! — Совершенно точно женский голос. Она, кем бы не была, пыталась что-то ему сказать. Если бы только он мог встать! Девушка вновь предприняла попытку вырваться и на бежевом покрывале вспыхнули рыжие волосы. — Мэй? — В последнее время он только и делал, что терял лисицу из виду — хотелось бы уже, наконец, с уверенностью сказать, что спас ее и отвел в безопасное место. Мечты, мечты. — Вижу, вы уже проснулись, господин Тайлер! — Насмешливый, какой-то надтреснутый голос раздался откуда-то слева. В широком проеме двери, едва видным с положения у комода, возникла фигура тучного человека. Его голова блестела от пота в неоновом свете ламп на потолке. Белый отблеск играл с десятком колец на толстых пальцах, а одежда на мужчине говорила о его статусе и богатстве. Не так он выглядел через экраны голо-телефонов. Скромнее, что ли… — Мистер Заккири? — Кристофер едва ли удержался от вздоха удивления. — Как приятно, когда тебя узнают! — Милфред поправил полы длинного красного халата, похоже из вельвета, и изящным движением руки вытер испарину на голове светлым платком. Мерзко. — Не увидел бы тебя лично — не поверил бы. — Мужчина подошел ближе, но остановился у кромки кровати. Видимо, в глазах юноши отразился вопрос, так что Заккири продолжил без напоминания. — Я про твоего отца. Вы буквально неотличимы. Хах, да. Неотличимы. Какой именно Крис, интересно? Он ли тот, другой, по ту сторону зеркала? — К чему это все? — Вместо комментария бросил Кристофер, гремя железной цепью. — Даже говорите похоже! — Милфред с детской радостью захлопал в ладоши, переходя на девчачий визг. — Пре-елесть! — Он протянул все гласные, заставляя Криса сморщиться. — Где Марк? — Ох зря он это спросил, как зря. Секунду назад лицо Милфреда озаряла улыбка, а тут раз — и в маленьких глазах неясного цвета вспыхнул гнев. — Шавка Мисс М., да? — Теперь он уверенно сократил расстояние между ними, присаживаясь на корточки. Крис ненароком посмотрел на покрытые светлыми волосками ноги мужчины, в образовавшемся разрезе. Он что, голый сюда приперся?! Фу! — Не боись, — щеку оцарапало одно из многочисленных колец Заккири. — Такие твари легко не умирают. Кстати о них… — Мужчина наконец-то отошел от парня, убирая с его глаз ужас голых ног, правда этим же сделал еще хуже — он направился к Мэй. — Только тронь ее! — Тут же ощерился Крис, бессмысленно дернувшись в путах. Заккири это только рассмешило. — Бойкий, — заключил он спустя минуту безудержного и противного смеха. — Тебя бы ко мне, — куда это «ко мне» Крис предпочел бы не знать. Толстяк переместился на светлые одеяла кровати, любовно перебирая в руках рыжие пряди волос. Можно было только представлять, какое отвращение отразилось на лице Мэй. — Кто вообще говорил, что я буду ее трогать? — Мужчина достал из кармана халата ключ-карту. Цепи, связывающие лисицу, бесшумно растворились в вохдухе — голограммы. Мэй неспеша поднялась, принимая сидячее положение. Ощупав губы, облегченно выдохнула — ее рот чем-то заклеили, возможно даже голограммный проекцией кляпа. Кто его знает? — Крис… — Девушка не сдвинулась с места, но Тайлер все равно ощутил волну беспокойства с ее стороны. — Красивая, да? — Заккири почти любовно коснулся белой щеки девушки, небрежно обходя кровавые подтеки от затянувшихся ран. В то же время, смотрел мужчина именно на Криса. — Я бы на твоем месте не игрался с лисицей, — юноша сказал первое, что пришло в голову. Первое, значит, нагрубить своему потенциальному похитителю, будучи связанным. 0/10 за исполнение. 