A Bond in the Dark

Райан

Райан прислонился головой к двери, ведущей в подвал. — Лэндон? , он услышал слабый голос Хоуп, доносившийся снизу и чувствовал, как разрывается сердце от их связи. Гнев. Путаница. Печаль. О боже, ее печаль заставляла его чувствовать себя так, словно его сердце было разбито вдребезги. Прежде чем навестить ее, он собрался с духом и сделал все возможное, чтобы отгородиться от нее. Ради них обоих она должна оставаться в неведении относительно этого. Если Хуан и Аканэ поймут, насколько глубока их связь, они, несомненно, сообщат об этом его отцу, тем самым обрекая их обоих на гибель. Ему придется сделать все возможное, чтобы спасти Хоуп изнутри.… Стоя там, он слышал доносившиеся снизу приглушенные голоса. Конечно, Лэндон говорил с Хоуп обо всем, что произошло с тех пор, как она вошла в портал Маливора. Он, вероятно, говорил ей, какой пустой была его жизнь без нее, как сильно он хотел обнять ее, как сильно он нуждался в ней в своей жизни. И снова Лэндон получит все, в чем ему всегда было отказано. Идеальный сын, лучший брат. Впрочем, это не имело значения—он был уверен, что как только Хоуп и Лэндона доставят к отцу, его убьют. На этот раз по настоящему… Впервые в жизни он обнаружил, что ему все равно. Если ему суждено умереть, так тому и быть. Но он не собирался позволять Хоуп быть пешкой в игре Маливора. Он вытащит ее отсюда. Но для этого ему придется сыграть свою роль.

Хоуп

— Лэндон? — спросила она, не смея поверить своим ушам. Как он оказался здесь? Она потерпела неудачу. Тяжесть осознания грозила раздавить ее. Еще раз, Хоуп Майклсон будет заклинанием падения для людей, которых она любила больше всего. Она протянула руку, чтобы вытащить кляп, и потянула его вниз так осторожно, как только смогла. Лэндон молча наблюдал за ней, в его глазах был страх. — Хоуп? — спросил он дрожащим голосом. — Это я, — тихо сказала она, нежно обнимая его и стараясь не причинить ему боли. Он был явно ранен. — Если это действительно ты, скажи мне, как тебе нравятся твои молочные коктейли, — быстро проговорил он, прижимаясь спиной к решетке камеры. Она помолчала, глядя на его безумное лицо. — Взрыв арахисового масла, взбитые сливки на дне, — сказала она со слезами на глазах. — О, слава Богу, — сказал он; облегчение на его лице было немедленным и ясным. Что они с ним сделали? — Лэндон, что случилось? Почему ты здесь? Что случилось в школе? Все ли в безопасности? — словно прорвало плотину, вопросы хлынули с силой несущейся воды. Каждый вопрос, который она не осмеливалась задать с тех пор, как приехала в Маливор. — Хоуп, это было так безумно, — сказал он, проводя рукой по лицу. Нахмурился, когда заметил, что она вернулась измазанная его собственной кровью. — Когда ты… вернулась, то была не одна, знаешь. Как мы могли? — Что? — спросила она, чувствуя, как в груди поднимается ужас. — Это невозможно.… — Так оно и было. Это была не ты. Это была Кицунэ, и каким-то образом она убедила всех, что она — это ты, даже если мы не могли вспомнить ее, — объяснил он. Хоуп просто слушала, и гнев с каждой минутой становился все сильнее. — Я последовал за ней в яму, — сказал он, качая головой. — Я доверял ей, потому что она сказала мне, что мы были вместе, и я был так виноват… — В чем ты можешь быть виноват? — мягко спросила Хоуп. — Это не твоя вина, что ты не помнишь меня, — девушка протянула руку, чтобы дотронуться до его плеча, пытаясь успокоить, но он отстранился. — Лэндон, что было дальше? — спросила она, пытаясь скрыть тот факт, что его реакция задела ее за живое. — Она сказала мне, что знает, как победить Маливора, и что ей нужно, чтобы я пошел с ней на помощь. Так что… я пошел с ней. — Почему никто не остановил тебя? — Они пытались, — сказал он, опустив глаза. — Но я не слушал. Ты мне снилась, Хоуп. Я узнал ее лицо, когда она подошла ко мне. У меня не было своей