Глава 2
27 сентября 2020 г., 04:33
Подглава 1
Спустя две недели после 1 сентября жизнь практически всех школьников повернула в обычное русло. Кроме странного инцидента с одной тихоней–пуффендуйкой ничего выдающегося пока не произошло. Куча уроков, первые в этом сезоне тренировки по квиддичу, шалости и перепалки между Гриффиндором и Слизерином. Зато жизнь Джози поменялась достаточно. Во–первых, раньше ей было плевать на взаимоотношения между факультетами. Ни мелкие споры, ни жаркие стычки лично ее никогда не касались. Но после случая в поезде она почти каждый день получала колкое слово от какого–нибудь слизеринца. Тогда – либо ноги сами уносили ее от потенциального конфликта, либо она все–таки останавливалась, машинально готовя удару правую руку. Едкий поток сразу прекращался и не было понятно, кто из «змей» задирал ее сегодня. По одному они не ходили. Иногда девушку обуревало желание бросить в очередную компанию любое пришедшее на ум заклинание, но через минуту ее лицо уже озаряла улыбка: «я спокойна, я спокойна. Здорово, что они меня стали побаиваться». А их слова можно было и не слушать. Во–вторых, к ужасу Джози теперь полшколы бросало на нее необычные взгляды. Младшие ученики то и дело заговаривали с ней. От «это было круто!» до «научишь меня?!». Старшие посмеивались и чаще, чем раньше, кивали при встрече. А родные пуффендуйцы старались максимально окружить ее теплотой и вниманием, что тоже порой раздражало. И, наконец, в–третьих, первого же сентября ее ждал очень серьезный разговор с директором. Весь пир, который совсем не показался радостным, Джозефина искала приличное объяснение произошедшему и заходила в кабинет Дамлдора уже практически уверенная в том, что все можно списать на либо на неожиданный выброс, либо на то, что Эйвери сам случайно воспроизвел какое–то заклятье своей волшебной палочкой. Первым делом директор осмотрел ее руку. Обычная маленькая девичья рука с тремя родинками на тыльной стороне ладони. Эти–то родинки и заинтересовали старого мага больше всего. Осмотрев их через очки и поверх очков, он наконец вынес свой вердикт: – Видите ли, мисс Лив… Не уверен, что это вам должен говорить именно я, но за отсутствием кого–либо из родных, кто мог бы рассказать вам о волшебстве, – он помедлил. – Сдается мне, что в вашей руке, вашей маленькой хрупкой руке, находится такая сила, которой позавидовали бы многие взрослые волшебники. И уж точно большинство студентов. Вам необычайно легко должны даваться невербальные заклинания. – Но как… – Джози нахмурилась, – не знаю, сэр, мы еще не проходили их. – Не волнуйтесь, – директор держал в своих ладонях ее руку, – в этом нет ничего страшного и слишком необычного. За исключением того, что волшебницы с таким талантом появляются раз в несколько десятков лет. – Волшебницы? – Главное, – Дамблдор как будто не услышал ее, – главное научиться правильно обращаться с такой магией. Ведь она работает, когда вы не можете прибегнуть к палочке, а все ваши мысли сконцентрированы на действии? Джо задумалась. Она не могла не согласиться с директором. Недавний случай не вызывал сомнений, но и несколько раз ранее она замечала, что правой рукой открывались запертые, на первый взгляд, двери, когда это было очень необходимо или даже притягивались небольшие предметы. – Зная ваш характер, готов поспорить, что вы не станете использовать свой дар для нанесения увечий всем студентам Слизерина? – директор лукаво посмотрел ученице прямо в глаза, – в любом случае, – он уже был готов отпустить ее восвояси, – вам лучше не распространяться на эту тему с мало знакомыми людьми. И на вашем месте я уделил бы чуть больше внимания такому магическому явлению как мали–манус. Мали–манус!! С тех пор это слово так въелось в сознание, что приходило Джози даже во сне. Вот она идет по коридору мимо высоких черных дверей. Среди неясных надписей