10/10 за изобретательность. — Думаешь, — впервые толстяк заговорил так властно, — я не в курсе, кто ты, и, кто она? — Возможно, он хотел сказать что-то еще, но шевеление наручников Криса заставило его прерваться. В одно движение он достал миниатюрный черный предмет и направил в сторону пленника. — Дернешься — я убью его. — Пульт от ошейника Меты. — Ты все равно умрешь, — Мэй утробно зарычала. — Но заберу его с собой, — Милфред даже в такой ситуации не терял своего умения посмеяться. — Так что, будь так добра, держи свои…кхм…способности при себе. — Ему было известно об изменении ментальной активности у ЛИС. У него был пульт Меты. Милфред Заккири уж точно не был человеком непросвещенным во все темные дела корпорации — Крису едва ли виделось, что тот ни сном ни духом о Районе 900. Заканчивались ли на этом все прегрешения корпорации? — Я человек простой, мне много и не надо… — Заккири убрал пульт во внутренний карман халата. — Лисички устроены так же, как и человеческие женщины? — И что-то в улыбке мужчины заставило Криса сжаться. — Лисицы бесплодны. — Ответила Мэй не делая голос дружелюбнее. — Ох, вот ка-ак! — Заккири победно захлопал в ладоши. — Это же еще лучше, чем я представлял! Представлял? Что он такого задумал… — Ты и так уже понял, придурок. — А вот и внутренний голос пожаловал. Да еще как — в лице парня, который утверждает, что тело Кристофера Тайлера его по праву. Ну что за денек… — Просто дай мне со всем разобраться!» « — Нахуй свали из моей головы.» — Крис злобно выдохнул, подбирая ноги к себе. « — Нашей…» — Хихикнул лже-Крис, хотя и вправду предпочел замолчать. — Не буду ходить вокруг да около, — внезапно серьезно заговорил Заккири. — Ты, мальчик, сейчас самый лакомый кусочек во всей Республике, знаешь об этом? — С чего вдруг? — Крис шумно сглотнул. — Папаша твой, никак всем и растрезвонил, кто его сын, где он находился, откуда сбежал… — Милфред с упоением наблюдал за реакцией юноши. В особенности за ужасом в зеленых глазах. Будто бы у него получилось испугать самого Мортимера Тайлера, а не его жалкую копию. Жаль. — И твоих дружков тоже ищут. Даже ее, — лысая голова качнулась в сторону замершей Мэй. — Не тяни, — хмыкнул Тайлер-младший, ощущая как сильно затекли руки. — Понимаешь, все в мире происходит не зря — кто-то где-то теряет, а кто-то наоборот — становится несметно богат! Ты — ничего из себя не представляющий мальчишка. « — Ну спасибо, бля…» — Однако нужен всем без исключения! И я не шучу. Люди Мисс М. вытащили вас из Хафл Смита только потому, что я первый обнаружил вашу свору. — Мисс М., — Кристофер попробовал слово на вкус. — Что мне до ваших терок? — Быстро соображаешь, пацан. — Заккири хищно улыбнулся. — По большей части от тебя мне ничего не нужно. Сиди себе здесь и не рыпайся. — Где мы находимся?! — Тут же перебил юноша. — А нет, — хихикнул Заккири. — Не все так просто! В мире, где слабый пожирает сильного, как только тот заснет — нужно быть готовым ко всему. Все можно купить — даже тело, смекаешь? — Как ловко он завернул тему проекта корпорации в данную ситуацию. — Ты платишь мне, я выполняю свою часть сделки. Все просто. — Но… У меня нечего дать тебе… — Отнудь, — Милфред приторно улыбнулся, поворачиваясь к Мэй. — Даже после смерти все еще остается тело, которое можно разобрать на органы. Лисичке нужен зенкс — я могу дать его. Тебе нужна крыша над головой и защита от корпорации — я готов предоставить убежище. Не бесплатно, нет. Но деньги меня не интересуют. — Как же любил этот мудак порассуждать. Кристофер, верно? — Кажется, Милфред переспросил только для создания драматической паузы. — Начни работать на меня. — В каком плане? — Крис нахмурился. — Ну, — лысая голова склонилась на бок. — Разве твои друзья не рассказывали, чем я занимаюсь? Нет? Какая жалость… Если встретишь Рея… То есть, я хотел сказать Майкла Грея — обязательно передай ему мой привет! — Майки? — Тайлера передернуло. Как мог Грей связаться с таким скользким типом? — Сначала ничего сложного. — Продолжал Заккири, как во время рекламы шампуня. — Вижу, парень ты крепкий, значит что-то да умеешь. — А если откажусь? — Крис не стал дожидаться конца предложения, твердо веря, что не согласится работать на такого, как Милфред. Глава культурного просвещения, мать его. — Я все равно найду тебе применение, мальчик. — Заккири