памяти, но я доверял ей. Хоуп сморгнула слезы. — Я тебе снилась? — ее голос прозвучал тихо. — Да, — ответил он, грустно улыбаясь. — Но, Хоуп, я не помнил тебя, пока мы не спустились в яму. Как только мы вошли в это царство, все воспоминания нахлынули на меня, и я понял, какую большую ошибку совершил. — Ты понял, что это не я, — заполнила она пробел. — Да, и я пытался убежать, но она была с этим парнем, и он был таким сильным. У него были когти, но я не думаю, что он был волком. — Хуан, — ответила Хоуп. — Он не волк, а дракон, причем очень сильный. Лэндон кивнул, опускаясь на пол. Хоуп села напротив него, беспокойно теребя кулон. По какой-то причине их воссоединение было напряженным— и не казалось, что их ситуация была виновата… — Лэндон, расскажи мне обо всех остальных—они в порядке? — нервно спросила она, боясь услышать его ответ. — Да, — сказал он. — С ними все хорошо — Рафаэль, доктор Зальцман, мг, Лиззи… — Джози? — Да, с ней тоже, — быстро сказал Лэндон, отводя от нее взгляд. Хоуп приподняла бровь, глядя на него. — Они с Лиззи поссорились или что-то в этом роде? — Нет, ничего подобного. — О, — сказала она. Что-то определенно было не так в его поведении. — А как насчет тебя? — спросил он. — Это сделал Кларк, не так ли? Мне так жаль, Хоуп, Я должен был быть там, чтобы защитить тебя. — Нет, — она оборвала его бессвязную речь. — Я втянула Кларка в Маливор, а не наоборот. — Что? — недоверчиво переспросил Лэндон. — Зачем ты это сделала? Он опасен! — Я знаю, — ответила Хоуп, чувствуя, как ее внутренности болезненно сжимаются. — Какое-то время мы работали вместе, но он предал меня, — тихо закончила она. Ведьма почувствовала, как на глаза навернулись слезы, но сердито смахнула их тыльной стороной ладони. Это уже не имело значения. Он не имел значения. — Хоуп?  — Я в порядке. Я так рада, что все дома в порядке, и я ненавижу, что ты здесь, но мне так приятно видеть твое лицо, — сказала она, протягивая руку, чтобы взять его за руку. Он слабо сжал ее руку в ответ, одарив ее такой же натянутой улыбкой, как и та, которую она только что подарила ему. — Лэндон, что случилось? Это из-за боли? Потому что я могу попытаться исцелить тебя, — сказала она, придвигаясь ближе к нему. — Нет, — сказал он, поднимая руку, чтобы остановить ее. — Это не так, просто я должен тебе кое-что сказать. — Что? — спросила она, чувствуя, как в груди нарастает тревога. — Ты можешь рассказать мне все, что угодно, — заверила она его, хотя и боялась того, что он скажет. — Это насчет… Джози. — А что с ней? — он сказал ей, что Джози в безопасности, так что же могло его так расстроить? Внезапно ее осенило. — Это из-за слияния? Она рассказывала тебе о себе и Лиззи? — Да, она сказала мне. Так вот оно что. Она почувствовала, как ее охватывает чувство облегчения. — Все будет хорошо, — сказала она ему. — У нас еще есть время. И когда мы выберемся отсюда, мы поможем им разобраться в этом. Доктор Зальцман никогда не допустит, чтобы с ними случилось что-то плохое, он так их любит. Что-то в выражении лица Лэндона заставило ее остановиться. — Ты… тоже любишь ее, — прошептала Хоуп. Лэндон обхватил голову руками и подтянул колени к груди. Это было единственное подтверждение, в котором она нуждалась. — Когда? — спросила она. — За лето. — Как долго меня не было? — Месяцы, — машинально ответил он. — И она чувствует то же самое? Сначала он не ответил. Они просто сидели в тягостном молчании. Такая тишина, которая грозила поглотить тебя. — Да, — наконец выдавил он. Хоуп судорожно втянула в себя воздух. Как она должна была с этим справиться? — Мне очень жаль, — тихо сказал он. Какое—то мгновение она рассматривала его, сгорбившегося от собственного горя. Ей казалось, что стены и без того тесной тюремной камеры наконец-то сомкнулись. —Это… это не твоя вина, — сказала она наконец. — Ты не помнишь меня… помнишь нас. — Я этого не делал, но… — он оставил эту мысль. Осознание этого глубоко ранило его, он все еще хочет ее. — Ты все еще любишь ее, — сказала она, изо всех сил стараясь сдержать слезы, как ей показалось, в сотый раз за этот день. — Хоуп… мне так жаль, — сказал он, беря ее руки в свои. Ей хотелось кричать, плакать, бежать. Его прикосновение не принесло ничего, кроме ощущения холодной пустоты. — Я все еще люблю тебя, но это так сложно.