Предназначенная Михаилу

      Звёздная ночь сменилась пасмурным утром. Серое небо хмурилось и могло вот-вот разразиться дождём. В воздухе ощущалось напряжение. По-особенному серьёзный Михаил стоял на возвышенности за кафедрой и молча наблюдал за быстрым потоком туч.       — Как все вы знаете, — неожиданно заговорил он и перевёл глубокий взор на собравшихся командиров, — Дьявол освобождён. Близится война. Последняя и крайне важная. И проигрыша в ней не существует для Небес, как никогда и не существовало. Вы и ваши воины должны быть сильными и непоколебимыми, и тогда эта битва закончится быстро. Так было предначертано Богом в начале, и да будет так в конце!       Михаил говорил ещё много и долго, стараясь поднять боевой дух на запредельные высоты. Ему, как и любому главнокомандующему, было важно, чтобы войско морально подготовилось к неизбежному. Архистратиг знал брата: Люцифер не сдастся просто так. Он слишком тщеславен, высокомерен и горделив, чтобы пасть без жесточайшего боя. Михаил его примет, чего бы это ни стоило. Так сказал Отец. Отдал ужасный и ненавистный приказ, который встал архангелу поперёк горла. Но ослушаться было нельзя, и он не стал бы делать этого.       — И последнее на сегодня: Рафаил, готовь Эмпирей к обороне. Каждое стратегически важное здание. Враг не должен проникнуть в столицу ни при каких обстоятельствах.       Ангелы в лёгком недоумении переглянулись между собой, и Наоми, которая редко посещала собрания, аккуратно спросила:       — Всё так плохо, мой архистратиг?       — Повторяю: грядёт Великое Сражение, — невозмутимо, как само собой разумеющееся, ответил архангел. — Перестраховка важна.       — Как прикажешь, — сделав пару заметок, пробормотал сосредоточенный Рафаил.       — Если ко мне вопросов больше нет — все свободны, — заключил архистратиг.       В полной тишине командиры начали расходиться, уважительно отвешивая поклоны.       Когда Кастиил тоже собирался покинуть кабинет, как всегда, последним, Михаил остановил его:       — Задержись, Кастиил.       Ангел обернулся. Главнокомандующий со стальным спокойствием взирал на него, и от этого взгляда кровь прилила к лицу Каса, да так, что и уши запылали.       — Для тебя есть задание. Отправляйся к Анжелике, — на его фразе Кастиил вопросительно вздёрнул бровь, выражая готовность дослушать начальника до конца, — и убедись, что она придумала и выполнила наказание. Потом не забудь доложить мне. Если Анжелика, в силу своей инфантильности и ветрености, проигнорировала мои требования, приведёшь её ко мне. Понятно?       — Она неплохо метала коктейль Молотова, мой архистратиг, стоит признать, — неожиданно выдал ангел. — Мне кажется, потенциал в ней есть.       Михаил в задумчивости перевернул песочные часы, стоявшие на кафедре, и с лёгкой усмешкой молвил:       — Скажи об этом Захарии.       — Почему?.. — вдруг спросил ангел, отрешённо наблюдая, как песок в часах быстро сыпался из верхней колбочки в нижнюю.       — Ты, а не я лично? — завершил за него фразу архангел, добавив: — Всё просто, Кастиил. В твоём присутствии и в твоём гарнизоне она в очередной раз нарушила правила. Считай эту… ангелессу, прости Отец, своей персональной карой. На этом всё. Можешь идти.       Кас с видом усталой обречённости, бросил взгляд на начальника и, учтиво склонив голову, переместился под шелест крыльев.

***

      Анжелика поставила чайник на очаг и, выбрав несколько видов трав, положила их на стол, чтобы сварить себе из них бодрящий отвар. Унылая погода негативно действовала не только на её настроение, но и на неё саму.       — Так хочется расслабиться, — говорила она вслух, хотя дома никого не было. — Так-так, мне нужны дрёмолист, вечная лаванда и лунные ягоды.       Она взяла по горсти каждого ингредиента из банок и, всыпав их в специальную ступку, измельчила в порошок. Вскоре вода начала закипать, и Рит Зиен добавила в неё подготовленные компоненты. Принюхавшись, она чуть ли не зашлась в кашле от горького, резкого запаха.       — Фу, нужно немного мёда, чтобы убрать этот запах.       И она добавила полную ложку мёда в чашку, а после влила в неё обжигающий эликсир. К счастью, сладкий, медовый аромат перебил сильный травяной запах.       Девушка поднесла чашку к губам и только хотела выпить, как Кастиил возник посреди комнаты.       — Ты выполнила наказание? — без приветствия и церемоний ангел перешёл сразу к делу.       Анжелика опешила от его спонтанного появления. Голова её закружилась, и ангелессе показалось, что её завертело хуже, чем на американских горках. Чашка встретилась с деревянной плиткой. Отвар большим, неровным пятном растёкся по полу.       — Да… — произнесла ангелесса, чуть помедлив. — Что ты тут делаешь, Кастиил?       Ангел некоторое время постоял, сохраняя каменное выражение лица, а затем взял стул и сел против окна.       — Меня отправил Михаил тебя проверить, ведь и на мне вина за случай с Захарией. Что за кару ты себе избрала?       — Освобождала жасминовое поле от сорняков. Подойдёт? — с нажимом потирая виски подушечками пальцев, процедила Рит Зиен.       — Вполне, — ангел кивнул и продолжил: — Тогда больше нечего мне делать здесь.       — Стой! Подожди! — спохватилась Анжелика и вцепилась в рукав его плаща. — Скажи, что с Анной?       — Её скоро казнят, — ответил Кастиил с еле заметной горечью в голосе.       — Что?       Девушка оцепенела. В груди всё сжалось. Она знала, что приговор мятежной подруге будет строгим и жестоким, и ничто не сможет помешать палачу исполнить приказ. Но чтобы настолько радикально…       Ангел увидел её взгляд, полный волнения и непонимания и, чтобы избежать дальнейших расспросов, исчез. Анжелике показалось, что он винил себя в чём-то.       Придя в себя от шока, девушка захотела что-нибудь разбить. На глаза ей попалась ваза с цветами, которая тут же полетела в стену, разбиваясь на кучу осколков. Цветы рассыпались по полу, а вода разбрызгалась повсюду. Анжелика тут же пожалела о содеянном, ведь ей предстояло это убирать. Но, Боже правый! Ей было сейчас не до уборки!