на табличках вдруг вспыхивает одно: «мали–манус». Вот она листает толстую библиотечную книгу и на одной из страниц вдруг вспыхивает красным пламенем это слово. Наяву Джо тоже стала проводить в библиотеке массу времени. Раньше она относилась к этому занятию скептически, разыскивая информацию в тех книгах, которые брала с собой из дома (для чего еще на втором курсе экстренно освоила заклятье незримого расширения). Но эти книги теперь не знали ответа на волнующий ее вопрос. В тот погожий осенний день девушка безрезультатно заканчивала просматривать целый стеллаж (уже пятый по счету) школьной библиотеки. Оставались только несколько книг, но ими завладел какой–то парень из Гриффиндора и, судя по тому, как он усердно строчил в своем пергаменте – не собирался с ними расставаться. Мутным от усталости взглядом Джо различила, как тот усердно шевелит губами, и перевела жаждущий взгляд на книги. Так продолжалось минут двадцать. Солнце сместилось к западу и на светло–русую шевелюру парня лег зеленый отсвет оконного витража. Теперь его голова выглядела как укрытый листьями одуванчик. Джозефина улыбнулась. Она уже просто сидела, обернувшись к нему, и отдыхала от проделанной работы. Вдруг он поднял на ее немного ошалевший от писанины взгляд. Проморгавшись и как–то странно мотнув головой, он, кажется, понял: – Тебе нужны эти книги? Ответом был кивок. – Тогда подожди немного, я закончу с зельями и все тебе отдам. Никак не могу найти пропорции корня векового дуба для зелья улучшения памяти… – обронил парень, как видно, уже совсем отчаявшись. – Не знаю как насчет векового дуба, но его можно заменить сушеным розмарином. Только там очень большая пропорция – один к двум от общего объема остальных ингредиентов, – голова Джози уже порядочно болела от усталости и каждая минута казалась пыткой. – Да? – Да, да. Мне не зачем обманывать. Я вычитала в одной книге. И потом уточнила у мадам Стебль. Можешь смело писать… «И сматываться отсюда…» – Спасибо. Тогда держи, – гриффиндорец придвинул к ней книги. Еще пять штук!! – Лу–у–уни!! – чей–то громогласный вопль всколыхнул воздух библиотеки. «Чтоб тебе пусто было. Зачем так орать?!» – Ре–е–емус!!! – Сириус, Джеймс, я здесь. И имейте совесть, вы же в библиотеке, – отозвался парень разыскавшим его друзьям. – Да ты с девушкой! – Постой, – другой парень, в очках, прищурился на нее против солнца – это не та ли ты девчонка с Пуффендуя, которая залепила Эйвери огненную пощечину? «Та ли, та ли». Кивок. – И как же это у тебя получилось? – Само – с нажимом ответила Джо. – Да не закипай. Я только хотел сказать, что ему наверняка идет этот шрам. – Ну, вообще мужчин украшают шрамы, – машинально произнесла девушка. Поскорее бы они ушли. – Кстати, да! – Сириус непонятно почему приобнял Ремуса, – но нам пора. «Ну и прекрасно».Подглава 2
На протяжении следующих нескольких недель Люпин постоянно видел «ту девчонку с Пуффендуя» в разных углах библиотеки. Осознание, что очередное полнолуние осталось позади и до следующего еще целый месяц в один из дней так подняло ему настроение, что он решил подойти к ней и «отдать долг» за помощь с зельем. – Привет… Может, тебе помочь? – Джози подпрыгнула и быстро захлопнула книгу. Разыскивая свой проклятый мали–манус, она заинтересовалась приготовлением любовного зелья и вовсе не хотела, чтобы кто–то знал, что она читает такие глупости. – Н–нет. Спасибо. Я сама. Привет, – Джо воззрилась на того самого парня, который как–то уступил ей книги. – Я просто хотел поблагодарить тебя за подсказку. Профессор Слизнорт сказал, что это очень редкий способ замены ингредиентов, но вполне подходящий. – Да, – улыбнулась девушка, – я нашла его в маминой книге. – А кто твоя мама? Вроде бы обычный вопрос, но собеседница почему–то поднялась со стула и стала энергично складывать книги. – Ее нет. «Мерлин, зачем я это спросил?!» – Прости… – Ничего