… У нас с Джози была эта… связь. Я чувствую, что каким-то образом привязан к ней, чего никак не ожидал. Соединение… Привязанный к ней… Хоуп посмотрела на свое запястье, где красная лента когда-то связывала ее с Кларком. Она вспомнила выражение боли в его глазах, то, как он прижался щекой к ее руке, как он исцелил ее там, в пещере.… Холод, который она чувствовала в последний раз, когда пыталась дотянуться до него через их связь. Наконец она сдалась, издав прерывистое рыдание — она дала волю слезам, горячим и злым. Как все могло пойти так ужасно неправильно? Лэндон придвинулся ближе и обнял ее. Она понятия не имела, как долго плакала, но, к его чести, Лэндон не вынес никакого приговора, позволив ей выплакаться у него на плече. Когда слезы наконец утихли, она не чувствовала ничего, кроме гнева и твердой решимости. Хоуп полностью уничтожит Маливора за то, что он разрушил ее жизнь. К счастью, никто не мстил лучше Майклсонов… Прошло уже несколько часов с тех пор, как Кларк и Аканэ спустились вниз, чтобы доставить Лэндона в тюремную камеру. Хоуп уже начала терять терпение, пытаясь отвлечься на непринужденную беседу с ним. Но все казалось неправильным. Она мало рассказывала Лэндону о том, что произошло между ней и Кларком с момента прибытия в Маливор. Она могла сказать, что у него было много вопросов без ответа, но он был достаточно умен, чтобы не просить ее объяснений. Это все еще было слишком жестоко — она была предана, что еще можно было сказать? В конце концов они замолчали, довольные тем, что сидят бок о бок, наедине со своими мыслями. — Что это такое? — спросил Лэндон, нарушая молчание. В камеру проникал странный серебристый туман. Она знала этот туман. — Гвиллион? Она увидела, как в тумане материализовалась чья-то рука и поманила ее к себе. Протянула руку и сжала ладонь феи, твердую и реальную. Она чувствовала, как ее тянут вперед, сквозь прутья решетки, как будто она сама была сделана из дыма. Как только оказалась на другой стороне, туман исчез. Обернулась и увидела, что Лэндон недоверчиво смотрит на нее. — Что это было? — Кажется, друг, — сказала Хоуп. Она потянулась к двери камеры, но та все еще была заперта. — Гвиллион?» — позвала она. — Где ты сейчас? Ты тоже должна помочь Лэндону! — взмолилась она. Ей не ответила ничего, кроме тишины. — Хоуп, — сказал Лэндон, — тебе нужно идти, убираться отсюда! — Я не могу, я не оставлю тебя здесь. — Ты должна, — сказал он с грустью в глазах. — Ты единственная, кто может уничтожить Маливора.» — Я схожу за ключом, — сказала она, не обращая на него внимания. В последний раз, когда она видела ключ, он висел на поясе Кларка. Дерьмо. Она сосредоточила свою энергию на заклинании иллюзии, делая себя невидимой. Не была уверена, насколько эффективно это будет против создания иллюзий вроде Аканэ, но это было лучше, чем ничего. Хоуп поднялась по лестнице, делая все возможное, чтобы почувствовать энергию Райана, независимо от того, насколько это больно. Спустилась по лестнице в подвал и оказалась в длинном коридоре, который, к счастью, был заброшен. Она направилась к двери в конце коридора, зная, что Кларк ждет с другой стороны. Глубоко вздохнула и открыла дверь. Агент лежал на большой кровати с балдахином и, казалось, спал. Она остановилась как вкопанная. Эта комната— та самая, из ее сна. Все, от кровати до темных обоев на стенах, соответствовало друг другу. Шок едва не выбил из нее дух. Что