встал, поправляя задравшийся халат. — Я говорю это вам обоим. Подумайте. Особенно ты, Кристофер. Лисичка не проживет без зенкса. Теперь он будет шантажировать его этим?! Вот ублюдок! Крис злобно дернулся, напоминая о все еще связанных руках. — Что? — Заккири остановился улыбаясь. Будто бы не понял намека парня. Тайлер встряхнул натертыми запястьями, и только после этого толстяк издал что-то похоже на «а-а-а!» и произнес: «Вечером снимут». И когда этот вечер наступит — он, конечно же, не сказал. Время суток, в целом, определить было сложно: ни тебе окон, ни дверей, выходящий на улицу. Только роскошные и такие бесполезные ковры да обои. И стоило стеклянной стенке, заменяющей дверь, бесшумно закрыться за Милфредом, как потянулись бесконечные минуты ожидания. Крис сначала сидел молча, хороня свои запястья в пучине онемения, но затем, слова за слово, разговорился с такой же привязанной Мэй — какая ирония; сидели бы они где-нибудь в доме Мишель — хрен бы кто так просто и словом обмолвился бы… Судя по улучшенному самочувствию, лисице все-таки вкололи зенкс — то ли Заккири был так добр (что исключено), то ли за этим крылась какая-то выгода. Выгода. Хорошее слово для того, кто ее получает. Да. В чем же было выгодно заточение сына директора? Да всем, в общем-то. Шантаж, просто из желания насолить, скрытый потенциал в самом Крисе, наверное. — Он не особо давал тебе право выбирать, — Тайлер мог только представлять, как выглядело лицо Мэй во время диалога и то, ориентируясь только на голос. Что ж, она была права — ситуация все больше походила на шоу: сдохни или умри. Заккири он… Он просто опасен и все тут. Крис не знал этого человека, не считая, конечно, тех моментов, когда лицо лысого мелькало по ту сторону экрана во время каких-то важных встреч или конференций. Юноша должен быть вне себя от счастья, что ему выпала честь лично лицезреть такую большую шишку, вот только как же ему было насрать. Все. Прощайте руки — кровь отхлынула навсегда. Забавно, стоило только Крису горько вздохнуть, как в помещение вошел вооруженный аннигилятором мужчина, и безмолвно открыл замок на розовой гадости, что Милфред посчитал за наручники. Крис бы и рад врезать хоть кому-то из людей этого мерзкого червя, вот только, если вы думали, что после того, как конечность долго пробудет в отрезанном от крови состоянии и все будет в порядке — вы ошибаетесь. Ой, как ошибаетесь. Парень охнул от резкой боли и не смог подняться, складывая ладони на коленях. Так же как и парня, мужчина в черном костюме отстегнул Мэй. Ее голограммные цепи растворились в воздухе. — У вас час, — сухо проинформировал мужчина, и игнорируя дальнейшие вопросы со стороны пленников, ушел. Да и нахера ему что-то говорить — и ежу (славное было животное, наверное…) понятно, что именно хотел от них Заккири. Или это Крис так считал. — Бля-я… — Тайлер едва не всхлипнул от режущего ощущения, доходящего почти до локтя. — Он спецом это сделал. — Мэй, абсолютно никак не пострадавшая, в окровавленной и грязной одежде присела рядом. Крис тут же оглядел себя, замечая в каком убогом состоянии пребывала его собственная толстовка. — Мы в жопе, — скорее утвердительно произнес он, когда лисица с тяжелым вздохом положила голову ему на плечо. — Угу… Хотелось просто уснуть и проснуться где-нибудь совсем далеко. Не в Районе 900, конечно, но поближе, можно было. В Районе 600 или даже 500… Где угодно, если там не будет такого сильного влияния корпорации. Глаза сами собой закрылись и под аккомпанемент ворчавшего без еды желудка, парень провалился в темноту к своим самым худшим страхам. — Это я то, страх?! — Лже-Крис тут же появился из ниоткуда, все так же сотканный из теней с бездонными, черными глазами. — Мы теперь каждый мой сон будем видеться? — Лениво отметил Крис без стеснения укладываясь прямо на полу странного пространства. Забавно. Он хотел уйти куда-то далеко, и вот — он уже в зеркальном кубе с самим