Глава 3
28 сентября 2020 г., 12:25
Подглава 1
Между тем земля уже успела покрыться холодным белым покрывалом и среди студентов с нескрываемым удовольствием возобновились такие забавы, как снежки, создание снежных вихрей, валяние друг друга в еще неглубоких сугробах. Местами они были такими тонкими, что одежда вывалянного ученика получала живописный налет грязи, довершаемый парой веток и листьев, торчащих из шевелюры. Но писком этого сезона были пригоршни снега и льда, которые молниеносно засовывались за шиворот ничего не подозревающей жертвы. Над Ремусом обычно такие шутки не производились – мало кто мог и рисковал дотянуться до его шеи. А вот Петтигрю доставалось. Слушая болтовню друзей, Люпин прикрыл глаза. Снежинки опускались на кожу, стайками садились на ресницы. Было немного щекотно и приятно. Скоро кончится еще один год… Совсем немного, но в воздухе уже пахло Рождеством. Ученики, да и некоторые профессора, с нетерпением ожидали окончания семестра, делясь тем, кто и куда отправится на каникулах. Казалось бы, ничто не может омрачать приподнятое настроение, кроме… но до этого оставался еще целый прекрасный день. – О, барсучиха! – вывел его из оцепенения голос Блэка. Тот смотрел, как девушка, с которой они были в библиотеке, из–за чего теперь проводили массу времени в компании Филча, входила в замок. – Бродяга, я думаю, вам лучше не задирать ее. – Почему это? – Ну… ей и так достается. – Лунатик, еще немного и я подумаю, что ты влюбился, – Блэк насмешливо сморщился, – я, конечно не против, чтоб ты завел себе девушку, но только не ее! Ремус проворчал в ответ что–то неразборчивое и снова задержался, наблюдая как пуффендуйка торопливо удалялась от кучки слизеринцев, хохотавших ей вслед. Видимо, они опять стали обзываться. – Не отставай, Рем! – Бродяга, Сохаты и Хвост скрылись за массивными дверями. Вымокшая до нитки компания уже собиралась мирно отправиться в свою гостиную, как вдруг Сириус опять заметил Джози Лив. Она спешила по коридору. – Сохатый, ты думаешь о том же, о чем и я? – У тебя еще остался снег? – Джеймс не мог ей простить букет, после общения с которым его лицо покрылось сомнительными синяками. – Да, сейчас, – кажется, Блэк придумал что–то еще. Он направил на себя палочку и произнес заклинание изменения голоса. – Кхм.. Эй, ненормальная!.. – из его горла вырвался отрывистый бас Мальсибера. В следующую секунду Джо, чьи нервы были уже порядочно расшатаны постоянными придирками, не оборачиваясь метнула за спину заклятие, и трое гриффиндорцев распластались на полу, покрытые ярко–красными пятнами с ног до головы. Поняв ошибку, девушка не на шутку запаниковала. Еще одна отработка ей была совсем не нужна. Она уже направилась к пострадавшим, благодаря высшие силы за отсутствие свидетелей, как ее остановил заливистый смех. Стайка гриффиндорок подоспела в самый неподходящий момент. Лив совершенно не знала, что предпринять. – Это было круто, – вдоволь насмеявшись, изрекла худенькая девушка, – хоть кто–то смог усмирить эту банду. – Не бойся. Мы никому не расскажем об этом знаменательном событии. А теперь пойдем отсюда, пока преподаватели не застукали. – А как же они? – Ремус их спасет. Не стоит беспокоиться. Я, кстати, Марлин, или Марлс. Это – светленькая девушка указала на свою рыжеволосую подругу, – Лили Эванс. А это Алиса и Мэри. Пятеро девушек направились к Большому залу, сматывая с себя шарфы и отряхивая с сапожек липкий снег. Новые знакомые наперебой расспрашивали Джо о ее приключения и особенно обо всем, что касалось Мародеров. – Так это ты дала Поттеру цветы из теплицы? Я чуть не стала адресатом довольно опасного букета, – Лили смотрела с интересом. – Оу, прости. Джеймс попросил у меня срезать несколько цветов кровоцветной валькирии, сказал, что они красивые, но не сказал, что собирается их дарить… – Ничего страшного. Все равно он сам получил этим букетом по физиономии. Кому–то надо было лучше изучать травологию! Я имею ввиду Поттера. – Все равно прости. Этот год как будто сумасшедший. Я до сих пор не понимаю, почему вдруг стала попадать в передряги. Почему так вышло с библиотекой? Почему Филч не открылся и сразу не догнал всех? Как Дамблдор раскусил нас? И почему мальчики подумали, что это я их выдала?? – Все очень