страшного. Не то чтобы я теперь сильно из–за этого расстраивалась. Уже прошло 14 лет. Люпин поспешил сменить тему: – Но все–таки ты ищешь что–то необычное. – С чего ты взял? – Я видел. Ты просмотрела уже почти всю библиотеку и ничего. – Да, ничего, – ее голос заметно погрустнел, – просто… это такая вещь, о которой меня просили не распространяться. Один профессор просил. – Это по поводу твоего случая со взрывом и Эйвери? Лив резко обернулась к собеседнику. Оказалось, что они стоят совсем рядом. Он был выше на голову, но это не помешало ей заметить два тонких шрама, пересекавших его лицо. Почувствовав взгляд, Ремус быстро прикрыл их рукой, сделав вид, что потирает переносицу, и немного отвернулся. – Можно посмотреть в запретной секции… Джо покосилась на плотно запертую дверь – туда. – Но это же запрещено! – Вообще–то да, но есть один способ. Только никому не рассказывай об этом, хорошо? – Хорошо. Они уже собирались расходиться. – Меня, кстати, зовут Ремус Люпин, Гриффиндор. – Я уже поняла. А я Джо… Джози Лив, Пуффендуй. – Я уже понял, – улыбнулся парень.Подглава 3
Согласно оговоренному еще в Большом зале плану Джози должна была ждать Мародеров на втором этаже в туалете для девочек и выйти на условный стук. Конечно же, пять человек вряд ли поместились бы под одну мантию–невидимку, поэтому было решено, что в ночное путешествие в запретную секцию отправятся только Джозефина, Ремус, как предложивший эту идею, и Джеймс Поттер, как хозяин мантии. Сириус и Питер останутся незаметно дежурить на этаже, чтобы вовремя подать сигнал при тревоге. Как ни странно, Джо благополучно удалось спрятаться в туалете и дождаться своих провожатых. Спеша по темным коридорам, она то и дело удивлялась, каким необычным выглядит мир через ткань мантии–невидимки – немного расплывчатым и мерцающим. При этом сердце стучало уже где–то в висках и стремилось вырваться наружу перед каждым поворотом. Максимально бесшумно они проскользнули мимо кабинета мадам Пинс и, когда девушка уже вся покрылась испариной – от волнения и духоты под мантией, оказались перед той самой дверью. – Алохомора! Джо зажмурилась. Ей казалось, что сейчас должны зажечься огни и заиграть трубы – наподобие магловской сигнализации. Но ничего подобного не произошло. – Что нужно искать? – они уже стояли перед длинными стеллажами. – Я сама. – Но вместе будет быстрее. – Простите, мальчики, – горячо зашептала Джози, – но Дамблдор сказал, что мне лучше не распространяться на эту тему. – Ну если сам Дамблдор… – Хотя бы в каком направлении искать? – Так… это вряд ли зелья, вряд ли травология, – они стояли так близко, что головы их практически соприкасались, – может быть, трансфигурация, но, скорее, заклинания. Какие–нибудь сложные заклятья или даже проклятья. Молодые люди удивленно вскинули на нее глаза. – А я не знаю! Все, расходимся. И подумав, она добавила: – Ищите слово, которое начинается на «мали». Но ни пол, ни полтора часа поисков не дали результата. «Пит и Сириус уже наверняка ушли и дрыхнут себе» – думал Джеймс. «Что это за странная штука, которой нет ни в одной книге?» – думал Ремус. «Да когда же это кончится?!» – бормотала про себя Джози, которой уже хотелось плакать от отчаяния или просто сказать парням, что все, баста, пора убираться отсюда. Пусть тайна остается тайной, тем более, что Дамблдор не нашел в ней ничего страшного. – Мали… мали… – еле слышно донеслось со стороны Джеймса. – Что?! – Да вот, – он подтащил остальным ветхого вида книгу и высветил тусклым фонарем одну из страниц – мали–манус. – Да! – девушка так резко выхватила фолиант, что та чуть не развалился. Даже не поблагодарив, она отошла в угол и стала читать. «Мали–манус – древнее заклятье, которое позволяет человеку, находящемуся под его влиянием, производить большинство магических действий без применения волшебной палочки или иных