собой. — Твое сознание не стабильно, — только и сказала копия, повторяя позу парня рядом. — Поэтому в него так легко проникнуть. — Почему ты не появлялся раньше? — Зеленые глаза Кристофера оказались на уровне ключиц собеседника. — Хах, — вздохнула копия, чуть съезжая вниз. — Мисс М. редко ошибается в своих процедурах. Ее лечение действительно возымело неплохой эффект. Между мной и тобой выстроилась неплохая стена, — в доказательство лже-Крис стукнул кулаком по поверхности зеркала. Едва заметно, но у центра удара образовалась мелкая сеть трещин. Это не разбило стену, но заставило задуматься. — Но теперь она рушится. — Почему? — Наша связь… Она нерушима, понимаешь? Сознание не может быть в двух экземплярах — это противоречит самой его сути! Если бы я или ты были бы отдельными сущностями, то у каждого имелось бы собственное тело. — Копия принялась активно размахивать руками. — Но если я, допустим, нахожусь в отдельном теле, то какой смысл мне называться Кристофером? Я уже отдельно, мне нет необходимости за тебя держаться… — Мы две половины одной души, это ты хочешь сказать? — Кристофер на миг задумался. — Что-то вроде… — Медленно проговорил лже-Крис. — Не нравится мне этот Милфред. — Ты его знаешь? — Тайлер слегка вздрогнул от упоминания недавнего события, но быстро взял себя в руки. — Только то, что видел ты сам. — Неоднозначно ответил второй Крис, явно недоговаривая. Тут, пространство пошло рябью, а стенки зеркала стали тускнеть. — Ты просыпаешься, — хмыкнула копия. — Не думай обо мне, как о своем враге, Крис! — Сказал голос в пустоте. Крис проснулся. — Моя спящая красавица, — лилейно произнес Заккири, почти любовно касаясь щеки Кристофера. На округлом лице без явных скул уже выступила неопрятная щетина. Ну, а что — восемнадцать лет, пора бы. Наверное. — Что надумал, президентский цветок? — Сколько еще прозвищ он ему придумает?! — Пошел ты! — Тайлер попытался пнуть Милфреда по ногам, облаченным в прямые серые брюки, но остановился. Мэй снова не было рядом. — Где… — Лисичка ушла на процедуры, — улыбнулся Заккири. — Сейчас это не важно! Кристофер, душечка, ты же примешь правильное решение, ведь так?

***

— Зик! — Мужчина в ядрено-красном костюме спешно двинулся в сторону хозяина вечера. — Какая встреча! — Холодные руки коснулись многочисленных перстней высокопоставленного человека. — Роуз, — Милфред лишь слегка наклонил голову, тут же щурясь от яркого лазерного луча, исходящего из-под потолка. В особняке Заккири, как и в любой другой день, кипела жизнь: тусовщики, наркоманы, и многочисленные авторитеты со всей Республики просто мечтали оказаться на одном из вечеров, устроенных им. И нет, толстяк не имел ничего особенного. Даже золотого унитаза! Как бы это не звучало… Его главным сокровищем был бутылек, а быть может и таблетка; иногда порошок, бывало и эмульсия. — Зик, — к мужчинам подошла дама в возрасте, с далеко не подобающим разрезом в ярко-желтом коротком платье. — Сегодня же подадут зенкс? — Тише, Белатрис! — Шикнул Роуз, обнимая жену за талию. — Меня больше интересует то, зачем ты разослал всем нам эти приглашения? — К Заккири в руки попал черный квадрат с изображением лисы, которая обнимала собственный хвост. — Хах, — ухмыльнулся глава культурного просвещения, — это… — Да-да! — Энергично кивнула Беатрис. — Так что насчет… — Молчи! — Роуз вновь осадил жену. — Мы, наверное, пойдем. — Веселитесь, — не глядя кивнул Заккири, обращая внимание на гостиную собственного дома. Все было обставлено просто идеально: огромное помещение освободили от мебели, чтобы в его центре поставить многоярусный помост; на нем, через каждый пару метров (чтобы дать место, где разгуляться) под потолок росли пилоны. На некоторых из них уже разминались его звезды: светлокожие девочки с прекрасными голубыми глазами и розовыми сосочками, виднеющимися из-под полупрозрачных накидок на плечах; мулатки с упругими ягодицами и с гладко