Corrupt

      - Вот так, Маринетт, замрите! Прекрасно! – восхищался фотограф, без устали щелкая камерой. – Теперь повернитесь спиной. Черт, эта молния все портит! Ладно, потом отретуширую. Замрите…       «Господи, да когда уже это закончится?!» - взмолилась про себя Маринетт Дюпен-Чен, чувствуя, как от света софитов начинают слезиться глаза.       - Не плачьте, Маринетт, я почти закончил! Только возьму пару кадров снизу… Господи, да не краснейте вы так! Все в порядке.       «Вот сам напяль эту чертову штуку, а я посмотрю, как ты будешь в ней не краснеть», - зло подумала она, костеря последними словами свой алый в черный горох костюм из спандекса. Он настолько плотно облегал тело, что под него запретили надеть даже нижнее белье, чтобы не создавать лишний рельеф. Едва услышав об этом, Маринетт чуть со стыда не сгорела, однако взяла себя в руки и влезла в эту «мечту косплеера-извращенца». Она безропотно подчинялась указаниям фотографа и послушно вставала в нужные позы, поскольку знала: даже одно испорченное фото могло слишком дорого ей обойтись…       К слову, настоящая профессия Маринетт была лишь косвенно связана с модельным бизнесом. Вот уже больше года она была личной помощницей самого Габриэля Агреста – известного парижского модельера - и была настолько довольна своей работой, что не согласилась бы променять ее ни на какую славу модели и многомиллионные контракты. На эту должность ее порекомендовала лично Натали Санкер. Маринетт не знала, по какой причине та решила ни с того ни с сего уволиться, но предпочитала не лезть не в свое дело. Поначалу ей приходилось туго, поскольку у месье Габриэля был поистине адский график и не менее адские поручения, но со временем – не без помощи собственной удачи, щедро подпитываемой Талисманом Божьей коровки – она втянулась.       Так было и этим утром: Маринетт думала о том, как благополучно отработает пятничный день и будет спокойно отдыхать весь уикенд. Однако спокойно разобраться с бумагами не получилось: стоило ей появиться на рабочем месте, как перед глазами тут же возник месье Габриэль, злой, как свора чертей. Причина такого поведения оказалась обоснованной: одна из нанятых «Габриэль» моделей сломала руку и не могла участвовать в фотосессии для эксклюзивного артбука.       - Я еле добился, чтобы героев Парижа включили в этот артбук, и теперь без ЛедиБаг все летит к чертям собачьим, а времени искать замену нет! – бесновался месье Габриэль, мечась из угла в угол как раненый зверь.       На его злость Маринетт отреагировала спокойно. Ее работодатель славился резкими перепадами настроения, но для нее это было скорее плюсом, чем минусом. Ведь только в такие моменты Маринетт могла любоваться тем, как на мужских скулах алел румянец, а серые глаза, метавшие гром и молнии, блестели так, что дух захватывало. О да, Маринетт уже больше полугода тихо обожала Габриэля Агреста, при этом даже не пытаясь показать, насколько сильно он ей нравился.       У модельера была репутация трудоголика, и он был абсолютно равнодушен к женскому вниманию. Ни одного намека на хоть какую-нибудь интрижку, правда тут Маринетт была не совсем уверена в своих домыслах. Может умел хорошо конспирироваться, а может имел завышенные требования, иначе стали бы женщины едва ли не драться друг с другом, чтобы иметь право именоваться хотя бы его любовницей?       Маринетт настолько погрузилась в мечтания, что не сразу поняла: месье Габриэль прекратил бушевать, замер и теперь пристально разглядывал свою помощницу с ног до головы. А затем вдруг направился к ней и без предупреждения вторгся в ее личное пространство. Терпкий запах мужского парфюма ударил в нос, и Маринетт, испуганно ойкнув, тут же очнулась от своих дум.       - Ваш рост сто семьдесят сантиметров, я прав? – неожиданно спросил месье Габриэль, пытливо глядя ей прямо в глаза.       - Сто шестьдесят девять, – пролепетала Маринетт, чувствуя себя испуганным кроликом, застывшим перед голодным удавом.       - Сантиметр – не критично, - ответил месье Габриэль. – В остальном… даже лучше, чем я ожидал. Решено: вы немедленно поедете в студию и поучаствуете в фотосессии в качестве ЛедиБаг.       