это значит? Кларк беспокойно ворочался во сне, возвращая ее внимание к текущей задаче. Она оглядела комнату в поисках ключей, надеясь, что он оставил их на ночном столике или где-нибудь повесил. В этот момент голем снова повернулся, показывая ключи, все еще надежно прикрепленные к его поясу. Хоуп тихо выругалась. Это было просто прекрасно. Склонилась над ним и дрожащей рукой потянулась за ключами. Еще чуть-чуть… Внезапно рука Кларка метнулась вперед, схватив ее за запястье и притянув к себе. Шок от этого заставил ее потерять фокус на заклинании невидимости, оставив ее одновременно потрясенной и полностью видимой, когда она оседлала его грудь. — Что ты делаешь? — спросил он низким и сердитым голосом. — Как ты узнал, что я здесь? — спросила она, все еще пребывая в шоке. — Я почувствовал тебя, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. Она попыталась слезть с него, но он схватил ее за запястья, лишая возможности двигаться. — Как ты выбралась из камеры? — прищурился. — Это не твое дело, — отрезала она. — А теперь отпусти… меня… — выплюнула она, вырываясь из его хватки. — Не думаю, что смогу, — сказал он, садясь и приближая свое лицо всего на несколько дюймов к ее лицу. — Я не знаю, что ты собираешься из этого извлечь, — сказала она. — Но я собираюсь спасти Лэндона, уничтожить Маливора, а потом сделать так, чтобы ты пожалел о том, что перешел дорогу Майклсону, — сказала она, все еще пытаясь освободиться. — Ты понятия не имеешь, что здесь происходит, у меня нет выбора, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — У нас всегда есть выбор, агент Кларк, — сказала она, наклоняясь вперед. Ей нужно было отвлечь его. Она приняла решение за долю секунды Хоуп наклонилась вперед, сокращая расстояние между ними, прижимаясь губами к его губам. Это чувство было намного сильнее, чем она ожидала, намного сильнее, чем те мимолетные мгновения, когда он просто касался ее губ своими. Через мгновение он расслабился под ней, отпустив ее запястья, переместив руки на бедра, поднимаясь выше, поднимая ее рубашку вокруг талии. Каждый дюйм кожи, к которому он прикасался, оставлял жгучий след жара. Она провела руками по его волосам, притягивая его ближе, могла слышать и чувствовать низкое рычание, которое он издал, когда она зарылась руками в его кудри. То, как он целовал ее, было требовательно, поглощая ее как кислород. Это была битва врагов, толкающих и притягивающих друг друга как магниты, губы сражались за господство. Это было не похоже ни на что, что она когда-либо испытывала раньше… Она прервала поцелуй, одним плавным движением сняв ключи с его пояса. — Не надо, — приказал он мрачным голосом. — Пожалуйста… — добавил он. — Ты не имеешь права ничего требовать от меня, — сказала она, вставая с кровати. — Отдай, — сказал он, протягивая руку за ключами. — Ни за что на свете, — сказала она, пятясь к окну. Внезапно ключи вырвались из ее руки и полетели прямо в ожидающую руку Кларк. — Как, черт возьми, ты это сделал?! — потрясенно спросила она. Как будто он использовал магию… Кларк выглядел почти таким же смущенным, как и она, прежде чем разразиться самодовольной ухмылкой. — Спасибо за поцелуй, Хоуп — сказал он, — не совсем так, как я ожидал, но, по крайней мере, я знал, что на этот раз ты настоящая. Хоуп застыла от его слов. Значит ли это сон… была ли она настоящей? Он наблюдал за ней, оценивая ее реакцию расчетливым взглядом своих темных глаз. В этот момент она услышала шаги в коридоре. — Ты должна убраться отсюда, — сказал он, бросив взгляд в сторону окна. — Я не уйду без Лэндона. — У тебя нет выбора, — прошипел он. Она услышала, как повернулась дверная ручка— черт возьми, у нее действительно не было выбора! Неохотно открыла окно и протиснулась в узкое отверстие. Последнее, что она увидела, было непроницаемое выражение лица Кларка, прежде чем она вышла в темноту.