выбритыми промежностями; совсем еще молоденькие юноши, с аккуратными членами и абсолютно гладкими телами… Загляденье! Хотя, нет-нет, члены Зика не интересуют. Вот увольте! — но нет. Если… только самую малость. Ладно. Свет погас и отовсюду послышались вдохи восхищения. Откуда-то сверху послышалась протяжная мелодия и сразу несколько голо-пилонов взорвалось светом от мощных прожекторов. Загорелые девушки в пылающих красных одеждах взвились в такт песни, завлекая одиноких мужчин ближе — дамы скептически закатили глаза и освободили место заядлым охотникам за женским телами. Свет вспыхивал то тут, то там, постепенно пробираясь все выше, пока десяток полуголых тел не образовали своеобразную пирамиду. Даже Зик с придыханием уставился на ее вершину, наравне с гостями. Музыка становилась все ритмичнее, пока не стала совсем уж напряженной и… стихла, как и свет вокруг. Перешептывания толпы закрыла фигура, мелькнувшая под потолком. Мягкий, желтоватый свет, идущий из-под пола лишь слегка подчеркивал очертания прекрасной незнакомки: ее длинные, рыжие волосы, как и тонкие запястья украшали ажурные изделия из золота; тонкую шею обрамлял черный, какой-то массивный ошейник — но так же модно! ах, как это было модно в нынешнем обществе; торс, вплоть до тазовых косточек, не стесняло ничего, кроме покачивающихся грудей; округлые бедра с молочной кожей едва ли прикрывались длинной, но тонкой красной тканью. Ее янтарный взгляд возбуждал до дрожи в ногах. Дамы в удивлении охнули — мужчины, хищно облизнулись. — Зик, — снова Роуз. — Так это и есть та самая «лисичка», о которой ты говорил мне совсем недавно? — Угу, — довольно кивнул толстяк, пока рыжая девушка все ближе и ближе подходила к нему. И все было в ней идеально, ну кроме ошейника на шее, и рост, и фигура, и волосы… Вот только… Что-то в ее взгляде, как бы так сказать, пугало? Да. Точно. Пугало. Осознанно-безжизненный взгляд. Словно скажи ей сейчас «иди и отсоси тому мужику у столика» — она пойдет и сделает. — Мэ-эй! — Милфред взял когтистую руку девушки и прикоснулся к тыльной стороне губами. Рыжая не двинулась с места, даже не обратила внимание на сотню пар глаз, уставленных в ее сторону. — Мистер Заккири! — Выкрикнул кто-то в полутемени комнаты. — Сколько она стоит? Я готов купить ее на час… нет. На всю ночь за сотню тысяч! — Нет. Мистер Заккири, я предлагаю вам миллион за каждый час. — Ты и так вчера был с Мариан! — Встрял третий. — Тишина! — Заккири грозно повысили голос, притягивая «предмет» споров ближе. — Девочка моя, скажи, с кем бы ты хотела пойти? — Слащавостью голоса этого мужчины можно было бы убить целую сотню людей. — С кем прикажете, господин. — На прекрасном светлом лице не дрогнул ни один мускул. — Покладистая! — Мне нравится. Так что насчет миллиона?! — Вы опоили ее зенксом, да? — К Милфреду подошла какая-то женщина. Кажется… Она жена, как же его звали — ах, ну точно, жена Риксона, директора водохранилища Района 800. — Что если и так? — Зик загадочно улыбнулся, левой рукой держа рыжую за талию, а правой массируя ее сосок. — Господин, — к ним подбежала еще одна женщина. Зик махнул рукой и в гостиной вновь появился приглушенный свет и заиграла музыка. — Госп…один, — едва отдышавшись, она остановилась подле хозяина «праздника» и его «спутницы». Остальные гости мигом отступили под тяжелым взглядом Милфреда. — Да, душечка! — Мужчина поцеловал руку женщины в районе предплечья и мягко сжал ее ладонь. — Г-господин, — вдруг стушевалась она в обществе незнакомой рыжей девушки. — Все сделано, как вы и приказали. — Уже? Что же… Тогда, проводи мою девочку в комнату отдыха. — Милфред небрежно передал Мэй в руки блондинки, теряясь в толпе. — Пойдем, — только и сказала она, утягивая за собой странную незнакомку. — Зенкс, да? — Что? — Вполне осознанно, в отличие от остальных «жертв» Зика, спросила рыжая. — Ты здесь из-за больших долгов? — Блондинка резко остановилась почти у