Галлюцинации

      Я дрожащими от холода руками набирала номер Маргарет, но она не отвечала. Проклятье! И на кой чёрт она тогда позвала меня гулять, да ещё и в это жуткое место? Это словно отдельный мир. Тут вокруг огромные деревья с густыми кронами, тут темно и холодно, тут омерзительно страшно. И если она не соизволит появиться через пять минут, ну или хотя бы ответить на мои звонки, то я ухожу! Шагая по заснеженной тропинке, я думала почему же я всё-таки иду вперёд, если мне изо всех сил хочется уйти? Снег хрустел под дорогими ботинками, и от этого звука бежали мурашки по коже. Он раздражал меня как ничто другое. Но теперь снег хрустел не только под моими ногами. Я отчётливо слышала как кто-то ходит, где-то в деревьях, и была готова поклясться на миллион что это было не животное. Я оглянулась по сторонам, окидывая взглядом каждый уголок что был в поле моего зрения, и развернулась к выходу из парка, ускоряя шаг. Хруст веток и снега под чужими ногами. Я слышу его.       — Куда ты так бежишь? — из деревьев показался знакомый парень.       — Что ты тут делаешь? — я наблюдала, как его лицо расплывается в механической улыбке.       — Просто гуляю. — ответил он, странно покачиваясь. Затем он начал приближаться ближе ко мне, и я попятилась назад.       — Ты пугаешь меня. Можно я просто уйду?       — Всё не так просто. — я остановилась, когда поняла, что оказалась у дерева. Я уже не могла уйти от него назад. Я чувствовала горячее дыхание парня на своей щеке. Он смотрел прямо в мои глаза каким-то звериным взглядом. Дыхание начало сбиваться от чувства нарастающей паники. Я уже готова была бежать, но оглядевшись вокруг, поняла что куда бы я не побежала — парень догонит меня. Я не была совсем уверена, что он хочет убить меня. Но это меня никак не успокаивало. Наверняка он хочет меня изнасиловать, и это был бы наихудший исход для меня.       — О-отойди, пожалуйста. — он коснулся пальцами моей щеки, вытирая бегущую по ней слезу и улыбнулся.       — Почему ты так боишься?       — Я… я просто хочу домой. Отпусти меня, пожалуйста. Мне страшно.       — Тсс… умирать… вовсе не больно, дорогая. — он достал из-за спины нож, лезвие которого поблёскивало в свете луны и поднёс к моему горлу.       — Отпусти меня! Помогите! — мой голос срывался на крик, и я поняла, что бежать уже поздно. Я боялась даже пошевелиться, потому что лезвие было настолько острое, что только лишь от одного прикосновения по моей шее уже стекало несколько капель крови, которые парень тут же слизал.       — Сладких снов. — прошептал он, укусив меня за мочку уха. Один надрез, сделанный парнем — стал для меня последним. Я хваталась руками за горло, пытаясь остановить брызжущую из него кровь, но ничего не выходило. Я отчаянно хватала воздух ртом, когда он нанёс ещё несколько ударов в область живота. Я уже не стояла на ногах, и только лишь частями, словно в тумане, могла увидеть как парень сидя сверху на мне наносит мне удары ножом по всему телу. Меня уже парализовало, в глазах начало темнеть, а мысли сворачивались в один густой комок, покидая мою голову.       Последним, что я увидела, было его окровавленное лицо. Кровь была всюду — на его руках, одежде, волосах. Он жадно слизывал её с ножа и улыбался. Через долю секунды все мои мысли и мой разум покинули меня, заставив провалиться в небытие. Неужели это конец? Да, это конец.