приспособлений. Магия совершается при помощи правой (или левой) руки, узнать которую можно по расположенным на одной линии трем родимым пятнам на тыльной стороне ладони. Первый случай … 1625 год … всего в истории не более десяти случаев. При всей своей привлекательности заклятие имеет ряд недостатков. После первого использовавшего его действие передается потомкам по женской линии. Женщины–носительницы обладают чрезвычайной силой, но обычно имеют короткую жизнь… умирают при разных обстоятельствах сразу после рождения ребенка–девочки либо же ребенка–мальчика, если таковой был рожден до достижения…" – дальше текст закрывало большое чернильное пятно. До Джози стал доходить смысл прочитанного. «Мама!» – сжалось и всхлипнуло что–то внутри нее – «Мама!». Подняв глаза, она поймала пристальные взгляды своих спутников. – Тут… тут пятно – Джо издала приглушенный всхлип. Ремус направился к ней, Джеймс остался в проходе. – Давай я помогу. Его можно попытаться отчистить. – Да, я сама. Сейчас. Отчего–то непослушными руками она достала палочку и пробормотала заклинание. Не подействовало. Последовал взмах палочкой. Еще один. Когда Ремус уже хотел поймать ее руку, страница многострадальной книги вдруг вспыхнула ярко–зеленым пламенем. Перепуганная Лив пискнула и стала бестолково дуть на его тонкие языки. – Фините! – огонь мгновенно потух, – там было что–то важное? – Люпин тревожно взглянул в расширенные от ужаса глаза девушки. – Было!.. Было… там… – Кто здесь?! – скрипучий голос школьного завхоза Филча прорезал спертый воздух библиотеки. Да что воздух! Он будто прорезал сознание всех застигнутых на месте нарушителей. В одно мгновение Джози открыла рот так, словно из него сейчас вырвется оглушительный крик, Джеймс, который был достаточно далеко, с хлопком накинул мантию, Ремус уронил книгу и потянул Джо за собой под стол. Крепко прижатая его рукой, девушка могла только напряженно слушать, как к ним медленно приближаются тяжелые шаги Филча. – Что ты чувствуешь, моя красавица? – глаза Джози округлились – так близко к уже был завхоз. Кажется, он держал свою кошку, миссис Норрис, на руках. Но все равно разбросанные книги, забытый фонарь и оглушительные удары сердца вот–вот выдадут незадачливых авантюристов. Пара ног в залатанных штанах и ветхих ботинках показались из–за угла и остановились совсем рядом. При желании до них можно было дотронуться. Ребята прекрасно слышали хриплое дыхание старика и довольное урчание его кошки. Вот сейчас... Внезапный грохот где–то в глубине запретной секции заставил всех вздрогнуть. Филч тут же поспешил на звук, а Ремус, выждав пару секунд, схватил Джо за руку, вынырнул из–под стола и оба пустились наутек. В следующую минуту случилось несколько мелочей, от которых сердце Джози чуть не остановилось. Во–первых, когда они были уже на середине библиотеки, дверь за ними распахнулась и тут же захлопнулась. – Коллопортус! – Джеймс запер Филча в запретной секции!! Они молнией пересекли темный зал, миновали коридор и, выскочив на всех парах из–за угла, натолкнулись на две темные фигуры. Тут Джози все–таки завизжала, оказавшись в чьих–то цепких объятиях. – Не ори! – шикнули на нее сверху. Это был Сириус. – Можно орать! – донесся неведомо откуда голос Джеймса, – и плясать. Хоть на голове стоять. Фу–ух! Я запер Филча в запретной секции. И миссис Норрис тоже. – Джеймс, ты… – Красавчик! – закончил за Ремуса Блэк. Вся компания, еще не особенно почувствовав безопасность, двинулась по коридору. – Почему вы не предупредили о завхозе? Заснули? – поинтересовался Поттер. – Нет, и не думали, – стал оправдываться Питер, – честно. Он взялся просто из неоткуда. – Я так и думал. Проспали. Еще и нас не предупредили! – А что, мне надо было закричать петухом прямо над его плешивой головой? – оскорбился Сириус. – Видели бы вы Бродягу, распластавшегося между стеной и