выхода из гостиной. — Или твоя семья продала тебя? — Ох, — странно, но новенькая даже покраснела! — Ничего из этого… Я… — Мне по большей части все равно, — отмахнулась сопровождающая. — Понимаешь, когда работаешь здесь уже столько времени, начинаешь…кхм…относится ко всему, проще? Просто мой тебе совет, не лезь на ражон. — Хорошо, — она отличалась от тех, кого обычно приводил ей Зик: молоденькие, заплаканные дурочки, с недурной внешностью; они не сумели побороть то черное, нашептанное дьяволом на левом плече (ну а что, если уж и брать концепцию Бога — есть же и его темная сторона, разве нет?) желание попробовать запретный плод с кодовым названием ZX-80. Но эта девушка не была похожа на подсевшую на иглу отщепенку общества. Ее кожа была бледна — это несомненно, но далеко не так, как у наркоманов. Волосы, кажется, даже не крашеные — не иначе как чудо! — Меня зовут Вимала, — зачем-то бросила женщина, вновь продолжая путь в темном коридоре дома. — Мэй… — Знаю. — Вимала тоже не казалась Мэй кем-то так низко павшим, чтобы добровольно работать на Милфреда. Уж слишком аристократичны были ее черты лица; слишком невинная улыбка в светлых глазах, полных какой-то скрытой тоски и боли. Они обе: и Мэй, и Вимала — стали жертвами обстоятельств. Вот только как именно Заккири заставил женщину прислуживать ему? Взял в заложники семью? Кто его знает… — Вимала? — Голос Мэй отчего-то дрогнул. — Куда мы идем? — Женщина оказалась куда проницательнее, чем казалось ранее. — Даже не представляешь, как часто мне задают этот вопрос. Хах. — Она поправила отросшие до поясницы светлые пряди, убирая их на один бок. Открытые участки кожи, виднеющиеся из-под полупрозрачной ткани, какую Мэй видела в Хафл Смите, покрывали красноватые рубцы. Ее били…кнутом? Вимала заметила внимательный взгляд рыжей и с тихим воскликом снова спрятала спину за волосами. — Вы… — Мэй аккуратно коснулась плеча блондинки, но та лишь раздраженно дернулась и ускорила шаг. — В мире, которым заправляют такие как Зик — есть только один способ выжить. — Зик? — Переспросила Мэй. — Заккири? — Вимала кивнула, но сделала это так, будто бы перед ней стояла не относительно взрослая девушка, а трехлетний ребенок, к которому нужно относиться снисходительно. — Здесь, где все, на что падает твой взгляд можно продать, нужно назначить себе самую высокую цену, чтобы никто не смог тебя купить. — В голове внезапно вспыхнули слова людей из толпы, которые подняла цену за один час с Мэй до миллиона квен. Это годовой доход лишь половины населения Республики. Сука. — И насколько ценны вы? — Мэй, то ли от обиды за скрытность Вималы, то ли из чистого интереса, спросила. — Игрушки Зика все в какой-то степени бесценны, — блондинка завернула несколько раз в одинаковые коридоры и остановилась перед высокими дубовыми дверями. — Но я… Я сломана. Такие продают за бесценок. — Сломана? Но почему? Вимала! Не уходите от ответа! Не оставляйте меня… Женщина ушла, толкнув Мэй внутрь комнаты и закрыла замок ключ-картой. Лисица устало соскользнула по рельефной поверхности двери, закрывая лицо руками. Скольких внутренних сил ей стоило не напасть на этого лысого гандона прям там. Еще и эта подручная… Так ли она проста? Зик. Вот как значит тебя зовут в этом «бесценном» мире, который ты устроил. Какая же она дура. По щекам поползли соленые дорожки. Кожу торса немного холодило из-за отсутствия одежды, так что Мэй наконец-то выпустила хвост и укрыла себя теплой шерстью. Вдохнув свой родной запах стало немного легче. Она думала, что после ее сотрудничества, ей позволят увидеться с Крисом. Так сказал Зик — первый день ничего делать не придется, но вот в последующие… Поработай как следует! Где же тогда они спрятали Тайлера? Неужели ему так же, как и ей приходится ходить голышом перед этими толстосумами?! Когти распороли мягкий ковер под руками. Не простит. Она не простит их всех, даже Вималу, если они причинят ему боль!