***

      Вся комната была заполнена сигаретным дымом, который стоял в воздухе. Из радио громко играла песня «Killer queen», и Джерард покачивал бёдрами ей в такт, смешивая шоколадные хлопья с холодным молоком. Все каникулы мы провели вместе, и сегодня настал тот день, когда надо было идти в школу. Признаться честно, мы опаздывали уже на пол дня, но нам обоим было наплевать. Самое главное — явиться, а оценки были вовсе не так важны сейчас. — Как ты думаешь, — Джерард отправил ложку с размякшими в молоке хлопьями в рот, глотая их вместе с сигаретным дымом. Отвратно. — Как скоро нас отчислят за прогулы? — Не знаю, — я усмехнулся, делая ещё одну затяжку. — Думаю, это должно произойти скоро. Кстати, мы тут нехило накурили. Твои родители будут сильно ругаться? — Не-а, — посмеялся Джерард, смотря на меня так, как будто я совсем идиот. — Они уже привыкли к тому, как я много курю. — Всё, — я встал со стула, взяв с его спинки свою куртку и потушил сигарету об пепельницу. — Пошли в школу. — Ладно, — Джерард бросил есть хлопья и поплёлся за мной, доставая из пачки ещё одну сигарету. — Ты перегибаешь, — я удивлённо посмотрел на парня, который как ни в чём не бывало делал затяжку из очередной сигареты. — Остань, Фрэнк. У меня голова болит. — на это заявление я лишь усмехнулся и всю оставшуюся дорогу до школы мы шли молча.       Идя по школьному коридору, мы заметили школьников, толпящихся около одного шкафчика, и я услышал как плачет какая-то девушка возле него. Даже не плачет, а практически истерит. Я кинул настороженный взгляд на Джерарда, но он был абсолютно спокоен и его лицо не выражало никаких эмоций. Он слышал и видел что происходит, но казалось, его это никак не интересовало. — Что там происходит? — я толкнул его в плечо, не рассчитывая на то, что Джерард знает ответ. — Не знаю, — он лишь пожал плечами. — Посмотрим? — Зачем? — Ну, интересно же, что произошло. — Мне не интересно, — он недовольно уставился в сторону толпы, скрестив руки на груди. — Эти идиоты опять толпятся из-за какой-то херни. — Да ладно тебе, — я взял его за руку, и повёл его в сторону шкафчика, пробираясь через толпу. Краем глаза я видел его удивлённый взгляд и слабо ухмыльнулся.       Отвоевав своё место в первом ряду у шкафчика, мы обнаружили, что он пренадлежал Эшли Уотсон. О, кажется, я её знаю. В первый день, когда я только пришёл, она трепалась со своей подругой о том, что видимо беременна. Она была популярной девушкой с кучей подруг и толпой бегающих за ней парней, большинство из которых она считала своими прислугами. Ей постоянно дарили дорогие украшения, звали на свидания, платили за неё в ресторанах и кафе и тому подобное, а взамен она лишь флиртовала с этими парнями и давала им призрачную надежду, от чего они просто сходили с ума, рассчитывая что скоро будут встречаться с одной из самых популярных девушек школы. Но судя по-всему, с Эшли случилось что-то страшное, потому как я посмотрел на всю картину поближе, и увидел что возле её шкафчика образовался некий алтарь. В рамке с чёрной ленточкой в нижнем углу стояло её чёрно-белое фото, с которого глядела улыбающаяся Эшли. Рядом лежало несколько цветов, а её школьные подруги стояли рядом и наигранно плакали, выкрикивая что-то по типу: — О Боже, она была такой хорошей! — Что же с ней сотворили? — Бедная, бедная Эшли! Мы никогда тебя не забудем. И хоть ситуация сложилась довольно-таки трагичная, но мне хотелось лишь смеяться, смотря на весь этот спектакль, разыгранный «подругами» Эшли. Они хватались за сердце, давили слёзы, делали вид, что вот-вот упадут в обморок, и их актёрская игра была максимально ничтожная. Всё это выглядело таким нелепым. Наверное, из всех её школьных подружек, я увидел только одну, которая искренне истерила, стоя на коленях возле фото Эшли. Я узнал в ней ту самую девушку, которой Эшли рассказывала о своей беременности. Кажется, они были лучшими подругами, и смотря на то, как эта девушка искренне страдает сейчас мне становилось грустно. Это нагоняло тоску. На секунду я представил себя, если Джерарда убьют и вцепился в его руках, будто пытаясь спасти его от смерти. — Эй, ты чего? — я обернулся на Джерарда, и заметил, как он перевёл свой довольный взгляд с плачущей девушки на меня. Если ещё секунду назад он улыбался, глядя на бедную девушку (что кстати показалось мне не на шутку странным!), то сейчас он выглядел взолнованно. — Н-ничего, — я смутился и отпрянул от него, неловко отводя взгляд.       — Пропустите! Разойдитесь, кому я сказал! — я увидел низкого полного мужчину, пробирающегося сквозь толпу. Я узнал его. Точно, это был директор школы. Мистер Фолл, если быть точным. Я видел его пару раз, когда он вызывал нас с Рэем к себе, а кабинет и спрашивал насчёт нашей успеваемости. Мистер Фолл был странным стариком с прокуренным голосом и густой седой щетиной, но он выглядел мило по сравнению с некоторыми мужчинами его возраста. Но не тут то было, на самос деле он — сущий дьявол. Он кричал на меня и Рэя так, что у нас лопались ушные перепонки, а Рэй едва не заплакал. Я тоже не на шутку испугался, пока он стучал своим железным кулаком по дорогому деревянному столу. Но не помогло — сразу после того, как мы вышли из его кабинета, сразу же ушли из школы, уходя с предпоследнего урока. Это, наверное, был единственный день, когда мы отсидели почти все уроки, если считать то, что часа два мы провели в кабинете Фолла. Старик подбежал к девушке, которая сидела на коленях и плакала, истерично крича о том, как ненавидит этого ублюдка. Какого ублюдка? Что вообще произошло? — Эй, Маргарет, — Фолл сел на корточки, оказавшись на уровне с девушкой. — Вставай. Тебе надо успокоиться. — Да как мне, блять, успокоиться? — она махала руками в разные стороны, убрав ладони от глаз. Я только сейчас заметил, что её глаза были красные и опухшие от слёз, а чёрная тушь ручьём стекала по её фарфоровым щекам. — Тсс… я понимаю, тебе тяжело. Но тебе надо отдохнуть. — спокойным тоном говорил директор, пытаясь утешить Маргарет. — Вы разве не поняли?! Моя лучшая и самая близкая подруга мертва! — она истерично кричала, вырываясь из рук Фолла, который взял её за руки и пытался поднять на ноги. — Ей… ей было всего семнадцать! Она была замечательной! Она была мне роднее моих грёбанных родителей, которые только и думают, что все проблемы во взаимоотношениях можно решить купив мне очередные дорогие духи! — она громко всхлипнула. — А Эшли… Эшли была единственной, кто и правда всегда меня поддерживала! Она была единственной, кем я дорожу, и сейчас я узнаю, что её убил какой-то ублюдок! Что она вообще забыла в этом грёбанном парке?! Почему она туда пошла?! Почему?! Вы можете ответить на этот вопрос, мистер Фолл? — она била кулаками ему в грудь, а тот лишь медленно качал головой и потирал ладонью лоб, нахмурив седые брови. — Хватит, Маргарет. — он продолжал спокойно говорить и было заметно, что девушка потихоньку начала успокаиваться. — Мне очень жаль, что это произошло с твоей лучшей подругой. Но пойми, в этом виноват только тот ужасный человек, что сделал это! И ты можешь не ходить в школу некоторое время, правда. Мы все тут понимаем, насколько это ужасно…       Ученики, толпившиеся вокруг удивлённо смотрели в центр образовавшегося круга на директора и Маргарет. Все глядели на девушку сочувствующими взглядами, и покачивали головами, словно выражая этим своё сочувствие. — Ебучие придурки. — буркнул Джерард и я почувствовал, что он ушёл из толпы скрываясь где-то в коридоре. Я метнул сочувствующий взгляд на Маргарет, который уже тихо плакала в объятиях старика и побежал за Джерардом, который поспешно удалялся вдаль. — Эй, Джерард! — я догнал парня и коснулся его плеча, на что он резко, даже слишком, обернулся. — Что? — он смотрел недовольным взглядом, нахмурив чёрные брови. — Что случилось? — Ничего. — Почему ты ушёл? — А зачем мне смотреть на эту кучку тупых уродов, а, Фрэнк? — Джерард почти кричал на меня, и я искренне не мог понять в чём дело, поэтому на какое-то время я замер в ступоре, глядя в разъярённые глаза Джерарда как придурок. — Но Эшл… — Да, Эшли умерла! Охренеть! Она попёрлась в чёртов парк и сдохла! Вот это новость! — перебил меня Джерард, театрально рамахивая руками. — Да что с тобой… — я грустно опустил взгляд. — Почему эту тварь жалеют так, будто она действительно сделала что-то стоящее? Она была обычной шлюхой, которая только и делала, что трахалась со всеми на вечеринках. И что они сейчас устроили! О, главная шлюха в этой дыре откинулась, что же мы будем без неё делать?! — Не кричи, Джерард, хватит! — Нет, я не перестану кричать. Она даже заслужила этого. Не сдохла бы… — он замялся. — от чьей-то руки, так сдохла бы от передоза.       