Подобная просьба шокировала Маринетт. У нее уже был опыт переодевания в саму себя, и в тот раз только чудо уберегло ее от раскрытия личности. Она собиралась всеми правдами и неправдами откреститься от этого, однако стоило месье Габриэлю вновь взглянуть ей в глаза и проникновенно сказать: «Считайте, что это моя личная просьба», как Маринетт тут же растаяла лужицей и мгновенно согласилась. О чем теперь неимоверно жалела…       - Вот и все! – прервал ее раздумья голос фотографа. - Спасибо, Маринетт, вы свободны!       Скомкано поблагодарив всю съемочную группу, она перебежками выбралась в коридор и пулей унеслась в гримерную.       - Господи, наконец-то! – тяжело выдохнула Маринетт, едва заперев дверь.       - Ты выглядишь так, будто тебя пытали, - заметила Тикки, вылетая из дамской сумочки и окидывая подопечную обеспокоенным взглядом.       - Разумеется пытали! Вот бы посмотреть в глаза тому идиоту, кто додумался сшить такую… похабщину, а еще лучше - врезать хорошенько! – заявила Маринетт, а затем обернулась к зеркалу. – Неужели мой костюм действительно выглядит настолько бесстыдно?!       - Нет, конечно, - протестующе замахала лапками квами. - Твой костюм всего лишь магическая оболочка твоей одежды, а этот наряд выглядит… даже не знаю, как сказать…       - Как наряд для БДСМ-сессий, - пробурчала Маринетт и завела руку за спину, чтобы расстегнуть молнию и вылезти наконец из этого безобразия, гордо именуемого «костюмом».       Вот только судьба, похоже, решила сегодня отыграться на ней по полной. Не успела Маринетт коснуться язычка молнии, как за окном послышались крики, шум и зловещий рев. Ситуацию не надо было трактовать двояко: в Париже вновь устроила хаос акума, подосланная Хищной Молью.       - Черт, ни минуты покоя! – разозлилась Маринетт и направилась к окну.       - Подожди, ты же не можешь пойти вот так! Переоденься хотя бы! – заволновалась Тикки.       - Потом переоденусь, - отмахнулась Маринетт, распахивая окно. - Сначала разберусь с нашим Месье-Чтоб-ты-в-ад-провалился-Молью. Тикки, давай! Яркая вспышка, глухой стук открывшегося окна и вот уже настоящая ЛедиБаг мчалась навстречу акуматизированному…

***

      У Габриэля Агреста было самое отвратительное настроение если не за всю жизнь, то за последние пять лет точно. Не будь он так занят - вновь использовал бы акуму на своей персоне, а его злости вполне хватило бы на разрушение как минимум половины Парижа. Быстро, качественно и до того, как прибудут надоедливые супергерои. Лишь идеальный самоконтроль позволял Габриэлю терпеть происходящее и не использовать талисман Мотылька. В конце концов, проблемы на реальной работе выглядели куда более устрашающим, нежели неудачи его альтер-эго.       Все началось с того, что основной поставщик умудрился перепутать заказ дома моды «Габриэль» с другим, а затем и вовсе потерять его. Затем несколько человек в ателье будто в одночасье разучились работать сообща, и едва ли не вгрызались в глотки друг другу, то из-за нечаянно взятой кем-то ручки, то из-за обвинений в плагиате эскиза. Венчала торт сего маразма новость о том, что модель, заявленная на обеденной фотосессии в качестве ЛедиБаг, сломала руку. Агрест едва не раздавил телефон, пока орал на ответственного за сей инцидент придурка – неуклюжего женишка и по совместительству менеджера этой самой модели.       - Да плевать мне, как это произошло! Если эта фотосессия сорвется, ты пожалеешь, что родился на свет! А неустойка будет такой, что ее даже твои правнуки выплатить не смогут!       Мобильный телефон все-таки отправился в полет и разлетелся на куски от встречи со стеной. Габриэль с грохотом распахнул дверь и рявкнул на прислугу так, что та по углам попрятались. Этот поступок принес ему небольшое облегчение, и уже через пять минут он вполне спокойно разговаривал по другому телефону с директором крупного модельного агентства, а еще через пять – бегло просматривал присланные портфолио. В этом списке было много моделей, что могли бы заменить несостоявшуюся ЛедиБаг. Вот только ни одна из этих девушек Габриэля не зацепила, а значит, не могла зацепить и фотографа - дотошного профессионала, что при съемке требовал соответствия оригиналу едва ли не до каждой волосинки на висках.       