***

Жарко. Как же ему, блять, жарко. Все тело пробивала неприятная, оставляющая тошнотворное ощущение дрожь. Руки привязаны к чему-то вроде кровати. Во всяком случае пошевелить ими не представляется возможным. Он пробовал. Со лба скатилась капелька пота, затекая в уши. Волосы прилипли к лицу, но, кажется, он ничего не видит не из-за этого. Что-то закрывало его глаза, наверное, маска для сна. Из всех пяти главных чувств ему достались только обоняние и слух. Откуда-то повеяло долгожданной прохладой: ветерок коснулся раскаленной кожи (одежды на себе он не чувствовал), однако очень скоро прекратилось и это. Открыли дверь. Закрыли. Голоса. Женские, мужских нет. Это хорошо (наверное). Правда доносились откуда-то издалека, быть может это чья-то квартира и он находится в соседней комнате? Приближаются. — Бо-оже, — пропищал кто-то. — Такая прелесть! — Женщина, лет тридцати, может старше, но не намного, аккуратно села на кровать? , где он лежал. — Зик как всегда — умеет удивить! — Второй голос донесся справа. — Знаете, девочки, когда мне сказали, что нас будет ждать сюрприз, я никак не могла ждать такую милоту. Как тебя зовут? — Третья женщина оказалась куда ближе к его лицу, чем ее подруги. Теплое дыхание защекотало щеку, но эта близость оказалась куда губительнее для него, чем он думал: тело вновь пробила волна дрожи, а горло сдавило спазмом. Даже если бы и захотел не смог бы выговорить и слова. — Он сейчас под зенксом? — Первая дама. — Скорее всего, смотри как у него стоит! — Третья женщина отодвинулась от его лица, медленно и мучительно проводя кончиками пальца от кадыка, минуя ошейник, и заканчивая напряженным животом. — Ха! — Ну да, стонать Крис ты можешь, а говорить — спазм в горле. Ну-ну. — Такой сладенький! — Вторая девушка зашуршала поверхностью одеял где-то слева, и села так, что коленки уперлись ему в вытянутую руку. — У нас не так много времени, помните? — Первая также села справа от Тайлера. — Разумеется, — хихикнула Третья, раздвигая его ноги. А дальше — ад, полный грешного удовольствия и отвращения к самому себе. Первая, не медля (времени же, сука, мало!), впилась в его губы требовательным поцелуем. Раздвигая своим языком припухлые губы и собирая несдержанный юношеский стон. Он ведь совершенно точно был еще невинен. Ах, в этом же и вся прелесть! Ее руки вскоре стали медленно проходиться по спутанным темным волосам, а губы — нашептывать что-то о его красоте и невинности. Вторая «гостья» с выдохом поцеловала покрытую солеными капельками ключицу, заставив юношу вздрогнуть. Она повторила это еще несколько раз, оглаживая напряженные мышцы живота и боков. Третья — от слов перешла к действиям посерьезнее: огладила кожу на внутренней стороне бедра, потерлась о них обнаженной, и достаточно большой грудью, и легла поудобнее. (Удобнее для чего блять?!) — Ах! — Пульс усилился до сплошного гула в ушах, руки дернулись в бесплодной попытке освободиться — горячий язык коснулся напряженной головки члена. Он едва успевал дышать в перерывах между поцелуями, касаниями, оставляющие огненные дорожки и судорогами, возникающими каждый раз, когда горло девушки крепче сжимало пульсирующий орган во рту. Было хорошо. Определенно. Ему впервые не нужно было переживать за свою безопасность, ночевать в какой-то дерьмовой лачуге, думать о корпорации. Здесь было то самое хрупкое счастье, которое он желал (на данный момент, разумеется). — Милый, — обратилась к нему Первая, разрывая поцелуй и оставляя ниточку из слюны. — Ты же поможешь мне? — Крис вскинул брови от удивления. Перед глазами все также стояла темнота. Вдруг кровать по обе стороны от него прогнулась и носа коснулось что-то жесткое и шершавое. Это «что-то» сильнее надавило на его лицо, заставляя ртом упасть в горячую промежность. — Ну же, не только же тебе сегодня наслаждаться! — Вскинулась дамочка, и Крис, в перерыве между стонами, принялся вылизывать женское лоно. Напряжение меньше не становилось, член все так же болезненно пульсировал требуя разрядки, вот только стоило ему застонать громче обычного, влажный язык тут же останавливался, и становилось холодно от высыхающей слюны на коже. Пытка. Они менялись местами — правда, он все равно ничего не видел; по очереди его язык