Я больше не желал слушать эти ужасные слова, поэтому метнул в Джерарда взгляд, полный презрения, развернулся и пошёл назад. Он недовольно закатил глаза и направился в противопрложную сторону. Мне плевать, пусть идёт куда хочет! Эту девушку убили, и какой бы плохой со слов Джерарда она ни была, никто не заслуживает быть убитым! Да он просто… психопат. То, что он сказал, просто омерзительно, и я больше не хочу разговаривать с ним ближайшие несколько дней. А если бы я умер, он бы тоже сказал, что я это заслужил только потому, что не сделал ничего значимого? Идиот! Меня переполняли эмоции. Мне хотелось со всей силы ударить Джерарда, чтобы он уже наконец опомнился и перестал вести себя, как больной ублюдок. За время пока я отсутствовал, толпа возле алтаря Эшли рассосалась и теперь там стояла только Маргарет, облокачиваясь спиной на соседний шкафчик. Она запрокинула голову назад и закрыла лицо руками. Кажется, она немного успокоилась, но всё ещё плакала. — Эй, — я аккуратно подошёл к ней, стараясь не напугать её. — Ты в порядке? — Ты?.. — она убрала ладони с лица, и я увидел её заплаканное лицо и размазанный макияж. — Нет, я не в порядке! Ты разве не видишь, что всё хреново? Всё как никогда хреново! — Я понимаю, — я тяжело вздохнул и встал рядом с ней. — Но… я просто хотел тебя поддержать. Я знаю, как это тяжело — терять близкого человека. — Правда? — она жалобно посмотрела на меня, и я заметил, как по её щеке скатывается ещё одна слезинка. — Да. Моя мама умерла два года назад. Мы были близки, — я опустил взгляд, стараясь самому не заплакать. Я никогда не произносил этого вслух… — Мне очень жаль… — Всё нормально. Я просто хотел сказать тебе, что как бы тяжело тебе сейчас не было… не забывай свою подругу, ладно? Пусть она будет жива хотя-бы в твоих воспоминаниях. И тебе обязательно полегчает, Маргарет. — Господи… — Маргарет кинулась мне в объятия. Я слегка обхватил руками её спину, обнимая её в ответ. — Я так благодарна тебе… Ф… — Фрэнк. — я напомнил ей своё имя. — Да, Фрэнк, — она прижалась ко мне сильнее. — Спасибо тебе за это. Мы простояли так ещё несколько минут, пока она не отстранилась от меня, вытирая слёзы рукой. — Тебе лучше? — осторожно поинтересовался я. — Думаю, да. — она слабо улыбнулась. — Спасибо. Я улыбался, смотря в её грустные глаза. Я был так рад, что смог успокоить её. Наверное, меня впервые искренне благодарили за что-то важное… — Знаешь, — она отвела взгляд в сторону. — Я думаю… что я любила Эшли больше, чем подругу. И я… — она всхлипнула. — Я хотела признаться ей сегодня. — Это так ужасно. Мне правда очень жаль, что всё так. — Не знаю, что мне делать. Я поняла, что испытываю к ней сильные чувства уже несколько лет и… сейчас она мертва. — Я понимаю тебя. Но ты справишься, правда. Можешь позвонить мне, если захочешь высказаться ещё раз. — Да, спасибо, но я не хочу грузить тебя этим. — она ещё раз посмотрела в пол, а потом заглянула мне в глаза. — До встречи. И спасибо за помощь, Фрэнк. Ты чудесный. — Пока.       Последние слова Маргарет немного смутили меня. Мне никогда не говорили что я чудесный, а особенно популярные девушки. В любом случае, я не хотел получить чего-то взамен от неё, просто после слов Джерарда мне стало обидно за неё. Это даже как-то оттолкнуло меня от него. Но я по-прежнему любил его. И сейчас я ставил себя на место Маргарет. Джерард тоже был словно мёртв, как и Эшли. Он был таким чёрствым по отношению к другим людям, иногда даже и ко мне, а иногда был просто душкой. И меня это так раздражало, но я ничего не мог с этим поделать. Потому как единственное, что мне нужно было от Джерарда — это он сам.