In fact

Нэнси перебирает мягкие кудряшки мальчика, прикрывая глаза, любуясь звёздами. В темноте почти не видно его лица. Он тихо напевает какую-то грустную мелодию. У него отлично выходит, талантливо. Она никогда не признает, но это всегда успокаивало её. В квартире бардак, вещи валяются везде, мусор противно прилетает к босым ногам. Можно сделать вид, что раз в темноте не видно, значит этого нет. Он беззаботно лежит на её ногах, напевая песню. Такой доверчивый. И как он может ей доверять, если она себе сама не доверяет? Тот ещё дурак. Его кожа такая бархатная, приятная на ощупь. Особенно шея. Нэнси аккуратно проводит по ней рукой и сжимает. Может хоть теперь он начнёт бояться? Глупая затея, потому что он всё ещё готов доверить ей жизнь. Он готов отдать свою жизнь за неё. Хелли был талантливым, она это сразу заприметила. В том, как он красиво пел и играл на пианино была своя всепоглощающая таинственность, оттенком пастельно-сиреневого. Вряд ли кто-то кроме неё мог увидеть эти искры вовсе не огненных цветов в его глазах. Все они, в этой чёртовой школе, гнобили его, потому что считали слабым. Тупое стадо придурков. Нэнси искренне желала, чтобы следующая её встреча с ними прошла в аду. Хелли наивный. Хелли открытый и добрый. Совсем иногда, глупый и доверчивый. Но не слабый. — Эй, Нэнс, – тихо зовёт он, чутка приподнимаясь на локтях. Она открывает глаза и немного опускает голову вниз. — Чего тебе? - специально безразлично. Ей нравится мучить его снова и снова своей показной безэмоциональностью. Он тянет руку и проводит по её щеке. — Знаешь, в супермаркете за два квартала отсюда есть булочки с вишней. Давай сходим. Я плачу. Она только кивает головой, сбрасывает Хелли с себя, от чего тот падает и сдавленно смеётся, и начинает одеваться, потому что до этого она была лишь в нижнем белье. Задрипанные штаны с дырками между лях, толстовка, спёртая у Хелли, которая вообще-то большая для него, а для неё в самый раз - идеально для прогулки в пол второго ночи. И они правда идут за булочками. Они не держаться за руки, даже редко когда говорят по дороге к магазину. Только тишина, искусственное освещение от фонарей, из-за которых не видно звёзд, и частое дыхание обоих, потому что, чёрт возьми, холодно. Булочки и вправду оказались вкусные. Внутри не просто вишнёвый джем, а консервированная вишня. Хелли знает толк в булочках. В волосах Нэнс путаются крошки, которые никто не собирается убирать. Появляется пятно от джема на толстовке. Хелли кладёт голову ей на плечо и вдыхает ночной воздух. — С восемнадцатилетием, – сухо поздравляет она, впервые за день. Скосив глаза, она видит широкую улыбку парня, освещаемую светом из окон магазина.