касался твердых сосков; периодически он посасывал тонкие пальчики с длинным маникюром; наградой ему были женские стоны, находящиеся на грани. Но никто не позволял ему самому расслабиться полностью. — Я сяду, будь готов! — Сказала… да кто его уже разберет чей это был голос. Член вошел в женскую плоть, судя по всему полностью, и с характерным хлюпаньем вышел. — Это прекрасно! Хороший мальчик… — Дальше он не услышал: все внимание перешло на очередную попытку сесть ему на лицо. — Да! Сильнее! — Говорила та, что уже несколько минут самозабвенно трахала себя членом юноши. В какой-то момент ее ноги сильнее сжались по обе стороны от Криса и она вся задрожала, наслаждаясь моментом. — Мне так хочется, чтобы он потрогал меня руками… — Заныла одна из них. — Нельзя, — запыхавшись, женщина вытащила сочащийся смазкой член и провела влажными пальцами по всей его длине. — Зик строго-настрого запретил. — Уф, — третий голос. — Обычно все гораздо проще. — Может быть, он агрессивен? — Вторая хихикнула, зачем-то отодвигая правую ногу парня подальше. — Сейчас и посмотрим, — засмеялась в ответ Первая. — Лил… Ах да, никаких имен. Поможешь нам? — Кажется, она обращалась к Крису. Непонятно. Женщины крепко обхватили его ноги, раздвигая их как можно дальше. В голове стоял какой-то шум и единственной мыслью было скорее кончить и забыться, вот только боль, пронзившая его снизу вверх все перечеркнула. Тайлер вскрикнул, когда острый пальчик, благо хоть намоченный слюной, протиснулся в сжатое колечко мышц (как-то он ранее даже и не думал, что туда в целом, можно заходить…) — Боль…но! — Наконец-то его голос прорезался, но уж лучше бы он молчал. — Тише, мальчик, тише. — Кто-то из них отвлекся от удержания его ног и ласково коснулся члена ладонью. — Я помогу, тебе будет очень приятно… Но даже умелые движения женщины не могли избавить его от раздирающего чувства внизу. Тиранша (теперь будем называть ее так) беспощадно проталкивала палец внутрь, сопровождая сладкими стонами — дрочила самой себе пока пыталась, в буквальном, блять, смысле, засунуть палец в жопу парня?! Извращенка! Они все здесь… бо-оже… когда он уже сможет кончить. К лицу снова преставилось «занятие по интереснее», как сказали сами женщины. Экзекуция с пальцем продолжалась еще какое-то время, пока, как ни странно, это перестало доставлять ему такой явный дискомфорт. Разумеется, стоило пальцу вообще выйти — стало просто божественно. Однако радость не длилась долго: где-то слева послышалось копошение; кто-то из женщин выдавил что-то похожее на крем и воцарилась гнетущая тишина. Что они там делают? Гребанная маска! — Подержите его, — попросила Тиранша. Да. Их уже получалось различать. Конечно же, как только его попросили не двигаться, Крис подтянул колени к себе, в желании слиться со стенкой. Вот только все его движение были будто во сне: вялые; такие, с какими даже дама справится, если захочет. Извращенки быстро закрепили его ноги у него же на плечах и ануса коснулось что-то холодное. Не пальцы. Толще. Гораздо толще. — Отпустите! — Громче, чем ожидал, крикнул Крис. — Ебанутые! — Его уже отпускает что ли? — Задумалась Первая. — Да не-е, ты что. От зенкса штырит еще часа два. Просто адреналин подскочил. — Не переживай, — холодный предмет без особого труда вошел на первый сантиметр внутрь. — Больно не будет. — Сучка. Чтобы ее саму так да сразу в десятером трахали во все дырки! Еще сантиметр дался с куда большим усилием. Сразу захотелось сжаться и отодвинуться назад — вот только некуда ему было бежать. Как-будто ножом резали. Нестерпимо больно. Крис никогда ранее не задумывался об однополых отношениях. Теперь уж точно не станет геем: ни себя трахнуть не даст (какой оптимист, вы только посмотрите! думает, что сможет отсюда, где бы оно не находилось, сбежать! смех, да и только), ни кого-то так мучать не будет. Определенно. Так потянул за то, чем был привязан, что боль отразилась и на запястьях. Стер в кровь. Отлично. Список достижений на сегодня только и делает, что пополняется. Предмет входил все дальше; Крис забывал как дышать, но перестать думать о рези внизу не мог просто ни под каким предлогом. В уголках глаз даже скопилась влага, полностью готовая пролиться наружу. Дерьмо. Что за дерьмо…