доспехами! Если Филч узнает – точно скормит нас своей кошке. – Да что уже. Все равно он до утра не выберется. Лучше давайте попробуем новую свободу на вкус. Э–ге–ге–гей!!! Вопль молодости, свободы и радости эхом отразился от сводчатого потолка. – Тише, пожалуйста, – взмолилась в конец измотанная Лив, – мне еще идти к себе через весь замок. – Так мы проводим! – отозвались парни. Они свободно шли по гулким коридорам, то и дело смеясь, подвывая или распевая нечто бессвязное, и это был воистину волшебный день (а вернее, кромешная ночь), ибо ни одна живая душа не попалась им навстречу. По правде сказать, Джози особенно не разделяла радость гриффиндорцев и еле доволокла ноги до гостиной своего факультета. – Как ты? Мы хоть немного помогли тебе? – обратился к ней Ремус, когда они уже были в конце пути. – Да. Спасибо, – сонным голосом ответила Джо, хотя никакой особой благодарности к шумным и явно глуповатым парням сейчас не чувствовала. Она тяжело наклонилась над одной из пузатых бочек, стоявших около стены, и выстучала по ней замысловатую мелодию. Часть бочки немедленно отодвинулась, открывая проход. – Все, пока. – Ну ты только молчок! – Сириус тщетно попытался заглянуть в чужую гостиную, но «дверь» захлопнулась перед самым его носом.Подглава 4
Джо совсем не успела выспаться и к тому же заснула в дневной одежде. Помятая и совершенно разбитая, она постаралась замаскировать синяки, которых после ночи заметно прибавилось, и с испугом заметила, что обувь ее тоже пришла в негодность – с левой туфли отлетела серебряная пряжка. Завтрак прошел напряженно. «Что, если я потеряла ее в запретной секции? Что, если кто–то заметил, как я возвращалась ночью? Почему эти гриффиндорцы хохочут во все горло, будто всю ночь крепко спали в своих постелях? Что, если во мне заметно что–то необычное??» Да, судя по сверхзаботливому обращению остальных пуффендуйцев, девушка, действительно, выглядела сегодня из рук вон плохо. Она всячески старалась не обращать на себя ничье внимание, когда увидела растрепанного и запыхавшегося завхоза, спешившего через зал в Дамблдору. В крючковатых пальцах Филча блеснула маленькая вещица, за этим последовал обращенный прямо на Лив взгляд директора. «Как он понял? Дурацкая пряжка!!» Этот день тоже закончился в кабинете Дамблдора. – Каким бы уникальным даром вы ни обладали, как бы вы ни хотели удовлетворить свое любопытство – ничто не дает права запирать беспомощного человека и его ни в чем не повинное животное ночью в библиотеке. Бродить ночью. Поджигать редкую старинную книгу. Я уже не говорю о самом факте проникновения в запретную секцию. Директор совсем не улыбался. – Простите… Джозефине было чрезвычайно неудобно стоять сейчас перед ним, перед его массивным столом, посреди его кабинета, в котором она была только однажды – около месяца назад. Тогда директор был ласков. И сейчас сердце ее терзалось с удвоенной силой. «Это не я придумала! Я не запирала Филча! – пыталась она четко сформулировать свои мысли в слабой надежде, что мудрый старый маг все прочтет по глазам, – но я не скажу, кто это. Я не хочу быть предателем». – Простите, этого больше не повторится. Никогда! Может, директор и вправду уловил что–то из ее мыслей, но следующие его слова были сказаны уже гораздо мягче: – Я верю. И, раз уж мои предположения стали невольной причиной этих неприятных происшествий, я считаю, что вправе сам назначить вам наказание вместо мистера Филча. Думаю, работа в оранжереях до Рождества станет достойной карой. – А мадам Стебль… – Да, – опередил ее Дамблдор, – мадам Стебль не слишком сердита на вас. И… мисс Лив, вы можете рассказать ей все, что сочтете нужным. То, что мадам Стебль не была слишком сердита, было абсолютной правдой и, можно сказать, преувеличением. Ее студенты получали серьезное наказание и были как–либо еще причастны к любым школьным неполадкам, наверное, раз