просто, – фыркнула Марлин, – Дамблдор – гений. Блэк – свинья. Поттер – идиот. А Филч – сквиб. – Кто? – Вообще–то старое огородное пугало… но сквиб. – Отпрыск волшебников, лишенный способности творить магию – уточнила Алиса. – Поэтому он не смог сразу выбраться. Зато теперь с лихвой отрывается на наших героях, – Марлин едко улыбнулась. – Все равно, девочки, я думаю, что должна извиниться перед ними… – Пф, пуффендуйцы, святая простота! Но даже если Блэк попытается тебя убить – мадам Помфри будет рядом. Вечером, после шумного и хлопотливого дня, больничная палата встретила Джози каменными лицами трех известнейших гриффиндорцев. Даже то, что по цвету они напоминали спелые помидоры, обстановку совсем не разряжало. – Пришла полюбоваться на свою работу? – скептически поднял брови Поттер. – Да, Сохатый, никогда еще студенты Пуффендуя не применяли заклинания так успешно, – язвительно ответил ему Блэк. Его прервали шаги школьной медсестры. Мадам Помфри угрожающе приблизилась к ним с тремя большими чашами лекарства. – Вот. Пейте. Я сказала, только пару минут, мисс Лив! – она удалилась в свою каморку. Сегодня ей предстояло еще одно важное дело. Сириус залпом проглотил вонючий напиток и кажется, стал еще злее. – Ты дура!! Ты… – послышался набор изощренных ругательств, отчего Джеймс и Питер только накрыли свои головы подушками, – из-за такой глупой курицы мы валяемся здесь, а Ремус там один!! – Что Ремус? – Ему нужна помощь. А мы по твоей милости не можем помочь! – Может… я могу что–нибудь?.. – на бедной девушке на было лица. – Да, конечно! Ты – всё можешь!! – парень почти рычал на нее, – ты можешь пойти в Визжащую хижину и помочь ему с его пушистой проблемой!! «Какой проблемой?» – чуть не спросила Джо. – Ты еще успеешь, если поторопишься!!! – Сириус, видимо произнес свои последние слова на сегодня. Джеймс и Питер, успокоенные снадобьем мадам Помфри, уже спали и не могли ничего добавить.Подглава 2
Одевшись потеплее, Джозефина выскользнула из маленькой круглой дверки, которая вела на улицу прямо из общей гостиной Пуффендуя. Этот секрет передавался от старших к младшим только в пределах факультета. Абсолютно понимая, что нарушает правила школы, девушка быстрыми шагами устремилась прочь от замка, не забывая при этом заметать следы на свежем снегу с помощью волшебства. Принятию такого странного решения поспособствовали две причины: во–первых, ей было очень неудобно перед гиффиндорцами, а во–вторых… заснуть все равно не представлялось возможным. Теперь в жизни Лив все чаще стали появляться бессонные ночи. Она ложилась на мягкое лоскутное одеяло, иногда даже не раздеваясь, и начинала думать о том, насколько странна судьба. В голове не укладывалось, что если бы не какое–то дурацкое заклятие, ее мама была бы жива. Если написанное в старой книге было правдой (хотя как может быть иначе?). Отчаиваясь еще больше, она начинала потихоньку колдовать, не прибегая к помощи волшебной палочки, и, только если очень везло, засыпала под утро. Печальные ночи сменялись скомканными днями. Юная Джози становилась все более искусной волшебницей, но это не доставляло радости. – Ах! – она по колено провалилась в укрытую снегом канаву. Видимо, задумавшись, девушка не заметила как дошла до нужного места. Полная луна вышла из–за облаков и в ее ровном сиянии Визжащая хижина выглядела ничуть не лучше, чем днем. Неожиданный порыв сквозняка со скрипом распахнул ставни на втором этаже. Бедная Лив вздрогнула, но бесстрашно (или безрассудно?) направила на дверной замок волшебную палочку. – Алохомора! – ничего не произошло. От второй попытки замок только жалобно звякнул. – Да что же ты?! Открывайся!! – она безотчетно подергала дверь правой рукой. Девушка еще не совсем привыкла к своему необычному «дару» и поэтому чуть не села в сугроб, когда дверь легко поддалась. Надо было входить. «Что может делать тихий Ремус в этом жутком доме ночью? Что за «пушистая проблема»? Он ловит здесь какого–то ночного зверька?» Странное чувство, будто в хижине кто–то есть, заставило Джози двигаться бесшумно. Она то и дело задевала головой или полами мантии клочки сухой паутины. Ветхие ступени уходили вверх, на второй этаж. «Где же он?» Девушка уже стояла посредине большой пыльной комнаты, которая, видимо, раньше