***

      Бальтазар примостился под деревом в Саду и уже несколько часов приходил в себя после бурной ночи. В Лас-Вегасе вместе с Гавриилом они побывали в двух казино и одном стрип-клубе, выпили по десять литров чего-то крепкого — ангел помнил только, как это что-то горело — и скурили очень много шишек. Вернулись на Небеса друзья только под утро. Бальтазару было и плохо, и хорошо одновременно.       Лёгкий прохладный ветер обдувал подставленное к нему лицо, тень от листвы закрывала яркое солнце. Ангел прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной и покоем. Он мог бы релаксировать подобным образом хоть до самой ночи, но… Скоро придётся идти на построение, которое пропустить никак нельзя.       — Бальтазар! — донёсся откуда-то издалека громкий девичий голос.       С гримасой боли он повернул голову на источник шума, который всё быстрее приближался. Анжелика бежала к нему, что есть мочи. И чем чётче Бальтазар видел её лицо, тем ярче читалось на нём беспокойство. Девушка неуклюже приземлилась и села вплотную к другу. Ангел безучастно на неё посмотрел, ожидая, что скажет Рит Зиен.       — Ты знаешь, в какой камере заперли Анну?       — А тебе зачем?       — Хочу её навестить, увидеть в последний раз.       — Даже если бы я знал, то не сказал бы, Анжелика. Тебя к ней всё равно не пропустят. Посетители запрещены.       — Пожалуйста, Бальтазар, мне очень нужно. Я сделаю всё, что ты скажешь.       Анжелика сложила руки в молящем жесте, смотря большими глазами на ангела. Она согласна была встать на колени перед ним, лишь бы только друг помог. Ангел никогда не видел девушку такой. Рит Зиен действительно была готова на всё ради информации. Бальтазар пребывал в смятении и агонии.       — Ты никогда не была на юге Рая?       Девушка замотала головой, хлопая ресницами. Мужчина вздохнул и отвернулся в задумчивости.       — А что там?       — Ну, полетели, увидишь, — безо всякого энтузиазма сказал Бальтазар, поднимаясь с земли.       Он не хотел туда переноситься, но и не мог оставить подругу без объяснений, почему отказывался ей потакать. И нет, он не капризничал, — он лишь пытался её уберечь.       Они быстро переместились на юг Рая, на небольшой пригорок, откуда открывался вид на мрачную местность. Огромная стена из бурьяна простиралась на несколько километров во все стороны. Острые фиолетово-синие шипы на толстых стеблях могли нанести увечья даже ангелу. Бальтазар стоял, скрестив руки, и с болью смотрел вперёд, недовольно вздыхая.       — Видишь их?       Рит Зиен повернула голову в ту же сторону, куда глядел друг, и тут же уловила скопление боли и негатива, что ей стало не по себе. Буквально в ста метрах от них не меньше пятидесяти ангелов, прикованные цепями друг к другу, с лопатами в руках били по растениям в попытках срубить их. Они стояли раздетые по пояс. На руках, ногах и шее у каждого блестели кандалы, которые исправно высасывали из них благодать, энергию, тем самым блокируя их магические способности. Ангелы методично и будто под гипнозом делали удары, замахиваясь заточенной частью лопат под корень.       — Что с ними? — прошептала Анжелика.       — Они отбывают наказание, — Бальтазар воззрился на девушку, в глазах которой читалось непонимание. — За что? За то, что не вовремя выполнили приказ. Целый гарнизон.       — Но разве это справедливый приговор за такое?       — Нет, но их командир посчитал иначе. И это только вершина айсберга, Лика. Ты не представляешь, что на самом деле здесь творится.       — Но почему я никогда с таким не сталкивалась, никогда не чувствовала их? И наши с тобой кары совершенно иные.       — Ты — Рит Зиен и не состоишь в гарнизоне. Поэтому этих ангелов подальше от вас размещают, чтобы не было соблазна помочь. Я — друг Гавриила. Нас и не будут трогать вот так. Хотя нет, будут, ведь всему есть предел. Не проси ты помощи в деле Анны. Она предатель по нашим законам. Если сунешься в темницу, тебя будет ожидать вот это, — воин рукой показал на ангелов в кандалах, — или ещё хуже. Не делай глупостей, Лика, это того не стоит.       Девушка не могла отвести взор от собратьев: они до сих пор монотонно долбили бурьян. Их боль, отчаяние и страдания проникали в самое сердце. В сознании Анжелики рушился весь мир. Бальтазар положил руку ей на плечо, и они исчезли под шелест его крыльев.