в десять лет. Поэтому на все размытые извинения Джози пожилая дама только сокрушенно качала головой, встряхивая облачком из уже седеющих кудряшек. А потом и вовсе напоила виновницу «торжества» чаем с успокоительным и тыквенными конфетами. К счастью, Джо было не привыкать работать с магическими растениями. И, хотя некоторых из них она побаивалась, с большинством вполне ладила. Уже прошел Хэллоуин с его ярко–оранжевыми тыквами, парящими под потолком Большого зала и праздничными розыгрышами Мародеров. Прошел первый матч по квиддичу (Пуффендуй–Слизерин), окончившийся, впрочем, как и обычно, разгромным поражением пуффендуйцев. Последние скукоженные листья, облетали с деревьев в Запретном лесу, а в теплицах витал стойкий аромат цветущих растений. Лив уже заканчивала удобрять змеелист, который то и дело норовил цапнуть ее черным, похожим на головку ужа, бутоном, как в поднятом окне показалась чья–то растрепанная шевелюра. – Эй, привет, – Джеймс Поттер улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, – как отработка? – Вполне сносно. Ничего страшного. Привет, Джеймс. Судя по тому, как парень осматривал тепличные цветы, он пришел не просто справиться о самочувствии Джо. – Слушай, ты не могла бы мне срезать пару–тройку нормальных цветочков? – Нормальные – это какие? – все же правы были некоторые профессора, когда называли гриффиндорца нагловатым. – Ну… красивые… Хотя бы вот эти! – он ткнул пальцем в крупные алые цветы на высоких ножках, отдаленно похожие на лилии. Девушка хмыкнула – и зачем они ему понадобились? – но молча исполнила просьбу. Джеймс бодро зашагал к замку, помахивая свежим «букетом». Это была валькирия кровоцветная – прелестное растение, если исключить тот факт, что его цветы присасывались к лицу любого, кто рискнет их понюхать. Но отработки были не единственным, что отвлекало Джо от нормального течения жизни. Мальсибер, Бокоморт, Кэрроу и другие фамилии наиболее «выдающихся» учеников Слизеринаона она знала уже наизусть. То, что один из этих явно неуравновешенных людей может ждать за каждым поворотом, приводило мягкую и обычно неконфликтную пуффендуйку в подавленное состояние. Одна неприятная встреча (хотя вовсе не со слизеринцами) произошла, когда она очередной раз шла на ужин из теплиц. – Ненавижу котлы!.. – неожиданно послышалось за дверью, – ненавижу Филча!! Лив захотела срастись с каменной стеной, но было уже поздно. – Нет, вы посмотрите, – раздался голос Сириуса, тон которого не предвещал ничего хорошего, – пай–девочка спешит с отработки. Что–то не вижу раскаяния на лице. Глаза Блэка метали молнии. – Скажи, это ты настучала Филчу на нас? – Я? – Сириус, но ты же сам проболтался, когда спросил, как ему спалось в запретной секции, – встрял Питер, – и потом, когда ты спросил, почему он не набрался новых знаний, ведь у него был фонарь, чтоб читать. – Заткнись, Хвост! Все равно все из–за нее. Не знаешь, что делаешь – не берись! – Вообще–то это была… – она хотела сказать «не моя идея», но ругаться на понурого Ремуса, который, кстати, не сказал ей ни одного плохого слова, Джо не хотелось, – это была… идея Дамблдора! Чтобы я нашла то, что искала в той книге! – Опять Дамблдор! Ты нашла, на кого списывать каждый свой поступок? – Заткнитесь, оба! – Джеймс был расположен только как можно скорее дойти до своей спальни, – и это я еще не вспомнил те милые цветочки!! Хотя Лив не вполне его поняла, но почувствовала обиду. – Девчонка!! – презрительно бросил напоследок Блэк. – Спасибо, что напомнил! – метнула в него острый взгляд Джо, отчего (или вовсе не от этого?) Сириус чуть не растянулся на каменном полу и был оттащен от места стычки усилиями товарищей. Так между Мародерами и спокойной, хотя и немного необычной ученицей Пуффендуя легла непреодолимая черта неприязни. Из–за чего как видимо, ни та не другая сторона особенно не расстроилась.