была гостиной. Ноздри защекотал запах пыли и… шерсти? Вдруг в темноте показалось смутное мерцание. Послышался глухой рокот. Лив медленно обернулась – огромное серое существо, похожее на волка, смотрело на нее из угла. Луна осветила комнату, животное протяжно взвыло и, поднявшись на длинные лапы, стало приближаться к ней. – Рему–у–у–ус!! А–а–а–а–а–а!!! – наверное, девушка еще никогда в жизни так не визжала. Зверь на мгновение остановился, но тут же пошел снова. Джо уже была возле окна. Беспомощно вскочив на подоконник она, казалось, оцепенела от ужаса. Ни кричать, ни бежать сил уже не было. Внезапно из вытянутых в защитном жесте рук вырвался сноп синего света. Волк замер в прыжке и с грохотом упал на пол. В ту же секунду упругий порыв покачнул Джо и она почувствовала, что летит с подоконника спиной вниз. Специфический хруст и адская боль, последовавшая за этим, оповестили ее о том, что левая нога, должно быть, безнадежно сломана. Пришлось кое как доползти до стены и облокотиться на шершавое дерево. Сверху не доносилось ни звука, но девушка не могла сообразить, что ей нужно делать дальше. Для этого следовало сосредоточиться, что никак не получалось. Она сидела и тупо, будто в голове не было ни единой разумной мысли, поглаживала ногу. «Как выбираться? Я же еще не умею летать… И звать на помощь бесполезно… И где этот гриффиндорец? Или Блэк обманул меня… Он, кажется, правда полная свинья… Почему девочки говорят, что он привлекательный?.. Ввввв… Почему я выжила? Ох, кажется холодает…» Редкие снежинки падали с усыпанного звездами неба. Одинокие окна в далеком замке лучились светом – так тепло и призывно. Проваливаясь в пустоту, Джози подумала, что ни за что не замерзнет. За ней обязательно кто–нибудь явится – может, сам Дамблдор, или даже Ремус – и спасет ее.Подглава 3
Стоит представить, каковы были удивление и беспокойство школьной медсестры мадам Помфри, когда она, выводя бледного и измотанного Ремуса Люпина из Визжащей хижины, увидела полоску маленьких следов на снегу. (К счастью для себя Джози, захваченная устрашающим видом хижины ночью, позабыла стереть свои последние следы). После недолгих поисков «сюрприз» был обнаружен за домом, прямо под распахнутым окном. У бедной девочки, которая еще спала, была сломана нога. Ее пришлось левитировать в больничный покой. И, конечно же, все немедленно сообщить профессору Стебль и Дамблдору. К тому же скоро стало известно, что к делу причастны эти несносные четверокурсники с Гриффиндора. Как им удалось, лежа с сыпью на койках, все провернуть?! Вернее, больше был виноват один из них – Сириус Блэк, еще немного розоватый, предстал во всей красе перед директором школы, деканом своего факультета, профессором МакГонагалл, и профессором Стебль. Поттер и Петтигрю переминались с ноги на ногу рядом с ним. Едва открыв глаза и увидев эту картину, Лив попыталась встать. Это оказалось не так–то просто. К тому же мадам Помфри живо остудила ее порыв. – Не вздумайте вставать! Это так же безрассудно, как идти к этой жуткой хижине. Вам повезло, что за ночь не замело следы. И как вы там оказались?? Вы же могли не знать, что мистер Люпин – оборотень! Джози поперхнулась. У мадам Помфри мелькнула мысль, что она только что проговорилась. Профессора же ничего не заметили. – Да, Поппи! И слава Мерлину, мистер Люпин ничего не помнит!! – поддержала строгая декан Гриффиндора. – Если бы мы сегодня не досчитались одной студентки?! – она уже в упор смотрела на провинившихся, – если бы… о, Мерлин и Моргана и иже с ними… да она могла просто замерзнуть на снегу!! А сломанная нога? Это для вас тоже обычная шалость, мистер Блэк?? А для вас, джентльмены? Никогда не думала, что мои студенты могут быть такими жестокими!! Как вам вообще это могло прийти в голову?!... Костерост, поданный медсестрой в странном скелетоподобном сосуде, одновременно напомнил Джо магловский виски, горьчайшую древесную кору, перец и кирпичную пыль. Она отвлеклась и прослушала конец гневного выговора и скомканные объяснения. Образовалась пауза. Директор молчал, мадам Стебль сокрушенно качала головой, а МакГонагалл, казалось, сейчас убъет своих подопечных на месте или непременно выгонит из школы. Девушке стало их жаль. Решение, может, не самое