У одной модели было слишком острое лицо, у другой - слишком полное. Третья была с зелеными глазами, а пятая - с серыми, им линзы нужного оттенка за один раз подобрать не получится. У восьмой рост больше положенного, у одиннадцатой – меньше. Пятнадцатая слишком широка в плечах, а двадцать третья - в бедрах…       Время поджимало, а нужная девушка так и не нашлась. Проклиная все и вся, Габриэль выскочил в коридор, чтобы вновь дать выход эмоциям и нос к носу столкнулся с Маринетт Дюпен-Чен. К слову, она была единственной, кто адекватно реагировал на его вспышки гнева, поэтому рядом с ней Габриэль быстро растерял запал. Он замер, чтобы совладать с собой и неожиданно зацепился взглядом за фигуру личной помощницы.       Если бы в мире существовали столь фееричные дары судьбы, то Габриэль ни капельки бы не сомневался в том, что сейчас сорвал джек-пот. Маринетт определенно подходила под требуемые параметры, заявленные для фотосессии. Габриэль мысленно переодел ее в пятнистый костюм и едва сдержал ликование. Идеально! Даже слишком идеально, чтобы быть правдой! Не раздумывая ни секунды, он шагнул к девушке, вынуждая ту устремить на него взгляд, склонился к лицу и улыбнулся краешком губ. Голубые глаза. Но не насыщенные, а будто чуть затемненные. Как раз как у чертовой героини Парижа. Великолепно!       Габриэль деловито осведомился у своей личной помощницы о ее росте. Тот оказался на сантиметр ниже требуемого, но это уже не выглядело критичным. Все еще не веря, что ему так повезло, Габриэль велел Маринетт ехать в студию и спасать фотосессию. Девушка отчего-то перепугалась и, судя по всему, собиралась отказаться, однако он вовремя сориентировался и пустил в ход все свое обаяние. Результат оказался ошеломительным: Маринетт едва не роняя туфли помчалась в студию, по пути обещая, что сделает все возможное и даже больше! Это несколько покоробило Габриэля. Он не любил вот так использовать женщин, в особенности покладистую Маринетт, которая, к слову, и так неровно к нему дышала. Да, Габриэль прекрасно все видел и был даже рад, что девушка придерживалась стратегии немого обожания. Но небо свидетель, у него не было выбора…       Получив отчет от фотографа, что модель прибыла и съемка началась, Габриэль облегченно выдохнул и попытался немного отвлечься. Просмотр почты быстро перетек в просмотр Инстаграма, а затем – ЛедиБлога. И вот там его ждало потрясение: в очередном видео Алья Сезер экзальтированно вещала о том, как много делают ЛедиБаг и Кот Нуар для Парижа и что недалек час, когда они размажут Хищную Моль по асфальту.       Это стало последней каплей в чаше его терпения. Габриэль тут же метнулся в свое логово, перевоплотился и сотворил, по его мнению, весьма мощную акуму. Но видимо в этот момент Госпожа Удача решила вновь отвернуться от него, и бедного злодея ожидало очередное фееричное поражение. В гневе Хищная Моль едва не переломил пополам собственную трость. Как же так?! Почему он всегда в проигрыше?!       Едва вспоминая о том, что для жизни ему необходимо чаще дышать, Габриэль снял трансформацию и покинул свое логово. Ему было необходимо выпустить пар, и не важно, сколько скандалов требовалось для этого закатить! Очутившись в кабинете, он стал судорожно думать о том, где бы найти себе оппонента, как вдруг двери с грохотом распахнулись и в помещение влетела… запыхавшаяся ЛедиБаг. Увидев ее, прижимающую к себе вещи, сумочку и туфли, Габриэль едва не осел на пол от шока. И только потом сообразил: это не его противница, а всего лишь не успевшая переодеться Маринетт.       - Простите, месье Габриэль! Съёмка затянулась, я выбилась из графика и не успела переодеться. Простите пожалуйста! – затараторила она, чем еще больше озадачила Габриэля.       Похоже Маринетт действительно боялась опоздать с отчётом. Запыхавшаяся, с румянцем на щеках, сливающимся с алой маской, она принялась судорожно рыться в сумочке. Скорее всего чтобы достать подписанные фотографом бумаги.       - Не стоило так торопиться, - сипло ответил Габриэль и спешно отвёл взгляд.       Внезапное появление помощницы в таком виде было, мягко говоря, не к месту. Особенно с учётом очередного проигрыша Габриэля пятью минутами ранее. От желания разнести что-нибудь или обругать ни в чём не повинный персонал не осталось и следа. Однако на его место пришло жгучее желание отомстить, причем отыграться Габриэль хотел именно на ЛедиБаг. А заодно и на Маринетт, что до ужаса походила на героиню Парижа в этом чёртовом костюме из спандекса. Настолько откровенном, что даже ему, многое повидавшему, сделалось неловко.       Пока Маринетт копалась в сумочке, Габриэль спешно отошёл к своему планшету. Так не вовремя проснувшееся либидо дало о себе знать еще в тот момент, когда взгляд зацепился за ладную фигуру девушки. Мужчину разрывали на части две противоположные мысли: выпустить злосчастный артбук и неплохо на нем заработать или изъять все фото Маринетт для… личной коллекции. А позже вновь устроить съемку с другой моделью, заплатив при этом огромную неустойку. Все же костюм-подделка выглядел уж слишком вызывающе в сравнении с оригиналом. В первом случае это могло бы плохо сказаться на репутации модного дома. Во втором - он лишится спокойствия на пару дней.       - Вот, все документы.        Маринетт оказалась рядом внезапно, заставляя Агреста тихо охнуть от неожиданности и едва слышно ругнуться. Разум твердил, что перед ним его личная помощница, а вот глаза видели ЛедиБаг. Габриэль с трудом переключался на ту реальность, где он был просто модельером, а не злодеем, гоняющимся за талисманами.       - Отлично! – отчеканил он и чуть резче положенного выхватил из рук помощницы папку и распахнул её.       Серые глаза забегали по строкам и подписям. Всё было в идеальном порядке, что в очередной раз подтверждало полезность Маринетт и то, что она не уступала своей предшественнице в плане ответственности. Но, даже будучи уверенным на все сто процентов в помощнице, которая ни разу не дала повода усомниться в себе, Габриэль привык проверять всё лично. Он листал страницу за страницей, только глаза то и дело перебегали с бумаг на стоящую рядом Маринетт, словно в насмешку даже не пытающуюся снять не то, что костюм – хотя бы маску…

***

      Пока месье Габриэль просматривал бумаги, Маринетт по-тихому отошла к своему столу, сложила вещи на стул и крадучись вернулась обратно. Она безумно хотела верить в то, что в спешке ничего не напортачила и не забыла. И, кажется, все было в порядке. Месье Габриэль не подавал ни единого признака гнева, разве что то и дело косился на свою помощницу, но всегда быстро отводил взгляд. Это заставило Маринетт вспомнить, в каком виде она щеголяла перед работодателем, и едва не умереть со стыда.       - Неужели вы шли по улице в таком виде? – вдруг спросил месье Габриэль, и ее сердце едва не ушло в пятки.       - Я… нет… не совсем… на такси… - наспех соврала Маринетт.       Едва битва с акумой закончилась, ЛедиБаг разом осознала две вещи: она безбожно опаздывала и времени переодеться совсем не осталось. В голове тут же созрел план, как разом выйти изо всех передряг, и девушка, не раздумывая им воспользовалась. Она почти влетела в свою гримерную, спешно затолкала нужные бумаги в сумочку, подхватила вещи и, не снимая трансформации, понеслась на работу. Выискав неприметный закоулок поближе ко входу, ЛедиБаг нырнула в него, развоплотилась и устремилась в особняк…       Сейчас, осознав, как опрометчиво она поступила, и что Тикки ее за это по головке не погладит, Маринетт готова была умереть со стыда из-за собственной глупости. Однако внутренний голос настойчиво шептал, что цель оправдывает средства: вон как месье Габриэль на нее косится, как будто… действительно заинтересовался?       - Как прошла фотосессия? - вновь заговорил он. – Фотограф не слишком усердствовал?       - Он - профессионал экстра-класса, поэтому такой подход был ожидаем, - пожала плечами Маринетт, радуясь, что тема разговора сменилась. – Он то и дело ругался из-за молнии на спине, но в целом остался доволен и мной и костюмом.       - А вы? Вам понравилось?       - Не хочу лукавить, месье Габриэль, но… Нет. Это не мой профиль, да и костюм излишне… откровенен, – Маринетт нервно усмехнулась и добавила: - Если у настоящей ЛедиБаг такой же костюм, то мне искренне её жаль. Он жутко неудобный. Постоянное ощущение, будто что-то куда-то впивается, даже с учётом тянущейся ткани. Хотя, кто знает, может, ей такое нравится.       Вот только месье Габриэль, судя по всему, её веселья не разделял. Он продолжал напряжённо рассматривать свою помощницу, позабыв про документы и почти незаметно оставив их на рабочем планшете.       - Полагаю, костюмы супергероев сделаны из материала куда более пластичного, чем из известных нам, простым обывателям, тканей, - сказал месье Габриэль, слегка облокотившись на планшет. - Наблюдая за боями, можно с уверенностью сказать, что это действительно нечто. Невероятно прочное, не теряющее форму, облегающее тело будто вторая кожа. Думаю, не ошибусь, если предположу, что без магии действительно не обходится, иначе мне очень трудно представить, что ЛедиБаг или Кот Нуар в повседневности прячут эти костюмы под обычной одеждой.       - Или костюмы дополнительно оснащены хорошей вентиляцией, потому что в спандексе даже при довольно прохладной погоде довольно жарко, – заметила Маринетт и откинула прилипшую ко лбу чёлку.       - В любом случае выглядит потрясающе. Хотя… Что вы можете сказать о своих ощущениях?       - Простите? – переспросила Маринетт, удивленная этим вопросом.       Месье Габриэль отстранился от планшета и медленно спустился по ступеням подиума к Маринетт.       - Ходит мнение, что надев подобный костюм, девушка становится увереннее, словно героиня Парижа делится с ней своей силой. Так ли это?       - Если вы о том, чувствую ли я себя всемогущей властительницей мира, то нет. Скорее экзотическим зверьком под наблюдением коллекционера.       Маринетт осеклась и вжала в плечи голову. Разумеется, о том, что модельер был акуманизирован и превращён именно в Коллекционера, знал весь Париж. А потому бояться, что таким образом она себя выдала, не стоило, но испуг был вызван скорее опасением, что сам месье Габриэль среагирует на эту тему негативно.       - Как, совсем ничего? Ни грамма уверенности или превосходства? – удивился он.       - Эм… нет. Определенно нет, - честно ответила Маринетт.       Её немного настораживал их диалог, но она предпочла списать все на свой облик. Похоже она действительно выглядела вызывающе, раз даже месье Габриэль позволял себе так пялиться на нее. Он медленно выпрямился, а затем чинно подошел еще ближе, замирая подле девушки.       - Вы не могли бы повернуться? – неожиданно попросил он. – Мне бы хотелось рассмотреть этот костюм со всех сторон.       От такой просьбы Маринетт отчего-то бросило в дрожь, но она смогла взять себя в руки и сделала несколько плавных оборотов вокруг своей оси. Вот только этого оказалось недостаточно, и вскоре месье Габриэль сам двинулся по кругу, стараясь рассмотреть ассистентку во всех подробностях. Маринетт знала, что в его просьбе не было ничего крамольного, и что он интересуется ею исключительно с профессиональной точки зрения. Однако в его взгляде нет-нет да зажигался какой-то странный властный огонек, от которого хотелось нервно закусить губу, сжать бедра и неловко заерзать. Вот только стоило подумать об этом, как Маринетт против воли сжалась и покраснела. Чертов спандекс вдруг стал жутко неудобным и будто специально начал натирать кожу. Особенно в чувствительных местах…       - Вынужден признать, что костюм сделан великолепно, - резюмировал месье Габриэль. – Вы позволите?       Он протянул Маринетт руку, и она откровенно растерялась, не понимая, что конкретно он имел в виду. Не зная как с достоинством выйти из положения, она решила последовать интуиции и протянула мужчине свою ладонь. Тот аккуратно, но властно сжал ее и потянул девушку на себя, заставляя сделать шаг навстречу.       - Великолепно! – вполголоса сказал месье Габриэль. – Я бы даже сказал идеально!       Вновь заметив его горящий взгляд, Маринетт не выдержала и нервно закусила губу. Что, черт возьми, происходит?!