Лисьи хвосты, хладнокровные змеи

Когда солнце забрезжило на горизонте, Наруто уже знал достаточно, чтобы пойти и провести самую тщательную и особую церемонию в честь восхода за последние лет триста. Саске деликатно отпустил его одного, оставшись пить десятую кружку чая в храме. Под воздействием косых солнечных лучей храм словно воспрял, даже ночные поражения выглядели наряднее и не так пугающе. Вместо тел во дворе лежали кучки праха. — На мой храм напали, точно так же, как на твой, — заявил таинственный Саске, лишь пригубив первый чай на уютной кухне. Наруто облокотился о шкафы, не решаясь подсесть к гостю за низкий столик. — Соболезную, — вместо этого неловко ответил он. Что говорят в таких случаях? Ну, когда посреди ночи во время нападения тебе помогает отразить удар незнакомый демон, и затем ты выясняешь, как его зовут и что он остался без своего храма, причем все это — за первые 5 секунд знакомства. — Не стоит, — Саске пытался казаться невозмутимым, но Наруто заметил, как он с силой сжал кулаки. — Так ты поэтому помог мне? Спасибо, — Наруто и вправду было интересно, что, собственно, случилось, сегодня и вообще. Саске вновь взял в ладонь кружку, прежде чем продолжить, тщательно подбирая слова: — Я… не хотел, чтобы такое повторилось. — Он поднял взгляд, ясный, прямой, и у Наруто невольно перехватило дыхание от этого чувства, разливавшегося кругом аурой Саске, еще незнакомой, но такой… близкой. Ронин. Самурай без господина, но с прежней честью и долгом. Вот кем казался Саске. И это захватывало дух. А затем Наруто почувствовал что-то еще. Неужели это…? — Ты потерял кого-то? — не выдержал он, падая коленями на дзабутон рядом с Саске и импульсивно закрывая его холодную руку на столе своей рукой. Скорбь исказила лицо Змея, уставившегося на этот простой жест сочувствия и тепла, и будто светящаяся во тьме бледная кожа на миг посерела. — Я потерял все, — глухо кинул он, отворачиваясь, чтобы собеседник не увидел слез в глазах. Ладонь дернулась было, но не исчезла в рукавах и одеждах, а Наруто не стал убирать свою. Ему не нужно было видеть, чтобы чувствовать чужую боль. Они помолчали, и затем Саске через силу продолжил — видимо, хотел объяснить все: — Они пришли днем, и я был не готов — я слежу… следил за храмом при свете луны. К тому моменту, когда я почуял посторонних… они уже прошли сад, уничтожая все на своем пути, все, даже деревья, — Наруто заглянул ему в лицо, пытаясь поддержать, и тут его руку сжали в ответ. — Я ничего не смог сделать, лишь защищался, а затем они связали меня и повезли куда-то, я слышал взрыв за спиной, как рушились камни… Я… смог лишь сбежать в пути, каким-то чудом. Жалкий слабак… — Ты не слабак и вовсе не жалок, — уверенно возразил Наруто. Черные глаза нехотя посмотрели в голубые — сейчас, во время обычного разговора, алые всполохи бы только мешали. — Я видел тебя в бою. И без тебя… не знаю, что было бы со мной, с храмом без тебя. Ты спас нас. С каждым его словом тонкие губы немногословного «ронина» сжимались все сильнее. Наруто не мог понять, от возмущения и несогласия или от подступающих слез, потому что Саске, похоже, смог справиться с эмоциями. Он снова обратил внимание на остывающий чай, провел тонким пальцем по ободку кружки, задумчиво наклонил голову и только потом спросил: — Что ты собираешься делать дальше? Ты был их целью после меня — так я и нашел тебя, следуя за ними на расстоянии. Похоже, они недооценили нас обоих… Но кто знает, сколько их и когда они нападут снова. — Что же им нужно? — непонимающе нахмурил брови Наруто. — Главное, кто они, — поддержал его любопытство Саске. — Это демоны Пустоши, ну, так они себя называют. Но они не Хранители, как мы. Просто создания Тьмы, питающиеся падалью, достаточно мощные, чтобы притвориться кем-то большим. Наруто раньше не думал, что Тьма может принимать облик. Тем более, облик демона или человека. Саске кивнул, как бы подтверждая его мысли: — Они достаточно сильны, чтобы создавать себе лица и высасывать мощь отовсюду. Мой… мой храм, он не просто превратился в руины. В обычном состоянии камни могут делиться силой с природой вокруг годы и годы. Но там, где ступают они, является Пустошь, все гибнет, почва умирает — настолько, что жители покидают эти земли. Он вновь помрачнел, вспоминая увиденное. Наруто, не зная, как еще показать, что слушает и понимает, накрыл второй рукой их ладони, и тут Саске вдруг улыбнулся ему устало. — Не переживай, — ответил на эту улыбку демон-лис. — Я не допущу, чтобы подобное зло случилось и здесь. Мы положим этому конец, вместе. Неожиданно для себя он отметил, что, то ли от чая, то ли от компании, но у белого Змея порозовели щеки. — Что ж, — согласно опустил голову Саске, — мне нравится твой настрой. Вместе… у нас может быть шанс. И это было правдой. Они могли дежурить поочередно… и могли скоординировать атаки. Саске попросил не использовать подобных сегодняшней техник, пока он в воздухе, и Наруто предложил провести совместную тренировку с утра. Ему нужно было поспать еще немного перед рассветом, чтобы сберечь силы на весь день. Саске остался на том же самом месте, сев в позу лотоса, положив раскрытые ладони на колени — «фигура стража», объяснил он. Теперь, когда Наруто неспокойно подремал часок, а затем провел ритуал безо всяких происшествий, Саске должен был выйти во двор, к нему, и сдать смену, но, не дождавшись, Хранитель храма обнаружил его крепко спящим на дзабутонах у стола. Он накрыл его покрывалом с расшитым аистом, не решившись разбудить — время ему охранять чужой сон. Странное время и непривычное. Но слышать мерное дыхание спящего было отчего-то приятно и очень успокаивало. ***