лучшее, но, бесспорно, поворотное, пришло само. – Извините, профессор, – вдруг заговорила Джози, – мистер Блэк и мистер Поттер не виноваты. Я просто случайно услышала их разговор про Визжащую хижину и мне стало… интересно. Я много читала об оборотнях и подумала, что справлюсь. Ей показалось, что все вздрогнули. – Вам очень повезло, что вы не ошиблись, – профессор МакГонагал опешила, но все еще выглядела ужасно сердитой, – … в любом случае – минус восемьдесят баллов… – она резко обернулась к понурым парням, – Гриффиндор! На вашем месте, Помона, я бы не поскупилась на наказание! – Я не буду прибегать к этому, Минерва, – подала голос мадам Стебль, – вы можете наказать своих шалопаев, из–за которых, собственно, эта история и произошла. А бедной девочке достаточно сломанной ноги и всего, что она натерпелась в том ужасном месте! В приглушенном свете не было видно, расстроен Дамблдор или наоборот доволен произошедшим (хотя это и представить сложно). Тем не менее, он не стал никак дополнительно наказывать ребят, но выразил глубокую уверенность в том, что медицинская помощь мисс Лив и мистеру Люпину будет оказана в кратчайшие сроки, а также – директор сделал на этом особый акцент – никто из присутствующих не предаст этот случай общественной огласке. После такого яркого утра, дня показавшегося бесконечным из–за постоянных приходов кого–нибудь с Пуффендуя, желавших подбодрить Джо и накормить ее очередной сладостью, девушка наконец подумала, что сможет по–настоящему отдохнуть. Но только на вечерний больничный покой стала снисходить умиротворяющая тишина, в неплотно закрытую дверь просунулась растрепанная голова Сириуса. Это заставило Джозефину отринуть сон и приподняться на кровати. – Успокойся, я не буду тебя бить, – он осторожно приблизился и сел на край койки. «Еще чего!» – Джо была явно не рада ни неожиданному пробуждению, ни тому, что разбудил ее именно Блэк. – Я хотел… Все настояли, но я и сам понимаю, что нужно извиниться. Глупо было посылать тебя к Ремусу. Я просто был зол. – Просто зол??! – Не кричи! – Нет, Блэк! Ты приходишь и говоришь «извини», да что… – Стоп. Я извинился. А унижаться не намерен. – Пошел ты! – ух, она бы так и вмазала по этой нахальной физиономии. Воцарилось молчание. Кажется, Сириус составлял себе маршрут. Или нет… – Но скажи, просто скажи, как у тебя получилось уложить Лунатика? Я пытался как–то заступорить его, когда он был, ну, сама понимаешь кем – ничего не вышло. Да и это не особо по–товарищески. «Неужели для Блэка это важно?» – Знаешь, кажется, все дело в моей руке, – наверное, так подействовали полночь и раздражение, потому что в здравом уме Джози никогда не стала бы изливать душу малознакомому парню. Она рассказала про свой, как выражался Дамблдор, «дар» и подробно описала ночь в Визжащей хижине, которую помнила до самых мелочей. В довершение ей пришлось показать Сириусу, который только молча, но весьма недоверчиво кивал, что с таким «даром» легко можно притянуть тяжелую койку без особенных усилий со стороны хрупкой девушки. – И, пожалуйста, не говори Ремусу, что я… так обошлась с ним. Я действительно учусь управлять этим. А то, что я тогда случайно попала в вас – это было ошибкой. Наверное, зря она это вспомнила, ибо губы Сириуса немедленно искривились в ухмылке. – Значит, что я из этого понял, – начал он, – во–первых, я всегда считал, что вы, пуффендуйцы, те еще просто… ну, просто не любите выставлять себя напоказ. А ты, вроде, ничего. Во–вторых, твоя способность – это действительно круто. И особенно круто применять ее ко всяким слизеринским индюкам. И, в–третьих, я торжественно заявляю, что Мародеры никак не могут пройти мимо, не исследовать и не позаботиться о твоей «ручной проблеме»! «Какой проблеме? Он издевается?» – Тебя вроде бы зовут Джозефина? – этот Блэк ей никогда не нравился. – Да. И что? – Ничего. Я буду звать тебя Джой. Минутный зрительный контакт показал, что парень не и собирался над ней издеваться. – Тогда я тебя – Сири. – Уж лучше Бродяга, – он фыркнул. – Почему? – Потому что Сири – девчачье имя, – отмахнулся Блэк. – Нет! Почему именно Бродяга? – Много будешь знать – не успеешь выйти замуж за Ремуса! – Сири!!! …Не смотря на воздействие костероста, эта ночь для Джози была счастливой…
